Сопротивление

Микроавтобус подъехал к дому чётко и бесшумно.

Алекс, пространно попивавший утренний кофе, стоял у окна. Выгружавшиеся из микроавтобуса бойцы в полном обмундировании двигались медленно, будто во сне. В первую секунду Алекс даже не понял, что это пришли за ними.

Во вторую – поперхнулся и с трудом проглотил обжёгшую пищевод жидкость. Кружка полетела на подоконник, расплёскивая по пожелтевшему пластику коричневые капли.

– Они уже здесь! Они здесь! – заорал Алекс, бросаясь по комнатам, стуча в двери. Заспанные соратники выглядывали из проёмов, непонимающе взирая на своего лидера.

– Надо срочно уничтожить улики! Сбрасывай настройки до заводских! – Алекс метнулся к телефонам, лихорадочно хватая аппараты один за одним.

В большой комнате Дэн уже вытаскивал телефоны из коробок – холодные скользкие гаджеты выскальзывали из мигом вспотевших рук.

– Сейчас! Ч-чёрт, не успеем! – пальцы Дэна тряслись: он никак не мог попасть в нужные места сенсорного дисплея для активации сброса.

БУМ! БУМ!! КР-РА-АК!!! – раздалось из прихожей. Под ударом тарана дверь вылетела прямо с косяком – по коридору обильно разлетелось его деревянное «мясо».

– Федеральное контртеррористическое агентство! Сопротивление бесполезно! – неумолимо и грозно прозвучало из-за топота ног и клацанья взводимых затворов. Невовремя появившийся в дверях комнаты Кир получил прикладом по животу. Рыхлый рыжий парень в меланжевой футболке и боксерах скорчился за полу – из глаз от обиды, боли и бессилия потекли слёзы.

– За что…? Боже!

– Закройся! – носок армейского ботинка впечатался Киру в нос, кровь полилась красным кетчупом, закапав нелепыми крупными каплями на пол. Парень завалился на бок и затих.

– Бросай телефоны! Руки за голову! К стене! – под дулом автомата Алекс бросил на диван два аппарата. На экране каждого крутилось зелёное колечко перезагрузки.

Группу бунтовщиков согнали в самую большую комнату, рассадив по диванам и креслам. Три парня, одна девушка. Лежавшего в отключке Кира протащили волоком и бросили в угол, как мешок с мусором. Коробки с телефонами и ноутбуками установили на журнальный столик как овеществлённое доказательство вины. Бойцы встали по стенам, готовые успокоить мятежников при первой же возможности.

Ступая по разбросанным в коридоре щепкам, в комнату вошёл человек в деловом чёрном костюме. На лакированных туфлях матово выделялась прилипшая соринка. Всем сразу стало понятно, что главный здесь – он.

– Так, так, так… Ну, и что тут у нас?

Командир группы захвата протянул ему один из телефонов.

– Прокремлёвские бунтовщики, сэр! Установка запрещённых приложений. «Ар-ти», «Макс», «Рутьюб» и прочая пропаганда, сэр! Экстремистские материалы, фальсификация новейшей истории. Для доступа к российским ресурсам установлен «ви-пи-эн». Телефоны произведены в Китае, такие модели запрещены к ввозу в США.

Главный кивнул и брезгливо поморщился. Рукой в чёрной виниловой перчатке он взял телефон, будто огромное противное насекомое. Взвесив аппарат в руках, бросил его в коробку с десятками таких же.

– Прискорбно, что столь молодые люди выбрали столь неверный путь. Я лично позабочусь о том, чтобы вы закончили свою жизнь на электрическом стуле.

– Нам… нам полагается адвокат, – выдавил из пересохшего горла Алекс.

Человек в костюме усмехнулся.

– Конечно. В соответствии с правовыми нормами каждый из вас получит государственного защитника. Но ни один адвокат не сможет доказать вашу невиновность.

Сидящая на диване Кэтрин, из последних сил сдерживавшая слёзы, разревелась как ребёнок.

– Нет! О, Боже, нет…! Мы ничего не сделали…! Я ничего не сделала!

Человек в костюме среагировал мгновенно.

– Что такое, мисс?

– Я… Я просто хотела сказать… Что… – взглянув на Алекса, девушка всхлипнула и замолкла.

– Ну, ну, мисс… – голос человека в костюме приобрёл мягкие, отеческие нотки. – Может быть, Вы хотите сказать, что не причастны ко всему этому? Или что они Вас заставили? Если это так, то мы непременно установим истину, и Вам будет нечего опасаться.

– Кэтрин! Не верь ему! Не говори ничего! – вскричал Алекс. Стоявший за спиной боец ударил его прикладом в шею. Кхэкнув, Алекс повалился на пол, выкашливая из горла желчь и остатки кофе.

Человек в костюме присел на корточки, заглянув прямо в слезящиеся глаза девушки.

– А если выяснится, что они принуждали Вас к чему-нибудь ещё… Что Вы жертва… Уверен, медицинское обследование установит объективную картину. В таком случае, Вы вправе рассчитывать даже на финансовое возмещение ущерба.

– Да как Вы смеете! – закричал Дэн. – Ваш режим прогнил изнутри! Вы боитесь правды и готовы на любые низости! Но Вам не сломить наше сопротивление! За нами пойдут тысячи! Они уже идут...!

Гневную тираду оборвал мощнейший удар в затылок. Дэн рухнул на пол, случайно свалив одну из коробок с телефонами. Один из аппаратов упал на пол и включился.

– …Россия проводит последовательную политику по борьбе с мировым гегемонизмом, верховенством так называемого «права сильного» и неонацистскими режимами, которые поднимают голову по обе стороны Атлантики… – сказал из динамика спокойный, немного вкрадчивый голос. Неведомый зал разразился мощными аплодисментами.

Человек в костюме медленно поднял аппарат и нажал на кнопку выключения.

– Вы ничего не слышали. Пакуйте всё это – и на базу. У нас ещё много работы.

…Над свободной демократической Америкой разгорался новый день.

2026