Фантазии и воспоминания. Детство, отрочество...

Странные вещи происходят… В последнее время мне всё чаще снятся какие-то картинки из прошлого. «Модернизированные», «облитературенные» мечущимся в фантазиях мозге – но такие живые, такие яркие… Из них не хочется уходить – хочется остаться там, не возвращаться в эту снулую действительность.

Когда просыпаешься, чувство, будто вот сейчас, минуту назад – ты был жив. Но открыл глаза – и умер. Это не ты, а какая-то притворившаяся тобой фальшивка сейчас пойдёт чистить зубы и соображать, что там такого важного пришло на электронную почту.

Я снова закрываю глаза. Натруженный бесполезной работой мозг засыпает.

Вспышки, вспышки… Белый фон. Начинается повествование, как будто включили проектор с диафильмами. Был такой у нас – тяжёлый, монументальный, корпус чёрный с оранжевым… Красивая штука. Мне по ней показывали различные сказки, истории – отлично нарисованные, с чёткими, яркими подписями. Как же здорово было их смотреть! Коробка с диафильмами, между прочим, и сейчас надёжно хранится в шкафу. Где-то на антресолях можно найти и проектор.

В шкафу вообще много чего интересного. Вот, например, коробка с конструктором «Лего». В детстве казалось, что наборов очень много – на самом деле, все детальки не до конца заполняют даже обычную обувную коробку. Сейчас все наборы перемешаны в кучу. Что тут было? Спорим, смогу и сейчас по памяти всё собрать? Тем более, большинство наборов – совсем маленькие.

Самые первые – пират на плоту и снегоход. Затем – вертолётик, экскаватор, кабриолет… Лодка викинга; подводный скутер; космический кораблик… Раллийный автомобиль; скоростная лодка; курортный катерок… Поливальная машина; корабль инопланетянина; пират с сундучком… Король на коне; шериф и бандит; дракон… «Надувная» лодка с акулой; мини-амфибия… Самые большие конструкторы – небольшая крепость со скелетом, боевой робот на гусеницах, подводный вездеход и два «взрослых» набора из серии «Техника»: машина «Формулы-1» и драгстер…

В среднем, покупалось не более двух наборов в год. Даже маленький набор был большим праздником. Сколько разных историй придумывалось за этими детальками!… Всех человечков помню до одного. У викингов и шерифа – одинаковые головы с чёрными свисающими усами. Бандит – с нахмуренными бровями, «лет сорока», неприветливый…

У пилота чёрного подводного скутера – свисающая рыжая чёлка; у пилота жёлтой мини-амфибии – красная повязка… Пилот подводного вездехода – в зелёных очках… Пират на плоту – одноглазый, с сундучком – в треуголке и с седой щетиной. Чем-то похож на аквалангиста с «надувной» лодки – только у того борода белая. Король – рыжебородый; погонщик дракона – мрачный, рот скобкой вниз…

Инопланетянин чем-то похож на робота, а скелет – весёлый! На курортном катерке пилот – женщина, но её «причёска» куда-то потерялась… Водитель снегохода – в больших чёрных очках и со щетиной, а водитель поливальной машины – тоже в очках, только других, более «понтовых»… Сколько типажей, сколько типажей… И я их всех любил. Снятся ли они? Пока нет. Их время придёт чуть позже.

А пока – вот они, мои друзья школьной поры. Их я любил тоже. Их таких – люблю и сейчас. Типажи – не хуже лего-человечков. Шалопаистый добродушный увалень; поджарый «деревенский» умник; циничный пофигист-компьютерщик… Это трое. Чуть позже – ещё двое: головастый казах-«японец» и флегматичный фанат компьютерных игр. Все они сейчас живы и здоровы. Но вот тех их – конечно, уже нет и больше не будет. Не достанешь из-под нынешних личин. Меня того тоже уже не достанешь.

