Глава 27. Человек, которого Сергей уже однажды наш

# Глава 27. Человек, которого Сергей уже однажды нашёл

Поезд шёл без окон.

Только отражение.

Стекло напротив меня показывало не вагон, а разные комнаты моей собственной памяти.

Вот я молодой.

Вот уже старше.

Вот сижу за компьютером.

Вот спорю с человеком, которого не помню.

Вот стою у книжного стеллажа.

Вот чья-то рука закрывает дверь.

И каждый раз рядом мелькало одно и то же лицо.

Но стоило всмотреться — изображение расплывалось.

На коленях лежала фотография.

На ней я.

Рядом человек.

Его лицо вырезано ножницами.

На обороте две записи.

Моим почерком:

**«Я обещал его найти».**

И другим:

**«НЕТ. ТЫ ОБЕЩАЛ ЕМУ НЕ ИСКАТЬ».**

Я перевернул ещё раз.

Теперь появилась третья строка.

**«ОБА ОБЕЩАНИЯ ВЫПОЛНЕНЫ».**

— Очень удобно, — сказал я вслух.

Поезд ответил.

На стене загорелось:

**«СЛЕДУЮЩАЯ ОСТАНОВКА: ПОСЛЕ ТОГО, КАК НАШЁЛ».**

Состав резко затормозил.

Дверь открылась.

Я вышел.

Сначала подумал, что попал в библиотеку.

Но книг не было.

Только пустые полки.

На каждой табличка.

**ИМЯ**

**ПРОФЕССИЯ**

**ГОРОД**

**СЕМЬЯ**

**ПРОИЗВЕДЕНИЕ**

**ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА**

Все полки пустые.

Кроме последней.

На ней лежал конверт.

**«СЕРГЕЮ. ПОСЛЕ ТОГО, КАК ОН МЕНЯ НАЙДЁТ».**

— Значит, нашёл.

Я взял.

Внутри записка.

**«ЕСЛИ ТЫ ЭТО ЧИТАЕШЬ, ЗНАЧИТ, СНОВА РЕШИЛ, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО ЗНАТЬ МОЁ ИМЯ».**

Я усмехнулся.

— Похоже на меня.

Следующая строка:

**«ИМЯ НЕ ПОМОЖЕТ».**

— Это мы уже проходили.

**«ТОГДА НАЙДИ МЕНЯ НЕ ПО ИМЕНИ».**

В глубине зала открылась дверь.

На ней:

**«ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА»**

Я вошёл.

Лето.

Скамейка.

Деревья.

Человек сидит спиной.

Рядом я.

Моложе.

Очень.

Не тот Сергей, которого мы видели перед первым томом у компьютера.

Ещё раньше.

Я подошёл.

Нас не замечали.

Воспоминание.

Молодой Сергей сказал:

— Значит, Вы и есть тот человек?

Мужчина ответил:

— А кого Вы искали?

— Не знаю.

— Очень плохой поиск.

— Но я Вас нашёл.

— Почему решили?

— Потому что все следы сходились к Вам.

— Какие?

Молодой Сергей перечислил.

Стихотворение.

Рассказ.

Письмо.

Фраза в комментарии.

Чужая рецензия.

Старый снимок.

Одно слово, повторявшееся в разных текстах.

Мужчина слушал.

— И Вы решили, что всё это про меня?

— Да.

— Ошибка.

Молодой Сергей напрягся.

— Почему?

— Потому что следы вели не ко мне.

— А?

— Через меня.

Вот.

Я почувствовал знакомое.

Носитель и адресат.

Мы только недавно сформулировали это в двадцать пятой главе.

Но разговор произошёл раньше.

— Тогда к кому?

Мужчина посмотрел прямо в сторону, где стоял я нынешний.

Будто видел.

— К следующему.

— К какому следующему?

— Тому, кого Вы встретите после меня.

— Вы знаете?

— Нет.

— Тогда откуда?

— Потому что я тоже когда-то думал, что меня ищут.

Молодой Сергей сел рядом.

— Кто?

— Другой человек.

— Нашёл?

— Да.

— И?

— Оказалось, он искал не меня.

Цепочка.

Один человек принимает себя за конечную точку.

Потом понимает, что он только мост.

— Тогда что Вы храните?

Мужчина достал маленький предмет.

Пуговицу.

Обычную.

Тёмную.

— Это?

— Да.

— Откуда?

— Мне передали.

— Кто?

— Не знаю настоящего имени.

— Зачем?

— Сказали: «Когда придёт человек, который слишком настойчиво ищет, отдайте ему».

