Ночные письма. Часть 1. Февраль

(Понадобилось пометить – письма довольно давние).

Заметил, что в разговорах с моими взрослыми детьми часто приходится повторять фразу: всякая истина имеет второй этаж. Понимаю, что имела в виду ваша мама, говоря, что жалеть себя – последнее дело. Но кого сможет пожалеть человек, не умеющий пожалеть себя?
Впрочем, имеет ли это вообще отношение к нашему разговору? Этот мальчик двадцати с чем-то лет, делавший, возможно, труднейший в жизни выбор из двух вариантов, каждый из которых был плох, - в какой степени это я?
Вообразите, что кто-то чужой разглядывает фото, где вы лежите, обнаженная. А теперь представьте, что на фотографии вам шесть месяцев. Видна разница? Вот так и тут.
Причем тогда я переживал трудности и неприятности без надрыва, просто как обстоятельства жизни. Это теперь у меня, человека пожившего, все сжимается от отчаянной жалости к этому мальчику.

Что же касается мысли: …когда жизнь у нас что-то забирает, взамен она обязательно дает что-то другое, боюсь, я не столь оптимистичен. Не то, что я законченный пессимист, но никакого баланса я от судьбы не жду.
Конечно, тяжелые испытания могут послужить уроком, но, думается, с некоторых уроков я бы с удовольствием сбежал)))

     *   *   *
Вот моя мама, то, что называется домашняя девочка, обстоятельствами была закинута в быт огромной коммуналки с двадцатью хозяйками на кухне (неважно, что это гордо называлось гостиницей), в чужом городе, с младенцем на руках и пребывающим в постоянных многонедельных командировках мужем. Конечно, техническое определение «всякое испытание ослабляет образец» на человека не распространяется, но не всем, не всегда и не все удается преодолеть. Часто возвращаясь мыслью к ее судьбе, все более убеждаюсь – это был уход в болезнь. Думаю, она этого никогда не сознавала. Что, возможно, к лучшему. …Этот неслышный крик не к кому было обратить.
Деталь не выдержала испытаний, и сломалась? Тем хуже для детали.

Вот вам и одно из нетривиальных последствий войны. Еще вчера смерть и увечья – событие рядовое. Жив и цел – уже счастье. Но еще долгое время не то что разговор – даже мысли о несмертельных сложностях и душевных тонкостях невозможны.

     *   *   *
Мы как-то высокомерно считаем нынешнее время эпохой быстрых перемен. Но стоит посчитать…
Детская непосредственность восприятия включает в себя, кроме прочего, непонимание контекста событий. (Откуда ему взяться – все видишь впервые). И лукулловы пиры, что устраивала родня в конце 50-х по поводу встреч, приездов и отъездов, воспринималась мной радостным, но совершенно обычным делом. А ведь со времен отмены продовольственных карточек, когда картошка на столе была вполне достойным угощением, прошли считанные годы.
(А еще лет пять спустя… Я даже не могу представить, какая нынче новость может заставить соседку влететь к нам, как тогда, теряя на бегу тапочки, с криком «Наши космонавта запустили!»)
Но от детского приметливого взгляда не укрывалось, что бабушка, во всей этой гастрономической суете принимавшая активнейшее участие, к самой еде была совершенно равнодушна. Причем совершенно искренне. Сейчас я понимаю, что, видимо, что-то в тебе необратимо ломается, когда ты понимаешь, что не можешь прокормить своих детей…

Но давайте, о чем-нибудь повеселее.

Тут недавно в инете какой-то юноша обращался с вопросами…
Я над ним готов был посмеяться сочувственно.
Однако, в своей предельной наивности он, как это бывает, обнажил проблему серьезную. То, насколько трудно постичь самоощущение людей, отделенных от нас даже небольшим временем. Отвечая как-то на вопросы старшего сына относительно моего отца, мне пришлось объяснять ему совершенно не личного, практического плана вещи, мне вполне понятные. Но при этом, объясняя, сам постиг, что лишь в небольшой части имею представление о тех соображениях, которые тогда имел в голове мой отец, поступая тем или иным образом.
Но что говорить о других людях, если воспроизвести собственное самоощущение в разные периоды своей жизни, и то бывает непросто. Я помню, когда автомобиль «Победа» - это было очень круто, потом совсем наоборот, и опять очень-очень. И это взгляд одного и того же человека!
…тоненький руль из желтого недолговечного пластика, за которым располагался несерьезный рычажок, вроде нынешней брызгалки - им полагалось переключать передачи…
Я помню, когда слово «синтетика» произносилось с придыханием, и сеть крупных магазинов в Москве долго и гордо носила это название.
И тут не могу не уйти в другую тему. Мы тогда явно внутренне существовали в каком-то идеальном мире. Все, что нас окружало, было невообразимо неудобным, нефункциональным, иногда просто нарочито. Тонконогие неустойчивые столики и низенькие шкафы. (Представьте – в тесных квартирах вся мебель не выше плеча. Исключение составлял гардероб, тоже невысокий). А под пиджак - душные синтетические водолазки, и в этом мы еще умудрялись скакать на танцах!
Это тот случай, когда столь эфемерная вещь - самоощущение, фиксируется в видимых образах. Посмотрите журналы того времени – мы жили неким будущим, которое должно было вот-вот подступить! Разбираясь в квартире родителей, обратил внимание на фарфоровую сахарницу тех времен. Тут вообще материальное выражение этого самого тогдашнего самоощущения можно пощупать - эта коническая пимпочка на крышке – ее просто невозможно удержать пальцами! Создававший эту форму не мог этого не понимать, но что-то другое было важней всех неудобств материального мира!

