1689. Хуторская чертовщина. Ночь забот и подлостей

       Неделю провалялся Злотазан в полнейшем безделье, очередная неудача с поиском клада выбила его из колеи повседневной суматохи, в добавок полнейшая апатия и хандра овладели всем им без остатка.
      И только возникающие чувства голода накатывающие на него всё чаще и чаще, вынудили собраться с силам, переключив его мысленный процесс в иное русло.
    Увеличившееся количество хуторских огородов под горой являлись возможностью более лёгкого проникновения на возделываемые грядки и большего выбора овощной продукции для своего скудного пропитания.
    Как личность практичная, а в этом можно не сомневаться, уж если есть возможность сделать двух и более дел разом, так чего их разделять на отдельности, последовательность действий увеличивает конечный результат.
       Как им и задумывалось раннее, он этой же ночью и не откладывая на потом возьмёт с собой чугунок со сковородой, положив их в сумку, с которой наведается на хуторские огороды.
         Ничего вроде сложного, главное преодолеть навалившуюся на него лень и отогнать от себя скуку, а прогулка по ночной прохладе заметно прибавит ему сил и желаний к дальнейшим решительным действиям.
         С приходом вечера, а за ним и ночи, когда приятная прохлада ложится тонким слоем, накрывая тёмным покрывалом всю округу, из двора Митрофана Акимовича, согласно оставленной записке хуторскому председателю, объект известный нам своими авантюрными выходками, вышел из двора, особо не рискуя вывихнуть себе ногу на крутом спуске, потопал в обход.
       А кого ему было сторониться, теперь его отдельно стоящая хата  оказалась крайней с восточной стороны хутора, отчего возникло много различных удобств, с какой стороны пожелаешь, с той можешь вернуться к себе, также и уйти ни кем не замеченным.
       Взглянув с горы на лесную дорогу, найдя её пустынной, что уже располагало к приятной прогулке, там где в недавнем времени располагалась подворье Марии Малиничкиной, а теперь зиял пустырь, он свернул в сторону извоза, оказавшись на перешейке, обратил внимание на бывший помещичий огород, желая осведомится о местах пребывания сторожей.
         Обилие мелких вампирических комаров вынуждают сторожей по чаще дымить цигарками, а вспыхивающие светлячки в ночи и есть указатель их точного нахождения.
       Спустившись по извозу по другую сторону курганной гряды, неспешно прогулялся по лесной дороге, вышел к мосту через речку, перешёл по другую сторону, свернул к кургану, а пройдя к дубу великану и прислонившись к стволу, решил напитаться природной энергией.
        Маленько поплакался о своей очередной неудаче, надеясь услышать от достопочтенного дуба  сочувствие случившегося с ним недоразумения и выслушать дельный совет-наставление, как подобает себя вести в подобных случаях.
        Излив из себя всю скопившуюся скверну под едва слышимое шелестение листьев, высморкался и с заметным чувством полученного облегчения, одобрительно похлопал ладонью по стволу ветвистого великана, отправился далее.
        Обогнув курган с северной стороны и оказавшись у места зарытой табакерки наполненной ювелирными побрякушками на довольно внушительную сумму, для начала осмотрелся, принюхался, внимательно прислушался, ничего не указывало на постороннее присутствие кого-либо вообще.
       Имея профессиональный навык по скрытию и изъятию своих кладов, осторожно, будто скальп, снял верхний дёрн и отложил в сторонку.
         Из своей сумки вынул чугунок и сковороду, одно неловкое движение и эта металлическая посуда издала предательский звон, подобием церковных колоколов.
        На подобное ротозейство едва слышно извергнул из себя поток ругани, упрекая себя косорукости с указанием точного места откуда они растут.
      Последовав услышанному совету от местного исполина, главного среди всех лесных деревьев, дал себе возможность успокоиться, взять ситуацию в свои руки и продолжить начатое дело.
         Вынимая и выгребая землю, складывал в сумку, любая, даже самая мелкая оплошность может оказать дурную услугу.
       Если он не видит и не знает где пребывают Рогач с Щусем и другие подобные твари, то не надо надеяться, что они также не шастают по его территории выискивая спрятанные клады.
     Это заразное занятие подобно эпидемии, стоить только одному начать поиски, как тут же подключаются другие, да чего тут далеко ходить, как только он приступал к обследованию кургана, в котором Шоба прятал свои сокровища, появлялись Щусь и Рогач.
