Осень

Средь золотого, тёплого дождя,
Где лепестки кружат, как чьи-то сны,
Он замер, время словно замедля,
В объятьях наступившей тишины.
Одет во всё безмолвно-чёрный цвет,
Среди цветущих, солнечных ветвей,
Он ловит горстью хрупкий, жёлтый свет,
Что сыплется сквозь пальцы всё сильней.
В его глазах — печаль и глубина,
Взгляд устремлён в неведомую даль.
Ему чужда весенняя весна,
Но всё же этой нежности не жаль.
Он не бежит от падающих звёзд,
Что превратились в жёлтый лепесток.
В его руках — букет из чьих-то слёз,
И тихий, еле слышимый вздох.
Здесь, в этом царстве света и теней,
Где прошлое не властно над судьбой,
Он просто человек среди ветвей,
Наедине с цветущею весной.
Аро и Кайус... Время замерло вдруг,
Под сенью листьев, что горят, как янтарь.
Один — в холодной чёрной мгле, без вьюг,
Другой — спешит к нему сквозь этот яр.
Аро сидит, скрестив свои персты,
В камзоле тёмном, средь златых ветров.
Он ждёт того, с кем связаны мечты,
С кем делит век, и радость, и любовь.
Летят цветы на плечи, на рукав,
Лаская бледный, чуть печальный лик.
Он слышит шаг — и, голову подняв,
Встречает взгляд, что сердцу так привык.
Кайус идёт, чуть хмуря строгий взор,
Сквозь золотой, кружащийся туман.
И для Аро меркнет весь узор,
Когда к нему склоняется он сам.
— Ты долго шёл, — чуть слышно он вздохнёт,
Роняя лепестки с своих ладоней.
А Кайус рядом молча прикоснётся —
И мир затихнет в этом полутоне.
Два стража, два властителя теней,
Среди цветущей, тёплой, злой весны.
И нет на свете ночи их темней,
И нет нежнее этой тишины.
Они уйдут — под сенью, в полумгле,
Где осень сыплет золото на грудь.
Аро и Кайус — вместе, на земле,
Найдя в друг друге свой единственный путь.