В шахтёрском краю, глава 12

  Зоя Воронина


                В шахтёрском краю
                глава 12
  Вечером Владимир предложил ей сходить в гости к его родителям.
-Мы живём с тобой четыре месяца и до сих пор с моими родителями ты не познакомилась. Не хорошо это. Давай сегодня сходим к ним. Они нас в гости к себе каждый день ждут.
-Ну раз ждут, тогда пошли.
  Жили его родители на Институтской улице, не далеко от остановки трамвая. В том районе, где Валентина  первое время жила в этом городе. Дом их стоял вдоль дороги и был вторым с краю. Квартиру эту родители Владимира получили не так давно. Раньше они жили в этом же городе, в посёлке Южном, в своём доме на два хозяина. В одной половине дома жила семья Владимира, во второй половине — семья родной сестры его отца. Их посёлок находился над шахтой: под их домами шли выработки, добывали там уголь и дошло уже до того, что местами стала земля уходить из под ног. Посёлок весь снесли, не сразу, а начали с тех участков, на которых жить было опасно. Так постепенно исчез довольно большой район города. Отец Владимира получил квартиру, а его родная сестра не захотела жить в квартире и ей купили дом в районе дворца Снежинка.
  Надо немного рассказать о родителях Владимира.

  Родился отец Владимира на Украине в семье зажиточного крестьянина. В семье было своё крепкое и довольно большое хозяйство. Отца Владимира назвали Леонид, и был он самым младшим ребёнком в семье.
  Старшая его сестра вышла замуж за голодранца. Он был очень красивым, знал немного грамоту. И когда пришла революция в их край, его, как грамотного и уважаемого человека выбрали в сельский совет. В дальнейшем этот парень стал председателем колхоза.
  Средний брат Леонида женился и уехал в Одессу. Но там ему не нравилось. Пожил он там чуть больше года и уехал с женой в деревню, ближе к морю. Там они купили себе небольшой домик. В последствие они его расстроили, завели большое хозяйство и зажили припеваючи. А когда стали приезжать на море отдыхающие, они сдавать стали им всё, что годилось под жильё. Один только туалет оставался не занятый. И его они тоже сдавали бы, если можно было. На деньги слишком жадные были видно. И чем богаче они становились, тем больше росла у них жадность к наживе.
  Сестра, которая шла перед Леонидом, замуж выскочить, пока, не успела, как началась коллективизация в их краю и во всей стране. Всех кулаков и зажиточных крестьян принялись потрошить в первую очередь и высылать их из собственных домов, из насиженных мест в далёкую Сибирь. Попали под эту гребёнку и семья Леонида, отца Владимира.
  У родителей Леонида забрали большой добротный дом, всю скотину, что семья имела, весь сельскохозяйственный инвентарь, что у них имелся, а их всех вместе с детьми и вещами, которые они успели для себя прихватить, погрузили на телегу, довезли до пристани, а оттуда на пароход и отправили до ближайшей станции, а оттуда уже в Сибирь. Из разговоров родителей, Леонид слышал, что в Сибири всегда холодно, зимой морозы сильные, лето короткое, в огородах овощи плохо растут, а фруктов вообще там нет. Он страшно боялся этих мест. А был он только подростком на то время, ему исполнилось только шестнадцать лет. Он сообщил отцу, что сбежит при первой возможности. Отец ему посоветовал совершить побег в то время, когда они будут ближе к берегу. Оттуда легче добраться до брата, который там где-то обосновался и ещё не был так богат.
  Вечером, когда стемнело и когда пароход отошёл не далеко от берега, Леонид прыгнул за борт в воду. Он добрался до берега вплавь, переждал ночь, забравшись под чью-то лодку, а утром отправился искать брата. Он нашёл его, как бы ему не было трудно это сделать. Когда Леонид пришёл к брату, тот взглянул на него, но ни чего ему не сказал, пустил жить к себе. А как же иначе, родной брат всё же. Но вскоре в их посёлок прибыл гонец, который разыскивал бежавших из под стражи людей с парохода, на котором находились ссыльные. В тот вечер Леонид бежал не один, за ним прыгнули ещё двое. Вот их и искали по всему району, что прилегал ближе к берегу. Об этом узнал брат Леонида, когда ходил в сельский совет. Он быстро вернулся домой и велел срочно Леониду бежать из этих мест, иначе его схватят и отправят за решётку. Брат снабдил его продуктами в дорогу и одеждой. Леонид огородами бежал из дома брата. Когда посыльный пришёл в семью брата Леонида, то там ни кого из посторонних уже не было.
  Леонид отправился искать родителей сам, но пришёл не в Сибирь, куда отправили его родителей и сестру Настеньку, а в Коми ССР. Там он устроился работать на лесоповал, что бы заработать немного денег себе. Проработал он тем целых семь лет. Так бы он и работал на этом лесоповале, пока не познакомился с красивой девушкой.
