Проект Дарья Донцова бессмертен

     Заговорили на днях в библиотеке о дамских романах: кто из авторов по-прежнему популярен, к кому интерес пропал, кто новый ворвался в круг женщин-писательниц.  «Донцову практически перестали спрашивать,  — сказала библиотекарь. — Да это и понятно: исписалась давно, повторяет одно и то же. А вот Устинову с Марининой спрашивают часто». И всё же я взяла новую книгу Донцовой: захотелось узнать, претерпел ли изменения проект «Дарья Донцова» за последние двадцать лет. Ведь именно двадцать лет назад я прочитала её роман «Сафари на черепашку», изданный в 2005 году, и записала несколько цитат и кое-какие впечатления от прочитанного.  Поделюсь  тогдашними  впечатлениями.

     Начиная с оформления, это рыночная продукция в самом  вульгарном её выражении.  Яркая обложка с безвкусными рисунками, очевидно, претендующими на то, чтобы назваться смешными.  На первой странице перечислены все вышедшие на тот момент книги Донцовой числом  55 штук, название каждой из них — торжествующая пошлость: «Привидение в кроссовках», «Жаба с кошельком», «Камин для Снегурочки», «Маникюр для покойника», «Гадюка в сиропе» и всё в том же роде.  И куча фотографий автора в обнимку с  мопсами: на обложке, в начале книги, в конце.  Рядом с каждой фотографией — реклама: Донцова либо сама нахваливает свои книги, либо приводятся письма читателей, может, сфабрикованные. Издано это на отвратительного качества бумаге тиражом (глазам своим не поверила, когда увидела!) 260 100 экземпляров.

     Автор, нисколько не стесняясь, вставляет в повествование тысячу раз пересказанные и переиначенные «бородатые» анекдоты. Например о том, что муж неожиданно возвращается домой, а жена прячет голого любовника в шифоньер (где уже сидит другой мужчина).    На протяжении четырёх страниц автор вымучивает шутки и остроты на эту тему, обильно уснащая речь персонажей такими «перлами» как «хрен тебе», «где хахаль», «пасть захлопни», «хорош жопой вертеть»

     Главного героя — Ивана Подушкина, сотрудника частного детективного агентства — в метро почему-то задерживает милиционер. Не могу удержаться, чтобы не привести начало этого эпизода:
«Не успел я пройти на платформу, как услышал бесцеремонный окрик:
— Эй ты!
Не предполагая, что сие обращение относится ко мне, я шагнул вперёд, но тут чья-то рука ухватила меня за плечо.
— Куды бежишь! Велено стоять.
Я обернулся, передо мной маячил тонкошеий подросток, облачённый в милицейскую форму, круглое личико рязанского мальчика украшали нос картошкой и голубые безмятежные глаза.
— Вы меня звали? — удивился я.
— Тебя. Бумагу покажь.
— Вы желаете посмотреть мой паспорт?
— Кажи документ.
Я подчинился.
— Извольте.
Грязные пальцы парнишки помусолили странички.
— С какой целью передвигаемся по Москве?
— У меня постоянная прописка.
— И чё в метро делаем?
<...>
Понимая, что влип, я попытался исправить положение.
— Не шумите, пойдёмте куда следует.
Тонкошеий «Геракл» крякнул и велел:
— Тудысь чапай, к первому вагону.
Идя рядом, словно школьники на экскурсии, мы вошли в служебное помещение.
— Никак ты, Сашок, опять террориста поймал, — с лёгким раздражением заявил мужчина в форме, поднимая голову от газеты».

     Эта отвратительная сценка вставлена в роман просто для того, чтобы читатели посмеялись? Или всё же заказана (самой Донцовой или пишущим от её имени) с целью полить грязью милицию? Не знаю, не знаю...

     Вот ещё на подобную тему. У героини, очень богатой бизнесвумен,  злоумышленники похищают сына и требуют огромный выкуп. Подушкин предлагает ей обратиться в милицию:
«Существует специальное подразделение, там служат профессионалы...
— Ваня, — с горечью перебила меня Марина, —  очнись! Ну-ка вспомни, помогли тем, кто «Норд-Ост» не в добрый час посмотреть решил? Или жителям Беслана? Сколько людей погибло! И ведь вся страна переживала, да что там Россия — весь мир к телевизорам прилип, и то ничего практически не сделали, сотни погибли. Кто же ради одного моего сына напрягаться будет?»

