Полуостров. Глава 274

Глава 274
- Рад видеть вас, Павел Александрович! - физиономия отца Козлова так и светилась радушием. - Проходите! Чай, кофе, может быть, что покрепче? У меня есть очень хороший коньяк, коллеги подарили... Да не разувайтесь вы!
В его кабинете все сохранялось по-прежнему, только на стене добавилась репродукция известной картины. Хотя зная его доходы, я бы не удивился, если бы он смог приобрести подлинник.
- Я вас побеспокоил, потому что дело, скажем так, деликатное. Его не очень получается обсудить в телефонном разговоре... Поэтому, пользуясь тем, что вы заехали в Москву...
- Вы же о репетиторстве? - перебил его я. - Но я же писал уже вам, что я не занимаюсь с учениками по скайпу, зуму и прочим телемостам. Да, вот такой я несовременный! Мне нужен личный контакт... И потом... - я отпил принесенного домработницей кофе. - Владиславу уже восемнадцать, в таком возрасте, - я подхватил его интонацию, - не очень получается жаловаться родителям!
- Пока финансирую я, не сомневаетесь, я найду рычаги давления! - снисходительно произнёс Анатолий Семенович. - Да и когда вы жаловались на него, Павел Александрович! Не лукавьте...
- Я подумаю, - сухо сказал я.
- Подумайте, - кивнул отец Козлова. - Деньги предлагаю хорошие, выше, чем в среднем по рынку. Поймите, вопрос не цены, я могу позволить себе нанять специалиста любого уровня, просто вы - единственный, кто может заставить его учиться! Даже сейчас по вашему предмету у него достаточно неплохая ситуация. Алина Георгиевна его очень хвалит... В отношении знаний, - подумав, сокрушенно добавил он.
- Алина Георгиевна - это новый учитель биологии?..
- Да, и новый класрук. Девушка молодая, по-видимому, ещё неопытная... Павел Александрович! - воскликнул я, заметив, видимо, что я саркастически изогнул брови. - Вы - все же мужчина, вам проще с подростками. Вы где-то можете и проявить жёсткость....
- Несомненно, - кивнул я.
- Я слышал, - он замялся, - у вас скоро родится ребёнок... - вот же Мария Борисовна, треплет языком с бывшими товарками. - Это всегда большие вложения, а в провинциальной школе... Или же вы преподаёте в лицее, Павел Александрович?..
- Нет, в обычной, как вы выразились, провинциальной школе. Работаю учителем начальных классов...
Я с удовольствием наблюдал за метаморфозами выражения его лица. Сначала на нем поступило недоумение. Потом - недоверие. И, наконец, явственная брезгливость.
- Зачем же вы уехали из Москвы? Здесь у вас было неплохое место. Я понимаю, конфликты с администрацией, но, при ваших способностях, это должен был быть, по крайней мере, Питер. Да и в Подмосковье, в наукоградах, полно очень сильных школ! Я мог бы...
- Переезд носит личный характер, Анатолий Семенович! Простите, не готов с вами его обсуждать!
- Я понимаю, - легко согласился он. - По-видимому, там воздух хороший... Морской... Мало производственных предприятий. Я был там, Саша меня туда таскала, она обожала этот город. У вашей жены какие-то проблемы со здоровьем? Или у девочки?..
- Анатолий Семенович, - твердо сказал я. - Вы не хотели бы перейти к делу? Что-то мне подсказывает, что поводом для нашей встречи послужили не только уроки биологии...
- Вы не ошиблись, - согласился отец Козлова. - Видите ли, Влад вдруг решил посетить могилу матери. Не знаю, с чего ему пришла в голову эта... - он в последнюю минуту опустил слово "блажь". - Идея... Но, хорошо, я поднял свои связи, и оказалось... - он сделал паузу, и я невольно подался в его сторону, с нетерпением ожидая продолжения. - Что у неё нет могилы. Она нигде не похоронена. Ни в Выборге, где жила последнее время, ни где бы то было ещё...
- Интересно, а при чем здесь я?
- Не знаю, Павел Александрович! - развёл руками Анатолий Семенович. - Это мнение Влада, не моё. Возможно, он предполагает, что у вас есть доступ к информации на уровне города...
- Глядя, к какой информации...
- Я мог бы хорошо заплатить...
