Безработный

Безработными не рождаются. Если бы у меня была записная книжка для афоризмов, эту фразу я бы вынес на первую страницу. Впрочем, сейчас у меня нет даже постоянной работы, какая уж там книжка!

Началось все с того, что я банально психанул. Множество мелких факторов сложились воедино и перевесили те довольно существенные плюсы, что были в моей стабильной и непыльной работе. Другой на моем месте сказал бы: дурила, ведь с жиру же бесишься! Офис в шаговой доступности, возможность приходить к половине десятого утра, обедать дома, по полдня ничего не делать и получать за это не самую маленькую зарплату – это же не жизнь, а сказка! Увы, но были и неприятные моменты. Например, творческие расхождения с коллегами, давление административной верхушки и серединки, отсутствие хоть какого-нибудь простора для творчества и карьерных перспектив… Если бы у меня была ипотека, жена и двое детей, я бы стиснул зубы и терпел все это. На мою беду, у меня не было ипотеки...

Так вот, на каком-то этапе в мою голову закралась смелая мысль: а что, если я сижу сиднем и закисаю, в то время как мог бы уйти с работы и найти другую – уж точно не менее оплачиваемую и, наверняка, более интересную? Собрав волю в кулак, я оформил увольнение за полтора дня, умудрившись не разругаться с коллегами и выжать из своей организации все до копейки. Выйдя под скупой октябрьский дождик, я чувствовал себя, как герой песни известного отечественного рок-музыканта Горелова: «Я на воле, словно шершень в облаках».

Уходил я, как и свойственно людям самонадеянным, с гордо поднятым флагом и едва ли не фанфарами в свою честь. Казалось бы, что в таком крупном городе, как Староуральск, легко найдется место для талантливого, амбициозного молодого специалиста, которого знает вся журналистская братия, а также некоторые крупные городские бонзы. Уверенности добавляла и почетная грамота, полученная от губернской администрации за профессиональные заслуги. Я был уверен, что по щелчку пальцев (телефонному звонку, электронному письму, личной встрече), меня с руками оторвут в любом из ведущих изданий, а заодно предложат хороший оклад и кабинет с видом на деловой центр.

Первую неделю я совершенно ничего не делал – только ел, спал и мысленно перемывал косточки уже бывшим коллегам. Затем эти плодотворные занятия мне наскучили: коллег было не так уж и много, а косточек у них – еще меньше. Вальяжно взяв в руки телефонную трубку, я стал звонить своим многочисленным товарищам по перу с целью быстрого и блестящего трудоустройства.

Было забавно наблюдать, как напрягаются знакомые люди, когда ты спрашиваешь, нет ли в их редакции места для высококлассного специалиста, журналиста или редактора. Собеседники выдерживали секундную паузу, а потом, этак сквозь зубы, цедили: «Извини, сейчас вакансий нет». А некоторые еще добавляли: «Вот если бы ты месяц назад позвонил, когда у нас было место…». То есть, ты, парень, дважды дурак – звонишь не по адресу, так еще и опоздал. Короче, хорошего тебе настроения и удачи.

В глубине души я предполагал нечто подобное и потому, саркастически хмыкнув, начал штудировать сайты с вакансиями. В первый же день разослал несколько резюме, сопроводив их занудливыми звонками потенциальным работодателям – казалось, что так я привлеку внимание к своей персоне, а заодно покажу, как сильно хочу работать. Кака восхитительная наивность!

* * *

Удивительное дело, но первый ответ не заставил себя долго ждать. Шутка ли – вновь открывшееся в Староуральске отделение крупного делового портала «ФКП» («Федеральные коммерческие прогнозы») искало редактора и сулило горы рублей – для начала. А там и до собственной яхты недалеко… В общем, моя нескромная персона их весьма заинтересовала, и мы довольно быстро договорились о встрече у них в офисе.

