Наташа и Грета Тунберг 4

 Грета, сидя на краю муравейника с крошечным флажком в лапке, вдруг опустила ушки и тихо-тихо прошептала:
 — Прости, Наташа… Я, наверное, слишком разошлась. Хотела как лучше, а вышло, как всегда.
 Рядом Лайза тихонько пискнула и прижалась к её боку — будто тоже хотела извиниться, но слов не знала.
 Наташа присела на корточки, чтобы быть с ними на одном уровне, и улыбнулась:
 — Знаешь, Грета, я верю, что ты правда хотела защитить лес и просто немного пощекотать меня. Просто иногда даже самые хорошие идеи надо делать потише и поспокойнее.
 Грета вздохнула, хвостик у неё дрогнул — и вдруг она начала меняться. Жало исчезло, клешни растаяли, и через мгновение перед Наташей снова сидела обычная пушистая белка. А рядом — такая же обычная, только с хитринкой в глазах — белка-Лайза.
 — Ура! — тихо воскликнула Наташа. — Наконец-то без исков и серенад.
 Белки переглянулись и дружно кивнули.
 Тогда Наташа повела их чуть дальше по лесу, туда, где между корнями старого дуба была уютная ниша, прикрытая мхом. Сверху нависали ветки, снизу пружинил мягкий мох, а рядом рос орешник — самый настоящий, не из «Пятёрочки».
 — Вот, — сказала Наташа, раскладывая на мху несколько орешков. — Это ваш уголок. Тут можно и шуметь немножко, и бегать, и даже устраивать митинги… только без превращения в скорпионов, ладно?
 Грета осторожно заглянула внутрь, потрогала мох лапкой, будто проверяла, достаточно ли он экологичный, и вдруг довольно чирикнула.
 — Тут хорошо, — сказала она, уже без пафоса, просто по-беличьи. — Тут спокойно.
 Лайза тут же запрыгнула на ветку над нишей и тихонько пропела что-то вроде «тук-тук, это мой дом», а потом рассмеялась своим беличьим смешком.
 Наташа посидела с ними ещё немного, погладила обеих по пушистым макушкам и встала.
 — Ну, я пойду. А вы тут устраивайтесь. Если вдруг понадобится помощь — или просто захочется поболтать — я загляну.
 Она помахала им и пошла по тропинке, а белки остались сидеть рядышком: Грета — серьёзная, но уже не грозная, Лайза — озорная, но без драмы.
 И лес будто выдохнул: всё снова стало на свои места. Ну, почти всё — потому что Наташа знала: с этими двумя скучно точно не будет. Но теперь у них есть свой уголок, где можно быть просто белками.