проездом

«Она жила в «старом городе». Той части, где обитают легенды, зажиточные пенсионеры и тишина.

Ей нравилось..

Просыпаться в квартире, где в потолках вечно жила тень и неопределённость. Где стены были такими толстыми, что не то, что шум - признаки жизни чужой не долетали. Ни в каком виде!

Где кухня была похожа на залу, а зала - на детский мини-стадион. Где окна опускались к полу низко. И можно было без труда и взобраться, при настроении. И глянуть сверху, на улочку - под ними - навалившись пахом на широкий деревянный подоконник.

Вдоль длинной стеночки стоял кухонный гарнитур. Весь «в дереве», впрочем без авантюрных изысков. По другой - противоположной - стене выстроились авантажный буфет; тумба с ящиками и дверцами и кресло удобное, в угол. Распашные застеклённые двери, ведущие в «рай кулинарии» пропускали неясно свет из коридора.

Коридор же, углами и изломами приглашал отведать «квест». Под названием - «где у меня что?»

Если окна бывали открытыми - в ясную и не очень прохладную погоду. То даже и осенью поздней приносились звуки из близ лежащей округи. ЦУентральной площади, с маленькими уютными кафе. Там по вечерам играли винтажную музыку. С водокачки старинной - туда стекались окрестные собаки «без жилья». Их подкармливали и они не становились одичалыми, как ни странно. С улочек и тупичков рядом расположившихся. Звуки чьих-то жизней, мелкие происшествия, клаксоны авто, лязг металлических колёс трамваев.

На подоконниках цвели - вечно - герани. Красные, розовые, бордо, в лавандовый отлив.

На туалетном столике в спальне - если уж про цветы - ютились в крошечных горшочках фиалки. Тоже разнообразных оттенков..

В гостиной бликовал чуть облупленным, долго пожившим каштановым лаком кабинетный рояль. Изысканная инкрустация металлом делала его похожим на трофей. На пюпитре всегда чернели точками и чертами раскрытые ноты. Рядом этажерка полнилась нотными сборниками, ксерокопиями сброшированными музыкального содержания. Банкетка перед роялем - гобелен с розами.

Когда бывало настроение «около нуля», она садилась к инструменту. И разучивала новую пьесу.

Новейшие вытяжки не умеют справиться с запахами жизни, не всегда приятными. В её квартире, не оснащённой люксовыми наворотами, витал аромат бытия. Теперешнего, вкусного..

Вот она сварила кофе. И горьковатый осадок на языке просочился - в виде волны воздушной - в нужные помещения. Спальня, гостиная, чуть кабинет. А парфюм из спальни - его сладковатые нотки - вечно ползли лишь в коридор и прихожую. Типа, «на прощание..»

Так и звучания её дней.. Они пробивались сквозь двери подобно воспоминаниям из прошлого. Мелодии клавишные, скрипение иглы патефона, тихий перебор слов из телевизора. И создавали обзор и атмосферу..

Покидая дом - по делам ли, на встречу со знакомцами, на одинокую прогулку - она говорила ему «пока!» И шла спокойная и уверенная. Что он примет её, спустя время. Потому что любит её, ждёт. Потому что она нужна ему..»

**

И не снимая с рук напёрстка,

чтоб пальцы не кровить иголкой.

Я вышиваю рожь. И вёрсты,

где рожь растёт. И колос клонит..

Где от земли идёт услада.

Устало ветер шепчет остьям,

что жатва за спиной осталась.

Что высохло жнивьё и колко.

И собрано зерно в колосьях.

Да всё взошло - что будет после..

Куда попасть, хотя бы на день.

Проездом - из Антиба в Давос.

Где у икон дымится ладан.

Где рай людской - прощён и найден.

И сны живут об Аваллоне..