С корабля на бал, или новосёл в лесу

(Сценка для двух атёров на больную для многих из нас, экологическую, тему. Снова с мифическими персонажами)

(Звуки леса, птицы, шум ветра. На сцену выходит Дриада. Она делает несколько плавных движений, словно здороваясь с деревьями).

Дриада. Ах, какое утро... Роса на паутинке — чистейший бриллиант. Ветерок тёплый, ласковый.  А грибов-то сколько! А земляники! (Окидывает лес глазами)... Лишь бы в этот наш райский  уголок людей не занесло. А то сметут все дочиста, травинки целебной не оставят, грибницу повредят, бутылок набросают,  а то и пожар устроят.

(Внезапно звуки леса перекрывает громкий звук сминаемой ногой банки... На сцену тяжело вываливается парень в растянутой олимпийке, трениках и старых кедах. На голове венок из веток. Это Агафон, бывший домовой. За спиной у него огромный клетчатый баул типа «мечта оккупанта». Он садится на пень, достаёт из баула фантики, подбрасывает вверх, веселится, шарит в бауле, находит целую конфету, разворачивает, фантик бросает в сторону спрятавшейся Дриады, ест конфету, чавкает.

Агафон (с набитым ртом). Место неплохое. Как раз по мне. Ни соседей сверху с их ремонтом, ни вопящих детишек в под окнами...  Участок, поди, с гектар. Есть, где развернуться! Вон, и озеро под боком... Эх, деда бы моего сюда. Любил старик с удочкой посидеть. Жаль, помер. А детки-то его дом в деревне продали, решили в город перебраться. И даже меня, трёхсотлетнего домового, с собой не позвали... Так я и сам не больно-то хотел! (Загибает пальцы). Печки там нет, да и чердачка с голубями, и погреба с мышами... Скукота одна! (Разворачивает вторую конфету, жуёт, оглядывается, прицеливается в озеро). Здесь останусь. (Вскакивает, подходит к дереву, за которым прячется Дриада).Как раз у этого дуба дупло большое... Расширю, неплохая берлога получится. (Чешет затылок). Жаль только печку не пристроить, кирпичей нигде не валяется. (Оглядывается). Хотя дров-то дармовых полон лес! (Достает из баула пустую бутылку из-под газировки, трясет над своим открытым ртом, отбрасывает бутылку в сторону). Всё, мусор вынес. Можно жить!

(Агафон достаёт из баула топор. Дриада медленно выходит из-за дерева. В глазах её гнев).

Дриада. Насвинячил в лесу, теперь рубить собрался? Тут тебе не город! Мы дворникам не платим. Ты кто вообще? Откуда взялся?

Агафон. (испуганно подпрыгивает, но быстро берёт себя в руки, пытаясь выглядеть брутально) А ты-то кто?

Дриада. Дриада Нимфа лесная. Слышал? Лес этот охраняю.

Агафон.А я Агафон, хозяин этого лесочка. Новый. Ещё вчера о его покупке на Авито сговорился! Так что освободи, гражданочка, частную территорию. Ты уволена!

Дриада. Вот новость! Что-то не слыхала я о продаже нашего дома. Кто ж посмел?! И много ли продали?

Агафон. Всё!

Дриада. Всё? Интересно... Придется всех созвать. Узнаем, кто посмел продать наш заповедный, чтобы некто невоспитанный превратил его в помойку!

Агафон. Вот этого не надо! Зачем кого-то звать? Не лучше ль полюбовно? Мне этот дуб, тебе та роща вдалеке. Не надо жадничать и прогонять. Ведь я ныне бездомный домовой.

Дриада. Какой-то каламбур. А я думала, ты леший без леса, поэтому к нам решил пристроиться, да ещё своё отсутствие культуры приволок.

(Дриада смотрит на домового испепеляющим взглядом. Агафон неловко переминается с ноги на ногу, пряча за спину топор).

Агафон. Слушай, ну ты чего сразу наехала? Я ж не попрошайничать пришёл. Я инвестировать буду! Инфраструктура у вас тут нулевая. Ни тебе парковки нормальных размеров, ни зоны барбекю...(Прячет в баул топор, достаёт связку шампуров).
 Вот, смотри. Шампуры титановые, лёгкие. Мангал сейчас достану, он разборный, места много не займёт. Поставим вон там, под сосной. Сосна сухая уже, вспыхнет — любо-дорого!