- Если я реально смогу помочь, - я сделал акцент на слове "реально", - я эту информацию вам и бесплатно предоставлю. С чего он вообще взял, что она умерла?
- Он сказал, - Анатолий Семенович вдруг посмотрел на меня в откровенной растерянности, - что это вы ему сообщили... Я, правда, не знаю, Павел Александрович, что думать, он со мной крайне редко вступает во взаимодействие, к сожалению... Но недавно, вот, попросил с вами поговорить...
- А сам-то он что? - удивился я. - Вроде ж я его в мессенджерах не банил...
- Не знаю, - снова повторил отец Козлова. - Он очень странный стал... Я понимаю, что он и раньше не был ангелом, но сейчас в нем какая-то озлобленность появилась. Чуть не покалечил одноклассника. Я, конечно, уж буду говорить с вами откровенно, Павел Александрович, замазал это дело... И знаете, что он мне сказал? Что ему, извините за выражение, по х..., что с ним будет! Поэтому я очень прошу...
- Ну, я же не тоже не психолог, Анатолий Семенович! - воскликнул я.
- Да, но вы как-то умеете с детьми!.. Я понимаю, он не ребёнок уже, но все же... Не скромничайте, Павел Александрович, у вас явный педагогический талант! Девяносто семь баллов у Коновалова! Вся школа об этом только и говорит! Я, в курсе, что у вас и раньше были стобалльники, но Коновалов!
- Простите, но я совершенно не согласен с вашем мнением, что Коновалов - дурак...
Анатолий Семенович поморщился.
- Я не говорю, что он - дурак, но он с детства был не в себе... Пошёл работать на пункт самовывоза... Почему?
- Может быть, потому что конкурс огромный, а его мать финансово не потянет платку? - осмелился предположить я.
- Есть же целевое!
- Которое тоже все разобрано...
- Ну, не знаю, Павел Александрович! Вы ему так благоволили, могли бы, наверное, и посодействовать...
- Я не располагаю подобной возможностью! - резко сказал я.
- Ну, хорошо... - отец Козлова подошёл к бару. - Может быть, всё-таки по коньячку? Я располагаю... Услуга за услугу. Я пристраиваю его в нужный ему институт, вы же...
- Я делаю что, Анатолий Семенович?! - вскричал я.
- Вы промываете мозги Владу! Меня не устраивает сложившаяся ситуация, с постоянными вызовами к директору! Алина Георгиевна откровенно не справляется...
- Начните с того, что возьмите надомное обучение! - сказал я. - Или заочку!
- Влад не хочет. Он же спортсмен, ему претит целый день сидеть дома.
- Он хочет компенсировать отсутствие спортивных достижений сворачиванием набок чужих челюстей?..
- Вот видите, вы уже знаете.... Земля слухам полнится... Мальчик там тоже не простой...
- Я догадываюсь, Анатолий Семенович. Владислав привык быть лидером, сейчас это труднореализуемо...
- Поговорите с ним, Павел Александрович! - отец Козлова прижал руку к сердцу. - А я позвоню одному знакомому... Вы же Пироговку хотите? У них всегда есть пара свободных мест. Исключительно для своих! - он ухмыльнулся.
- Анатолий Семенович! - я встал. - Ваше, столь щедрое, предложение, совершенно излишне! Я поговорю с Владиславом...
- Поговорите, он дома! Я сейчас ему сообщу, что вы пришли... - отец Козлова тоже выдвинулся из-за письменного стола.
Никто из нас так и не притронулся к разлитому коньяку.
Анатолий Семенович постучал по двери, ведущей в комнату сына, и из неё высунулась его хмурая физиономия. Выгдядел он, правда, значительно адекватнее, чем, когда я с ним встречался последний раз.
- Заходите, Павел Александрович, - пропустив меня, он захлопнул дверь перед самым носом отца. - Я на вас зла не держу...
- Казалось бы, а в чем дело?..
- В Вальке же, - трость Козлова, прислоненная к кровати, выглядела действительно крайне внушительно. - Да понятно, что она перед любым жопой крутит... Пробы ставить негде!
- Зачем же ты с ней встречаешься в таком случае?
