Рассказ первый. Колодец мёртвых

Йоханнесбург, 1998 год

Когда Джозефа выбросили из окна шестого этажа, он успел подумать только об одном: какая же он всё-таки сволочь, этот Виктор. Ещё утром они вместе завтракали в небольшом кафе неподалёку от Понте-Сити, обсуждали футбольный матч и смеялись над официанткой, перепутавшей заказы, а теперь Виктор стоял наверху, у открытого окна, и смотрел, как его старый приятель летит в огромный бетонный колодец, заполненный мусором.

Джозеф работал в башне почти четыре года и прекрасно знал, как здесь всё устроено. После того как состоятельные жильцы покинули некогда престижный небоскрёб, квартиры начали переходить из рук в руки, зачастую без договоров и согласия настоящих владельцев. Предприимчивые люди занимали пустующие помещения, устанавливали собственные правила и сдавали жильё десяткам семей, которые были готовы платить за любую крышу над головой.

Джозеф собирал деньги.

Работа считалась несложной, если не принимать во внимание необходимость время от времени выбивать долги, выселять неплательщиков и договариваться с людьми, которые предпочитали разговорам нож или пистолет. За несколько лет он обзавёлся полезными знакомствами, научился отличать полицейских осведомителей от обычных мошенников и даже сумел накопить достаточно денег, чтобы подумывать о собственном небольшом деле.

Всё испортило его любопытство.

Однажды, проверяя записи об арендных платежах, Джозеф обнаружил, что его приятель Виктор, отвечавший за несколько этажей, регулярно присваивает часть выручки. Схема была простой: с жильцов собирали полную сумму, а хозяину передавали лишь часть, объясняя недостачу пустующими квартирами и злостными неплательщиками.

За полгода Виктор прикарманил столько, что Джозефу стало завидно.
Он не собирался никого разоблачать. Напротив, предложение было вполне дружеским: Виктор делится доходами, а Джозеф забывает о найденных расхождениях.
Однако Виктор почему-то не оценил этой идеи.

В пятницу вечером он пригласил приятеля на шестой этаж, в квартиру, где раньше находилась небольшая контора. Джозеф пришёл без особых опасений, поскольку знал Виктора много лет и считал его человеком жадным, трусливым, но совершенно неспособным на серьёзное насилие.
Он ошибался.
В квартире находился ещё один мужчина, которого Джозеф прежде видел возле нелегального бара на двенадцатом этаже. На столе стояли три стакана и бутылка виски, а окно, выходившее во внутренний колодец, было распахнуто настежь.
Виктор предложил выпить.
Джозеф отказался, объяснив, что у него болит желудок, и сразу перешёл к деньгам.
Разговор продолжался около десяти минут. Сначала Виктор пытался торговаться, затем принялся отрицать какие-либо махинации, но, когда Джозеф упомянул бухгалтерскую тетрадь с подробными записями, неожиданно успокоился.

– Значит, ты всё подсчитал? – спросил он.
– До последнего ранда.
– И сколько хочешь?
Джозеф назвал сумму.

Виктор присвистнул, покачал головой и медленно подошёл к окну.
– А ты знаешь, сколько там внизу мусора?
Джозеф повернулся.
– Какого ещё мусора?

В этот момент второй мужчина ударил его сзади тяжёлым деревянным стулом.
Джозеф упал на колени, попытался подняться, но получил ещё один удар, после чего его схватили за руки, подтащили к окну и, не обращая внимания на отчаянное сопротивление, перевалили через подоконник.
Последнее, что он увидел перед падением, было лицо Виктора.
Тот улыбался.

Джозеф очнулся оттого, что ему нечем было дышать.
Его лицо оказалось прижато к мокрому матрасу, пахнувшему плесенью и мочой, а поперёк груди лежала сломанная деревянная рама. Он попытался пошевелиться и почувствовал такую боль в правом плече, что едва снова не потерял сознание.
Вокруг стояла темнота, только высоко над головой светились многочисленные окна, расположенные правильными рядами по круглой бетонной стене.
Постепенно Джозеф сообразил, что произошло.

Ему невероятно повезло: за долгие годы мусор поднялся до уровня нижних этажей, и он упал не на бетон, а на огромную кучу старых диванов, матрасов и гнилых деревянных конструкций. Падение закончилось переломом ключицы, несколькими сломанными рёбрами и глубокой раной на голове, но он остался жив.

Некоторое время Джозеф просто лежал, пытаясь восстановить дыхание и понять, способен ли двигаться. Затем, ухватившись здоровой рукой за металлическую спинку кровати, торчавшую из мусора, с трудом поднялся.

Неподалёку виднелось окно одной из квартир нижнего этажа.
Джозеф добрался до него почти ползком и начал стучать по стеклу обломком трубы, который нашёл среди отходов.
Сначала никто не отвечал.
Он уже собирался разбить окно, когда за занавеской появилась женщина.
Увидев окровавленного мужчину, стоявшего посреди мусорной горы, она отшатнулась, но почти сразу узнала его.
Это была Нора, вдова с двумя детьми, у которой Джозеф регулярно собирал арендную плату.
В прошлом месяце она просила отсрочить очередной платёж, объясняя, что младший сын заболел и все деньги ушли на лекарства. Джозеф тогда отказал и пригрозил выставить семью из квартиры.