Дриада. Ещё и поджигатель, значит?! Какое барбекю?! Это же Мать-Сосна, ей триста лет! Она корнями весь лес держит! Без неё мы все пропадём.

Агафон (чешет затылок пятернёй). Ровесница моя, значит. Ну, извини, не знал, я в ботанике  не силён. У нас во дворе была одна сосёнка древняя, так мы её с дедом спилили, чтоб провода от ЛЭП не задевала. Тоже шума было... На неделю хватило. Потом все привыкли, машину ставить стали. Удобно вышло. Так что давай без этих ваших лесных драм. Я порядок люблю. Чистоту.
(Оглядывается, брезгливо пинает носком кеда пустую банку, которую сам же бросил пять минут назад). Мусора только многовато для заповедника. Вы бы хоть урны поставили. Вон, фантики валяются...

Дриада. Урны, говоришь... Посмотри-ка на меня. Видишь? (Дриада поворачивается спиной. К её платью прилеплен мусор). Думаешь, это мода у нас такая, да? Эко-стайл?  Нет, это мы ваше носим. То, что вы после пикников оставляете. Пакеты из-под чипсов вместо грибов на грибницах растут.

Агафон (мнётся). Да ладно... Пакеты разлагаются быстро. Лет за двести-триста всего делов-то. Я в интернете смотрел.

Дриада. За триста лет три поколения леших сменится! А твой пакет останется!
(Из-за кулис доносится громкое «Ква-а-а», звук усилен, как будто кричит Годзилла). Вон, лягушки размером с собаку прыгают, потому что в ваших стоках фосфатных ванны принимают.

Агафон. (испуганно вздрагивает) Ладно-ладно, убедила. Экология страдает. Но печку-то одну можно? Маленькую такую, буржуйку чугунную. Заморозки скоро обещают, почки застужу...

Дриада. Хочешь греться — учись костёр правильно разводить. И тушить! По науке! Чтобы угли холодными были.

Агафон. Тю! Делов-то. Наука. Плеснул водичкой — и пошёл. Само погаснет.

Дриада. Само оно месяц тлеть будет! Под землёй! Корни жечь! Знаешь, что бывает, когда турист думает, что «само погаснет»?(Дриада внезапно меняет тон. Говорит тихо, зловеще, подходит вплотную к Агафону). Бывает Великий Лесной Сбор. Приходят все! Садятся вокруг палатки такого туриста... и начинают просто смотреть. Молча. Три дня. Пока человек с ума не сойдёт и свои кроссовки не начнёт варить, чтобы выжить. У тебя, кстати, шнурки развязаны.

(Агафон в ужасе начинает собирать свой мусор).

Дриада. Значит так, «инвестор». Контракт переписываем. Жить будешь. Но по нашим правилам. Правило первое: мусор свой съел — и ничего не оставил. Фантики, банки — всё в баул! Будешь носить до ближайшей цивилизованной помойки. За пять километров.

(Агафон хватается за сердце).

Дриада. Так как от туристов нам никуда не деться, будешь возле озера служить, Хранителем Костровища. Сооружай свою мангальную зону. Разводить огонь разрешаю, но только в каменной чаше, поближе к воде. И дрова собирать только те, что сами упали. Валежник называется. Понял?

Агафон. (облегчённо выдыхает, достаёт из-за спины топор)Валежник? Это можно. Этого добра тут навалом. Вон та берёза вообще вся скукожилась, смотреть больно. Я её того... в щепки. Для дела.

Дриада. Берёзу не трогать! Она ещё живая. Теперь работай давай. Баул взял — и вперёд, тропинку от пластика очищать. И попробуй мне только мухлевать! Напущу на тебя клещей-экологов. Они тебе такой анализ крови сделают — мало не покажется.

(Агафон тяжело вздыхает, берёт свой огромный баул, закидывает туда сначала брошенную банку, потом фантики. Кряхтит).

Агафон. Эксплуататоры... Сплошные Гринписы кругом... Никакого уважения к частному домовому бизнесу...

(Агафон,бормоча под нос, уходит со сцены, собирая мусор).

Дриада ( Поправляет листочки на платье) Надеюсь, дошло до него. А то знаем мы этих новосёлов. Разожгут огонь и на сутки в Тик-ток, забыв про всё. (Смотрит в след домовому). Работает. По-хозяйски, вроде... Главное правило психологии: если свинья умеет говорить, с ней всегда можно договориться. Особенно если напугать клещами.

 Конец