Оказалось, что гордая компания сидит в жилом небоскребе, который находится намного дальше от центра, чем это выглядит на карте. Первые два этажа монструозного здания были отданы под различные конторы, и большинство комнат занимала некая геодезическая фирма. Прорвавшись сквозь витавший на первом этаже аромат борща, я оказался во владениях «Прогнозов» – трех небольших комнатках, бедно обставленных мебелью и сосредоточенными людьми, которые что-то озабоченно выстукивали на ноутбуках. Девушка средней степени симпатичности втолковывала какому-то непонятливому собеседнику, что ему будет невероятно, крайне, просто безумно выгодно разместить на портале «ФКП» свою рекламу. Уголки моих губ, начавшие сползать уже при подходе к зданию, переместились вниз окончательно.

Встречу мне назначил начальник новоявленной структуры – обаятельный молодой человек по имени Тимур. Увы, ко времени нашей встречи он подойти никак не смог – дела, дела и еще раз дела! А может, просто проспал, с кем не бывает. В течение двух часов мне предстояло ожидать его, прогуливаясь по расположенному неподалеку торговому центру с причудливым названием «Дух», а пока коллеги Тимура предложили мне заполнить тест. Судя по вопросам, это был перевод какого-то заокеанского источника. Как вам такой вопрос: «Кем бы вы хотели быть в футбольной команде: капитаном, тренером или ведущим игроком?». А что, если бы я хотел быть владельцем этой команды? Или запасным, получающим зарплату за сидение на скамейке? Эх, тесты, тесты… Никакого пространства для фантазии.

Справившись с заданием, я отправился на вынужденную прогулку. За последние годы Староуральск подвергся столь оригинальной застройке, что передвигаться по городу стало невозможно. Такое впечатление, что мы находимся в какой-то древней компьютерной игре: чтобы попасть из точки А в точку Б, которую ты видишь на расстоянии вытянутой руки, нужно пройти по длинному лабиринту, перепрыгнуть через ров с ядовитыми отходами и не попасться многочисленным врагам. В роли лабиринта выступают бессчетные заборы и парковки, в роли рва – бесконечные автомагистрали, а в роли монстров – уткнувшиеся в смартфоны хипстеры и автомобилисты. Столкновение с первыми чревато лишь синяком, а стычка со вторыми – концом игры.

До торгового центра можно было добраться двумя путями. Смельчакам предлагалось с риском для жизни спуститься с некоего подобия холма, а затем, с риском не меньшим, перебежать четырехполосную магистраль без светофора. Второй вариант – для слабонервных: можно было дать кругаля, потеряв 20 минут времени, и перейти дорогу по светофору. Как человек осторожный, я именно так и сделал.

Хорошо, что хоть торговый центр «Дух» меня не разочаровал. Там был настоящий пир духа. К моменту открытия страждущая публика едва ли не выламывала двери, ожидая, когда же наконец можно будет добраться до вещей и продуктов питания. Никогда не бывал здесь в рабочий день утром, и даже предположить не мог, что тут так много людей. Неужели тоже безработные? Однако.

* * *

Состоявшееся в итоге собеседование подтвердило догадку: иметь дело мне предстояло вовсе не со знаменитой «ФКП». А всего лишь с крошечной конторкой «Уралинтертейнмент», которой федералы заказали пиар своего регионального сайта. Тысячу раз извинившийся Тимур долго рассказывал о том, частью какой могущественной и огромной структуры является его фирма – мол, на их счету раскрутка сайтов чуть ли не на Луне. Зарплата при этом была далека от космической – не выше средней по губернии, да и то, если уважаемые боссы оценят работу высоко. Встреча высоких сторон завершилась крепким рукопожатием и договоренностью созвониться.

Пауза в переговорах не затянулась: первым не выдержал Тимур, позвонивший со скороспелым заданием. В ходе невыполнимой миссии мне предстояло посетить пресс-конференцию своего бывшего босса (Виктора Львовича Кареева) и дать об этом зажигательную новость. Нарядившись в лучшую рубашку, жилетку и брюки, я отправился на сие наиважнейшее мероприятие.