     *   *   *

Поначалу меня смутили Ваши слова, что я живу прошлым.
Нет, все же вполне существую в настоящем, более того, и на какое-то будущее рассчитываю.
То, что какие-то отрывочные и субъективные воспоминания, которыми отчего-то решила поделиться со мной троюродная тетушка, позволяют мне неожиданно впасть, как в некий провал, в осознание драматической картины жизни моей бабушки (что с детства воспринимал лишь в каких-то частностях), я ощущаю, как признак многомерности моего существования.
Ну, представьте, если некто, рассказывая о своем доме, упомянет наличие собственного бассейна, то вы, скорее, ему позавидуете, чем вообразите, что он в нем так и сидит целыми днями безвылазно, на манер этакого Ихтиандра?
Хотя я знаю людей, для которых их собственное прошлое представляется чем-то неинтересным, а местами и неприятным. Настолько, что и заглядывать туда нет смысла.
Но вообразить это изнутри не могу – все равно, как представить, что никогда не ездил ни на чем, кроме лифта.

     *   *   *

Всегда интересно наблюдать за парадоксами. Вот, скажем, получается, что легче бывает тем, у кого нет этой безумной тяги друг к другу. Быть может, даже так: чем сильнее притяжение в одном, тем сильнее будет отталкивание в другом. При неблизком общении можно вообще не столкнуться и не подозревать о каких-то свойствах характера человека, которые при близком общении, возможно, стали бы большой проблемой.
Или иначе. Это вообще можно считать расплатой за счастье обретения близкого человека – где-то неизбежно окажетесь разными, а то и противоположными. И эти противоположные заряды будут искрить.

     *   *   *

И, как видите, инет дает мне еще одно измерение в жизни. Периодически с кем-нибудь возникает интересная переписка – бывает, что совершенно неожиданная – с людьми, с которыми она в другом случае была бы невозможной, даже если бы мы каким-то образом случайно столкнулись. Она не длится долго – несколько недель, редко месяцев. Видимо, происходит исчерпание взаимного интереса (думаю, мало кто может быть бесконечно интересен – это хорошо видно на примерах крайних – на ярких: на буквально искрящихся шоуменах, когда они начинают вести ежедневные передачи), но какие-то картины чужой жизни открываются.

     *   *   *

…мои слова не надо так понимать, что мужчины лучше. Почему говорю о женщинах? Во-первых, они меня больше интересуют (что, на мой взгляд, естественно). Второе вытекает из первого: я их лучше знаю.
Но согласен, будем говорить о человеках вообще. У меня еще в юности возникало подозрение, что стремление выглядеть загадочным идет от самоощущения то ли внутренней пустоты, то ли стыдной простоты либо ощущения обидной недостаточности. Почему-то запомнилось – одноклассница, как о чем-то скандальном поведала - ей передали, что некая девочка в пионерском лагере присвоила себе и пересказывала всю ее биографию. Биографий у нас, конечно, никаких тогда не было, но я не видел повода для возмущения, а был удивлен. Ведь что-то заставляло ту девочку… И помню свою догадку, робкую и смутную, что там, внутри, должно было остро не хватать чего-то, имеющегося у меня в избытке.

Однако, оказывается, женщины бывают не только загадочные, но и разгадочные.
Дама очень эмоционально повествовала о каком-то своем знакомстве, и я шутя, но осторожно намекнул, что, быть может (из вполне практических соображений) стоило не так торопиться демонстрировать свой характер, а то и вообще немного попридерживать коней (имея в виду и наше с ней общение), чего она не заметила, и будто нарочно, каждой своей фразой мнение мое подтверждала.
Оно конечно, характер вещь нужная. Но вот, к примеру, – нужен на кухне стол? Безусловно. Но если он занимает столько места, что там и протиснуться трудно…

     *   *   *

О, женщины любят иной раз поизображать обильно кровоточащую рану там, где толком и царапины нет. И это на них действует лучше бальзама – глядь, и от царапины нет следа!
Могу ли я их осуждать за применение столь действенного средства?