Видимо, потому во снах всё происходит «от третьего лица». Вот я вижу и себя со стороны – тоже такой же, «школьный»… В красной футболке с логотипом популярной некогда радиостанции, с «хвостом» – с детства ходил, как бессмертный горец Дункан МакКлауд из сериала… А ребята в соседних классах думали, что «кошу» под рок-музыканта Кипелова – хотя я его тогда не слушал и даже не знал, кто он такой…

И всё кругом тёплое, солнечное, летнее-прелетнее… Начинаются какие-то события, приключения… Было с нами такое или нет? Нет, но могло бы быть. Всё смешивается воедино – то, что происходило; то, что было прочитано в книгах; то, что представлялось в кино… Но всё это очень доброе и светлое. Пастораль. И всё очень-очень похоже на правду. Можно было мечтать о чём угодно, воображать любую будущую жизнь и верить, что такая она и будет. Те, кто придумывали истории про лего-человечков, также придумывали их про себя…

Главные события лета – два июльских дня рождения друзей. Подарки простые – компьютерная мышка, диск с играми, видеокассеты… Многое из того, что дарилось – помню. Потому что эмоции были настоящие, искренние. И не в подарках же дело было: просто дружили, потому что дружили – и всё. Всё это тоже иногда вижу. И точно знаю – нет, ничего не «дорисовываю», так всё и было.

А вот вдруг мы – чуть более взрослые, студенческого возраста, но ещё похожие на себя юных. При этом – в современной одежде, в современных каких-то образах и заботах. И уже, почему-то, осень; всё какое-то тёмное, поздний октябрь или ранний бесснежный ноябрь… Грязно-серо-кирпично-чёрная палитра. В таком оставаться уже не хочется. Как-то больно напоминает нынешнее положение дел.

Но это – точно фантазия. Настоящее студенческое время почему-то никогда не снится. И вообще, эти годы уплыли куда-то, стёрлись… Может, потому, что не было там чего-то очень важного – любви, например… Настоящей дружбы… Зато было много недоговорок, лжи, каких-то «натянутых струн»…

Помню одну картинку из срединного сентября – уже сумрачного, но ещё тёплого… Мы с однокурсниками переходили дорогу перед университетом, и прямо на нас с деревьев посыпались листья – настоящий листопад, как дождь… Это было так красиво, что мы застыли прямо на проезжей части… В жизни больше никогда такого не видел. Простая красота природы, но как же редко мы можем её наблюдать… А больше-то и вспомнить нечего, кроме совсем уж крошечных эпизодиков...

Вот, например, мой стандартный студенческий «обед» – чай с ромовой бабой в одном из «буфетиков», то тут, то там рассыпанных по университету. Отличные, кстати, ромовые бабы были – с тех пор всё пытаюсь найти тот вкус, но никак не получается. Почему именно такой набор? По соотношению «цена-качество-калорийность» ромовая баба опережала все остальные кулинарные изделия. Чай из пакетика – на рубль дешевле, чем кофе из пакетика; соответственно, берём чай… Прямо как в одном советском фильме про грузинского пилота: «Чай хочу»…

Зато человеческих историй – хоть отбавляй. Был у меня, например, такой товарищ – нормальный парень, после армии поступил, на бесплатное место… Умный, надёжный, целеустремлённый – первый курс закончил «на отлично». Причём, не зубрил, а всё понимал. Я так тогда не мог даже близко…

Но вот какая штука с ним приключилась – решил на лето поехать в Америку, подзаработать. Были тогда такие программы – весь университет листовками заклеен… Заполняешь анкету и при хорошем знании английского можешь два месяца побыть в США гастарбайтером – посуду в кафе помыть, на стройке «пошабашить»… А затем – ещё месяц поездить по Штатам в своё удовольствие.

Надо отдать американцам должное – схема супер-эффективная. Два месяца молодой неглупый человек из-за границы трудится на непопулярной работе, ему платят небольшие по меркам США деньги, а затем он всё заработанное «возвращает в экономику», путешествуя по Америке. Аплодирую стоя!

Тем не менее, план у товарища был неплох. По его расчетам выходило так, что он поработает усердно, «посмотрит мир» экономно… И по возвращении у него на руках останется сумма, которой хватит на покупку небольшой подержанной машины.