     Приведу общеизвестные сведения по Беслану: погибли 10 сотрудников ЦСН ФСБ, 2 сотрудника МЧС, 6 гражданских спасателей, один сотрудник МВД. В числе погибших все командиры трёх штурмовых групп, представленные посмертно к званию «Героя России». Это звание было посмертно присвоено и лейтенанту «Вымпела» Андрею Туркину. Спасая троих заложников от взрыва, он накрыл своим телом брошенную террористом  гранату.

     Объясните мне, как можно походя касаться ТАКОЙ темы, ТАКОЙ проблемы, решения которой не нашёл никто в мире, и найдётся ли вообще это решение? Как можно, громоздя горы «бумажных» трупов (скольких  героев «умертвила» различными способами на страницах своей книги госпожа Донцова — не сочтёшь, да и считать, честно говоря, не хочется), упоминать о ТАКОЙ трагедии? (Это из моих записей двадцатилетней давности. Но разве проблема терроризма за эти годы решена?)


     Теперь о новой книге: «Бумеранг с автопилотом», Москва, ООО «Издательство «Эксмо», 2025. Для интересующихся: тираж 4000. Название, как всегда, глупое и непонятно как относящееся к тексту. Правда, ближе к концу книги делается неуклюжая попытка связать заглавие с содержанием, но ничего, кроме недоумения, эта попытка не вызывает.

     Ещё в библиотеке удивилась, почему пухленькая книжка такая лёгкая. Дома полистала и разглядела: бумага, на вид газетная, непривычно толстая и грубая, в книге всего  триста двадцать страниц. Выбрала в шкафу книгу точно такой же толщины («Сказки» Андерсена, изданные ещё в 1992 году),  в ней оказалось более пятисот страниц, и на вес она гораздо тяжелее. Интервалы между строками в старой книге, конечно, нормальные, а в новой полуторные. Что тут скажешь? Бизнес он и есть бизнес. Обложка яркая, безвкусная, несколько фотографий мадам Донцовой, не обошлось и без её любимых мопсов — сплошная реклама.

     Книгу прочитала от корки до корки, внимательно, возвращаясь к некоторым эпизодам. Пришла к выводу, что за двадцать лет издаваемое под брендом «Дарья Донцова» порядком изменилось. Понятно почему: новое время предъявляет новые требования.

     В «Бумеранге с автопилотом» вообще не совершается никакого преступления. Человек, которого пытались разыскивать, не пропадал, просто уехал по делам в другой город. В речи героев нет никакого мата, вообще никаких грубых слов. Глубокого содержания, впрочем, тоже нет. Так, разговоры, больше похожие на сплетни. Например, неизвестно почему живущая в доме главной героини Татьяны знакомая постоянно тиранит Татьяну: и вес у неё большой, и за собой она плохо следит (в конце, кстати, выясняется, что эта знакомая что-то подкручивает в весах, чтобы они показывали больший вес). Истории, которые рассказывают посетители работникам структуры по розыску пропавших людей, многословные, странные. Кое-где в повествовании нарушена элементарная житейская логика. Пример: Татьяна, накупившая в косметическом магазине всяких средств по рекомендации продавщицы, утром просыпается с отёкшим лицом, похожим на подушку. Её друг мужского пола Егор на полном серьёзе объясняет, что копеечные кремы покупать не стоит (а она закупилась именно дешёвыми средствами), — потому что  не помогут, очень дорогие тоже не надо брать (чуда такие не сотворят), а выбирать надо то, что имеет среднюю цену: «За один целковый хорошую маску не найти, а немеряных тысяч она не стоит. Кстати, во втором случае львиную часть денег берут за красивую упаковку». Татьяна благодарит его за такое разъяснение. Ну никак нельзя поверить, что для очень обеспеченной немолоденькой  женщины, которая третий раз замужем,  слова Егора являются откровением.