  Была эта девушка очень красивой, с огромными карими глазами, тоненькая и хрупкая, как мотылёк, с тёмными, как смоль, прямыми и длинными волосами. И росточком эта девушка была не велика. И звали эту красавицу Полиной. Она была дочерью священника. Её семья жила в достатке. Единственную свою дочь родители баловали, работать её не заставляли, потому она и жила под родительским крылом, как у Христа за пазухой. Всю грязную работу по дому выполняли служки. Пришла революция. А в это время церковь решили отлучить от государства. Начались для священнослужителей трудные годы. Закрывались храму Господни и церкви, а самих священников ссылали или вообще расстреливали. Вот и отец Полины тоже попал в эту мясорубку. И вскоре его не стало.
  Мать Полины не долго горевала по мужу, вышла за другого. Она была ещё молодая и жить в одиночестве ей не хотелось. Естественно, пошли у них свои дети. А Полина так и жила при родной матери одна, как в поле травиночка. К домашней работе она была не приучена. Но работать где-то надо было. Вот она и пошла на лесоповал. Работала там вместе с другими женщинами. Мужики валили лес, а женщины обрубали ветки и сучки. Там, на лесоповале и встретила она Леонида.
  Было ему на то время двадцать три года. Полине тоже. Она была ему ровесница. Только Леонид родился в начале года, а она в конце. Парень он был видный, высокий, косая сажень в плечах, тёмные, кудрявые волосы, ярко-голубые глаза. И всегда с обворожительной улыбочкой, такой обходительный, такой ласковый. Как можно пройти мимо такого парня?
  Естественно, Полина влюбилась в него по самые уши. Русского языка она знала плохо. Понимать могла, а что-то объяснить не умела, как следует, рассказать о своих чувствах не могла. Так бы и страдала бедная девушка от любви, если бы не подошёл первым к ней Леонид. Он долго ей объяснял, что она понравилась ему несказанно. Она слушала и только кивала в ответ на его слова. Однако, она поняла одно, что тоже очень понравилась парню. Так и познакомились, стали встречаться.
  В начале сорокового года они расписались в сельском совете. Жить они перебрались в село. У родителей Полины был большой дом, в котором нашёлся и угол для молодых. Полина нашла себе работу в селе, а Леонид пошёл на курсы поваров. Решил стать знаменитым поваром и кормить людей.
  Курсы поваров он окончил с успехом, только поработать на гражданке ему не пришлось, началась Великая отечественная война. И Леонид с первых дней войны отправился на фронт защищать нашу Родину от фашистов. Вначале он с автоматом в руках вместе с остальными бойцами участвовал в боях. Но так получилось, что повар в их воинской части погиб, а заменить на знали кем, тогда и вызвался Леонид. А когда командир узнал, что он повар с дипломом, воскликнул:
-И что же ты до сих пор молчал?
  И с той поры Леонид Данилович был переведён на более ответственный пост, стал следить за тем, что бы  бойцы части, в которой он служил, были всегда сытно и вкусно накормлены. Он отлично понимал, что от его добросовестной работы зависит всё и в первую очередь — победа. В начале он переживал, что его перевели в повара, пока ему не втолковали, что это такое же важное дело и поварёшкой можно успешно врага крушить.
  А вскоре в этом убедился и сам  Леонид. Было это под Курском. Шли бои не на жизнь, а на смерть день и ночь. Один день был жарче другого. Шёл бой уже несколько часов подряд. Немцы всё наседали и наседали. Наши бойцы не успевали отбивать их атаки. Кровь лилась рекой, всюду валялись трупы.
  Леонид вместе с помощником спешили приготовить обед бойцам. В этом бою убило лошадь не далеко от того места, где стояла полевая кухня. Повара решили убитую лошадь пустить в дело. Они сняли с неё шкуру, разделали тушу и наварили из её мяса щей и перловую кашу. Не пропадать же дармовому мясу!
  Уже всё было готово к обеду, но бой продолжался и не утихал. Вдруг, смотрят повара, бежит к ним по полю немец. Весь съёжился, приник так низко к земле, что не поймёшь, не то бежит, не то ползёт. Всё делает, что бы его незаметно было. Решили тогда повара, что немец был сильно голоден и собрался подкрепиться, живот у него от голода сильно свело, что он ни ничего вокруг не замечает, один запах полевой кухни его только увлекает. А в спешке он перепутал, где немецкая полевая кухня находится. Решил, видно, что это их повара так вкусно готовят, что один только запах с ума свести может. Вот он и попёр прямиком на этот запах. Леонид с товарищем смотрят, что дальше с ним будет. Если немец добежит до их расположения, то надо его встретить, как полагается, по всем правилам. На всякий случай, верёвку приготовили, что бы было потом чем связать этого немца, если что.
