Монархия и ужасы русской истории

    Наверное, немногие об этом догадываются и, тем более, пытаются понять происходящее. На каждом шагу мы встречаемся с пропагандой как царизма в целом, так и его конкретных представителей. Совершенный бездарь, садист и алкоголик Николай Второй и тот удостоился дифирамбов и даже «святости». Памятники, фильмы, лекции, книги монархистской тематики с детства окружают доверчивых граждан, и это на фоне геббельсовского оплёвывания советской истории. Часто эти усилия перехлёстывают через здравый смысл, противоречат одно другому, однако накал этой деятельности не снижается. И этому есть объяснение.
   Западные электоральные традиции в РФ не прижились – это уже понятно даже запойным телезрителям. Выборность ветвей власти и, что особенно раздражает соответствующую публику, – её сменяемость, отчётность перед населением вопреки расхожему «если не ОН, то кто?!» – с этим они смириться не могут. Монархия же, пусть с какими-то декоративными подпорками, – совсем другое дело. Важно лишь приучить оболваненных жителей к тому, что спасение России именно в самодержавии.
   Главный аргумент, разумеется, – это первый российский император, который, говоря языком царебожников, «поднял Россию с колен». При этом не уточняется, кого именно они подразумевают под Россией: дворянство или же миллионы крестьян и низшие слои населения.
   В 26-м томе Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого (издание 1936 года, Москва) на странице 568 опубликованы черновые варианты к статье «Николай Палкин», где Толстой резко высказывается о Петре I.
   «С Петра I начинаются особенно поразительные и особенно близкие и понятные нам ужасы русской истории. Беснующийся, пьяный, сгнивший от сифилиса зверь 1/4 столетия губит людей, казнит, жжёт, закапывает живых в землю... и до сих пор не перестают восхваления доблестей этого чудовища».
   Л.Н. Толстой возмущался тем, что общество слепо поклоняется «величию» Петра, закрывая глаза на кровавую цену реформ – насилие, закрепощение основной массы населения, разрушение традиционного уклада, сожжённые казачьи городки, плоты с виселицами по Дону и его притокам. Для Толстого это было не просто констатацией фактов, а нравственным обвинением: он считал, что нельзя оправдывать жестокость «исторической необходимостью».
   Правление Петра I имело заметные достижения, но в то же время не обошлось без серьёзных негативных последствий, которые существенно повлияли на различные сферы жизни России на многие годы вперёд. 
   Вкратце, основные претензии современных критиков реформ Петра I сводятся к нижеследующему.
   Насильственный характер преобразований, их поспешность и игнорирование национальных традиций.
   Высокая социальная цена: резкое ухудшение положения народа, перенапряжение сил, массовая гибель людей, сокращение населения.
   Противоречивость и непоследовательность реформ, отсутствие чёткого плана.
   Усиление крепостничества и налогового гнёта, что тормозило развитие экономики страны в долгосрочной перспективе, на много лет вперёд.
   Разрушение традиционных устоев церкви, быта и культуры, усиление разрыва между элитой и народом.
   Таким образом, современная историография предлагает сложный и многогранный взгляд на петровские преобразования, признавая их масштаб, но не игнорируя тяжёлые последствия.  Среди историков различных времён не редкость негативная оценка реформ ПетраI. Приведём только несколько примеров.
   Павел Николаевич Милюков (1859-1943), лидер Конституционно-демократической партии, министр Временного правительства считал, что реформы представляли собой непрерывную цепь просчётов и ошибок, лишённых перспективной оценки и продуманного плана. По его мнению, преобразования разрабатывались коллективно, а конечные цели осознавались Петром лишь частично. Милюков подчёркивал, что реформы проводились под давлением обстоятельств (война, финансовые нужды), что и порождало их непоследовательность и противоречивость. Он отмечал, что Россия вошла в число европейских держав «ценой разорения» страны.
   Василий Осипович Ключевский (1841-1911) характеризовал реформы как длинный ряд неудач и фиаско, а петровские методы управления — как «хронический недуг», который разрушал организм нации на протяжении почти двух столетий. Он обращал внимание на то, что реформы часто рождались из военной нужды и административного дефицита, а не из заранее продуманной программы. Ключевский подчёркивал, что преобразования усилили давление государства на общество, но не дали ему равной меры свободы.
   Современный историк Ф.В. Разумовский также разделяет мнение о том, что реформы Петра I привели к серьёзным негативным последствиям для развития России, включая перенапряжение народных сил и усиление социального неравенства.
   Советский и российский историк Б.Н. Миронов утверждает, что реформы в значительной степени ухудшили положение большинства населения, усилив крепостничество и налоговый гнёт. Миронов подчёркивает, что ценой модернизации стало значительное снижение уровня жизни большей части жителей страны.
   Научный руководитель Института Петра Великого при Институте культурных программ Санкт-Петербурга Е.В. Анисимов в своих работах подчёркивает насильственно-репрессивный характер реформ, приведших к перенапряжению народных сил. Учёный обращает внимание на то, что многие нововведения насаждались «сверху» и встречали сопротивление со стороны широких слоёв общества.      
   Подводя итог этих кратких заметок, можно отметить, что для абсолютизации личности и реформ Петра I, как и вообще самодержавной власти, нет совершенно никаких оснований. Система Советской власти, в частности, показала себя гораздо более демократичной и эффективной, к тому же для потомков русов она имеет глубокие исторические корни. Советы в современной форме появились в России как яркий пример народного законотворчества ещё во время Первой русской революции.