Муха на потолке

Муха сидит на потолке и смотрит на картину «Танец бананов». Для нас она, может, и висит как положено: в тяжелой вычурной раме, на светлом фоне два очищенных банана будто извиваются в странном, почти торжественном па. Но для мухи это не «как положено». Для мухи все перевернуто. Или, что еще хуже, для мухи именно так и правильно, а перевернуты уже мы — вместе со своими стенами, полом, вкусами и претензиями на искусство.
И вот сидит муха, перебирает лапками, косится на этот шедевр и думает безо всякой музейной вежливости: какого хрена эти идиоты повесили великую картину вверх тормашками? Потому что бананы и без того выглядят тревожно: один изогнулся, как артист в последнем акте, другой вообще будто падает, но делает это с достоинством. Все это напоминает балет, если балет ставили в состоянии легкого безумия. А если смотреть с потолка, как муха, — то безумие уже тяжелое и окончательное.
У мухи от этого кружится башка. Она пришла, может быть, за простым: посидеть, потереть передние лапки, подумать о вечном мусорном ведре. А тут — искусство. Причем такое, которое еще и отказывается сотрудничать с гравитацией. Рама пафосная, золотая, почти церковная, а внутри — бананы, которые ведут себя так, будто им плевать на земные законы. Один свешивает кожуру, другой выгибается, как акробат, и вся композиция словно говорит: да, это серьезно, да, это красиво, да, попробуй теперь понять, где у нас верх.
И муха, надо сказать, реагирует абсолютно по-человечески. То есть нервничает, злится и матерится про себя с такой искренностью, какой давно не встретишь у посетителей галерей. Потому что перед великим искусством все равны: искусствовед ищет символику, критик — контекст, а муха — опору под ногами. И не находит. Перед ней не просто «Танец бананов», а какой-то экзистенциальный срыв в желтом цвете.
И я муху понимаю. Правда понимаю. Если вы хоть раз мысленно пытались смотреть на мир с потолка, вы сразу почувствуете этот внутренний протест. Почему все так устроено? Почему бананы танцуют? Почему рама такая торжественная, будто внутри как минимум битва ангелов, а не фруктовая паника? И главное — какого хрена это висит именно так?
Муха ответа не знает. Но сидит, смотрит, бесится и продолжает считать, что человечество снова что-то перемудрило. Возможно, именно в этот момент она ближе всех к подлинному пониманию искусства.