Теперь он стоял за её окном, весь в крови, со сломанной рукой, и умолял о помощи.
Нора несколько секунд смотрела на него, затем решительно задёрнула занавеску.
Джозеф выругался.
Он понимал, что заслужил подобное отношение, но от этого легче не становилось.
Минут через пятнадцать занавеска снова отодвинулась. Нора вернулась с двумя мужчинами, жившими по соседству, и те, разбив нижнюю часть окна, сумели помочь раненому перебраться внутрь.

Когда Джозеф наконец оказался на полу её кухни, женщина принесла воды и старое полотенце.

– Тебе повезло, что дети ещё не спали, – сказала она. – Они услышали, как ты стучал.
Джозеф хотел поблагодарить её, но вместо этого спросил:
– У тебя есть телефон?
Нора посмотрела на его окровавленное лицо.
– Скорую вызвать?
– Нет. Мне нужно позвонить одному человеку.

Через неделю Виктор сидел в своём любимом баре на двенадцатом этаже, когда к нему подошёл мальчишка лет четырнадцати и протянул сложенный листок.
Виктор развернул бумагу.
Там было написано:
«Ты забыл проверить, умер ли я. Джозеф».
Он перечитал записку несколько раз, затем вскочил и направился к выходу, едва не опрокинув стоявший рядом столик.
Первой мыслью было бежать.
Второй – найти Джозефа и закончить начатое.

Но уже на лестнице его остановили двое крепких мужчин, работавших на Махлангу, одного из самых влиятельных криминальных посредников в башне.
Они вежливо попросили Виктора пройти с ними.
Отказывать не имело смысла.

В небольшой квартире на девятом этаже Махланга сидел за столом и листал знакомую бухгалтерскую тетрадь. Рядом лежала стопка квитанций, а в кресле у окна расположился Джозеф, с правой рукой на перевязи и свежим шрамом над бровью.

Виктор остановился на пороге.
– Ты же...
– Умер? – подсказал Джозеф. – Сам удивляюсь.
Махланга поднял глаза.
– А я удивляюсь другому, Виктор. Последние шесть месяцев ты рассказывал мне, что половина жильцов не платит аренду, хотя Джозеф принёс квитанции, из которых следует совсем иное.

Виктор попытался что-то объяснить, но Махланга остановил его движением руки.
– Мне совершенно неинтересно, каким образом вы решили свои личные разногласия. Меня интересуют мои деньги.
Он назвал сумму.
Виктор побледнел.
– У меня сейчас столько нет.
– Тогда придётся продать кое-что из имущества.
– Но это всё, что у меня есть!

Махланга спокойно закрыл тетрадь.
– Ты ведь сам выбрал такой способ решения финансовых вопросов. Сначала забираешь чужие деньги, потом избавляешься от человека, который об этом узнал. Только вот избавиться у тебя тоже не получилось.
Он посмотрел на Джозефа.
– А ты что хочешь получить за свои неприятности?
Джозеф немного подумал.
– Его этажи.
Махланга рассмеялся.
– Все?
– С девятого по тринадцатый.
Хозяин ещё некоторое время изучал его лицо, затем кивнул.
– Договорились.
Виктор хотел возразить, но один из стоявших у двери мужчин положил руку ему на плечо.
Разговор был окончен.

Спустя месяц Джозеф снова ходил по коридорам Понте-Сити, собирая арендную плату.
Теперь в его распоряжении находилось несколько дополнительных этажей, доходы заметно выросли, а многие жильцы, узнав о случившемся с Виктором, предпочитали платить вовремя и не задавать лишних вопросов.

Однажды вечером он спустился на четвёртый этаж и постучал в дверь Норы.
Женщина открыла не сразу.
Увидев Джозефа, она нахмурилась.
– Пришёл за деньгами?
– Нет.

Он достал из кармана конверт.
Внутри лежали деньги, которых хватило бы на несколько месяцев аренды.
Нора посмотрела на конверт, потом на него.
– Что это?
– За то, что вытащила меня из мусора.
Женщина долго молчала.
– Значит, теперь ты богатый человек?
Джозеф усмехнулся.
– Пока нет. Но дела идут неплохо.
Он повернулся и уже собирался уйти, когда Нора спросила:
– А что случилось с тем человеком, который тебя выбросил?
Джозеф остановился.
– С Виктором?
– Да.
Он задумался, словно пытался вспомнить что-то не особенно важное.
– Последний раз его видели возле автобусной станции. Говорят, уехал из города.
– И ты ему поверил?
Джозеф посмотрел на женщину.
– А почему нет?
Нора ничего не ответила.

Когда дверь закрылась, Джозеф подошёл к лифту и нажал кнопку двенадцатого этажа. Там его ждали новые арендаторы, несколько должников и человек, предложивший весьма выгодную сделку с пустующими квартирами.

Жизнь постепенно возвращалась в привычное русло.
А Виктора действительно больше никто не видел.
Только через несколько недель один из рабочих, занимавшихся ремонтом внутренних коммуникаций, заметил среди мусора в центральном колодце знакомую кожаную куртку.

Он попытался вытащить её металлическим крюком, но куртка зацепилась за что-то тяжёлое, лежавшее под грудой старых матрасов.
Рабочий дёрнул сильнее, рукав оторвался, и вместе с ним из мусора вывалилась связка ключей.

На металлическом брелоке был выбит номер квартиры.
1208.
Той самой, в которой когда-то жил Виктор.

Рабочий положил ключи на подоконник и вернулся к своим делам.
В Понте-Сити тогда ещё никого особенно не удивляли вещи, найденные на дне колодца.