Подбоченившись, Виктор Львович ворковал с трибуны, произнося типичные для себя фразы. Журналисты, в свою очередь, тщились составить из них хоть сколько-нибудь интересную информацию. Мои бывшие коллеги делали вид, что ловят каждое слово Виктора Львовича, и наблюдать за ними было довольно забавно. Органично в этом процессе выглядел лишь советник Кареева с хитрой фамилией Шиншиллевский – как никак, запасная правая рука босса. Я же держался чертовски независимо, озвучив в микрофон свою принадлежность к «ФКП» и задав неудобный вопрос.

Новость получилась на славу, и Тимур пожаловал мне за нее минимально возможную четырехзначную сумму, предложив перечислить ее на мою банковскую карту. Стремление дистанцироваться показалось мне подозрительным, ведь я все еще питал надежды на трудоустройство в «ФКП», а потому предложил подъехать за наличным расчетом. Тимур не возражал, и при встрече озвучил новую информацию: редакторства мне не видать как своих ушей. Новым руководителем «ФКП» станет неизвестная женщина по имени Алла, которая к декабрю составит концепцию нового сайта и обязательно, непременно, сразу, как только сможет, мне позвонит. Стало понятно, что наше сотрудничество закончилось, не успев начаться.

Трудно сказать, чего я так ухватился за ту вакансию. Наверное, пребывал в шоковом состоянии после собственноручно организованного увольнения. Урок на всю жизнь: если представитель маленькой конторы две недели кормит тебя по телефону обещаниями, значит, ничего тебе в этой фирме не светит! А сразу сказать «Нет» товарищу не позволяет чувство такта.

* * *

Следующая возможность устроиться на работу забрезжила после звонка из кадрового агентства с иностранным названием MenCompany– типа, «Человеческая компания». По-русски звучит так себе, а вот в английском варианте – вполне значительно. Добираться до агентства пришлось по морозу, затем – сквозь час-пик в метро, и далее – через лабиринты причудливо выстроенного бизнес-центра. Наверное, создавая подобные проекты, архитекторы ставят целью максимально реализоваться в творчестве.

Вежливый и серьезный сотрудник агентства Станислав предложил модернизировать мое резюме таким образом, чтобы оно из хорошего стало просто крышесносящим. На уточнение деталей моей биографии ушло 40 минут, после чего мне был торжественно продемонстрирован сайт компании «ГалаКонсалтинг - коммерциал», которая занималась, в основном, тем, что запудривала мозги другим компаниям. Кандидату в стройные ряды фирмы предполагалось писать различные тексты, с чем я готов был справляться хоть круглосуточно. После подтверждающего кивка головы мое резюме улетело в «ГалаКонсалтинг», а Станислав предупредил, что вообще-то директор компании хотел бы видеть на этом рабочем месте девушку. Спрашивается, почему нельзя было сообщить об этой особенности заранее? Мне бы не пришлось тащиться через весь город, а Станиславу – тратить сорок минут своего времени на бесполезную работу по доводке моего резюме. Как и следовало ожидать, потенциальный работодатель так и не перезвонил. Все же, я не очень похож на девушку. Борода, видать, мешает.

* * *

Дни текли за днями, а электронные письма с моим резюме и предложением о сотрудничестве утекали по все новым адресам. Теперь я рассылал сообщения стихийно, в надежде, что какой-то организации срочно нужен человек, а вакансии в открытом доступе она почему-то не размещает. Среди получателей значились крупнейшие производственные компании, государственные структуры, политические партии, издания и интернет-порталы. Большинство адресатов не удостоили меня хоть каким-то ответом, а все остальные ограничились сухим «Нет, спасибо». Возможные вакансии уже мерещились мне на каждом углу – от безрыбья я даже начал рассматривать должность продавца в книжном магазине. Ничего не имею против продавцов и даже очень уважаю их труд, но для меня устроиться на такую должность означало бы полное фиаско. Это как если бы вы были президентом, а затем перешли на должность министра. В нашей стране так не принято!

Одно из резюме все же достигло цели. Уральский институт бизнес-предпринимательства, известный в народе просто как Купеческий, выглядел очень неплохим вариантом. Непыльная работа, удобное расположение, не самая большая, но вполне адекватная зарплата. Легкая студенческая среда, много необязательных тем, которые можно отписывать в спокойном темпе. Красота! С моими навыками и умениями у Купеческого был бы не сайт, а конфетка! Или даже пряник – питательный и на вид приятный.