В результате, так и вышло. И поработал, и заработал, и попутешествовал, и машину купил… Вот только вернулся другой человек, с напрочь промытыми мозгами. Если бы я своими глазами этого не видел – никогда бы не поверил, что такое возможно.

У человека полностью изменилась психология… Полностью пропал интерес к учёбе; полностью поменялось отношение к стране, к людям… Появилась суетливость, желание везде «проскочить», лишь бы «по-лёгкому» получить какой-нибудь «прибыток»… Вместо глубины – подчёркнутая поверхностность; вместо «отлично» – кое-как сданные зачёты… И, конечно, во всякое лето он ездил на заработок в США… «Потребительский суперкосмополитизм» – так можно было обозначить его новое мировоззрение.

Спорили мы с ним о разных общественно-политических вещах до хрипоты, до крика… Но вот как-то он меня ни в чём не убедил… Худо-бедно он, конечно, выпустился – по-моему, в последний момент перешёл со специалитета на бакалавриат – и наши с ним пути разошлись. На мой взгляд, пропал человек. Сам себя уничтожил. Он тоже никогда не снится.

А наш старый город – снится. Вернее, наш старый район.

Вот, например, Речной бульвар. На первый взгляд, он остался таким же, как и 30 лет назад. Те же дома эпохи оттепели с одной стороны – и те же аккуратные кустики с другой. Асфальт, местами, тот же…

Вот только дома-то уже не те. С балконами-скворечниками из конца девяностых; с бездушными пластиковыми окнами «нулевых»; с домофонными «крепостными» дверьми «десятых»… И с вывесками, вывесками, вывесками… Я ещё помню их без всех этих «наростов» – и вижу их во сне именно такими. И вдоль них – тех, прежних – иду я, нынешний…

Но со всеми этими «метаморфозами» ещё можно смириться. А вот то, что на первых этажах многих домов уже давно никто не живёт – это настоящая трагедия. Вместо жилых квартир с тёплыми окнами, цветами, шторами и выглядывающими из форточек котами – сплошные торгово-сервисные предприятия. Как раньше без всего этого обходились – ума не приложу…

Аптеки, едальни, агентства недвижимости… Банки, пункты по сбору анализов, пункты выдачи онлайн-заказов… Снова аптеки (с оптикой), кофейни, кондитерские… Магазины типа «сельпо», магазины типа «сельпо фермерское» и т.д., и т.п…

В бывшем здании кулинарии – а, впоследствии, продуктового магазина и салона сотовой связи – аж три общепита: «веганское» кафе, шаурмячная и никак не могущая открыться пиццерия… А вот в здании «настоящей» старой аптеки и вовсе произошёл «переворот»: собственно, аптеку «убрали» куда-то в угол, освободив три четверти помещения под «молодёжную» кофейню и ресторанчик «восточной кухни». Впрочем, правильно: поел – и сразу в аптеку…

А в самом конце бульвара круг замкнулся. В пристроечке к советской конторе, где некогда находилась блинная, затем – «кооперативный» магазин, а потом – супермаркет, теперь – снова общепит, даже два: кофейня и бургерная. Может, даже и блины подают…

И для кого-то всё это является близким и настоящим; и у кого-то со всем этим связаны тёплые воспоминания. Может, и у меня они тоже будут. Но они никогда не заменят того исконного, что было. Так сказать, первого слоя. Ведь первое – всегда останется базисом. И придёт момент – у каждого в своё время – когда сознание очистится от «второго», «третьего» и прочих слоёв…

Рано или поздно всё это исчезнет. Всё наносное, неискреннее, налепленное и наросшее растворится в течении времени; смоется потоком мгновений; сотрётся из памяти; вырвется из истории… И мы – каждый в своей Вселенной – останемся один на один с тем, что запомнили первым; с теми, кого запомнили первыми; с теми, кого полюбили первыми… И наш город снова будет молодым; и наши родители снова будут молодыми; и мы… Мы снова будем юными; мы будем вечно юными... Вечно.

Но до этого – ещё много, много десятилетий. И поэтому пока нужно проснуться; нужно идти и чистить зубы; нужно идти и смотреть электронную почту; нужно идти и жить. Жить. Ж и т ь.

2023