       И каждый раз эта встреча сопровождалась если не дракой, то словесной перепалкой, без всякого сомнения оставляя неприятный осадок.
       Хотя в этом скоротечном выводе могло закрасться ошибочное мнение, может как раз наоборот, его посещали неудержимые приступы к поиску кладов, когда этим уже занимались его извечные враги?
       Возможно и так, чего тут сомневаться, возможно существует неведомое чутью предрасположение, затрагивающая те самые не видимые нити, за которые поддёргивает неведомая сила, заинтересованная в обнаружении спрятанного золота.
     Тогда и она не всесильна, действует наобум, имея только предположение, где может быть спрятан клад. 
      Вот ему была же подсказка, не сам же он об этом думал,  одно моментальное моргание глаз и в голове уже готовый план, где и у кого искать спрятанный капиталец на чёрный день.
        Знать бы об этом раньше, не надо было выбивать стекло, залезать в хату, заниматься поисками, а прийти ночью, по тихому расковырять снаружи стену, изъять чугунок с деньгами  и преспокойно удалится, радуясь невероятной удаче.
         Всему своё время, так устроен этот несовершенный мир, это сравнимо с тем, что он довольно припоздал, заглянув в сад мечты и бытности сует, найдя былое спелое яблоко подвергнутое гниению, а приди он в срок, этот самый плод доставил бы ему большого удовольствия.

      С этими размышлениями на извечную тему если да кабы, он добрался до спрятанной здесь крынки с отбитой горловиной, в которой находилась та самая табакерка.
        Осторожно достал из вырытой ямы керамическую посудину, вынул замызганный платочек, за которым и находилась довольно дорогая вещица, набитая ювелирными изделиями.
       Перед тем, как вынуть табакерку, замер, подобно суслику копающего норку, прислушался,  убедившись, что ему ничего не угрожает, достал атрибут своего благосостояния.
       Глядя на портрет Наполеона, не без иронии произнёс.
-Ваше императорское величество прошу прошение за принесённое вам беспокойство.
-Хочу порадовать приятнейшим известием, ваше бывшее заточение отменяется.
-С этой исторической минуты вам предоставляются просторные покои, довольно надёжные и крепки.
-К тому же это позволит вас сберечь от сырости и внешнего давления.
          Обладателю этой ценнейшей вещицы до жути хотелось открыть табакерку, посмотреть и перебрать каждый предмет в отдельности, вспоминая приятные минуты их приобретения.
        Но эта непозволительная роскошь, где каждая секунда так же дорога, как само золото, медлить нельзя, с виду вроде бы приятный пустячок, но в этом как раз и кроется главный подвох, быть замеченным случайным наблюдателем.
        Не надо думать, раз вы никого не видите, то и вас никто не видит, в этом как раз и кроется главнейшая ошибка в понимании происходящих событий.
      Если учесть, что стены имеют глаза и уши, то каждое дерево в этом лесном массиве обладает подобными свойствами и с гораздо  большими возможностями.
       Тот же курган с виду огромная груда земли, а поди ж ты, таит в себе множество тайн, так почему бы ему не стать свидетелем очередного таинства по сокрытию ценностей.
-Ну что, мой любезный Бонапартик, сейчас я тебя заверну с этот носовой платочек.
-Извини, что замусолен, измят и не надушен духами.
-Но лучше так, чем ничего.
-Выбор невелик, ибо империя рухнула, а с ней и все былые привилегии.
-Сейчас я тебя определю в эту чугунную конструкцию, накрою сверху сковородой и опущу в эту вырытую яму на длительное хранение.
      Опустив  посудину в яму на самое дно и плотно трамбуя кулаками вокруг, приговаривал.
-Усердно уплотняя землю избавляю себя от возможной усадки земли после бурного дождя.
-Если тебе помниться, твои верные солдаты поливали московские усадебные дворы водою в поисках спрятанных там ценностей и ведь находили по просевшему грунту.
-Вот и я наученный опытом, не испытываю желания расстаться с таким сокровищем.
        Подсыпая землю из сумки, усердно трамбовал, в довершении водрузил на своё место дёрн, если не обращать внимания на примятую траву, которая к утру подымется, то ничего более не указывает, что здесь в недавнем времени был перепрятан клад.