- Зачем... - Козлов доковылял до кровати и вернулся к письменному столу, уже опираясь на свое мощное орудие. - Ну, я пытался в сети знакомиться... Пока переписываемся, вроде ок. А потом... Эта сучка приходит, и нахрен уже никто не нужен! Ну, и вообще... Понятно же, что они из-за бабла... А эта... Мы как-то по улице шли, встретили этих двух, они стебаться начали, так Валька у меня палку забрала и так Селиванову по хребту вмазала! Она у неё сама к нему полетела! И говорит, если скажешь кому, на раз тебя из приемной вышибут, наркош сраный!
- Заботится, значит...
- Слушайте, Павел Александрович, - вздернулся Козлов. - Я только из уважения к вам...
- Уважаешь, стало быть... - я огляделся по сторонам.
На кровати у Козлова были свалены учебники. Комната тоже находилась в мало-мальски прибранном состоянии.
- Ну, не эту же тупорылую уважать! Вообще ни хера биологию не знаете! Она мне, такая, говорит: "Давай, я тебе автоматом" пятерку" поставлю, только ты на занятиях не вые...ся!"
- Так и сказала? - усомнился я.
- Ну, почти, - хмыкнул Козлов. - Я тут у неё в олимпиаде участвовал... В какой-то дебильной! Даже что-то занял, не выяснял, мне пох... Я в нормальной, Павел Александрович, хочу, вы будете со мной заниматься?
- Слушай, ну я же очень редко бываю в Москве!..
- Ну, а как другие, по интернету?
- Я - не другие! Хорошо... - тяжело вздохнул я. - Я готов подумать... Знания ты, по всей вероятности, за лето не растерял, они вполне себе ничего, что не скажешь о поведении...
- Это вам Коновалов настучал? - оскалился Козлов. - Ну, а чего он лыбу давил? То же мне ещё, сам в институт не прошёл!
- С твоей точки зрения, так легко поступить в серьезный ВУЗ?
- Да понятно, что нет, - согласился Козлов. - Петьку папаша поступил, Гаврикова только на платку на стомат прошла...
- Она же педиатром быть хотела... И кто это, интересно знать, за неё платит?
- Значит, перехотела! - Козлов было достал из кармана пачку сигарет, но я остановил его взглядом.
- Подожди, вот уйду, делай, что хочешь, мне скандал не нужен! Мачеха твоя дома...
- Она подслушивает, - кивнул Козлов. - С тех пор, как я с Валькой встречаться начал, извелась вся! Боится, что отец с ней замутит... Он её уже как-то проводить хотеть, поздно было. Только пошёл далеко! Я на ней, Павел Александрович, жениться хочу! - в глазах у него заплясали бесенята. - Свадьба чтобы красивая, то, сё!
- На деньги папаши, ага?
- А он теперь, что я не попрошу, все делает. Боится, что я торчком стану!
- На это деньги нужны, Козлов, достаточно не давать...
- Чтобы его сын, как лошара, бабу свою в кафешку не мог сводить?
- Слушай, Владислав! - я сделал паузу, и глумливое выражение стерлось с физиономии Козлова, словно по ней провели ластиком. - Ещё раз. Я обещаю подумать на вашим предложением репетиторства. К олимпиадам, да, пожалуй, могу готовить, так не вижу особого смысла, ты и сам в состоянии набрать высокий балл, если постараешься! А не будешь растрачивать время на стычки с Коноваловым!
- Да я чего, Павел Александрович, - начал Козлов, - он сам нарывается...
- Он нарывается отнюдь не всегда! И вы уже не дети, вы - взрослые люди, вот и ведите себя соответственно! Если ты хочешь чего-нибудь действительно добиться, ты должен сосредоточиться на своей собственной жизни! А не закатывать в бетон всех, кто на тебя криво посмотрел!
- Вы так умели, Павел Александрович? - в голосе Козлова слышалось скорее уныние, чем злость.
- Нет, конечно же! Поэтому я всем говорю: не надо смотреть на меня, не надо повторять моих ошибок! Их тоже несть числа. Я бы не сделал многое из того, что сделал в юности, если бы тогда дружил с головой...
Козлов водил пальцем по инкрустированной металлом ручке трости.
- Я надеюсь, у неё внутри нет клинка? - осведомился я. - А то раньше так делали...
- Сейчас тоже так делают, Павел Александрович! - он с очевидной гордостью поднял трость вверх, и я внезапно вспомнил рассказ его матери об истории с её другом. - Я её в инете заказал... И это, короче, я знаете, что думаю? Пиз...ж это все, уж извините. Вы бы сделали все то же самое. Иначе бы вы не пришли...