Увы, как и всегда во все хорошее вмешался банальный и противный блат. Директор института не утвердил мою блестящую кандидатуру, ведь у него уже был свой проверенный человечек! И пусть он не умел делать и половины того, что было указано в требованиях – зато он свой, надежный. Не будет выкидывать коленца и высказывать свое мнение без спроса. У меня же стремление к подобным эскападам было написано на лице. Интересно, написано ли теперь или гонору после очередной неудачи поубавилось?

* * *

Спустя неделю мне поступило следующее серьезное предложение, да ни откуда-нибудь, а от известного в городе портала «Уралгуб». Штаб-квартира сей мощной организации располагалась в средней руки бизнес-центре, но проникнуть в него оказалось не менее сложно, чем на секретную военную базу. Без паспорта охрана не впускала ни в какую. Интересно, а если бы я ломанулся через турникет, не взирая на сурового охранника? Наверное, мне бы заломали руки за спину и вызвали полицию. Жаль, что я от природы трусоват, иначе не преминул бы посмотреть, до какого идиотизма дойдут представители ЧОПов. Вместо этого я предпочел позвонить шеф-редактору портала «Уралгуб» Острякову.

Ожидая его пришествия в холл, я изучил необычный автомат неподалеку от турникета – глянцевая железная машина продавала готовые обеды двух видов. В пластиковой ванночке лежали салат, второе, соус, кусок хлеба и одноразовые приборы. Цена этой мечты офисного работника составляла всего сто рублей. Риск отравиться, видимо, был 50 на 50, поскольку какой-то мужчина уверенно купил один из обедов и зашагал в свой затерянный в глубине здания офис. Подробно расспросить его об этом гастрономическом чуде не получилось – пришел Остряков и провел меня в офис «Уралгуба». Интересно, что на лифте мы доехали до восьмого этажа, а, прошмыгнув по переходу в соседний корпус, оказались на шестом – причина в разнице потолков в двух соединенных зданиях. Воистину, чудны архитектурные решения в Староуральске.

В работе Остряков был подсобран и сосредоточен. Учитывая, что в подчинении у него находилась всего одна творческая единица, а работы было – на целый взвод, иначе было нельзя. Его коллега, женщина своеобразной внешности по фамилии Отлынина, увлеченно молотила по клавишам, печатая очередную заметку на портал. На нашу беседу она обращала не больше внимания, чем на кипение чайника или скрип микроволновки.

Остряков быстро и по-деловому объяснил мне суть предполагаемой работы. Его журналист должен был, как акула, вгрызаться в информационный вал и выдавать на гора новости. Тонны новостей. О том, кто где кого убил или ограбил, какую чушь сморозил губернатор, почему все так плохо, и кто в этом виноват, какие дураки живут в Староуральске и все в таком духе. Также мне предстояло работать в интересах партии «Страна», которые продвигал остряковский босс – Кириллов. Поскольку его в данный момент занимали совсем другие дела, мне пришлось завершить собеседование дежурным «до связи» и ретироваться. Впрочем, через несколько минут неспешной прогулки по продуваемым улицам Староуральска мне позвонил Остряков. Он несколько взволнованно сообщил, что их маленькую комнатку посетило высокое начальство, которое непременно хочет со мной встретиться и поговорить. Взвесив все за и против, я принял решение вернуться.

Начальник штаба партии «Страна» и, по совместительству, владелец портала «Уралгуб» Кириллов был импозантен, как и его кабинет. Модный белый свитер отлично подходил к его смуглой коже, а мудрые и хитрые глаза смотрели так, что становилось понятно: этот человек знает про своего собеседника все – даже если ничего про него не знает. Новенькая кожаная куртка Кириллова была небрежно брошена на незасиженный диван, а на вешалке покоилась богатая меховая шапка. Образ успешного и загадочного человека дополняло старое фото на столе – молодой и энергичный президент вручал награду молодому и энергичному Кириллову.