  Укрылись наши повара за бочком со щами, ждут, когда немец ближе подойдёт. А тот всё приближается. А когда немец совсем близко подошёл, навалились на него повара разом, тот и моргнуть не успел. Леонид крепко связал его верёвкой, пока товарищ немца держал. А для пущей важности Леонид огрел его поварёшкой по голове, что бы тот не сопротивлялся. Немец и пикнуть не успел, как оказался в плену. Его связанного по рукам и ногам отволокли в штаб. Оказалось, что это был не простой и голодный солдат, а немецкий офицер. И пусть не велико его воинское звание было, но наших поваров наградили медалью за взятие языка и за проявленную смекалку. Так что, воевать можно и с поварёшкой в руках успешно.
  После этого случая не стал больше Леонид переживать о том, что воюет не на передовой вместе с бойцами, а на полевой кухне успешно кормит бойцов, что бы они крепче были и всегда одерживали победу над врагом. Так до самой победы прошёл Леонид с поварёшкой в руках. Эту знаменитую поварёшку он привёз с собой потом, когда вернулся домой с войны, как память о военных лет, о его молодости.
  А Полина ждала его у себя дома. Она осталась беременной, когда мужа забрали в армию. Уже без него родился у них мальчик. Только недолго этот мальчик прожил на этом свете. Раньше, в то военное время, ни о каком декретном отпуске не было и речи. Оклемается немного от родов женщина и надо выходить на работу. Новорожденного малыша в ясли отдавали на целый день, пока мать трудится. Так и Полине пришлось после родов выйти на работу. В яслях няня не удержала малыша в руках, выронила его. Кроватки в яслях были железные. Упал малыш и прямо головой ударился о железный край кроватки. А много ли такому крохе было надо? Зашёлся он в крике, но вскоре затих навсегда.
  Потеряв ребёнка, Полина сильно переживала. Но ещё больше она боялась сообщить о своей потери мужу. Она не знала, как он прореагирует на потерю ребёнка и боялась, что он бросит её. Потому, писать на фронт ни чего о малыше не стало, решила, что при встрече всё объяснит ему сама.
  Когда Леонид вернулся с войны домой и узнал о потери своего сына, то выяснять ни чего не стал, а собрал свои вещи и уехал к родителям в Кузбасс, туда, где осели его родные. А сослали их в Сибирь, в город Прокопьевск, где живут и трудятся шахтёры, добывая уголь стране.
  Сестра его младшая за это время выросла, похорошела и перед самой войной вышла замуж. Мужа  ей нашли тоже из украинцев. Он так же, как и она, из бывших кулаков и тоже их семью сослали в Сибирь. Когда объявили войну, она ждала ребёнка, в положении была. Мужа её забрали в числе первых на фронт. Но повоевать ему как следует не довелось, он погиб в самом начале войны.  И Настя получила похоронку, а её муж так и не узнал, что у него родился сын. Так они и жили с сынишкой вдвоём в доме на два хозяина: в первой половине дома проживали родители, а во второй половине дома жила Настенька с сынишкой. К тому времени, перед войной, сразу после того, как Настя вышла замуж, купили они этот дом на два хозяина, с расчётом на то, что бы их последняя дочь жила рядом с родителями. Настя работала в годы войны на шахте, а её мать помогала растить ей ребёнка.
  Когда война окончилась, после победы вернулся к родителям в начале лета Леонид, но только один, без своей жены, Полины, хотя она и умоляла его не бросать её одну. Не мог он простить ей потерю сынишки. Леонид поселился в родительской половине дома. На работу устроился сразу же. Его взяли в ресторан на Тыргане.
  А через месяц к нему приехала и Полина с Коми ССР. Она чуть ли не в ногах у него валялась, всё просила простить её за то, что не смогла уберечь ребёнка. Хотя она и не была виноватой в его гибели, обстоятельства в то время были таковы. За этот месяц, после встречи Леонида, она сильно сдала: похудела очень, под глазами появились чёрные круги, куда делась её мягкая улыбка, тот задорный блеск в её красивых, чуть раскосых, карих глазах. Это уже была не та Полина, которую знал Леонид.
  Понял мужчина, что зря он обидел ни в чём не повинную жену свою, что она его судьба на веки, а от судьбы не убежишь. Винить надо было то время, в котором люди жили тогда, а Полина тут ни при чём! Помирились супруги. Леонид познакомил свою жену с родителями. Им эта девушка не очень-то и понравилась, но что делать, коли она сыну по сердцу пришлась. Смирились они с этим, приняли её в свой дом и стали они жить вчетвером в первой половине дома.
  Полина на работу не пошла. Мать Леонида учила девушку вести домашнее хозяйство. А оно у них было большое, правда, не такое, какое было на Украине. А когда вернулся с фронта Леонид, то мужчины ещё увеличили это хозяйство, сходили на базар, купили двух поросят, пару кроликов и гусят. И всё это передали в руки Полины, она должна была их кормить и следить за всеми, что бы все эти животные были сыты, чистыми и ни кто из них не убежал. Ну и естественно, поддерживать порядок в доме.