     *   *   *

Случаи, когда, казалось бы, простое и очевидное оказывается невероятным, не обязательно искать в области экзотических частиц и в далеких мирах.
Инет порой дарит неожиданные контакты. Пара иронических комментариев, ссылка на информацию в тему, вдруг по ассоциации возникшее воспоминание, и ты уже бодро общаешься с человеком, с которым иным образом не пересекся бы никогда.
Успешная, уверенная в себе женщина. Красива, элегантна, иронична, умна. Говорит, что 37. Если и убавила, то совсем немного – судя по тому, что о желании родить говорит без нервной интонации «осторожно, двери закрываются»
Казалось бы – на такую просто должна идти охота! И слова о том, что кандидатов как-то не находится, воспринимаются кокетством.
Но немного поговорив с ней, я с удивлением убеждаюсь, что то множество потенциальных претендентов, которое мне представлялось поначалу, это, как говорят математики, множество пустое! Ее не интересуют мужчины старше нее. С теми, кто моложе, не находит общего языка. Она ищет равного себе. Я начинаю мысленно набрасывать портрет ровни. Примерно ее лет, возможно, года на три-четыре старше. Интеллектуален, успешен, моложав и спортивен.
Привлекательный портрет свободного мужчины немного за сорок. Скорее всего, в разводе (Если окажется, что никогда не был женат, возникает много вопросов, на которые сейчас не хочется отвлекаться). Дети, пусть еще не совсем взрослые, но почти.
И вот она оказывается с ним рядом, допустим, в соседних креслах самолета, неважно куда летящего. Даже если он ею заинтересуется, выйдет ли из этого что-нибудь? Ответ неожиданно отрицательный.
Понятно, что эта уверенная в себе женщина неизбежно будет втягиваться в соперничество с ним, совершенно этого не сознавая. И даже при наличии у него сильного характера, противостоять этому будет утомительно. А в его жизни есть где и в чем напрягаться, зачем ему это еще и там, где хочется отдохновения? Добавлю, что такой мужчина наверняка объект искательного внимания глядящих на него с восхищением молодых наяд. И даже если избранная окажется с непростым характером, у него будет большая фора авторитета человека опытного и многого добившегося, хотя, возможно, он о том и не задумается.
Но отчего-то эти довольно простые соображения нашей героине не видны. А душа просит ответа, и находит устраивающий – она приезжая, поэтому!
А доводы и примеры из жизни - что ищут, и находят близкую душу, иной раз в совсем неблизких местах, она не слышит. И понятно - они будут неприятны и болезненны.

     *   *   *

И наоборот, совсем рядом можно обнаружить удивительное.
Незаметно подросло целое поколение, для которых советская действительность – нечто вроде былинных времен. Что естественно. Но восприятие это я бы сравнил с эффектом комбинированных съемок. Так называлось то, что использовалось в кино до появления компьютерных спецэффектов. Допустим, вам надо снять проезд кавалькады рыцарей по горной дороге к замку. Берется лист стекла, на котором художник рисует замок. Стекло размещается перед камерой, на пленке оба плана совмещаются, и всадники могут проскакать к замку, не перенапрягая сметную стоимость фильма.
Вот и на картину прошлого, которое во многом уже представляется неким золотым веком, где все было дешево, а остальное бесплатно, молодежь порой смотрит через стекло, на котором в их сознании нарисована картина привычных для них вещей, полное отсутствие которых они просто не могут вообразить…
Они не могут представить, что нельзя зайти, посидеть и поболтать в кафе, что для этого нужно постоять минут сорок в очереди под дождем и ветром, и потом стараться не обращать внимания на нарочито презрительные взгляды на тебя официанта (потому, что твой заказ никогда не достигает достойной величины с точки зрения этого человека, получающего за вечер чаевых больше, чем твоя зарплата месячная), и чувствовать себя мелкой тварью, не по праву занимающей место более достойных посетителей.
Попробуй объясни нашей юной поросли, что просто перекусить среди дня проблема, и в магазине продукты уже все раскуплены к тому времени, как ты заканчиваешь работу.
Что тебя нигде не ждут ни гостиницы, ни путевки. (Во всяком случае, ты их не выбираешь, тебе их могут дать, а могут и не дать) Да и билеты тоже надо не покупать, а доставать.