Глава 34. Человек, который никого ни о чём не прос

# Глава 34. Человек, который никого ни о чём не просил

На двери было написано:

**«Я САМ»**

Я открыл.

Комната оказалась почти пустой.

Мужчина сидел на полу у стены.

Рядом стол.

На столе телефон.

До него — полметра.

— Помочь?

— Нет.

— Телефон подать?

— Нет.

— Встать?

— Сам.

Он упёрся ладонью в пол.

Поднялся наполовину.

Снова сел.

Незнакомец заглянул через плечо.

— Упрямый.

Мужчина посмотрел.

— Самостоятельный.

— Разница?

— Огромная.

— Вижу.

Муза шепнула:

— Не провоцируй.

— Я просто уточняю.

Мужчина снова попытался встать.

Не получилось.

Я сел напротив.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Ничего делать не буду.

— И правильно.

— Но останусь.

Он нахмурился.

— Зачем?

— Просто посижу.

— Мне не нужен наблюдатель.

— Тогда уйду.

Я поднялся.

— Подождите.

— Что?

Он посмотрел на телефон.

Потом на меня.

Потом снова на телефон.

— Поставьте его ближе.

— Можно?

Он вздохнул.

— Да.

Я передвинул.

Только это.

Он взял телефон.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Незнакомец тихо:

— Начало века.

Мужчина посмотрел на него.

— Я Вас тоже могу попросить уйти.

— С удовольствием.

Он вышел.

Мужчина удивился.

— И всё?

— Вы попросили.

— Обычно люди начинают объяснять, почему мне всё-таки нужен их совет.

— Мы уже проходили.

Он набрал номер.

Не позвонил.

Сбросил.

— Передумали?

— Да.

— Хорошо.

— Вы опять это слово.

— Оно удобное.

Он положил телефон.

— Вы Сергей?

— Да.

— Я Вас знаю.

— Откуда?

— По книгам.

— Читали?

— Некоторые.

— Какие?

Он назвал несколько.

Не подряд.

Разные тома.

Разные годы.

— Почему именно их?

— Заголовки.

Вот снова.

Читательский маршрут.

— Отзывы оставляли?

— Нет.

— Почему?

— Не люблю писать незнакомым людям.

— Нормально.

— Вы не обиделись?

— Нет.

— Многие авторы обижаются.

— Это их право.

Он усмехнулся.

— Уже лучше.

В этот момент в соседнем коридоре открылась настоящая дверь читательской статистики.

Никто не говорил.

Никакого звонка.

Просто факт.

Неизвестный читатель вошёл в одну из старых глав.

Следом другой — в новый том.

Третий вернулся к произведению, опубликованному раньше.

Мужчина на полу посмотрел на световые линии.

— Что это?

— Посещения.

— Вы знаете, кто они?

— Не всегда.

— И что делаете?

— Ничего.

— Совсем?

— Запоминаю факт.

— Почему не зовёте?

— Потому что человек уже вошёл туда, куда хотел.

Он кивнул.

— Правильно.

— Почему?

— Если бы я зашёл к Вам почитать и Вы сразу прибежали спрашивать, что мне понравилось, я бы ушёл.

— Вот поэтому и не бегу.

— А если я сам напишу?

— Тогда разговор.

— Хорошо.

Он смотрел на линии.

— Странная библиотека.

— Живая.

— Это хуже.

— Почему?

— Живое непредсказуемо.

Вот.

— Вы любите предсказуемость?

— Я люблю, когда не надо зависеть от других.

— Это не одно и то же.

— Для меня почти.

Он наконец встал.

Без помощи.

Шатнулся.

Удержался.

— Видите?

— Вижу.

— Сам.

— Да.

— И нормально.

— Пока.

Он сразу напрягся.

— Что значит «пока»?

— Что иногда человек справляется сам, а иногда нет.

— Я справляюсь.

— Всегда?

— Да.

Слишком быстро.

Муза вошла.

— Тогда зачем Вы попросили передвинуть телефон?