     Описанию материальной успешности героев в книге (как и во всех романах подобного уровня) уделено немало места. Вот пример: «Меня отвели в комнату, вернее в зал. Сначала подумал, что попал в музей. Вокруг картины, мебель с позолотой, на столе посуда невиданной красоты». А это комнаты главной героини, живущей в одной квартире со свекровью и её подругой, по совместительству домработницей: «Обычно мы не запираем дверь, которая ведёт на нашу территорию, туда, где находятся спальня, кабинет Ивана Никифоровича, помещение для переговоров и онлйн-совещаний, библиотека и гардеробные. Если я, Иван Никифорович или мы оба ушли в свои владения, ни Ирина Леонидовна, ни Надежда Михайловна к нам с пустой болтовнёй не прибегают. А мы никогда не тревожим их, если женщины отправляются в свои части апартаментов. Для общения у нас есть большая общая столовая и гостиная». Дальше — больше: «... Двери, которые ведут в нашу квартиру, сделаны из особого материала. И есть пульт. Если вдруг кто-то попытается пробраться  в апартаменты без разрешения или захочет влезть в окно, то одно нажатие на кнопку, — и... окна захлопываются бронированными ставнями, на все дверные проёмы опускаются решётки, через двадцать секунд жильё становится неприступной крепостью... И по городу к нам несётся вооружённая до зубов группа быстрого реагирования». Читайте, завидуйте: вот как должны жить успешные люди!

     Кстати, прислуга успешных людей тоже шикарно устроена, та же экономка Софья в «поместье» (так у автора) богачей Зотовых: «У неё в левом крыле особняка своя квартира: три комнаты, ванная, туалет, гардеробная». Правда, потом оказывается, что Софья — младшая сестра Зотова, но ей почему-то об этом не говорят, и она считает себя прислугой.

     Насторожило, что все герои бездетны и воспринимают это, скорее, с радостью. На таком факте не раз заостряется внимание.  Например, Татьянин муж считает, что, если нет детей, то, значит, они не нужны.  «У Зотовых нет детей, но ни муж, ни жена не переживают по этому поводу. Пара любит изысканную еду, у них на кухне царствует повар-француз».  Очень похоже, что  автор получил заказ внедрять в сознание читателей модную кое-где теорию чайлдфри. 

     Ещё одно, присутствующее практически в любой книге, заточенной под массового читателя, — грязные (в прямом смысле слова) сцены. Вспомним хотя бы знаменитую «Манюню» Абгарян, где туалетная тема представлена в десятках эпизодов. В нашей книге умный домашний кот по имени Альберт Кузьмич вдруг ни с того ни с сего гадит на тапок гостьи. Это событие обсуждается героями на протяжении четырёх страниц: выбросить тапок или помыть, не заболел ли кот. К коту вызывают на дом ветеринара, а гостье хозяйка даёт совет: «А ты шагай босиком в ванную. Но, думаю, душ не понадобится. Ступня не испачкана, только тапочки погибли». Потом Татьяна с мужем попадают на странное представление, участниками которого являются зрители. Вот как описывает действо героиня: «Я мчалась по лужам, не разбирая дороги, комья грязи летели на меня, потом начался мелкий дождь, и в конце концов я уткнулась в стену...» Возвратившихся с представления Ивана и Татьяну дома встречают словами: « Вы в болоте купались?»

     Подведём итоги. За двадцать лет проект «Дарья Донцова» претерпел определённые изменения: качество текста стало получше, исчезли грубые слова и выражения, в последнем романе нет ни одного убийства. Однако в плане содержания всё осталось по-прежнему: бесконечные пустые разговоры героев, нелогичные сюжетные ходы, пережёвывание ничего не значащих событий. Ясно, что издатель диктует свои темы, которые надо поднять, чтобы дать определённые установки читателям — это настораживает и заставляет задуматься, кто диктует условия издателю. Слова библиотекаря  о том, что Донцову практически перестали спрашивать, не стопроцентно точны. Книга, которая у меня в руках, издана в 2025 году. Я уточнила: подписана к печати 08.07.2025, то есть напечатана в конце года. Следовательно, учитывая время на пересылку, оформление в библиотеке, на полке появилась не ранее весны или лета этого года. Судя по листку возврата, её брали в августе и сентябре, а я стала третьим читателем. Если посмотреть листки возврата на книгах наших классиков, того же Паустовского, или Астафьева, или Распутина, то можно убедиться, что берут их даже не раз в год, а гораздо реже. Так что Донцову вполне себе читают, и получается, что проект «Дарья Донцова», может, и не так, как двадцать лет назад, но востребован.