  Отец и мать Леонида ещё работали на производстве. Отец трудился плотником, а мать — санитаркой в больнице. Одна Полина не работала, была домохозяйкой. Ей ещё в нагрузку поручили племянника, сынишку Настеньки. Он уже подрос, но в школу пока не ходил, не дорос до школы. Сама сестра Леонида трудилась на шахте, а сынишку оставить не с кем было.
  Труд шахтёров нелёгкий, но в годы войны многих мужчин взяли на фронт, а уголь стране был просто необходим и женщины пошли за мужчин работать в шахту, добывать уголь. А когда война окончилась и мужчины стали возвращаться с фронта домой, то женщин из шахты вывели. Настенька стала работать в ламповой на шахте. Эта работу куда легче была, женщины вполне могли с ней справиться.
  Полина хоть и была домохозяйкой, но тоже старалась помочь семье. В летнее время, когда пошли овощи, она по утрам пропадала на рынке, торговала овощами, разной зеленью, что бы прокормить себя. Русскому языку она так и не научилась говорить хорошо. Зная это, над ней постоянно подсмеивались Настя и её сын, которого звали Володей. А иногда ставили её в такое положение, что бедной девушки было трудно выйти. По ночам Полина часто плакала. Она уже и не рада была, что приехала сюда к мужу. Но что поделаешь, ведь она носила под сердцем ребёнка. Он уже давал о себе знать. А осенью Полина родила девочку. Имя ей дали Валентина. Была эта девочка вся в мать, такая же смуглая, как она, с карими глазами, как у матери.
  Через четыре года у Полины родилась снова девочка. Хотя Леонид очень ждал сына, но не получился он у них, этот сын. Назвали крошку Надеждой. Она больше походила на отца, чем на маму. И кожа её была светлая, и волосы не такие чёрные, как у матери. А вот глаза только остались карими, как у матери, а не голубыми, как у отца. Леонид, конечно, расстроился из-за того, что Полина ему родила опять дочку, но когда взглянул на неё в первый раз, простил жене и это. Вторая дочка-то на него сильно была похожа.
  Леонид вздохнул тяжело и стал ждать теперь, когда же наконец-то родит ему Полина мальчика. Он так хотел, что бы у него появился наконец сын, даже во сне его всё время видел! И наконец снова через четыре года Полина Полила ему долгожданного мальчика.  Он родился такой же, как его папа упитанный, кудрявый, со светлой кожей. А вот глаза только остались не голубыми, а карими, как у мамы. Леонид был рад до безумия.
  Малыш рос смышлёным карапузом. Но в год он сильно заболел. Что только мать не делала, что бы спасти малыша! Положили мальчика в больницу, но врачи ни чего поделать не смогли. Оказались бессильными, не смогли и они ни чего сделать. Ребёнок угасал с каждой минутой. Сердце малыша перестало биться с последним солнечным лучом.
  Смерть мальчика переживали все сильно. Мать Леонида потерю внука, слегла в постель и уж больше не встала, умерла. С такого горя Полина чуть сама не тронулась умом, но Леонид успокоил её, приголубил, согрел теплом своей души. Он очень её любил и не мог позволить ей, что бы она убивалась с горя. В благодарность за его доброту, Полина на другой год родила ещё одного здоровенького и крепкого малыша. Он был таким же, как и первый мальчик, такой же симпатичным и энергичным. Назвали малыша Володей.
  Рос Володя смышлёным и очень любопытным ребёнком. Когда мальчик подрос и пошёл в школу, дед на его день рождения подарил велосипед. В то время о таком подарке мечтали многие пацаны. Владимир был на седьмом небе от счастья. На этом велосипеде мальчик гонял по улицам своего посёлка целыми днями напролёт. Даже забывал про обеды.
  Леонид сильно ругал своего сына за это. Надо было помочь матери управится с хозяйством, полить в огороде грядки, навести порядок о ограде при доме. И Леонид стал закрывать велосипед, дедов подарок, в сарай на замок. Сарай этот был сколочен из досок, покрыт тоже досками, а сверху ещё и рубероидом. На пол сарая досок не хватило, поэтому он стоял прямо на земле. Владимир прекрасно это знал и стал думать, что ему надо сделать, что бы выручить велосипед? Два дня он всё ходил вокруг сарая, всё соображал, как ему лучше поступить и придумал. Сарай был небольшой, легкий. Доски на нём были тонкие, к полу он не был закреплён, а значит, надо попробовать наклонить этот сарай и прислонить его к дереву, что росло рядом с ним. Владимир попытался это сделать и у него всё получилось. А когда он достал велосипед, то сарай поставил на место, как тот стоял до этого.
  Леонид вернулся с работы. Сарай стоит на месте, а Владимира дома нет. Валентина собирает в саду ягоду. Надежда качается на качелях, напевая: «Я невеста не плоха, выбираю жениха.» Полина отправилась продавать овощи. Отец спит, как младенец. Леонид заглянул во все потаённые места сына, его там не было. Смотрит, а он выкатывает на велосипеде из-за угла. Леонид вновь забрал у него велосипед, а его отправил в огород, поливать грядки.