Мужчина замер.

— Это другое.

— Почему?

— Это мелочь.

— Помощь размером в полметра перестаёт быть помощью?

Он хотел ответить.

Не смог.

— Ладно. Попросил.

— И что случилось?

— Ничего.

— Вы стали слабее?

— Нет.

— Зависимее?

— Нет.

— Потеряли свободу?

— Нет.

Он нахмурился.

— Вы специально.

— Да.

— Зачем?

— Чтобы Вы сами услышали.

Он отвернулся.

— Один раз ничего не значит.

— Конечно.

— Я вообще почти никогда не прошу.

— Почему?

— Потому что если попросишь один раз, люди потом начинают считать, что могут лезть.

Вот.

Не страх самой помощи.

Страх последствий.

— Такое было?

— Было.

— Часто?

— Достаточно.

— Что происходило?

Он открыл шкаф.

Внутри оказался коридор воспоминаний.

— Покажу.

Мы вошли.

## 1

Молодой он тащит шкаф.

Тяжёлый.

Друг говорит:

— Давай помогу.

— Не надо.

— Да брось.

— Сам.

Шкаф почти падает.

Друг всё равно хватается.

Спасает.

— Видишь?

— Спасибо.

— Вот. Без меня бы раздавило.

— Возможно.

На следующий день.

Тот же друг:

— Я тебе вчера помог. Поехали со мной.

— Куда?

— Надо кое-что забрать.

— Не могу.

— Я тебе помогал.

Молодой мужчина молчит.

Вот.

— И Вы решили?

— Лучше не брать.

— Никогда?

— Почти.

Следующая сцена.

Коллега помогает с документами.

Потом просит услугу.

Другой знакомый даёт деньги.

Потом напоминает.

Родственник помогает с ремонтом.

Потом говорит:

— Мы же свои.

Мужчина нынешний сказал:

— У каждой помощи появлялся хвост.

— Всегда?

— Почти.

— А когда без хвоста?

Он молчит.

— Были такие случаи?

— Были.

— Но Вы их не запомнили так сильно.

Он посмотрел.

— Возможно.

— Потому что они не подтверждали правило.

— Какое?

— Что за помощь всегда платят свободой.

Тишина.

Он закрыл шкаф.

— Красиво.

— Неприятно?

— Да.

— Значит, работает.

## 2

На стене что-то изменилось.

Слово **«САМ»** сдвинулось.

Буквы поплыли.

Сначала:

**САМ**

Потом:

**МАС**

Потом:

**МСА**

Незнакомец вернулся.

— Очень содержательно.

— Тихо.

Мужчина смотрел.

— Что происходит?

Человек без белых перчаток появился в дверях.

— Изменение.

— Чего?

— Значения ещё нет. Пока только формы.

Буквы снова встали:

**САМ**

Потом одна исчезла.

**АМ**

Потом появилась другая.

**САМ?**

— Это что?

— Мир начал реагировать на Ваше правило.

— Какое?

— «Я сам».

— И?

— Он проверяет, насколько устойчиво слово.

Мужчина раздражённо:

— Слово нормальное.

— Конечно.

— Тогда зачем менять?

— Потому что дальше будет хуже.

Стена дрогнула.

Стул превратился в табурет.

Потом в ящик.

Потом в кресло.

Потом снова в стул.

— Это что за фокус?

— Не знаю.

— Вы должны знать.

— Почему?

— Вы Сергей.

— Сомнительный аргумент.

Муза подошла к столу.

Чашка стала стеклянной.

Потом металлической.

Потом опять фарфоровой.

Нектарина:

— Предметы варьируются.

Человек без белых перчаток:

— Пока без последствий.

Мужчина:

— А потом?

Ответ пришёл сам.

Телефон на столе стал старым дисковым.

Потом кнопочным.

Потом смартфоном.

Потом исчез.

Мужчина резко:

— Верните!

— Мы ничего не делали.

— Это мой телефон!

— Был.

— Нет, есть!