На столе у большого босса лежала распечатка моего резюме. Кириллов небрежно отодвинул бумаги в сторону и сообщил, что знает обо мне все, даже то, что я ломал руку (а был в моей биографии и такой факт). Финансовые условия обрисовывались довольно-таки красочные – небольшой белый оклад, а все остальное, вдвое этот оклад превышающий, выплачивалось по серым, как мышь, схемам. Да еще и задания для партии «Страна» оценивались вдвое выше, чем материалы в «Уралгуб» - в общем, снова не жизнь, а сказка. Хотя в нашей стране было давно известно: сказка – ложь, да в ней намек – добрым молодцам урок. Я на роль доброго молодца вполне подходил, а потому решил принять предложение Кириллова, и вышел на работу в маленькую, но гордую редакцию.

* * *

Начало моей трудовой деятельности в «Уралгубе» выпало на четверг. После плотного завтрака я вышел во тьму семичасового утра и направился к автобусной остановке. Все, как в старые добрые времена, когда я, вчерашний студент, работал в газете «Коммунистический Урал»! Как и тогда, с тяжелой головой я сел в маршрутку и приготовился ехать, ехать и ехать, пытаясь заснуть. Увы, за годы этот полезный навык оказался утерянным. Каждые две минуты транспорт рывком тормозил и издавал противное «Пик-пик-пик-пик-пик» – это означало, что на остановке открылась дверь. С шумом и подшвыркиванием в салон заходили пассажиры, вжикали молниями рюкзаков, утирали вазомоторные явления, кряхтя, усаживались, распутывали наушники, передавали деньги за проезд, отхлебывали из бутылок с водой – в общем, успевали за минуту прожить целую маленькую жизнь. Затем следовало очередное «Пик-пик-пик-пик-пик», двери закрывались, и на две минуты снова воцарялся покой.

Помнится, раньше я умел спать, не реагируя на все эти раздражители. Может быть, потому, что постоянно слушал плейер, различных мудрых стариков. Под убаюкивающие хрипы немецкого рок-музыканта Хуго Биргштайнера никакая дорога не страшна. А уж легенду отечественной рок-сцены Взвинчева никакое «Пик-пик-пик» не перебьет. Этак вот, слушая, и уму разуму набирался. Но сейчас я, видимо, стал слишком стар для этого. Не хочу никого слушать, тем более, что надо не пропустить узловую остановку «Подъезд». Там мне было остро необходимо выйти, чтобы не попасть в невообразимую пробку, и остаток пути до города проделать на электричке.

Высадка произошла успешно, и до поезда еще оставалось несколько спокойных минут. Их было вполне достаточно, чтобы аккуратно подняться на насыпь, где располагалась станция. Нужно было соблюдать предельную осторожность – снег на крутых ступеньках спрессовался в покатую скользкую поверхность. Фактически, пришлось втаскивать себя наверх на руках. Но смелость города берет, а уж такой незначительный подъем – и подавно. Внутри станции я умудрился не поскользнуться на глянцевой плитке и не ошибиться при покупке билета, а затем поспешил на перрон, так как электропоезд «Ноздревая – Староуральск» уже прибывал на первый путь.

Несмотря на то, что большинство электричек прошли глобальную модернизацию, нам достался раритет – не серый, а зеленый состав с деревянными сиденьями внутри. Возглавлял сей железнодорожный караван электровоз 1960-х годов по прозвищу «Костяная нога», названный так из-за характерного стука при движении. Забраться внутрь удалось не без труда – время утреннее, а жителям пригородов и отдаленных районов Староуральска до зарезу надо на работу. Удивительно, но навык спать стоя у меня все же сохранился. Главное было не продрыхнуть станцию «Ядро» – выпрыгнув на ней, я мог успеть на работу до девяти и приняться за первое политическое задание Кириллова. Оно оказалось довольно простым: расшифровать аудиовидеозапись важного политического значения и сделать из нее крепенький пресс-релиз.