  Так продолжалось всё лето; Леонид спрячет велосипед, Владимир его найдёт, снова достанет и катается целый день. В то лето умирает и дедушка Владимира. Его похоронили на кладбище, которое стоит в районе Буфера, рядом с его женой.
  Школу Владимир окончил в этом же посёлке, где жил в то время. Но тут стали у людей этого посёлка проваливаться земля. То у одного провал образуется прямо в ограде, то у другого в огороде небольшой участок уйдет под землю. И людей быстро стали переселять с Южного посёлка на Тырган.
  Семья Анастасии купила себе дом в районе дворца Снежинка. А семье Леонида выделили трёхкомнатную квартиру со всеми удобствами. Сын Настеньки стал взрослым, выучился в институте, женился и стали они счастливо жить втроём. В квартиру они не захотели идти, поэтому, им выделили деньги на покупку своего дома.

  Валентина, старшая дочь Леонида, к тому времени уже не училась в школе, она её закончила и поступила учиться в Новокузнецк, в педагогический институт и уже в то время, когда им давали квартиру, она его заканчивала. А после института её отправили работать в Промышленовский район, в село Шуринка. После института надо было ей отработать по направлению три года в школе, но Валентина отработала в этом селе только два. В летнее время, на каникулах, в отпуске, она проводила время у своих родителях. Она была молода и очень интересна. Естественно, она познакомилась с молодым человеком. Он трудился в шахте, но не простым шахтёром, а мастером.
  Парня того звали Петром. Был он такой же, как она, тёмноволосый, с чёрными глазами, со смуглой кожей, кудрявый и очень худой, но, тем не менее, стройный. Пётр окончил горный техникум и работой своей гордился. Жил он в том же посёлке, Южном, в котором и Валентина жила раньше со своей семьёй, только в самом конце посёлка. И учился он в другой школе. Потому, не знал раньше Валентину, пока не встретил её случайно на остановке. Он собирался ехать на трамвае, стоял, скучал, а тут появилась девушка небесной красоты. Как он мог удержаться и не познакомиться? Она смутила его разум сразу же. Они стали встречаться и каждый раз, расставаясь, он не мог дождаться встречи. А через две недели он попросил старшего брата ему помочь и они вместе отправились к родителям Вали, сватать её.  Неизвестно, любила ли она его сильно или нет, но только ей уж очень не хотелось жить в деревне и работать там в школе, потому, она сразу же дала согласие на брак с Петром.
  Свадьбу сыграли в последним месяце лете. После свадьбы Валентина с радостью уволилась с деревенской школы и перебралась в город. В Прокопьевске они с мужем купили небольшой домик, недалеко от шахты Дзержинского, где трудился Пётр.
  В городе Валентина так же устроилась на работу в школу учителем математики. Но в городской школе были дети не такие, как в деревенской. Тут она не смогла с детьми наладить контакт, дисциплина у неё хромала. К тому времени она забеременела. Еле-еле Валентина доработала до декрета. Родилась у них дочка. Красивая девочка, крепенькая. Имя ей дали, Танечка.
  После декретного отпуска она со школы ушла, не стала там работать больше, решила лучше искать себе другую работу. И нашла её. Стала трудиться в стоматологии санитаркой.
  Второй ребёнок у неё недавно только родился. Это был мальчик. Такой же, как его папа, кудрявый, с тёмными глазами и смуглой кожей. Валентина всех своих детей отдавала сразу же в ясли, а потом и в детский сад.

  Вторая сестра Владимира тоже выросла и после школы поступила учиться в Новокузнецкий металлургический институт. Была она с карими на выкат глазами, с тёмными и волнистыми волосами, которые она стригла коротко, как мальчишка. Нравилось ей так ходить. Зрение у неё было слабое, как и у Владимира, а поэтому, она всегда носила очки. Девушкой Надежда была очень красива, но характер дурной. Ещё в школе у ней мало было подруг, очевидно, из-за скверного характера своего. А когда стала она совсем взрослой, то не могла найти себе парня нормального. Тоже из-за характера своего.
  После окончания металлургического института, дали ей направление на работу в металлургический комбинат, что находится в Нижнем Тагиле. Там Надежда прожила и проработала целых пять лет. О родителях своих не забывала, постоянно присылала письма отцу и почти в каждом просила его, что бы папа выслал ей деньги. Но ни когда не спросила родителей, а хватает ли им на жизнь этих денег, что они зарабатывают? Ей было это не интересно. Главное, что бы ей всё хватало в жизни. Она прекрасно знала, что её папа запасливый человек и у него наверняка есть деньги. А так, как она была любимая дочка у своего папы, то он обязан заботиться о ней до конца своей жизни.
  Примерно, по тысяче рублей он часто ей отправлял, не требуя ни каких объяснений от неё. А тысяча рублей в то время была сумма очень неплохая, например, легковая машина «Жигули» стоила, совершенно новая, семь тысяч. Это, обычно, происходило в то время, когда она собиралась на море отдыхать или ей удавалось поехать за рубеж куда-нибудь. Но если поездок у неё ни куда не предвиделось, она уже не просила от папы денег, а требовала рублей триста или пятьсот на мелкие расходы.