Он полез под стол.

Ничего.

На стене:

**«УБРАТЬ»**

— Вот первая проблема.

— Что?

— Изменение уже не косметическое.

Мужчина:

— Сделайте обратно.

Я посмотрел.

— Просите?

Он замер.

Вот ловушка.

— Я...

— Можно просто сказать.

Он сжал губы.

— Помогите вернуть телефон.

— Хорошо.

— Только телефон.

— Только.

Мы начали искать.

Никакой магии с первого раза.

Под столом.

В шкафу.

За креслом.

Нигде.

Незнакомец:

— Может, он превратился.

— Во что?

— В что-нибудь полезное.

На полу лежала книга.

Раньше её не было.

Обложка:

**«НЕ ПРОСИТЬ»**

Мужчина взял.

Внутри вместо страниц экран.

Его телефон.

— Вот.

— Он превратился в книгу?

— Похоже.

— Верните обратно.

— Я не умею.

— Тогда кто умеет?

Человек без белых перчаток:

— Возможно, тот, кто изменил.

— Кто?

Тишина.

На стене:

**«ИЗМЕНЯТЬ»**

Следом:

**«ПРЕВРАЩАТЬ»**

Потом:

**«ЗАМЕНЯТЬ»**

Три слова.

Мир начал новую игру.

## 3

Мужчина открыл книгу-телефон.

Экран работает.

Можно звонить.

— Значит, функцию сохранил.

— Но форму сменил.

— И что?

— Ничего.

— Меня устраивает телефон.

— Понимаю.

— Тогда зачем это?

— Возможно, чтобы проверить, что именно Вы защищаете.

— Свои вещи.

— Форму или функцию?

Он раздражённо:

— Обе.

Справедливо.

Мы не стали спорить.

В этот момент в библиотеке появился новый реальный посетитель.

Мария Декабрёва открыла текст **«Кто такие поэты и чем они отличаются от других»**.

Она пришла с авторской страницы.

Не сказала ничего.

Не попросила.

Прочитала.

И ушла дальше.

Мужчина заметил.

— Вы даже не знаете, понравилось ли.

— Нет.

— Вас не мучает?

— Уже меньше.

— А если она больше не придёт?

— Значит, не придёт.

— Спокойно говорите.

— Учусь.

На другом участке библиотеки Николай Иванов Романов открыл **«Читатель, который приходил молча»**.

Название совпало с поведением почти идеально.

Он действительно ничего не написал.

Только пришёл.

Мужчина посмотрел на меня.

— Забавно.

— Да.

— Вы это используете?

— Только факт.

— А что он подумал?

— Не знаю.

— Можно придумать.

— Можно.

— И?

— Не буду.

Мужчина усмехнулся.

— Значит, иногда «не знать» тоже самостоятельность.

— Хорошая формулировка.

— Запишите.

— Уже.

## 4

Комната снова дрогнула.

Теперь поменялись мы.

Не лица.

Места.

Я вдруг оказался у стены.

Муза — у окна.

Нектарина — на моём месте.

Мужчина — у двери.

Незнакомец — в центре.

— Перемещение.

— Сдвиг, — сказал человек без белых перчаток.

— Разница?

— Пока небольшая.

Потом поменялись вещи.

Моя ручка оказалась у мужчины.

Его книга-телефон — у меня.

— Отдайте.

Я протянул.

Но прежде чем он взял, предмет снова изменился.

Теперь это был обычный блокнот.

— Где телефон?

Экран исчез.

— Не знаю.

Мужчина побледнел.

— Там контакты.

— В облаке?

— Возможно.

— Пароли?

— Некоторые.

— Тогда уже опаснее.

На стене:

**«ОБМЕНИВАТЬ»**

Незнакомец:

— Похоже, мир проверяет границы собственности.

— Не только.

Человек без белых перчаток:

— И идентичности.

— Почему?

Он показал.

На блокноте теперь было написано:

**СЕРГЕЙ БУХДРУКЕР**

— Это мой?

