Про то, как Борька Хорёк в холодильник провалился

— Пхаааа, прикол, — загорланил Бык, красный парень с круглой рожей, указывая своим крупным пальцем на что-то.

Паша Блатной вразвалочку подошёл к нему и тоже заорал:

— Нифига себе!

Паша Рыжий и Борька Хорёк бросили свои находки и поспешили к товарищам.

Четверо сутулых парней-товарищей стояли, как бараны, и смотрели на холодильник. К слову, это был не обычный холодильник, а холодильник, находящийся в почти пустом, давно заброшенном доме.

Паша Рыжий стукнул кулаком по старой дверце и глупо гыгыкнул.

— Сохранился-то как! — просвистел он сквозь дырку, на месте которой когда-то был зуб.

И вправду, холодильник выглядел хорошо. Его местоположение несколько удивляло, ведь кроме него на кухне не было ничего, кроме трухи, пепла и сломанных стульев и такого же стола.

Паше Блатному, заводиле и лидеру этой районной компании, пришла в голову, пережившая два сотрясения мозга, замечательная идея, которую он тут же озвучил:

— А ну-ка, братва, кто полезет?

Все молчали. Тогда Паша Блатной начал рассуждать вслух:

— Бык не влезет, а если и влезет, то не вылезет, — упоминаемый недовольно засопел, но, сжав кулаки, промолчал.

— Пашка слишком тощий, — продолжал рассуждать главарь. — Хоть эта штука и не работает, он всё равно там замёрзнет, не разморозим потом.

Борька Хорёк уже понял, что участь залезть в холодильник выпадет ему. Хоть аргумент Блатного про Пашку Рыжего и казался ему очень нелогичным, он, как и Бык, промолчал.

— Ну, Хорёк, — ухмыльнулся лидер, обнажив жвачку в зубах, — лезь.

— Ну не такой уж и Рыжий тощий, — попытался всё же спасти себя Борька. — Потерпит уж как-нибудь минутку в прохладе.

— Стрелки-то на меня не переводи, — тут же огрызнулся Пашка.

— А чего, страшно, что ли, тебе? — заржал Бык.

— Ничего не страшно, просто это нелогично, — пробурчал Борька.

— Ну так и лезь, раз не страшно, — чуть агрессивно сказал Блатной.

— Ну и залезу, — передразнил Борька.

— Так лезь, — быканул Бык и открыл дверцу холодильника.

Борька и полез. «Да чтоб Блатного вши замучили» — размышлял он, ловко хватаясь за верхнюю полку и просовываясь внутрь. Борька вообще-то был новичком в компании. Конечно, его проверяли. Проверкам шёл второй год.

Стройный Борька без проблем влез в основное отделение холодильника, где, почему-то, отсутствовали, прямо как у Рыжего зуб, полки.

— Ахаха, прикол, — забуянил вновь Бык. — Хорёк в холодильнике! — и закрыл дверцу.

— Ээээ, — крикнул Борька, оказавшийся зажатым между стеной и дверцей. — Вы чего, ребят! Ребяяят!

И тут он почувствовал, что стенка-то отодвигается.

— Ребята, — заорал Борька испуганно. — Ребята, откройте дверь! Я сейчас вниз...

Он не договорил. Стенка полностью отодвинулась, открыв бездонную яму, в которую он, безуспешно сопротивляясь, провалился.

Борька падал вниз и дико орал, будто девчонка, ну та, с жёлтыми волосами и с кроликом, которая попала в страну чудес.

— Что кричим, молодой человек, — услышал он вдруг.

Рядом с ним, будто лежа на воздухе, летело нечто похожее на смачный плевок, только очень длинное и ярко-зелёное.

Борька заорал ещё громче.

— Ты кто? — осипшим голосом промямлил он, вдоволь накричавшись.

— Твоя совесть, Хорёк, — невозмутимо ответило нечто, подложив лапу, похожую на круглый, бочковатый огурец.

Боря бы поорал ещё немного, но не мог.

— А я-то что здесь делаю? Я умер? — просипел он.

