Светкины приключения. История 36

СВЕТКИНЫ ПРИКЛЮЧЕНИЯ. ХРОНИКИ ОДНОЙ КОРОЛЕВЫ СЛУЧАЙНОСТЕЙ

СПЕЦВЫПУСК. ОПЕРАЦИЯ «ЮНЕЦ С ПОДВОДНОЙ ЛОДКИ»

(Эта история не входит в основной цикл. Это — байка. Или сон. Или то, что Света рассказывает в баре после третьего бокала вина. Верить ей или нет — ваше дело. Но, как говорил Писахов: «Не любо — не слушай. А врать не мешай!»)

---

ЗАЧИН

В детстве я зачитывалась сказками Степана Писахова. Не теми, что про Бабу-Ягу и Кощея, а его собственными — северными, солёными, с хитрецой. И девиз у него был простой, как репа: «Не любо — не слушай. А врать не мешай!»

Вот и я сижу в баре с подругами, пью вино и вещаю. А они смеются. Потому что не верят. И правильно делают. Потому что в любой шутке есть доля шутки. А остальное — сами знаете что.

Так вот. Слушайте.

— А знаете, в прошлом году я была мужчиной. И соблазнила капитана подлодки ВМС США, депутата Госдумы, турецкого посла, российского адмирала, пару клубных мажоров и пару тёлок, отдалась одновременно паре пьяных таджиков напоследок. Потом снова сменила пол.

Подруги смеются. Лерка чуть вином не поперхнулась. А я продолжаю. Потому что я сегодня — эротический Мюнхгаузен. И поехали!

---

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ВЕРБОВКА

Это случилось в тот год, когда я работала на складе заморозки и уже успела прославиться в узких кругах как «королева случайностей». Ко мне подошли двое. Мужчины в штатском. Один — высокий, седой, с лицом человека, который видел всё. Второй — помоложе, в очках, с папкой.

— Светлана? — спросил седой.

— Допустим.

— У нас к вам предложение. Государственной важности.

Я засмеялась. Думала — розыгрыш. Лерка подстроила. Или кто-то из бывших.

— Серьёзно, — сказал он. — Вы — уникальный человек, Светлана. Вы умеете находить общий язык с самыми разными людьми. Вы не боитесь. Вы умеете доводить дело до конца. Нам нужны такие.

— Кто вы?

— Не важно. Важно, что мы предлагаем вам работу. Опасную. Секретную. И очень хорошо оплачиваемую.

Я слушала. И чем дальше он говорил, тем меньше я смеялась. Потому что речь шла не о том, чтобы быть шпионом в обычном смысле. Речь шла о том, чтобы стать... другим человеком. Буквально.

— У нас есть информация, — сказал он. — Американцы спустили на воду новую подводную лодку. С суперсекретным оружием на борту. Мы не знаем, что это за оружие. Но знаем, что капитан этой лодки... неравнодушен к определённому типу мужчин. Молодым. Красивым. Женоподобным.

— И?

— Нам нужен человек, который сможет войти к нему в доверие. Соблазнить его. Выведать информацию.

— Почему я? Я же женщина.

Он посмотрел на меня. Долго. Потом сказал:

— Мы можем это исправить.

---

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОПЕРАЦИЯ

Мне сделали операцию. Не буду рассказывать подробности — это было больно, долго и страшновато. Но когда я очнулась, у меня было другое тело. Плоская грудь. Узкие бёдра. И — между ног — то, чего у меня никогда не было. Член.

Я лежала в больничной палате и смотрела на него. Он был мой. Я могла его трогать. Могла им управлять. Это было странно. Это было невозможно. Но это было.

— Мы дадим вам документы, — сказал седой. — Легенду. Вы — Джон Смит, двадцать лет, сирота, из Висконсина. Родители погибли в аварии. Вы выросли у дяди. Работали на верфи в Милуоки. Потом дядя умер, и вы остались совсем один. Ищете работу. Американцы набирают матросов на подлодку — есть вакансии. Вы должны попасть туда.

— А почему Висконсин?

— Потому что капитан этой подлодки — из Висконсина. Джон Смит и капитан — земляки. Это сближает.

— А что насчёт языка?

— У вас будет нейроимплант. Мы позаимствовали технологию у Маска. Ну, как позаимствовали... — он усмехнулся. — Взяли. Вместе с кое-чем посерьёзнее. У Маска с Пентагоном были разработки, которые не для широкой публики, не для конкурентов.  Эта операция - наша особая гордость. Теперь самые передовые и самые  секретные технологии американцев— у нас. И у вас.