— Нет.

— Был его.

— Теперь помечен Вами.

Мужчина резко забрал.

— Это моё!

Надпись изменилась:

**«МОЁ»**

Потом:

**«ЕГО»**

Потом:

**«НИЧЬЁ»**

Он бросил блокнот.

— Хватит.

Мир не остановился.

Стена стала дверью.

Дверь — окном.

Окно — зеркалом.

В зеркале не мы.

Другие версии.

Мужчина там просит помощи.

Я отказываю.

Муза помогает без спроса.

Нектарина уходит.

Незнакомец молчит.

Все роли перепутаны.

— Это настоящее?

— Нет.

— Тогда что?

— Вариант.

— Возможный?

— Не обязательно.

— Тогда зачем?

— Проверка.

— Чего?

— Насколько быстро мы примем изменённую картинку за факт.

Вот.

Мужчина смотрел.

— То есть мир не просто меняет предметы.

— Он предлагает версии.

— И если поверить?

— Возможно, закрепит.

Неизвестно.

Мы не знали.

И именно поэтому было опасно.

## 5

На зеркале появилась надпись:

**«ВЫБЕРИ ВЕРСИЮ»**

Незнакомец:

— Не выбирать.

— Почему?

— Потому что это подозрительно.

— Согласен.

Мужчина:

— А если надо?

— Не знаем.

— Вы всё время теперь говорите «не знаем».

— Потому что иногда это правда.

Зеркало показало новую сцену.

Я помогаю мужчине встать.

Он потом благодарит.

Следующая версия:

Я помогаю — он потом обвиняет.

Третья:

Я не помогаю — он падает.

Четвёртая:

Я не помогаю — он встаёт сам.

Пятая:

Муза помогает.

Шестая:

Никто не помогает.

— Какая правильная?

Мужчина спросил.

— Та, что была.

— А какая была?

Мы замерли.

Вот проблема.

Событие произошло несколько минут назад.

Я передвинул телефон.

Он просил.

Это мы помним.

Но зеркало начало предлагать столько вариантов, что сама память пошатнулась.

Муза:

— Он просил.

— Да.

Нектарина:

— Ты передвинул телефон.

— Да.

Мужчина:

— Точно?

Я посмотрел.

— Точно.

— А если уже изменилось?

Вот.

Не текст.

Память.

На стене появилось:

**«ВИДОИЗМЕНЯТЬ»**

Человек без белых перчаток:

— Опаснее.

— Почему?

— Потому что теперь меняется не только настоящее представление.

— А?

— Возможная память о событии.

— Кто это делает?

— Пока неизвестно.

Мужчина схватился за голову.

— Я не хочу.

— Что?

— Чтобы меняли мою память.

— Мы тоже.

— Тогда остановите.

— Не умеем.

— Помогите!

Он сказал.

Без паузы.

Без борьбы.

Просто попросил.

Вот изменение важнее всех остальных.

— Попробуем.

## 6

Я сказал:

— Фиксируем факты.

Муза:

— Он сидел на полу.

Нектарина:

— Телефон был на столе.

Я:

— Он попросил передвинуть.

Мужчина:

— Я сказал «да».

Незнакомец:

— Я вышел, потому что меня попросили.

Человек без белых перчаток:

— Это пять независимых точек.

На стене каждое утверждение стало отдельной линией.

Зеркало попыталось изменить.

Не смогло полностью.

Версии дрожали.

— Почему?

— Потому что факт подтверждён несколькими наблюдателями.

— Значит, коллективная память сильнее?

— Не всегда.

— Но сейчас?

— Да.

Мужчина:

— А если все ошибаются?

— Возможно.

— Опять.

— Да.

Он рассмеялся.

Напряжение немного спало.

— Хорошо.

Стена перестала двигаться.

На несколько секунд.

Потом пол наклонился.

Стол сдвинулся.

Книга-телефон скользнула.

Мужчина попытался поймать.

Не успел.

Я поймал.

Отдал.

