Сеанс тюремного секса. Отрывок из романа Копье Суд

СЕАНС

В соседнюю хату «завели» новую заключенную. Качан первый с ней познакомился, кричит.
- Тебя как зовут, красавица?
В ответ слабо доносится женский голос.
- Анжелина.
- Точно Анжелина? Джоли? А может Света?
- Анжелина…
- Как тебе в хате?
- Тесно…
- Сколько вас?
- Семеро.
- А нас двенадцать плюс один! Двенадцать месяцев, ха-ха… Анжелина!
- А?
- Меня Андрей зовут. Скажи свое настоящее имя.
- Анжелина…
- Не ври!
- Ну, Таня…
- Тань, у тебя муж есть?
- Жених.
- Он чем занимается?
- Он осудился. Два года дали.
- За что?
- Наркота.
- А тебя за что?
- Та же статья.
- Тань, у тебя трусы какого цвета?
- Белые.
- А пятнышки у них где?
- Какие пятнышки?
- Коричневое и желтое… Чтоб различать, где зад, где перед.

Зеки сдавлено ржут. Доносится обиженный Танин голос.
- Вот ты дурной, и шутки у тебя дурацкие. У меня трусы чи-и-истые.
- Таня, а у жениха член большой? Ты длинный и тонкий любишь, или короткий и
толстый?

Надзиратель бьет по «тормозам» дубинкой.
- Молчать! Тишина.
За межкамерную связь полагается до десяти суток карцера.

- Тань, мы тебе после отбоя «позвОним», - кричит на прощание Качан. – Зира,  пойдем к Таньке на свиданку?
Таджик ухмыляется.
- Я в рулетка с п…зда не играю, вдруг она страшная?
- У п…зды лица нет. Если страшная, будем бояться. Но все равно вые…м! 
- Ты, Качан-джан, азартный, азарт тебя губит…


Вечером того же дня после отбоя Качан устраивает сеанс.
- Таня! Таня!
Слабо донесся ответ.
- Чего?
- Давай сеанс сломаем! Мы тебе грев подгоним. Ты какие конфеты любишь?
- Шоколадные.
- А какие у тебя сиськи?
- В смысле?
- Большие?
- Четвертый размер.
- Ого!
- Ни фига себе!
- Вау!
- Огого!
- Зашибись!
- Вот это сисяры!
- Вот бы я вдул тебе в междусисье. Можно мы придем к тебе?
- Приходите.
- Так ты согласна?
- Согласна.

Завести в камеру на два часа стоит 50 долларов. Мало у кого из арестованных есть такие деньги. Качан возбудился, шумно нюхает через кормуху, будто надеется унюхать запах вульвы, мечется по хате, сшибает бабки, умоляет пахана выдать из общака, но безуспешно.
- Таня, так мы придем! Тань!
- А?
- Смотри, если у тебя не четвертый размер, будешь отвечать.
- А вы точно придете?
- Точно.
- Ну, у меня не совсем четвертый…
- А какой?
- Второй. С половиной.
- Значит, с****ела! ****ь!
- А че, нормательные сиси… Как раз в ладошку.
- Ни фига, обещала четвертый, как у Семенович. Таня, а ты знаешь, что за базар отвечать надо? Сегодня сосешь у народа  виртуально. Давай, рассказывай, как твоего жениха зовут?
- Саша.
- Расскажи, как ты с ним е...шься.
- Он любит сзади.
- В позе «мама моет пол»? Таня!
- Что?
- Не молчи! Говори, а то у меня «гриб» падает.
- Я не умею рассказывать, мальчики...
- Ты на вопросы отвечай, только «по чесноку». Ты писю бреешь? Или волосатая.
- Я нормальная…
- Значит, не бреешь. Я люблю волосатых.
- Бреют только гламурные ****и Собчаки.
- А в попу даешь? А в ротик берешь с заглотом или сплевываешь?

В хате «5-4-7» начинается сеанс. Кто-то дрочит под простыней, кто-то, не стесняясь, мастурбирует на глазах у других, да и как тут скроешься на десяти-то квадратных метрах.
- А какая твоя любимая поза? Раком любишь? А втроем? А любишь, когда тебе в рот кончают?
- Нет.
- Почему?
- Я оргазма не получаю, если мне в киску не кончают. И с презервативом не могу кончить. Ничего не чувствую. Когда в меня кончают, внутрь, и я кончаю, а по-другому не могу.

- Молодец, Танюха, у меня «гриб» вырос. Ты круче секса по телефону.
- Все, я устала, спать хочу.
- Подожди, Танюшка! Расскажи, как ты любишь! Ну, хоть постони, покричи, а,
Танюшка!

Таня женственно стонет, вскрикивает. «Ой, ой… о-о-о-о…»
Изголодавшиеся мужики дрочат, набухшие стыдом и похотью, хоть на миг улетают из тесной, прокуренной камеры…

 Ум «улетает», его нет... только пульсации перед зажмуренными глазами… сквозь роение вспышек проступает лицо Даши, она улыбается томительно, полуприкрыв колдовские светлые глаза на терракотовом лице.

Таня тоже, видимо, входит в раж, испускает кошачий вопль. Кто-то матерился от кайфа, «ой, ****ь, ой не могу-у-у… вау!» Кончают все вместе, почти одновременно.
- Блеать… - выдыхает Меняла, - на безрыбьи и кулак шансонетка.

«Танюшка, радость ты наша…» - гудит, стонет, кряхтит благодарная хата. «Огонь девка… одобрям… молодчина, артистично исполнено… дас ист фантастиш…»
- Без женщины как без рук, зато с руками как с женщиной! – похохатывает Качан.

Наутро Таньке-искуснице через Старшого передают колбаски копченой, конфет шоколадных, сигарет, чекушку зимбуры. Таня стонет каждый вечер, пока ее не переводят в другой корпус. Давно плечевой проститутке не доставалась такая легкая и сытная работенка.
- Очевидно, секс по телефону придумал тюремный бродяга, - делает вывод Юрий
Соломонович.