Мне вживили имплант. Небольшая операция — за ухом. Я заговорила по-английски без акцента. Я знала всё о Висконсине: города, реки, погоду, местные праздники, даже футбольную команду «Грин-Бей Пэкерс». Я знала, как выглядит верфь в Милуоки, как пахнет озеро Мичиган, как говорят люди в тавернах на набережной. Я была Джоном Смитом. Не играла его. Была им.

Это было самое странное время в моей жизни. Я — женщина, которая стала мужчиной. Я — женщина, которая учится быть мужчиной. Я — мужчина, который должен соблазнить другого мужчину.

Через три месяца я была готова.

---

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ПОДЛОДКА

Я попала на подлодку. Не буду рассказывать, как — это отдельная история. Скажу только, что документы были идеальны, легенда безупречна, а моя внешность — именно то, что нужно. Молодой. Красивый. Женоподобный юнец с большими глазами и пухлыми губами. Я сама себя не узнавала в зеркале.

Капитан заметил меня в первый же день. Высокий, седой, с холодными серыми глазами. Он смотрел на меня так, как будто я была экспонатом в музее. Или добычей, которую ещё не поймали.

— Новенький? — спросил он.

— Так точно, сэр.

— Как зовут?

— Джон, сэр. Джон Смит.

— Джон Смит, — повторил он. — Хорошее имя. Простое. Откуда ты, сынок?

— Я из Висконсина, сэр.

Он поднял бровь.

— Надо же. Я тоже из Висконсина. Из Грин-Бей.

— Я из Милуоки, сэр. Но бывал в Грин-Бей. На футболе.

— «Пэкерс»?

— «Пэкерс», сэр.

Он улыбнулся — впервые. Не холодно. Почти тепло.

— Земляк, — сказал он. — Надо же. Земляк на моей подлодке.

Он смотрел на меня, и я понимала, что он хочет меня. Это было видно по тому, как он едва заметно облизывал губы. Как он сжимал кулаки. Как он наклонялся ближе, когда говорил. Я знала этот взгляд.

Но теперь я была мужчиной. И я должна была соблазнить его.

---

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ. КАЮТА

Это случилось через неделю. После вахты. Я шла по узкому коридору — уставшая, потная, с запахом машинного масла на руках. И встретила его. Капитан стоял у переборки. Смотрел на меня.

— Смит, — сказал он.

— Сэр.

— Как тебе служба?

— Всё окей, сэр. Тихо. Спокойно.

— Тихо, — повторил он. — Это да. Под водой всегда тихо.

Он помолчал. Потом сказал:

— Я хотел спросить. Ты давно из Висконсина?

— Полгода, сэр.

— Скучаешь?

— Бывает.

— Я тоже, — сказал он. — Иногда. Особенно по осени. Когда листья краснеют. Помнишь?

— Помню, сэр. У нас в Милуоки клёны. Всё озеро в листьях.

— Да, — он улыбнулся. — Озеро Мичиган. Холодное. Но красивое.

Он замолчал. Посмотрел на меня. Долго. Потом понизил голос:

— Смит. Зайди ко мне в каюту. Через полчаса. Есть разговор.

— Какой, сэр?

— Личный, — сказал он. — О Висконсине.

Он ушёл. Я стояла в коридоре и чувствовала, как сердце бьётся где-то в горле. Это был не «разговор о Висконсине». Это был зов. И я знала, что пойду. Но сперва — в душ. Жрать хотелось, но нельзя — мне нужен чистый кишечник в эту ночь. Мой задний проход должен порадовать капитана своей чистотой.

---

ЧАСТЬ ПЯТАЯ. СЕКС

Я постучала в дверь каюты. Он открыл сразу. Каюта была небольшая — койка, стол, шкаф, лампа. Пахло одеколоном и табаком. Он закрыл дверь. Запер её.

— Садись, — сказал он.

Я села на койку. Он стоял. Смотрел на меня.

— Ты красивый, — сказал он. — Ты знаешь это?

— Знаю, сэр.

— Не называй меня «сэр». Здесь нет званий. Здесь только мы.

Он подошёл. Близко. Я чувствовала его запах — дорогой одеколон, табак, пот. Он был выше меня на голову. Сильнее. Он мог сделать со мной что угодно. Но я не боялась. Я знала, что делаю. Я смотрела на него во все глаза — одобряюще и вожделенно. Так, как умеют смотреть женщины.

Он поцеловал меня. Грубо. Жадно. Как будто ждал этого всю жизнь. Я ответила. И в этом поцелуе я почувствовала своё новое тело. Как оно реагирует. Как напрягается. Как член — мой член — становится твёрдым.

