Ох уж эти таитянки. История о бескорыстии 2

История о бескорыстии и меркантильности 2.

Было бы правильнее убрать из заголовка слово «бескорыстие», поскольку ему уже нет места в этом рассказе. Второе слово «меркантильность» оказалось в разы сильнее и просто задавило его, атаковало всем своим мощным арсеналом, пятнадцатью буквами, и прочно засело в сознании главного героя. Впрочем, ничего удивительного! Обыденное дело…. Жаль, а так душевно все начиналось: райский остров Таратора, прекрасные люди и бескорыстное общение, вкусные торты-подарки от самой дочери вождя, Таратонги, и удивительная находка – неизвестная миру картина Гогена.

<><><>

Без сомнения это была она, и если её продать в Париже, можно выручить 5 млн. франков! И если есть одно полотно, возможно есть и другие….

Наш герой затаился и стал ждать. Через несколько дней ему принесли второй торт, завернутый в ещё одну картину. А потом ещё три. Всего 5 полотен Гогена!  Сон испарился в одночасье, и появились успокоительные пилюли. Картины, деньги, мечты о бескорыстии, мысли о меркантильности не давали покоя круглыми сутками.

В одно прекрасное утро писатель решился на разговор с Таратонгой. Она была спокойна и невозмутима. И на вопрос «Откуда у тебя эти мешковины?» ответила безразлично:

– Ах, эти…, у моего дедушки их была целая куча. Они достались ему от француза, жившего на острове. Он развлекался тем, что покрывал эту рогожу красками. У меня ещё есть в сарае.

Сарай был забит сушёной рыбой, а на полу в песке валялась дюжина картин Гогена. Все они были написаны на мешковине и очень пострадали. Человек стоял и не мог пошевелиться. Десятки миллионов долларов лежали под ногами, и никто об этом не догадывался!

Деньги, деньги, опять деньги! А как же данный обет не думать о деньгах? Обет может подождать. Тут ведь особая ситуация!
 
И тогда писатель решился на сделку. В обмен на предложение Таратонги забрать эти мешковины он решил сделать острову щедрый подарок – свои золотые часы. Но получил отказ. Жителям острова они были не нужны, ведь время суток они легко определяли по солнцу. А вот 7000 франков (все деньги, которые были у нашего героя) могли бы очень пригодиться. Обе стороны остались довольны! Теперь ему предстояла длинная дорога во Францию, на аукционы! Уже было всё подсчитано: сколько стоят все картины, какой процент уйдёт государству от продажи, сколько останется.

Путь лежал через Таити, Папеэте. Задержавшись на несколько дней в городе, наш герой старался меньше говорить о своем атолле и Таратонге. До этого рая не должна была дотянуться жадная рука человека! Однако, хозяин отеля, где остановился писатель, хорошо знал и остров, и дочь местного вождя.

– Довольно экстравагантная дамочка, скажу я вам, – произнес хозяин.

От этих слов наш герой почувствовал легкое головокружение, которое перешло в полуобморок, когда он услышал полный рассказ о Таратонге.

«Ей было около 50-ти. А лет 20 тому назад она поступила в Школу декоративного искусства в Париже. Она неплохо рисовала, особенно хорошо имитировала Гогена. Настолько хорошо, что Австралия заключила с ней контракт и платила за полотно 20000 франков. Этим она и жила, этим жил и весь остров с его спокойными и бескорыстными обитателями».

Тут и конец истории!

Вот такой пердимонокль!