На записи руководитель фракции «Страна» депутат Андрюхин мерно и грамотно втолковывал гражданам, почему тарифная политика в губернии такая, какая есть, и почему он, депутат Андрюхин, решительно против этого. По образу ему бы очень подошла деревянная пивная кружка, из которой он бы время от времени со вкусом отхлебывал. При этом депутат Андрюхин не удосужился объяснить, почему пропустил именно то заседание городской думы, на котором эта пресловутая политика принималась. Зато теперь он, депутат Андрюхин, может с чувством собственного достоинства критиковать сложившуюся ситуацию. Недаром же он, депутат Андрюхин, строитель, и все понимает. Почти как градоначальник со звучной фамилией Палец, который, по собственному признанию, инженер – и тоже все понимает. Видимо, поэтому при нем Староуральск окончательно занесло снегом. Чтобы, значит, непонимающие не высовывались. В мысленных диалогах с депутатом Андрюхиным завершился мой первый день в Уралгубе.

* * *

В промежутках между мотанием в «Уралгуб» и обратно мне позвонил некто Допьянов – известный в прошлом журналист, основатель и главный редактор газеты «Свежий Урал». По каким-то своим каналам, ведь ему я никаких писем не писал, Допьянов достал мое резюме, изучил его и решил срочно, просто в кратчайшем порядке предложить мне сотрудничество. Предполагаю, что мои контакты он узнал у своего старого коллеги – редактора староуральского отделения «Столичного партийца» Котоурова, с которым мы как-то раз общались по телефону. Тогда этот зубр журналистики с трагизмом в голосе сообщил, что хотел бы со мной работать, вот только финансы…

Типаж этих людей одинаков: все они – этакие романтики 90-х, которые привыкли, что люди в их изданиях работают за энтузиазм и идею, а не за рубли и стабильность. Неудивительно, что когда времена сменились на более сытые и спокойные, такой подход перестал себя оправдывать, и к концу 2000-х годов на плаву из славного поколения удержались немногие. С одним из таких могикан мне даже удалось поработать – Матвей Петрович Нерпов, до последнего кризиса выпускавший газету «Александровский тракт», многое дал мне, как журналисту. Его главный завет – не делать текст кирпичом – я помню и по сей день, а любимая приговорка «Вопросы, вопросы…» стала лейтмотивом моей профессиональной жизни. Четырехзначную сумму, которая мне, как студенту, была необычайно важна, он мне так и не заплатил. Увы и ах!

В звонке Допьянова смущало одно: почему-то он хотел встретиться со мной накануне, а то и во время сдачи номера. Выглядело это все, как попытка закрыть дыру в газете за счет наивного безработного энтузиаста, который бы пулей побежал писать огромную статью в надежде получить контракт или хотя бы гонорар. Учитывая, что свое резюме я послал всем, кроме Допьянова, мной было принято мужественное решение не продолжать с ним никаких дел. Тем более, что на энтузиаста я похож разве только внешне, а внутри меня сидит довольно прагматичная и ленивая личность.

* * *

Во второй день пришлось попробовать себя в пять видах журналистики сразу. Начался день со спортивной тематики – заметка о том, как наша хоккейная команда «Урал» со свистом проиграла принципиальному сопернику – «Прогрессу» – пошла на ура. Обычно Остряков занимался подобными вещами сам, но здесь он, как человек опытный, сразу угадал мою предрасположенность к спорту – я ведь когда-то увлекался шахматами.

Следующее задание – криминальная хроника. В парке «Сосновый бор» два гражданина жестоко избили третьего. Ничего особо сенсационного или интересного, но таков журналистский хлеб – делать конфетку из ничего. Вернее, так – делать видимость конфетки. Такую, чтобы она заинтересовала потенциального читателя ровно на пять секунд. За это время он успеет зайти на сайт, прочитать новость, заметить баннер рекламодателя, и, если невероятно повезет, кликнуть на него! Вы думаете, кому-то из журналистского сообщества интересна судьба того избитого парня? Никак нет. Просто про него можно быстро сделать новость, получить за непыльную работу маленький, но нужный гонорар, а рекламодателю запудрить мозги про высокую посещаемость портала…

Ближе к полудню прилетело настоящее задание – посетить пресс-конференцию о том, как власти города борются со снегом, и каких еще апокалипсисов ожидать нашей губернии. Снег или не снег, вот в чем вопрос! По итогам мероприятия нужно было сделать новость, а лучше – две. Эту задачу тоже удалось решить максимально быстро. Кстати, дальнейшая жизнь показала, что синоптики, как всегда, были неправы. Потепление, вопреки прогнозам, перехлестнуло через край и обернулось декабрьским дождем, который сделал дороги абсолютно непроходимыми ни для человека, ни для автомобиля, ни для лошади.