Это было странное ощущение. Незнакомое. Я никогда не чувствовала, как что-то растёт из меня. Как что-то хочет наружу. Как что-то требует. Это было не как с женщиной — там всё было мягко, влажно, внутри. А здесь — твёрдо, прямо, наружу. Как будто из меня выросла рука, которая хотела схватить, взять, войти.

Он опустился на колени. Расстегнул мои брюки. Достал мой член. Посмотрел на него. Улыбнулся.

— Красивый, — сказал он. — Как и ты.

И взял его в рот.

Я никогда не чувствовала этого раньше. Это было... острее, чем с женщиной. Может быть, потому что это была я — но не я. Может быть, потому что это было запретно. Может быть, потому что это был мужчина. Я не знала. Я просто чувствовала.

Его губы. Его язык. Его горло. Он сосал умело. Долго. Медленно. Как будто смаковал. Я чувствовала, как что-то нарастает внутри — не в животе, не в груди, а там. Внизу. В самом основании. Как будто там открылся родник. И через меня пошла вода. Тёмная. Горячая. Живая.

Я кончила — быстро, неожиданно, ярко. Как будто из меня вырвалось что-то, что сидело там годами. И он проглотил всё. До капли. Потом поднялся. Посмотрел на меня.

— А теперь ты, — сказал он.

Я была женщиной, которая делала минет сотни раз. Я знала, как это делается. И я сделала.

Я опустилась на колени. Взяла его член в рот. Он был большой — больше, чем я ожидала. Я двигалась медленно, осторожно. Языком обводила головку, скользила по стволу. Он стонал. Его пальцы сжимали мои волосы. И когда он кончил — я проглотила. Как училась. Как делала раньше.

Он посмотрел на меня. В его глазах было что-то новое. Не похоть. Не желание. Что-то другое. Может быть, нежность. Может быть, удивление.

— Ты особенный, — сказал он. — Я таких не встречал.

— Я знаю, — ответила я.

И тут я подумала: «А что — мне понравилось!» Я и раньше иногда смотрела гей-порно. Не только из любопытства. И вот сама попробовала. И это было... не то чтобы лучше, чем с мужчиной в роли женщины. Но по-другому. Острее. Запретнее. Свободнее. Как будто я надела чужую кожу — и она оказалась мне впору.

---

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. ИНФОРМАЦИЯ

Я провела на подлодке три месяца. Я спала с капитаном несколько раз в неделю. Тут, под водой, вдали от начальства, в тёмном во всех отношениях мужском коллективе не было показной уставщины. И многое зависело от капитана подлодки. И порядки были здесь вполне либеральные. И ещё пара офицеров оказывали мне недвусмысленные знаки внимания, но я не отвлекалась... Знаете ли, месяцы плавания без женского общества требуют замены. Я это прекрасно понимаю.

Я слушала его разговоры. Я читала его документы на ноутбуке — когда он спал. Я узнала всё, что нужно. Оружие. Его характеристики. Его слабые места. Всё.

И однажды — в порту — я ушла. Просто сошла на берег и не вернулась. Капитан искал меня. Но не нашёл. Я была уже в другом городе. С другими документами. На пути домой.

Меня встретили. Те же двое — седой и в очках.

— Молодец, — сказал седой. — Ты сделала то, что не мог сделать никто.

— Я знаю, — ответила я.

Мне дали награду. Много денег. И предложили операцию — обратно. Снова стать женщиной.

— Подумай, — сказал седой. — Ты можешь вернуться к своей жизни. К своей внешности. К своему телу.

Я подумала. И сказала:

— Не сейчас.

---

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ. ГОМОСЕКСУАЛЬНЫЕ СВЯЗИ

Мне понравилось. Быть мужчиной. Быть красивым юношей. Быть тем, кого хотят. Я не хотела возвращаться. Пока что.

Я соблазнила адмирала ВМС. Он был старый. Смешной. Он не умел целоваться, но умел говорить комплименты. Я слушала его и думала: «Боже, какой же ты дурак. Но ты милый». У него было трое замечательных детишек и красавица жена — адмирал мне показывал фото. В первый раз его принудили к сексу в суворовском училище. И это был первый раз в его жизни. Потом были женщины, много женщин; но без мальчиков время от времени он не мог.

Я однажды поймала заинтересованный взгляд чиновника из Росатома. Он был молодой. Умный. Амбициозный и энергичный. С ним было интересно — не только в постели. Мы говорили о науке. О политике. О жизни. Он не знал, кто я. И я не говорила. Это было лучше. Он предпочитал быть пассивом и переодевался в женскую одежду.