        Забрав с собой крынку с отбитой горловиной в начале подумывал пройти к другому кладу и проверить на сохранность, а эту не потребную посудину в хозяйстве, там же забросить по дальше в болото.
          Этого не было сделано, была тому возникшая жалость, как ни как, а какое-то время послужила ему хранительницей его табакерки или же в нём взыграли иные чувства, взять и сотворить мелкую мерзопакостную подлость.
          Скорее второе, чем первое, в его голове уже витало призрачное представление, почему бы не потешиться ему над искателями чужих сокровищ, ведь нет ничего приятнее, как позабавиться над чужой наивностью.
         Подстроить мерзопакость никому не возбраняется, а даже наоборот поощряется, но с одним условием, чтобы эта мерзость не вышла тебе же самому боком.
        Чего бы не потешиться над чужой наивностью, а заодно и проверить, как часто к нему заглядывают искатели спрятанных кладов.
      Соорудить ложный клад большого умения не требует, где позволительная оплошность главный признак к привлечению внимания.
        А вот к выбору места для закладки ложного клада требуется основательной подход, как бы потом не кусать себе коленки и не посыпать голову пеплом, раздразнив аппетиты тех, кто испытывает страсть к внезапному обогащению.
      Уж если на то пошло, то в местах спрятанных им кладов это делать строго запрещено, случайность, она на то и случайность, когда вдруг и по непонятной причине сваливается на чужие плечи невероятное везение.
       Здесь у кургана и в дубовой роще этого делать не следует, а вот в лесном массиве за речкой вполне подходящее место, хорошая приманка для Щуся и Рогача, ведь клюнут и соблазнятся, зная в точности место обитания своего презренного конкурента.
      Вот и будет им неприятнейший сюрприз, когда найдут и откопают крынку, в которую он преднамеренно нагадит, будет им наукой шастать по чужому владению.
        Но это будет оставлено на ближайшее время, а сейчас он направиться на поиски пропитания, вон как урчат кишки, жрачки просят.
       Можно залезть в огород к своим хуторским, но какая ему польза от этого, а вот маленько пощипать коммунаров, так это паскудство само собой проситься  извернуться подлейшей манерой, вызвав очередную озлобленность к противной стороне.
       Чего проще сделать видимость, что на коммунарские огороды совершили набег из-за речки, тлеющая вражда вновь вспыхнет с ожесточённой ненавистью к хохлам из соседнего хутора.
       Зная человеческую натуру в её однообразии мыслить на эмоциях, нет ничего проще стравить, как тех же собак, наблюдая со стороны, как они грызутся меж собой и это будет продолжаться раз за разом, и никто не станет разбираться и выяснять, где же здесь тот самый корень зла,  с которого и началась  обоюдная неприязнь.
     Удобная позиция с какой стороны на неё не взгляни, когда каждая сторона обвиняет другую, считая её главным виновником возникшим междоусобиц.
      
     Удалившись от спрятанной им табакерки в чугунке, припрятал крынку, чтоб забрать её на обратном пути, миновал ручей  вытекающий из болота, не доходя до ближайшего огорода, где грядки вытянулись от берега речки и до края болота, с промежутками для проходов и обращённых небольшим уклоном в сторону юга, что давало максимальное освещение солнцем и скорейшим ростом овощей, устроил наблюдение по обнаружению выставленной охраны.
        Если она где-то и была на этой обширной территории, то мирно спало, утратив всякую бдительность, без всякого подозрения, что как раз этой ночью случиться именно то, для чего она была приставлена к этим огородам.
      Ведь за все прошедшие ночи никто не посмел посягнуть на общественное достояние коммуны, ничего не было сорвано, выдернуто или украдено, бдительность утрачена, позабыв про главную истину, что вор не дремлет и думает каждую ночь, как ему забраться тайком и совершить кражу, ему ведь без разницы у кого воровать, на том и живёт, особо не мучаясь совестью.
        Убедившись в отсутствии присутствия охраны на доверенном общиной территории, Злотазан пробрался до речки, прошёл вдоль берега, наметив себе грядки для предстоящего проникновения за овощной продукцией.
      Углубившись в огороды, оказался на небольшом участке раннего молодого картофеля, уже пригодного для употребления.
      Действовал нагло и цинично, выдирал кусты, обирал клубни, складывая в сумку, а саму ботву отбрасывал в сторону.
      Собрал не менее ведра картошки, сменил место сбора овощей, порылся словно свинья, извлекая лук и застарелую редиску.
