Костя и его школьный год. Глава 7

В классе пахло мандаринами и клеем — самый настоящий новогодний запах. На окнах висели снежинки, вырезанные неровными, но старательными руками: у кого-то они были похожи на звёздочки, у кого-то — на пушистые комочки, а одна, самая большая, вообще напоминала снежного человечка, если очень сильно присмотреться.

Елена Сергеевна стояла у доски, но писать ничего не собиралась. Вместо этого она улыбалась и говорила:

— До каникул осталось совсем чуть-чуть. И я подумала: пусть сегодня будет не про правила и не про задачи. Пусть будет про ожидание чуда. Кто хочет рассказать, что самое новогоднее для него?

Костя сначала хотел опустить глаза — вдруг скажут, что он скажет что-то не то. Но потом вспомнил: теперь он уже не тот мальчик, который боится поднять руку. Он поднял её спокойно, будто так и надо.

— Для меня самое новогоднее — это когда дома включают гирлянду. Сначала она не горит, и комната тёмная, а потом — раз! — и сразу становится как будто теплее, даже если батареи еле греют.

Лена с первой парты кивнула:

— Ага! И ещё когда на улице уже темно, а в окнах у всех огоньки. Будто весь город шепчет: «Скоро праздник».

Миша хмыкнул и сказал чуть тише:

— А я люблю, когда в магазине ставят ёлку прямо у входа. И она пахнет настоящей хвоей, не как искусственная. И ты идёшь мимо, и нос сам тянется к веткам, чтобы понюхать.

Елена Сергеевна улыбнулась:

— Вот видите? У каждого своё новогоднее волшебство. И оно не в больших делах, а вот в этих маленьких моментах.

После уроков Костя и Миша не пошли сразу домой. Они стояли у витрины магазина, где уже стояла большая пушистая ёлка, украшенная шарами и мишурой. Рядом на полке лежали коробки с гирляндами, пакетики с конфетами в блестящей обёртке и маленькие деревянные игрушки — домики, олени, звёздочки.

— Знаешь, что я хочу? — тихо сказал Костя, глядя на витрину. — Сделать что-то своими руками. Не купить, а именно сделать. Чтобы потом повесить на ёлку и знать: это я сам придумал и вырезал.

Миша пожал плечами, но в глазах у него мелькнуло то самое «я с тобой»:

— Тогда пойдём ко мне. У мамы есть картон, краски, ножницы. Сделаем так, чтобы даже если криво — всё равно красиво.

Дома у Миши пахло горячим чаем и чем-то уютным. Мама Миши улыбнулась, увидев их:

— О, новогодние мастера пришли? Сейчас всё найдём.

Они сели за стол. Костя взял кусок зелёного картона и вырезал неровный треугольник — ёлку. Потом Миша нашёл золотистую бумагу и сделал из неё звезду. Костя нарисовал на маленьком квадратике домик с окошком, где будто горел свет — жёлтым фломастером.

— Смотри, — сказал Костя, приклеивая окошко. — Тут кто-то ждёт Новый год. Может, семья, может, кот. Но точно кто-то, кому тепло.

Миша кивнул:

— И мы ему подарим эту игрушку. Пусть висит на ёлке и напоминает: где-то всегда есть тепло.

Когда игрушки были готовы, они привязали к ним ниточки и пошли к Косте домой. Мама как раз доставала коробку с гирляндами из шкафа.

— Ой, — улыбнулась она, увидев поделки. — А это что за красота?

Костя чуть покраснел, но сказал гордо:

— Это мы сами сделали. Пусть висят. Они не такие ровные, как в магазине, зато… настоящие.

Мама обняла его, и Костя почувствовал, как от этого объятия и правда становится теплее.

Ёлку они наряжали все вместе. Сначала мама повесила старые игрушки — те, что были ещё с её детства: стеклянный шар с блёстками, птичку из ваты, маленькую серебряную шишку. Потом Костя и Миша повесили свои поделки: домик с тёплым окошком, звезду и зелёную ёлочку.

— Смотрите, — сказал Костя, когда они отошли на шаг, чтобы посмотреть на ёлку целиком. — Они не теряются среди остальных. Наоборот, будто делают её ещё наряднее.

Вечером, когда за окном уже зажглись огоньки в соседних окнах, Костя сел у ёлки, взял лист бумаги и начал писать. Не для урока, не для мамы — просто для себя.«Дорогой Дед Мороз. Я не прошу ничего большого. Просто пусть у всех будет такой вечер, когда можно сидеть у ёлки и знать, что рядом те, кто тебя понимает. И пусть у Миши будет такой же домик с тёплым светом — не на игрушке, а в жизни. А мне… мне хватит того, что есть: ёлки, гирлянды, мандаринов и того, что я теперь не боюсь поднимать руку и помогать другим. Спасибо. Твой Костя».
Он сложил письмо, положил его в конверт и оставил на подоконнике.

— Думаешь, он придёт? — спросил Миша, который сидел рядом и грыз мандарин.

Костя улыбнулся:

— Не знаю. Но даже если нет… мы ведь сами уже сделали этот праздник. Сами вырезали, сами повесили, сами посидели и поговорили. Значит, чудо уже случилось. Просто оно тихое.

Миша кивнул, кинул в рот дольку мандарина и сказал:

— Тогда давай ещё одну снежинку вырежем. Пусть будет побольше чудес.

И они снова взялись за ножницы и бумагу. За окном падал лёгкий снег, фонари горели тёплым жёлтым светом, а в комнате пахло хвоей, мандаринами и тем самым ощущением, когда знаешь: скоро случится что-то хорошее.