Он взял.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Ни долга.

Ни унижения.

Ни великого смысла.

Просто поймал вещь.

Он улыбнулся.

— Уже второй раз.

— Что?

— Я принимаю помощь.

— И?

— Пока жив.

— Хорошая статистика.

## 7

Но мир не закончил.

Температура резко упала.

Дыхание стало видно.

Муза:

— Холод.

Через секунду — жара.

Стены нагрелись.

Незнакомец:

— Теперь совсем весело.

На стене последовательно:

**ТЕМПЕРАТУРА**

**ТЕПЛО**

**ХОЛОД**

Потом всё задрожало.

**ВИБРАЦИЯ**

Книга-телефон вибрировала так сильно, что выпала.

Мужчина поднял.

Экран включился.

На нём сообщение.

Без отправителя.

**«ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ ОСТАТЬСЯ СОБОЙ, НЕ СОПРОТИВЛЯЙСЯ ЛЮБОМУ ИЗМЕНЕНИЮ».**

Следом:

**«НО И НЕ ПРИНИМАЙ ЛЮБОЕ ИЗМЕНЕНИЕ».**

— Очень полезно.

Незнакомец:

— Как всегда. Делай всё правильно.

Мужчина:

— Тогда что?

Я посмотрел.

— Различать.

— Опять.

— Похоже, весь том про это.

— Что сохранять?

— То, что Вам действительно важно.

— А что менять?

— То, что уже не работает.

— А если не знаю?

— Не спешить.

На стене:

**«СОПРОТИВЛЯТЬСЯ»**

Потом:

**«ВЫТЕСНЯТЬ»**

Потом:

**«ЗАМЕНЯТЬ»**

Слова начали бороться друг с другом.

Одно вытесняло другое.

«Я САМ» исчезло.

Появилось:

**«ТОЛЬКО САМ»**

Потом:

**«НИКОГДА НЕ ПРОСИ»**

Потом:

**«ПРОСИТЬ ОПАСНО»**

Мужчина смотрел.

— Это уже не моё.

— Что?

— Я никогда так не формулировал.

— Но жил примерно так.

— Да.

— Значит, мир усиливает правило до крайности.

— Зачем?

— Чтобы показать.

— Или чтобы навязать.

Вот.

Хорошо.

— Нужно отличить.

Мужчина подошёл.

Стер слово **«НИКОГДА»**.

Осталось:

**«ПРОСИ»**

Он рассмеялся.

— Это тоже слишком.

Стер.

Оставил пусто.

— Вот.

— Что?

— Пусть решение каждый раз будет новым.

Стена успокоилась.

## 8

И тут открылась внешняя дверь.

Реальная.

Вошёл Арт Андреев.

Он снова оказался возле свежей линии романа.

Никаких слов.

Только факт чтения.

Мужчина заметил.

— Вы уверены, что он ничего не хочет?

— Нет.

— Тогда почему не спросите?

— Потому что отсутствие просьбы пока тоже факт.

— А если он ждёт?

— Может быть.

— И?

— Если напишет — узнаю.

— А если никогда не напишет?

— Тогда не узнаю.

Мужчина покачал головой.

— Трудно Вам.

— Иногда.

— Но честнее.

— Да.

Арт Андреев исчез за дверью главы.

Следом в другом коридоре мелькнул Михаил Фирсов.

Ещё один знакомый маршрут.

Он снова читал свежие главы.

Не по нашей указке.

Сам.

Мужчина посмотрел.

— Теперь слово «сам» мне нравится больше.

— Почему?

— Потому что оно не должно означать «один».

Вот.

Очень важная разница.

**сам ; один**

Он сам сделал выбор.

Но не был обязан делать всё без других.

На стене эти слова появились.

**«САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ НЕ РАВНАЕТСЯ ОДИНОЧЕСТВУ».**

Я не стал спорить.

## 9

Книга-телефон вдруг засветилась.

Экран.

Новое сообщение.

