Практика 3

Рабочей день закончился. Слава богу это была пятница. Хотя почему «слава Богу»? хуже вечера пятницы только утро понедельника. Нет, я не пью, но на два выходных дня обычно работы больше чем на пять рабочих… то Маше объясни математику, физику, химию и постите литературу, то лампочка сгорит, то раковина засориться. А то и унитаз. А потом, простите, понос от этого всего. И как с ним спать в одной кровати? А уж если свет вырубят в субботу вечером…

Да и вечер пятницы не счастье – все геморрои недели после трёх часов в ней нарисовываться. Вот и Вера Францевна не в четверг пришла… 
 
Так что русский мужик и не знает, что лучше работа или выходные… да и женщины тоже. Всем достаётся.

– Ну что, Вячеслав Иванович, такой хмурый? – жена ждала меня около машины. – Домой не хочется?

Я вздохнул.

– Мне тоже не хочется. Давай куда-нибудь съездим? Только Машу заберём.

– Нет! Если мы хотя бы на минуту войдём в дом, он нас уже не выпустит… звони дочке пусть собирается и выходит.

Через полчаса мы были в комплекте.

– Кода едем? – спросила дочь.

– Куда глаза глядят. А ты куда хочешь?

– К деду Ване и бабе Маше!

– Согласна!

– Если дозвонюсь… – я вышел из машины: Зосимыч завсегда нас примет, но нужно по его голосу определить его здоровье.

Слава Богу, на звонок ответил сразу, голос был бодрый.

– Слава, жду с нетерпением! Представляешь – меня в лес одного не пускают! Ну подумаешь на той неделе заблудится, так сам же и вышел, только ночью, когда звезды появились. Подумаешь компас потерял…

Когда я отрывал дверь, решил не торопиться с приятной вестью, но на меня смотрели так что я тотчас сказал: «Едем!». Радости не было предела.
 
Как я говорю, что хуже вечера пятницы только утро понедельника?  Это правда, просто сегодняшняя пятница исключение, которое мы позволить себе можем…

– Лен, а когда мы последний раз у Зосимыча были?

– Восемь лет назад. Маша в школу собиралась.
 
   Восемь лет назад… Восемь лет я не был не только на охоте, но и в настоящем лесу, восемь раз деревья становились зелёными потом жёлтыми, а потом белыми… я уже и забыл какие они лесные деревья. А вот Маша помнит стариков, потому что была у них счастлива. И они были счастливы.

Но ведь и я был счастлив в лесу. Но были ли счастливы деревья? Значит нет счастья для одного? Тогда как быть с женским счастьем Веры Францевны?

– Слав! Ты не уснул? – Ленка смотрела на меня внимательно.

– Нет. Чуть задумался, – некоторое время назад я понял, что мне не интересно ездить на машине – за рулём невозможно сосредоточиться на мысли. Хорошо, что мы ещё в городе, а не на трассе…

– Если ты устал давай вернёмся…

– Нет всё нормально! – вот уж в лес к Зосимычу я готов был ехать сколько угодно.
– Ой, жалко мы Ирку не взяли…

– Пока она соберётся и накрасится… в общем приедем мы после полуночи…

Молчание жены было знаком согласия всё-таки сама Ирина не рвалась обустраивать своё счастье. А может быть, по её мнению, это счастье было не неё? Со своим-то счастьем не разобраться, а тут чужая душа.

Потом вы заели в магазин за едой на троих на два дня конце концов мы выехали из города.  Два часа дороги пролетели незаметно…