  Отец постоянно возмущался, но поворчит немного, поворчит и идёт в сберкассу за деньгами. Он скопил их на чёрный день и теперь тратил свои сбережения на любимую дочку. Разве он мог отказать любимой дочери? Но если у него не было желания исполнить просьбу дочери, тогда высылал ей деньги её родной брат. В гости к родителям ей ездить не хотелось. Что она там у них не видела? Всё ей было известно, что там творится у родителях. А тут можно в отпуск поехать куда-нибудь отдохнуть, например, к морю. Тем более, где-то у моря живёт родной её дядя.

  Владимир тоже уже вырос и даже успел немного поучиться в институте. После школы он поступил учиться в тот же институт, что и его сестра училась, в металлургический. Даже жил в том же общежитии, что и Надежда проживала. Каждое лето он участвовал в студенческий отрядах. Студенты принимали участие в строительстве железных дорог Якутии. Работали студенты всё лето, привозили большие деньги за свой тяжёлый труд.
 Проучился Владимир в этом институте всего три года. На большее у него не хватало сил и желания. Разочаровался он в профессии своей. Металлургом он не хотел быть, ему больше стройка нравилась. Поэтому, когда он закончил третий курс института, поехал со студенческом отрядом в Якутию и решил больше в институт не возвращаться. Решил остаться там работать, участвовать в строительстве железной дороги.
  Он честно проработал год там. Вернулся домой с Якутии весь обросший чёрной бородой, как бродяга какой. Всё время, пока он был в Якутии, он не брился, решил посмотреть на себя, каким он будет с бородой. Родителям про бороду он не писал, решил преподнести им сюрприз. И эта затея ему удалась.
  Когда он появился в своей квартире, весь обросший, мать находилась в это время дома. Увидев, что в их квартиру вошёл разбойник с чёрной бородой, она чуть в обморок не грохнулась тут же. Сын бросился её успокаивать. Тогда только мать поняла, кто это вошёл к ним в квартиру, когда услышала голос любимого сыночка.
  Владимир отдохнул с дороги немного, принял ванну, побрился, подстригся и тогда уж принял человеческий образ, тогда уж окончательно его признали родители. В на утро он отправился устраиваться на работу в СМУ. Его взяли сначала каменщиком, так как это дело было ему знакомо со строительного отряда. Он проработал там немного и его перевели в монтажники. Ему на стройке было всё интересно и он хотел постепенно освоить все строительные профессии. Каменщиком он был хорошим, но в городе в это время строили больше домов из блоков. А это напоминало ему, как игру в кубики. И это было очень интересно.
  Когда он встретил Валентину, он уже мог работать и на монтаже крупнопанельных домов, и на строительстве домов из кирпича. Валентина ему очень понравилась. Его не страшило то, что она была старше его на пять с половиной лет и что у неё был ребёнок.
  Когда он решил жениться и родители узнали о его избраннице, то сначала они отговаривали его всячески, но видя что ни какие уговоры не помогают, согласились. Но боялись представить, как это они станут жить в одной квартире с его женой и каким-то там её сыном. Но Владимир их успокоил, сказал, что бы они не переживали напрасно, что он сам уйдёт в общежитие к своей жене и там они станут жить.
  Так он и сделал, как обещал. Уже при ней получил Владимир очередное письмо от Надежды с просьбой, что бы он выслал ей примерно рублей триста или чуть больше. Валентина сразу же поставила условие перед мужем, что ни каких больше денег он сестре своей в Нижний Тагил высылать не будет. У него теперь есть семья и заботиться тоже есть за кем. А там, возможно, семья увеличится и расходы тоже возрастут. Так что, ни каких денег он ей высылать не станет и все они останутся в семье, а чтобы это было точно, храниться они у неё будут. За продуктами и всеми покупками больше она в магазин ходит, значит, и касса у ней должна быть. Получаешь деньги, сразу отдаешь их в семейную кассу.

  Прожил он с женой уже целых четыре месяца вместе, но так ещё и не познакомил родителей с ней. Хотя Владимир уже несколько раз звал её в гости к родителям его, но она всё время находила каждый раз какой-нибудь предлог, что бы отказаться и не идти. И вот, наконец, Валентина согласилась вечером сходить в гости к родителям Владимира.
  В августе ещё в восемь часов светит солнышко, а до этого времени можно вполне гулять сколько можно. По темноте Валентина не любила гулять. Ходила только когда надо сильно или зимой, когда темнеет рано и вынужден в это время куда-то идти.