Под конец второго и, как я внутренне решил, последнего дня в «Уралгубе» неудобный стул, маленький стол и однообразие комнаты успели набить нешуточную оскомину. Коллеги, впрочем, по домам не собирались, хотя какие новости могут быть в нашем городе в пятницу в половине шестого вечера? Не назовешь же сенсацией то, что пробки уже достигли 11 баллов из 10 возможных. Остряков жил поблизости от метро и ему дорожные заторы были неинтересны – он в любом случае добирался домой через стандартные двадцать минут пути в подземелье. До того, как сесть в метро, ему предстояло пройти 500 метров по поверхности, уворачиваясь от летящих в лицо снежинок, выхлопов автомобилей и выкриков всяких бездельников. Далее Остряков продирался в вагон на станции метрополитена «Проспект Сталина» и следовал внутри размалеванного рекламой поезда через перегоны «Ноябрьская», «Морской порт» и «Ученическая», пока, наконец, не прибывал на свою «Улицу Фридриха Энгельса».

Мне же было пора на электричку, которая обещала быстро и без снежных заносов довезти меня до станции с лаконичным названием «Жнец», откуда уже и до дома было рукой подать. Быстро свернув вещички и вежливо попрощавшись, я покинул помещение. Остряков был этим явно недоволен. Думаю, он бы предпочел, чтобы я приходил в семь утра, а уходил после девяти вечера. Или ты живешь на работе, или ты не журналист. Разумно.

* * *

Вечером на станции «Ядро» было не менее многолюдно, чем утром. Над заснеженными путями летело: «Электропоезд «Староуральск – Вилок» пребывает на первый путь!». Мы с другими гражданами были готовы и осторожно двинулись на посадку. Высокие и узкие ступеньки вагона обледенели, потому во избежание травм пришлось затаскивать себя внутрь по поручням. Слава отечественным вагоностроителям, предусмотревшим и такое развитие событий! Внутри было тепло, многолюдно и тихо. Все сидели со смартфонами и елозили по ним пальцами. А я почувствовал, что слишком устал для этого, и намеревался просто смотреть в темное окно все сорок минут поездки.

Некоторые раздражители все же проникли сквозь мое засыпающее сознание. Пожилой, но бодрый гражданин в военной форме зашел в вагон и громогласно исполнил казачью песню «По нраву мне», аккомпанируя себе на баяне. Публика реагировала вяло. Им бы подошло что-то более веселое и менее державно-пафосное. Например, песня про вагон, которую в старом мультфильме пел добродушный крокодил, чем-то напоминая современного министра иностранных дел. До «Жнеца» мы добрались точно по расписанию, и мне волей-неволей пришлось произвести марш-бросок в сторону автобусной остановки. Хоть здесь повезло – издающий «Пик-пик-пик» транспорт подошел без промедления.

Обстановка в маршрутке оказалась примерно такой же, как на каком-нибудь заседании. Ни с того, ни с сего, кто-то на заднем ряду начал уверенно кашлять – «Кхе-кхе». Сидящий спереди воодушевился и смело подхватил «Кха-кха». Некто сбоку махнул рукой и с этаким причмокиванием крякнул: «КХА!». И понеслось по всей видимой площади: «Кх-кх!», «Кхм!», «Кхха-хаумм!», «Уххм!». Наконец, все затихло – до тех пор, пока у кого-то в сумке или в труднодоступном кармане не зазвонил телефон. Замечено, что громкость звонка в таких случаях прямо пропорциональна противности мелодии. Несколько секунд у абонента ушло на поиски трубки, потом еще секунду он натужно вглядывался в экран, чтобы понять, кто звонит. И лишь после этого ткнул в кнопку «Ответить» преисполненным значения пальцем. Во всех этих несносных звуках я не заметил, как оказался на своей остановке. Здравствуй, «Дворец исследователей», пора выходить!