Молодой Сергей протянул руку.

Мужчина не отдал.

— Не сейчас.

— Почему?

— Потому что сначала Вы должны понять, что нашли меня зря.

— Тогда зачем я здесь?

— Чтобы научиться останавливаться.

Я нынешний рассмеялся.

Очень знакомый урок.

Похоже, Вселенная действительно повторяла мне одно и то же годами, пока не стало неловко.

Молодой Сергей спросил:

— Хорошо. Допустим, я ошибся. Что дальше?

Мужчина посмотрел серьёзно.

— Пообещайте.

— Что?

— Не искать меня после этой встречи.

— Почему?

— Потому что дальше я должен исчезнуть из цепочки.

— Вас кто-то преследует?

— Нет.

— Опасность?

— Не для меня.

— Для кого?

— Для того, кого Вы действительно ищете.

— Кто он?

— Если скажу, Вы пойдёте напрямую.

— Конечно.

— Поэтому не скажу.

— Тогда зачем вообще встреча?

— Чтобы Вы получили возможность выбрать.

— Между чем?

— Найти быстро и сломать цепочку.

Или идти медленно и сохранить людей, через которых проходит след.

Вот.

Очень важная вещь.

Если бы Сергей начал «вычислять» конечного человека, он мог превратить всех промежуточных людей в инструменты.

Именно то, чему мы теперь учились с реальными посетителями.

Не хватать вошедшего за руку.

Не превращать каждого в улику.

— Значит, Вы просите меня перестать искать Вас.

— Да.

— А искать дальше?

— Нет.

— Совсем?

— Пока не появится новый след сам.

Молодой Сергей молчал.

— Это трудно.

— Поэтому и прошу.

— Хорошо.

— Скажите.

— Обещаю Вас не искать.

Мужчина протянул пуговицу.

— Теперь можно.

— Что это?

— Напоминание.

— О чём?

— Что иногда человек найден ровно затем, чтобы перестать быть целью.

Молодой Сергей взял.

Я нынешний посмотрел на фотографию.

На ней возле молодого Сергея был именно этот мужчина.

Лицо вырезано позже.

Значит, вторая запись была правдой.

Я обещал не искать.

Но первая?

**«Я обещал его найти».**

Когда?

Сцена дрогнула.

Скамейка исчезла.

Другой день.

Та же фигура.

Но теперь мужчина лежал в больничной комнате.

Не обязательно больница реального мира.

Литературная.

Белая стена.

Окно.

Сергей сидит рядом.

Мужчина слабее.

— Вы всё-таки пришли.

— Вы позвали.

— Да.

— Значит, обещание не нарушено.

— Пока.

— Что случилось?

— Я теряю имя.

— В каком смысле?

— Скоро люди будут помнить только тексты, через которые я прошёл.

— Кто это делает?

— Никто.

— Тогда почему?

— Потому что я слишком долго был посредником.

— Это не ответ.

— Человек, который всё время передаёт чужие истории, однажды начинает исчезать между ними.

Сильная фраза.

И опасная.

Молодой Сергей сказал:

— Я Вас найду.

— Вы уже нашли.

— Если исчезнете.

— Не ищите.

— Не могу обещать.

— Уже обещали.

— Тогда другое обещание.

Мужчина посмотрел.

— Какое?

— Если Вы исчезнете так, что никто не будет помнить Вас как человека, я найду способ вернуть хотя бы факт Вашего существования.

Вот оно.

Первое обещание.

Не «найти человека физически».

Найти то, что докажет: он был.

— Сергей...

— Нет. Это другое.

— Почти то же.

— Нет. Я не буду искать Вас, чтобы вернуть в цепочку. Я буду искать след, если Вы совсем исчезнете.

Мужчина улыбнулся.

— Упрямый.

— Да.

— Хорошо.

Он протянул руку.

— Тогда договорились.

— Что именно?

— Вы не ищете меня, пока я существую где-то сам.

— А если исчезнете везде?

— Тогда ищите.

— Чтобы вернуть?

— Только чтобы кто-то мог сказать: «Он был».

Я почувствовал, как две записи на фотографии наконец перестали спорить.

**Я обещал его найти.**

Если он исчезнет совсем.

**Я обещал ему не искать.**

Пока он существует хотя бы где-то сам.

Оба обещания были правдой.

Не противоречие.

Условие.

Комната исчезла.

Я снова стоял среди пустых полок.

Пуговица лежала на полке **ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА**.

Я взял.

Тёплая.