  Поехали к родителям на трамвае. Но можно было и пешком до них дойти. Валентина волновалась, ведь первый раз она встретится с его родителями. «Интересно, - думала она, - какие они?» квартира у них была на первом этаже, трёхкомнатная, угловая. От трамвая до их дома шли по тротуару мимо пятиэтажного кирпичного дома. Между этим домом и домом, где жили его родители, стояла агитплощадка. Она была ярко раскрашена и бросалась сразу в глаза. Владимир указал на неё:
-Смотри, видишь агитплощадку? Летом на ней проводят собрания разные, лекции читают, а бывает, что самодеятельные артисты приезжают, выступают перед жильцами. А в прошлую зиму, когда был сильный буран, сорвало с крыши площадки лист шифера. Мимо пожилая женщина шла. Её этим листом и прибило на смерть. А года два тому назад, при таком же буране, сорвало лист шифера с соседнего дома и он влетел прямо ко мне в окно. Я как раз спал на кровати. У самого окна стол письменный стоял, а моя кровать у стены. Такой грохот был, что я соскочил спросонок, понять ни чего не могу, что случилось, почему такой шум? Оказалось, что в моей комнате лежит лист шифера. Он, конечно, весь переломался, всюду разбитые стёкла валяются. Я быстро окно подушкой закрыл, стёкла и разбитый шифер убрал и дальше лег спать. А утром мы с отцом новое стекло вставили, а подушку убрали.
  Валентина его рассказу не удивилась. Она уже знала, какие тут бураны бывают. В эту зиму снега намело около их общежития целую гору, весь первый этаж замело снегом. Так что, ни чего тут удивительного не было. С этой горы потом дети на санках катались.
  Квартиру, где жили родители, Володя открыл своим ключом. Отец с матерью обрадовались появлению сына с его женой.
-Ну, наконец-то мы вас в гости дождались! - радостно потёр руками отец. - Знакомь нас со своей женой, сын. Долго мы ждали этой минуты.
-Папа, мама, знакомьтесь, это моя Валентина.
-Очень приятно! Девушка хорошая и красивая, сразу видно, почему Владимир так в неё вцепился обеими руками, что не оторвёшь.
-И девушка красивая, на чего не скажешь, и пирожки вкусные печёт. Как такую не любить!
-Ладно, разговаривать потом будем, а сейчас помогите мне на стол собрать. Валентина, пойдём с тобой на кухню, поможешь мне приготовить салат.
  На кухне отец стал резать свежие огурцы. Он так быстро их резал, прямо как автомат, пластики получались ровные и такое тонкие, что сквозь них можно было прочитать крупные буквы в газете, что лежала на столе. Валентине отец поручил порезать помидоры. Валентина, конечно, тонко так резать не могла, резала, как умела, небольшими ломтиками. Отец посмотрел на то, как она режет помидоры и пренебрежительно заметил:
-Кто же так режет на салат помидоры? Сразу видно, что ты колхозница. Иными словами и не назовёшь.
  Валентине стало так обидно за всех колхозников, что она забыла о том, что она в гостях, что видит родителей мужа первый раз:
-А чем колхозники хуже городских? Колхозники во многом превосходят городских жителей. Они всё умеют, и работать, и водку пить, и домашнее хозяйство вести. А вот городские жители понятия не имеют, как за любой скотиной ухаживать. Овощи и те не все умеют выращивать. Подумаешь, помидоры не так нарезала! Это вы привыкли у себя в ресторане резать помидоры и огурцы так тонко, что сквозь их ломтики газету читать можно. Привыкли людей накалывать. А я режу, как могу. Взял кусок вилкой, сразу почувствовал, что это и с вилки не свалиться. А кому не нравится, пусть сам режет!
  Валентина говорила всё это так сердито, что Володя подумал, сейчас она бросит резать и уйдёт с кухни, а может, и вовсе домой. Но она не ушла, продолжала резать помидоры.
-Сын, а жена у тебя с колючками. Смотри, осторожно с ней, не наколись, всегда надо быть на чеку. Гладить её надо только по шёрстке, иначе она выпустит свои колючки.
-Не надо меня по шёрстке наглаживать, это больше к мужикам относится, чем к женщинам. А мне не надо просто лапшу на уши вешать, этого я просто терпеть не могу.
-Ну вот и поговорили по душам, так сказать. Пойдёмте лучше за стол, салат уже готов и я для вас, как знал, торт свой фирменный приготовил. «Наполеон» называется. Вовка знает, он его любит. Правда, сын?
-Папа может всё приготовить, а уж торты делает такие, что за уши от них не оттянешь! Не зря он поваром всю жизнь проработал. Это только последние годы перед пенсией он на стройку уходил на два года, а так он потомственный повар. И всю войну поваром был.
  Валентина уже многое слышала про родителей Владимира, а сегодня она более внимательней посмотрела на отца. Был он мужчина высокий, красивый, даже в этом возрасте, широкий в кости, а руки у него такие большие, сожмёт кулак, огромный получается, словно кувалда молотобойца. Он больше на кузнеца походил, чем на повара. Лицо доброе, простодушное. Волосы в молодости были тёмные, а сейчас их покрыла седина, словно инеем. Одни глаза остались сиять, как в молодые годы, голубым цветом. И на Валентину он смотрел с интересом.