* * *

Утром я просыпаюсь поздно – безработному ведь не нужно вставать ни свет, ни заря. В «Уралгубе» я задерживаться не захотел. Просто представил, как месяц за месяцем сижу на неудобном стуле в маленькой комнатке. За моей спиной молотит по клавишам женщина специфической внешности Отлынина, а впереди слева – сосредоточенный Остряков. Мы пишем о сиюминутных событиях, забываем о них через полчаса и ждем. Ждем, когда придет Кириллов с очередным политическим заданием. Или когда один староуралец укокошит другого, чтобы другие жители нашего славного города могли об этом прочитать. Не думаю, что мое предназначение – в такой муравьиной деятельности.

А пока я продолжаю получать от жизни хорошие уроки. Вот вам один из них: когда человек говорит, что без работы ему нечего делать – он врет. Поверьте, я знаю это наверняка. Дел – вагон и маленькая тележка, просто некоторые не хотят их замечать.

Нужно сделать зарядку. Постирать трусы и носки. Помыть посуду. Протереть пыль. Почистить пылесосом. Проверить баланс на сотовом телефоне. Проверить баланс на модеме. Проверить баланс внутри холодильника. Записать на бумажку, что нужно купить. Положить бумажку в карман. Положить в карман еще несколько бумажек – это так называемые деньги. На них покупаются продукты питания и бытовая химия. Надеть джинсы и специальную «колхозную» кофту, предназначенную для походов в магазин и для того, чтобы выбрасывать мусор. Это позволяет не амортизировать хорошие вещи, которые можно будет надеть на работу. Свериться с термометром, чтобы правильно выбрать ботинки – потолще или потоньше. Взять влажные антибактериальные салфетки – мало ли что. Надеть шапку, шарф, толстые перчатки. Выйти на улицу.

На улице осмотреться. Пропустить автомобиль. Простроить путь до одного из нескольких нужных магазинов. Желательно избежать встречи с бродячими собаками или снежными надолбами. Главное не расслабляться. Идти не быстро, чтобы не поскользнуться, но и не медленно, дабы не привлекать нежелательное внимание. Как известно, деловой человек передвигается быстро. Медленно ходят только бездельники. Для придания себе вида делового человека беру с собой сумку. В ней лежат оставшиеся с предыдущей работы бумажки и визитные карточки. В принципе, все это можно выбросить, но что-то удерживает.

Магазин – территория повышенной опасности. Здесь нужно внимательно прокрасться вдоль полок. Взять огурцы, помидоры, бананы – только если хорошие. Плохие не брать. Выбрать курицу, яйца, хлеб – внимательно посмотреть даты производства. От представителей торговли можно ожидать чего угодно – они продают печенье, произведенное в 2008 году. Кстати, о печенье: к чаю можно купить пряники или вафли. В молочном отделе выбрать самый свежий творог, сметану и молоко. Захватить макаронные изделия и крупы, если таковые закончились. Расплатиться на кассе и проинспектировать отдел с бытовой химией – в домашнем хозяйстве ее всегда не хватает.

Вечером можно заняться творчеством, проиграть компьютеру поочередно в шахматы, кости, домино и пасьянс или же запустить телевизор. Переключать каналы в строгой последовательности от 1 до 55. Если на льду наша доблестная хоккейная команда «Урал» – посмотреть матч. В противном случае – включить дискуссионную программу «Ночь», где хитроумный ведущий Скворцов ведет острые диалоги с политиками и другими бездельниками.

Параллельно с просмотром разумно приготовить фирменные блюда – пресноватое куриное филе, недосоленную, но рассыпчатую гречку и овощи из пакета. Расправившись с основными блюдами, выпить чай с приторно сладкими вафлями «Тышкино». Все это нормально переварится в желудке, если незадолго до ужина употребить варенец с куском батона. Видите, сколько интересного и полезного! Остряков был бы в шоке от такого образа жизни. А я к нему уже привык. Вот так!

2016