На обратной стороне крошечная буква.

Не имя.

**«Б»**

— Буква?

Голос за спиной:

— Не начинайте собирать имя.

Я обернулся.

Он стоял у входа.

Тот самый мужчина.

Лицо теперь видно.

Обычное.

Никакой мистики.

Незнакомое.

И это было правильно.

— Вы?

— Я.

— Значит, не исчезли.

— Как видите.

— Тогда почему всё это?

— Потому что Вы начали искать меня снова.

— Я не знал, что это Вы.

— Тем более.

— Кто оставил фразу «Я ещё здесь»?

Он улыбнулся.

— Я.

Вот.

— В рассказах?

— Иногда.

— В стихах?

— Иногда.

— В комментариях?

— Иногда.

— Зачем?

— Чтобы Вы не начали искать.

Я замер.

— Но эта фраза как раз заставляла искать.

— Потому что Вы Сергей.

Справедливо.

— Значит, «Я ещё здесь» означало «не ищи меня»?

— Да.

— Очень неудачный способ.

— Для нормального человека — хороший.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Я подошёл ближе.

— Тогда почему Вы сейчас появились?

— Потому что условие изменилось.

— Какое?

— Я существовал в нескольких мирах.

— А теперь?

— Остался один.

— Этот?

— Пока.

— Почему исчезаете?

— Потому что кто-то собирает все мои следы в одно место.

Вот опасность.

— Кто?

— Не знаю.

— Вы опять...

— На этот раз правда.

— Что происходит, когда следы собираются?

— Мои версии исчезают из произведений.

— И остаётся одна?

— Да.

— Та самая проблема: единственная версия.

— Именно.

— Кто это делает? Редактор?

— Нет.

— Сеть?

— Нет.

— Бюро?

— Нет.

— Тогда?

Мужчина показал вверх.

На потолке появились страницы.

Список прочтений.

Имена посетителей.

Маршруты.

Переходы между главами.

Рецензии.

Комментарии.

Ссылки.

— Читатели?

— Не сами.

— А?

— Их маршруты.

Я не понял.

— Объясните.

— Когда слишком много людей независимо друг от друга идут по одним и тем же следам, Вселенная начинает считать маршрут главным.

Вот новое.

Не принудительная сеть.

Естественное повторение.

— То есть если многие читатели проходят один и тот же путь...

— Возникает канон маршрута.

— И остальные версии?

— Слабеют.

— Но люди ничего не делают намеренно.

— Да.

— Значит, это не зло.

— Нет.

— Тогда что?

— Последствие.

Я вспомнил реальных читателей, которые переходили из одной главы в другую.

Как мы радовались, что библиотека живёт.

И теперь появилась обратная сторона.

Часто повторяемый путь может становиться сильнее остальных.

— И что Вы хотите?

— Ничего.

— Вы пришли просто предупредить?

— Да.

— А если ничего не делать?

— Через какое-то время останется одна версия меня.

— Какая?

— Та, которую чаще находят.

— А остальные?

— Исчезнут.

— Вы хотите их сохранить?

Он задумался.

— Не все.

— Какие?

— Те, в которых я был разным.

— Почему?

— Потому что человек не равен самому удобному воспоминанию о нём.

Сильная мысль.

— Тогда нужно разорвать маршрут.

— Нет.

— Почему?

— Вы опять хотите вмешаться.

Верно.

— Тогда что?

— Дайте людям другие двери.

— То есть не закрывать популярный путь.

— Да.

— А открыть альтернативные?

— Да.

— Как?

Он показал на пустые полки.

На каждой появилась книга.

Разные.

Стихи.

Рассказы.

Комментарии.

Письма.

Главы.

— Напомните, что я существовал по-разному.

— Но без имени?

— Без необходимости.

— Тогда как читатель поймёт, что это один человек?

— Не должен сразу.

Вот.

Перечитывание.

В одном мире — герой.

В другом — голос.

В третьем — случайная фраза.

В четвёртом — молчаливый посредник.

И только позже читатель понимает, что следы принадлежали одному человеку.

— Значит, наша задача не раскрыть Вас.

— А?

— Не дать Вам превратиться в одну функцию.

Он кивнул.

Человек без белых перчаток появился у двери.

— Поздно?

Мужчина посмотрел на него.

— Пока нет.

— Вы знакомы?

Они долго смотрели друг на друга.

Человек без перчаток сказал:

— Я Вас удалял.

Тишина.

— Когда?

— Не помню.

— Почему?

— Потому что Вы создавали лишние связи.