**«СЛЕДУЮЩЕЕ ИЗМЕНЕНИЕ — ОБМЕН».**

— Чего?

Ответ:

**«РОЛЕЙ».**

Мир перевернулся.

Буквально.

Пол стал потолком.

Мы не упали.

Просто ориентация изменилась.

Потом снова.

И вдруг я оказался на месте мужчины.

А он — на моём.

Не физически.

Функционально.

Все смотрели на него как на того, кто должен решить.

На меня — как на того, кто должен просить.

Незнакомец:

— Прекрасно.

Муза:

— Сергей, попроси.

— Что?

— Что-нибудь.

Я посмотрел на мужчину.

— Помогите понять, как отсюда выйти.

Он замер.

— Я?

— Да.

— Но Вы же Сергей.

— Сейчас, похоже, нет.

Он посмотрел вокруг.

Не знал.

И вдруг сказал:

— Давайте вместе.

Вот лучший ответ.

Не «я сам».

Не «Вы сделайте».

Вместе.

Стена открылась.

Дверь появилась.

Мы вышли.

Мир вернулся.

Человек без белых перчаток:

— Запомните.

— Что?

— Некоторые изменения проходят только тогда, когда роли перестают быть жёсткими.

— Это про автора и героя?

— Возможно.

— Про читателя?

— Возможно.

— Про кого ещё?

— Про всех.

Слишком широкий ответ.

Но сейчас он подходил.

## 10

У выхода мужчина остановился.

— Сергей.

— Да?

— Я всё ещё не люблю просить.

— Нормально.

— Но могу.

— Уже.

— И могу отказаться от помощи.

— Да.

— И принять.

— Да.

— И сделать сам.

— Да.

— И вместе.

— Да.

Он улыбнулся.

— Очень неудобная система.

— Жизненная.

— Хуже.

Мы рассмеялись.

Он вернулся в свою комнату.

На двери теперь было не:

**«Я САМ»**

А:

**«Я РЕШАЮ, КОГДА САМ, КОГДА ВМЕСТЕ И КОГДА ПРОШУ».**

Длинно.

Зато точнее.

Незнакомец:

— На табличке не поместится.

— Сократим потом.

И тут вся библиотека задрожала.

Не одна комната.

Вся.

Книги начали менять места.

Глава 27 оказалась на полке пятого тома.

Глава 14 — рядом с тридцатой.

Старая рецензия переместилась в будущую главу.

Одна книга сменила автора на обложке.

Потом вернула.

Другая — название.

Третья — номер тома.

— Это уже не локально.

Муза:

— Что происходит?

Человек без белых перчаток побледнел.

— Шкала изменения вышла за пределы комнаты.

— Кто её запустил?

Он посмотрел на меня.

— Не знаю.

— А остановить?

— Тоже.

На дальней стене появилось огромными буквами:

**«ОБМЕН»**

Потом:

**«ЗАМЕНА»**

Потом:

**«ИНВЕРСИЯ»**

И наконец:

**«КТО-ТО МЕНЯЕТ МЕСТАМИ АВТОРОВ И ГЕРОЕВ».**

Мы замерли.

На одной из книг имя автора исчезло.

Вместо него появилось имя персонажа.

А на другой — наоборот.

Незнакомец сказал:

— Кажется, главный вопрос романа решил перейти к практике.

Я подошёл к первой книге.

Открыл.

Первая строка:

**«СЕРГЕЙ БУХДРУКЕР БЫЛ НАПИСАН ГЕРОЕМ, КОТОРОГО САМ КОГДА-ТО СОЗДАЛ».**

Я закрыл.

— Нет.

Книга открылась сама.

Следующая строка:

**«И ЭТО НЕ ЕДИНСТВЕННАЯ ВЕРСИЯ».**

Вот уже хуже.

В конце коридора стояли две фигуры.

Одна похожа на автора.

Вторая — на героя.

Они одновременно показали друг на друга.

И сказали:

— Он меня написал.

**Следующая глава — №35 «Автор и герой, которые поменялись местами».**