Мне оказывал знаки внимания депутат из Госдумы, партия «Справедливая Россия». Я ему подставила свою попку и ротик. Он был толстый. Противный. Но он был богат и знаменит. Даже руководитель какого-то думского комитета. Мне было прикольно, когда этот внушительный и — ужас какой солидный — народный избранник сосал мне член и даже отлизывал задницу.

Я отдалась даже турецкому послу! Вау! Он был такой страстный и горячий любовник! Восточный темперамент. Он читал мне стихи на турецком, которые я не понимала. Но они звучали красиво. Мы занимались сексом на балконе его резиденции. Под звёздами. Я чувствовала его тело, и оно было прекрасно. Это был мой лучший гомосексуальный партнёр.

Я ходила по клубам. Но тамошние жеманные манерные геи не нравились. И в гей-порно я предпочитала смотреть, как брутальные мускулистые мачо фачат друг друга в подтянутые задницы. Или хотя бы как трансвеститы, талантливо вошедшие в женский образ, им отдаются. Были у меня не только парни, девки сами на меня вешались. Я отодрала двух. Тоже весьма ценный опыт. И не только отодрала их в дырки. Они обе сказали, что никто им не делал такой шикарный куннилингус. Знали бы они, что я женщина и прекрасно знаю, как и где нужно отлизывать.

А потом... потом я устала.

---

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ДВОРНИКИ

Это случилось в Москве. Поздней осенью. Я шла по улице — уставшая, пустая. И увидела их. Двое дворников. Таджики. Они пили вино из пластиковых стаканчиков. Смеялись. Более молодой посмотрел на меня с нескрываемым интересом и даже цокнул языком. И я подумала: «А почему нет?»

Я подошла. Они посмотрели на меня голодными глазами. Зарплаты дворника на проституток явно не хватало. А пафосные москвички им, приезжим нищебродам с семьями на родине, не давали. Один — молодой. Другой — постарше. Я широко улыбнулась. И банально попросила закурить.

Они переглянулись. Потом засмеялись. Угостили сигареткой и запросто налили мне. Мы пили. Молчали. Потом я поцеловала молодого. Потом — старшего. Потом мы пошли в их подсобку. Там было грязно. Пахло мазутом и потом. Но мне было всё равно.

Когда старшего не было рядом, молодой рассказал мне, что однажды не выдержал и хотел изнасиловать, но в итоге сам был изнасилован. Трансвеститом. Он подкараулил в вечернем парке эффектную даму, а та оказалась этим самым. Трансвестит шёл на работу в клуб за парком. Хорошенько отдубасил незадачливого дворника и, угрожая ножом, заставил отсосать. Это надолго отбило желание связываться с московскими красотками.

Я занималась с ними сексом. Долго. С двумя. Меня драли как сидорову козу. Я была мужчиной, и они были мужчинами. Это было самое простое, что я делала. Без целей. Без миссии. Просто потому что хотелось. Потому что было весело. Потому что я устала быть тем, кем меня хотели видеть. Мне уже хотелось быть просто женщиной. Экзотика приелась.

Утром я ушла. Они спали. Я вышла на улицу. Шёл снег. Первый снег в этом году. Я закурила. И подумала: «Всё. Хватит».

---

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Я вернулась к своим. К тем двум. Седому и в очках.

— Я готова, — сказала я. — Делайте операцию.

Седой посмотрел на меня. Долго. Потом кивнул.

— Хорошо. Мы всё подготовим.

Операция прошла успешно. Я снова стала женщиной. Светой. С её телом. С её лицом. С её вагиной. С её грудью. С её волосами.

Я стояла перед зеркалом. Смотрела на себя. Долго. Потом улыбнулась. И сказала:

— Привет, Светка. Давно не виделись.

---

ЭПИЛОГ

Иногда, в баре, после третьего бокала вина, я рассказываю эту историю подругам. Они смеются. Не верят. Говорят: «Светка, ты врёшь».

Я не спорю. Я просто улыбаюсь. И думаю о том, что было. О подлодке. О капитане. Об адмирале. О чиновнике. О депутате. О после. О дворниках. Обо всех них.

Я была мужчиной. И я любила мужчин. А потом стала женщиной. И снова люблю мужчин. Но по-другому. Потому что теперь я знаю, каково это — быть с другой стороны.

И это знание — оно бесценно.

— Ты необычная, — сказала мне однажды Лерка.

— Знаю, — ответила я.

— Не любо — не слушай, — сказал бы Писахов. — А врать не мешай.

---

Полное собрание Светкиных приключений: http://proza.ru/avtor/slavinaalisa&book=17#17