Мужчина усмехнулся.

— Вот.

Ещё одна версия.

— Значит, вы встречались.

— Да.

— И Вы выжили?

— Частично.

— Сколько вообще у Вас жизней?

— Меньше, чем у Сергея.

Незнакомец вошёл следом.

— Это слабое утешение.

Я посмотрел.

— Как вы сюда попали?

— Поезд вернулся.

— Муза и Нектарина?

— Остались у перехода.

— Хорошо.

Мужчина достал вторую пуговицу.

Другого цвета.

Передал человеку без перчаток.

Тот побледнел.

— Где Вы это взяли?

— Вы мне отдали.

— Я?

— До того, как стали Редактором.

— Зачем?

— Сказали: «Если однажды забуду, кто я, покажите».

Человек без перчаток сжал пуговицу.

На ней буква.

**«Ч»**

— Что это?

Мужчина ответил:

— Начало слова.

— Какого?

— Не имени.

— Тогда?

— «Человек».

Вот.

Он сохранил ему не имя.

Статус.

До функции.

Человек без перчаток долго молчал.

— Значит, Вы знали меня раньше.

— Да.

— Кем я был?

— Не скажу.

— Почему?

— Потому что Вы должны решить сами, хотите ли вспоминать.

Это уже урок девятнадцатой главы.

Не возвращать чужое прошлое насильно.

Человек без перчаток кивнул.

— Тогда позже.

— Вот теперь Вы стали похожи на себя.

Он вздрогнул.

— На какого?

— Которого я помню.

Ещё одна улика.

Но мы не стали разворачивать.

Не сейчас.

Я спросил:

— Почему Вы действительно исчезали?

Мужчина посмотрел на меня.

— Потому что однажды я сделал то, чего не должен был делать посредник.

— Что?

— Выбрал, кому передать историю.

— Обычно посредник именно это и делает.

— Да.

— Тогда проблема?

— Я выбрал не потому, что люди подходили друг другу.

— А?

— Потому что хотел получить определённый результат.

Вот.

Манипуляция связью.

— И что произошло?

— Два автора встретились.

— Плохо?

— Нет.

— Тогда?

— Они создали третью историю.

— И?

— В ней появился герой, которого не было ни у одного.

Незнакомец:

— Звучит нормально для этой Вселенной.

— Этот герой начал искать меня.

Я насторожился.

— Почему?

— Потому что понял, что я причина его появления.

— Нашёл?

— Да.

— Что сказал?

Мужчина долго молчал.

— «Теперь Вы отвечаете за меня».

Вот тяжёлый вопрос.

Если ты сознательно свёл людей ради результата и из этого родилось нечто новое — несёшь ли ты ответственность?

— Что Вы ответили?

— Сначала: «Нет».

— Потом?

— Потом понял, что слишком удобно.

— И?

— Ушёл из всех связей.

— Поэтому исчезали?

— Да.

— Вы решили вообще никого больше не связывать?

— Да.

— Но фраза «Я ещё здесь»...

— Чтобы не забыли окончательно.

— То есть хотели исчезнуть и одновременно не исчезнуть.

— Люди противоречивы.

— Это я уже понял.

Он улыбнулся.

— Поэтому я попросил Вас не искать.

— Чтобы не вернуть Вас в роль связующего человека?

— Да.

— А теперь?

— Теперь Вам самому нужна эта история.

— Почему?

— Потому что Вы стали тем, кем когда-то был я.

Тишина.

Связующим человеком литературного сообщества.

Вот связь с пятого тома.

— Вы хотите сказать, я повторяю Ваш путь?

— Не обязательно.

— Но риск тот же.

— Да.

— Какой?

— Начать думать, что раз Вы видите связи, значит, знаете, кому с кем нужно встретиться.

Очень точно.

— А если связь действительно полезна?

— Предложите.

— Не устраивать?

— Не назначать результат.

— То есть снова дверь.

— Да.

— Показать дверь. Не толкать.

— Именно.

Незнакомец сказал:

— Уже третий раз один и тот же вывод.

Мужчина:

— Если Сергей поймёт с третьего — это рекорд.

Я рассмеялся.

— Хорошо.

Полки вокруг начали заполняться.

Но не именами.

Фразами.