       Порадовался грядке с молоденькими огурчиками, не толще его большого пальца на руке, небрежно приподнимал плети,  находил и срывал плоды, бросая огуречные плети себе под ноги, затаптывая без всякого сожаления.
       Когда набив сумку до внушительной тяжести, то своё хождение по огороду и грядкам решил довершить очередным злодейством.
       Подстроил так, что всё указывало на то, что сюда приходили с другого берега речки невероятно грязно наследив за собой, сомнений быть не может, эту подлейшую мерзость совершили злыдни из соседнего хутора, до них отсюда рукой подать, поднимись в гору и вон вся эта мерзость как на ладони.
       Сделав своё чёрное дело, Злотазан вернулся к кургану, не забыв прихватить с собой припрятанную крынку с отбитой горловиной, следуя своей давней традиции, три ночи провести в наблюдении за недавно изрытой землёй, где был спрятан им клад.

         Лето приятнейшее время, не успел обернуться, а ночь уже удалилась в свои потаённые места, чего бы не расположиться под огромной кроной раскидистого дуба, коротая здесь весь световой день.
     Когда окончательно одолевала скука, прохаживался по дубовой рощице, поглядывал на спрятанный здесь клад, вспоминая ту лихую ночь, когда сумел опустошить бронированный шкаф в кабинете Кузьмы Ильича, чьё тело ещё лежало на порожке парадного входа истекая кровью.
     Удачно воспользовавшись моментом, при всей бестолковой суете творившейся в поместье и самом усадебном доме, используя обычную каминную кочергу, сумел вскрыть замысловатый замок знаменитой английской фирмы, каких-то там братьев, гарантирующих не возможность открытия замка без ключа.
    Как видите сумел открыть, изъяв все имеющиеся там накопления золотых червонцев и ювелирных украшений Анны Владимировны.
    Только не подумайте, что он не оставил вдовушке средств на дальнейшее существование, ещё как оставил, не тронув ни единого рубля бумажных денег.
     Вот же были времена, приятно вспомнить, не то что нынче, сплошная мелочёвка, даже противно становиться, когда работаешь по мелочи, разве приходилось ему думать, где раздобыть для себя провиант, всё это ему поставлялось с барского стола.
      А какие позволял себе употреблять напитки, одни коллекционные коньяки чего стоят, собранные за многие годы Кузьмой Ильичом, вина лучших марок позволял себе, а теперь тошнотворному сиводралу рад, промышляя мелким воровством.
     Обмельчало всё, нет былого уважения, будто живут в ином измерении, особо не замечая его присутствия.
  А возможно это и к лучшему, так проще устраивать всякие мерзости и заковыристые подлости, сталкивая лбами тупоголовых людишек, который вбили в свои головы несусветную ахинею о светлом будущем.
      Только где оно это будущее, в какую сторону за ним идти?
 Если всё время придерживаться направления взошедшей алой зари, то через многие годы тяжких странствий, к своему удивлению вновь окажитесь в этих местах, где этого светлого будущего и отродясь не водилось.
   А что поделать, если этим миром правит обман, самый обычный повседневный обман, обещающий надежду на завтрашний день, а оно это призрачное завтра не желает становиться сегодня, ускользая с каждым прошедшим днём.
    Вторая ночь прошла при полнейшем спокойствии, чему можно было изрядно порадоваться, чтоб разнообразить свой дневной досуг, отправился за болотный ручей к лесному озерцу, где у своего шалаша собрался испечь ворованной картошки, пробовал грызть сырую, хруст вполне приятный, а вот вкус не особо понравился.
      Устроив костёр в очаге, который сам же и соорудил, не теряя попусту время подправил шалаш и навёл там порядок, чего бы здесь себе не устроить летний лагерь, да набраться сил и здоровья, вполне уместный отдых на природе.
     Весь прошедший день прошёл в заботах и длительном отдыхе, а вечером когда сгустились сумерки вновь вернулся на курган, с его высоты присматривая за своим закопанным кладом.
      Приятно проводить ночи, когда тебя ни кто не напрягает своим внезапным появлением, валяйся себе среди альпийской полыни, поглядывай в звёздное небо и загадывай желания.
         Глядишь и сбудется, ну а что, всякое ведь бывает, должны же когда-то исполниться мечты и пожелания, а они у каждого свои, индивидуальные.

                09 - 10 октябрь 2026г.