— Ага, не Боорька Хореёк, а Умир, — заржал зелёный. — Жив ты.

— А ты что здесь делаешь, раз я жив? — голос сорвался на крики, но не на вопросы.

— А я-то, — зевнула совесть, — развлекаюсь, пока ты без сознания валяешься.

— Как без сознания?! — ужаснулся Борька.

— А вот так, — чудик перекувырнулся и оказался перед лицом Борьки, всё ещё летящим вниз спиной. — Блатной тебя откачивает.

— Чтооооо? — запаниковал Хорёк.

— Тооооо, — подразнил парня зелёный. — Искусственное дыхание делает.

«Твою мать» — пронеслось в голове у Борьки.

— Да, мамку твою только пожалеть можно, — достав толстую папироску, вдался в размышления нечто. — Вот ты же умный мальчик, а такое вытворяешь!

— Какое такое? — спросил Борька.

— А сам что ли не знаешь? — усмехнулся зелёный. — Знаешь, но раз хочешь, напомню. Вот сигареты кто у неё спёр? Ты. А деньги из сумки кто вытащил? Не Борька ли Хорёк? Он самый!

Нечто заржало и кувыркнулось, чуть не задев подобием хвоста лицо Борьки.

— А магазин кто с Блатным обнёс? Не ты ли? Ты! — продолжил он. — А девочке подножку кто подставил, да так, что она чуть голову не разбила? Борька!

Зелёный был доволен. Он так весело об этом рассказывал, что Борьке становилось всё некомфортнее.

— А кто уроки срывает каждую неделю? У доброй учительницы? А мел кто в воду уборщице, той милой старушке, которая вас с товарищами прикрывала? Борька, Борька, Борька!

Зелёный заржал.

— Да что тебе надо от меня! — испуганно, сипло попытался выкрикнуть Хорёк.

— Мне, — издевательски протянул нечто, — мне ничего. А тебе надо бы постараться, чтобы всё это исправить. Нехорошо так делать, Боренька, нехорошо. Мама твоя — хорошая женщина, как и учитель и уборщица. А вот Блатной, Бык и Рыжий тебе не компания. Не друзья они тебе, Борька.

— Что мне сделать? — спросил запуганный юноша. — Чтоооо?

— Тоооо, — опять с удовольствием передразнил зелёный. — Перед мамкой извиниться, перед учителями и уборщицей тоже, вырасти отличным парнем и чудесным мужем, купить сына, посадить дом и вырастить дерево. Можешь в монастырь пойти, если хочешь!

— Ладно, ладно, отстань только, пожалуйста! — умолял Борька.

— Не отстану, — ехидно продолжил нечто. — Ты сам не понимаешь, так я объяснил! Я ещё и мотивацию дам! Либо ты здесь, со мной остаёшься, либо делаешь то, что я сказал!

Борьке было стыдно. Удивительно, но это нечто докопалось до самых глубин души парня. Этот ехидный тон, смех, как у Быка, испуг Борьки слились в жгучий комок в лёгких.

— Стыдно, стыдно, стыдно, — залепетал он, чуть не плача. — Всё сделаю, всё, только отпусти!

— Хахахахзахкха, я буду тебя ждать снова! — довольно сказал нечто. — Я буду за тобой следить! И каждый твой шаг — на мне! На твоей совести!

Борька очнулся. Он открыл глаза и увидел над собой рожи Блатного, Рыжего и Быка.

— Очнулся! — воскликнул Блатной. — Фига мы нежные!

Борька, ничего не говоря, вскочил и драпанул от них.

Напоследок он всё же обернулся и заорал:

— Да чтоб тебя вши замучили, Блатной! Да чтоб тебя заморозило, Рыжий! Да чтоб тебя бурёнка задавила, Бык!

И убежал.

Трое пацанов стояли у открытого настежь холодильника, сутулые и помятые, дети бедных деревенских улиц.

— Он намочил, ребят, — заржал Бык, указывая толстым пальцем на жёлтую лужу.