На первой:

**«Я ЕЩЁ ЗДЕСЬ».**

На второй:

**«НЕ ПУТАЙТЕ НОСИТЕЛЯ С АДРЕСАТОМ».**

На третьей:

**«ПОСРЕДНИК МОЖЕТ ПОКАЗАТЬ ДВЕРЬ».**

На четвёртой:

**«НО НЕ ИМЕЕТ ПРАВА НАЗНАЧАТЬ, КТО ДОЛЖЕН ЧЕРЕЗ НЕЁ ПРОЙТИ».**

Мужчина сказал:

— Теперь можете идти.

— А Вы?

— Останусь.

— Здесь?

— Нет.

— Тогда где?

— Где-нибудь ещё.

— И снова искать нельзя?

— Пока видите фразу — нельзя.

— А если она исчезнет?

— Тогда обещание меняется.

— И я должен найти?

— Нет.

— Но...

Он улыбнулся.

— Сергей, Вы опять хотите получить инструкцию на всё будущее.

Прав.

— Хорошо. Решу тогда.

— Вот.

Он повернулся.

— Подождите.

— Что?

— Ваше имя.

Он остановился.

Я сам услышал, как старый рефлекс пытается вернуться.

Имя.

Зафиксировать.

Назвать.

Закрыть неопределённость.

— Неважно, — сказал я.

Он посмотрел.

— Теперь правильно.

И ушёл между стеллажами.

Не исчез.

Просто свернул.

Человек без белых перчаток держал пуговицу **Ч**.

Незнакомец смотрел на полки.

— Мы его нашли?

— Да.

— И что теперь?

— Не ищем.

— Очень экономный сюжет.

— До следующего раза.

Он рассмеялся.

Мы вышли к поезду.

Но там уже ждали Муза и Нектарина.

Муза была сердита.

— Где вы были?

— В воспоминании.

— А мы нашли проблему.

— Какую?

Нектарина показала лист.

На нём реальные посетители.

Маршруты чтения.

Несколько имён повторялись.

Некоторые люди переходили из Проза.ру в Стихи.ру.

Другие читали старые главы после новых.

Один маршрут был особенно странным.

Он начинался не с первой главы.

Не с последней.

А с четырёх произведений, в которых появлялась фраза:

**«Я ЕЩЁ ЗДЕСЬ».**

— Кто-то идёт по его следу.

— Кто?

— Неизвестный читатель.

— Один и тот же?

— Да.

— Номер?

Она показала.

Я не стал вслух произносить.

Пока это только техническая метка.

— Сколько раз?

— Четыре.

— И что?

Муза:

— Пятый текст, который он открыл...

Она перевернула лист.

Название мне было знакомо.

Очень старое произведение.

Из первого тома.

В котором этого мужчины вообще не должно было быть.

Но рядом появилась отметка:

**«ФРАЗА ОБНАРУЖЕНА».**

— Он был и там?

Нектарина:

— Похоже.

Человек без перчаток посмотрел на пуговицу.

— Или кто-то добавляет его следы сейчас.

Вот новый поворот.

Не обязательно прошлое.

Следы могут создаваться в настоящем.

— Зачем?

Муза показала следующую строку:

**«МАРШРУТ ЧИТАТЕЛЯ СОВПАДАЕТ С МАРШРУТОМ, ПО КОТОРОМ КОГДА-ТО ИСЧЕЗАЛИ ЛЮДИ-ПОСРЕДНИКИ».**

Незнакомец перестал улыбаться.

— Люди?

— Значит, он не один.

Я посмотрел обратно на зал.

Мужчины уже не было.

Но на дальней полке возникла новая фраза:

**«Я БЫЛ НЕ ПЕРВЫМ».**

И ниже:

**«НАЙДИТЕ ТЕХ, КТО ИСЧЕЗАЛ ПОСЛЕ ТОГО, КАК СВЯЗАЛ ДВУХ ЛЮДЕЙ».**

Я вздохнул.

— Всё-таки искать.

Незнакомец:

— Он Вас знает.

Муза:

— Кого первого?

На листе появилась фотография женщины.

Не матери.

Не героини.

Реального автора мы пока не называли.

Рядом — два произведения.

Одно её.

Одно чужое.

Между ними старая рецензия.

И строка:

**«ПОСЛЕ ЭТОГО ЗНАКОМСТВА ОНА ПЕРЕСТАЛА ПИСАТЬ ПОД СВОИМ ПЕРВЫМ ИМЕНЕМ».**

Я посмотрел на остальных.

— Вот теперь у нас настоящий след.

Человек без белых перчаток сказал:

— И впервые — не к Вам.

Это было хорошо.

Вселенная снова становилась больше Сергея.

**Следующая глава — №28 «Женщина, которая исчезла после одного знакомства».**