  А она про себя подумала: - «а ты, дядя, видно на девок падок, кабель тот ещё, не одной юбки не пропустил, однако.» Но вслух она ни чего такого не стала говорить.
  Мать же Владимира была женщиной маленькой, хрупкой, всегда в платочке ходила, даже если и в доме своём находилась, и лет ей ещё не так уж и много. Они с мужем с одного года рождения, только отец в августе отмечал своё рождение, а его жена — в ноябре. Её карие глаза были такие тёмные, что казались чёрными и смотрела она на всех устало. Да и вся она какая-то унылая была, про таких говорят; как в воду опущенная. Самое ругательное слово у ней было; вот собака два нога.
  Отец же ни когда не ругался, не кричал, как некоторые делают, был всегда весёлым и не любил, когда при нём возмущаться или орать начинали. По этому поводу он всегда говорил: - Криком ни чего не докажешь. И в этом он был прав. Отец Владимира заметил, что Валентина смотрит на всех оценивающе.
-Что смотришь на нас так? Не нравимся?
-А что мне и посмотреть на вас нельзя?
-Ладно вам перепираться. Неси, отец, свой знаменитый торт и к нему что-нибудь ещё. Не станем же мы торт с салатом есть!
  Отец на сегодня гостей не ждал, потому у него ни чего такого и не было приготовлено. А торты он частенько к выходным готовил, а потом с женой его ели, если сын в гости не приходил. Отец принёс торт и бутылку вина захватил. Мать достала стаканы, тарелки и вилки. Налили всем, но Валентина к своему стакану даже не притронулась.
-А почему стакан не освобождаешь? - спросил отец.
-Я не пью и не люблю тех, кто много пьёт.
-Это в наш огород камешки?
-Понимайте как хотите, но это так.
  Отец после выпитого стал ещё веселее. Он начал громко петь:
                Распрягайте, хлопцы, коней,
                Да лягайте почивать.
                А я пиду в сад зеленый,
                В сад криничинку копать.
  Он пел, а пел он действительно хорошо, прямо, как настоящий артист. Владимир его успокаивал:
-Перестань, папа! Народ же кругом, в квартире ведь живём, услышат!
  Но отец его не унимался, он исполнял украинские песни одну за другой. Мать же, наоборот, расплакалась, стала Валентине тихонечко жаловаться:
-Ты знаешь, Валя, он же мне всю жизнь испортил. Я ведь не русская, понимаю и говорю по русски плохо. Он со мной ходить в гости стесняется. Сам гулял всю жизнь один, с девками хороводился, собака два нога, а я дома всё время сидела!
-Мать! Ты что нюни распустила? Молодухе все мозги закомпостируешь! Пойдём, я тебя спать уложу.
  Он поднял её как ребёнка на руки и понёс её в спальню. Там у них стояло две кровати, одна для матери, другая для отца. На одну из них он аккуратно положил свою супругу. Когда отец понёс мать, Валентина тихонечко спросила у Володи:
-Твой отец не обижает мать? Ручищи у него вон какие, если один раз, не приведи Господи, стукнет по матери, она сразу же по швам разойдётся!
-Нет, ты что? Мой папа ни когда мать не обижал! Он её любил и оберегал. Он хороший. С мамой они прожили счастливо.
-Что-то я не заметила счастья в её глазах. Или оно сидит так глубоко в её душе, что сразу и не разглядишь?
  Вернулся отец из спальни и продолжил свой песенный репертуар. Мало того, он стал исполнять их стоя, размахивая своими огромными ручищами. А Владимир сначала его уговаривал, перестать песни горланить во весь голос, а затем встал из-за стола, видя, что его не уговорить, сказал:
-Пойдём, Валентина, домой. Это дохлый номер, что бы его уломать. Теперь он весь вечер песни орать станет, ни кому в доме покоя не даст.
-А чем я вам не угодил? Подумаешь, песни пою! Это крик моей души. А остальные пусть послушают. Где они ещё такое услышат? Артистам надо платить деньги, а тут бесплатно слушай, сколько угодно.
-Вот и пусть твои песни слушают соседи, а мы домой пойдём!
  Когда Владимир и Валентина пошли на остановку трамвая, он сказал:
-Не могу его понять, что он за человек такой? Как выпьет хоть немного, так обязательно ему надо петь во всё горло. Понять не может, что кругом люди живут и у них маленькие дети есть, может, они спать хотят.
-Не пойдёт же он на улицу петь! Пусть уж дома блажит, чем где-то. А детям ещё рано спать. К тому времени, когда они будут укладываться спать, он свой концерт прекратит.
-Вот так всегда, хоть из дома беги!
-Да ты уже и не живёшь с ними, так что, успокойся.
  А Валентина была вечером довольна. Она многое узнала о родителях мужа, даже то, что от других этого не узнаешь. Главное, Валентина сделала вывод, они были простые люди, как и многие, с их пороками и недостатками.
                Продолжение следует.