Татьяна Куртукова - Матушка текст и смысл

Татьяна Куртукова (Tatyana Kurtukova) - Матушка (Mother)

Самая популярная песня Татьяны Куртуковой, которая сделала её широко известной и попала почти во все возможные чарты России и других стран в 2024 году. Песня была выпущена еще в 2022 году — через месяц после…

[Текст песни «Матушка»]

[Куплет 1]
Полевых цветов веночек, в утренней росе цветок
Соловья запев свисточек, сок берёзовый глоток
Тишины послушать волю, по тропинке в лес густой
Поболтать с берёзкой вдоволь про него и про любовь

[Припев]
Матушка-земля, белая берёзонька
Для меня — Святая Русь, для других — занозонька
Матушка-земля, ой, белая берёзонька
Для меня — Святая Русь, для других — занозонька

[Куплет 2]
Сколько мне ещё годочков у кукушки поспрошать
Про любовь свою девичью на ромашке погадать?
Ключевой воды студёной, в сотах свежего медку
В чистом поле тёмной ночью, в небе звёздном утону

[Припев]
Матушка-земля, белая берёзонька
Для меня — Святая Русь, для других — занозонька
Матушка-земля, ой, белая берёзонька
Для меня — Святая Русь, для других — занозонька

[Бридж]
Матушка-земля, для меня — Святая Русь
Матушка-земля, белая берёзонька
Для меня — Святая Русь, для других — занозонька

[Припев]
Матушка-земля, белая берёзонька
Для меня — Святая Русь, для других — занозонька
Матушка-земля, ой, белая берёзонька
Для меня — Святая Русь, для других — занозонька

[Аутро]
Матушка-земля
Матушка-земля
Для других — занозонька

- - -

Эту песню я услышал впервые в прошлом году. Она тогда звучала отовсюду — из машин, из открытых окон, из телевизора. Я не сразу понял, что это Татьяна Куртукова. Просто заиграло что-то очень родное, почти забытое. Как будто из детства. Из деревни у бабушки. Где пахло травой, дымом, парным молоком. Я прислушался. И через минуту понял: это не просто песня про природу. Это объяснение в любви. К земле. К берёзе. К чему-то, что нельзя объяснить словами. Но что живёт внутри.

Начинается всё с веночка. «Полевых цветов веночек, в утренней росе цветок». Не «букет». Не «розы». А именно веночек. Из полевых цветов. С росой. Это же чистое, детское, настоящее. «Соловья запев свисточек, сок берёзовый глоток». Соловей. Берёзовый сок. Тоже из детства. Ты пьёшь этот сок весной, и он кажется самым вкусным на свете. «Тишины послушать волю, по тропинке в лес густой». Тишина. Воля. Лес. Ты идёшь по тропинке и слушаешь. Не музыку. Не новости. А тишину. «Поболтать с берёзкой вдоволь про него и про любовь». Вот это самое трогательное. Поболтать с берёзкой. Как с подружкой. Про него. Про любовь. Она доверяет дереву то, что не может сказать людям. Потому что берёза — своя. Она не осудит. Не перебьёт. Не расскажет. Она просто слушает. И это — спасение.

Припев — это уже не про неё. Это про нас. «Матушка-земля, белая берёзонька». Матушка. Земля. Берёзонька. Уменьшительно-ласкательное. Как к матери. Как к ребёнку. Как к чему-то очень близкому. «Для меня — Святая Русь, для других — занозонька». Вот здесь самое сильное. Святая Русь. Для меня. Для других — занозонька. Не «для врагов». Не «для запада». А просто — для других. Для тех, кто не понимает. Для кого это — колючка. Раздражитель. Что-то, что мешает. Но она всё равно любит. Несмотря на это. Может быть, даже назло. Потому что это — её. Её земля. Её берёза. Её Русь. И она не откажется. Даже если кто-то считает это занозой.

Второй куплет — ещё глубже. «Сколько мне ещё годочков у кукушки поспрошать». Кукушка. Годочки. Поспрошать. Это же гадание. Детское. Девичье. «Про любовь свою девичью на ромашке погадать?» Ромашка. Любовь. Погадать. Отрывать лепестки. Любит — не любит. Простое. Но такое важное. «Ключевой воды студёной, в сотах свежего медку». Вода. Мёд. Свежесть. Сладость. «В чистом поле тёмной ночью, в небе звёздном утону». Поле. Ночь. Звёзды. Утону. Раствориться. Исчезнуть. Стать частью этого. И это — не смерть. Это — слияние. С землёй. С небом. С чем-то большим.

Бридж — это уже как молитва. «Матушка-земля, для меня — Святая Русь». Без «для других». Просто — для меня. Святая. Русь. И снова — берёзонька. И снова — занозонька. Но уже тише. Как эхо. Как что-то, что остаётся в сердце. После того, как песня закончилась.

Я слушаю эту песню и думаю о бабушке. О её доме. О берёзах под окном. О том, как она говорила: «Земля наша — кормилица. Её любить надо». Я тогда не понимал. А сейчас понимаю. Эта песня — не про политику. Она про любовь. К тому, что нельзя потрогать. К тому, что внутри. К тому, что — твоё. И пусть для кого-то это «заноза». Для меня — святое. И это — не громкие слова. Это — тихое. Как сок берёзовый. Как утренняя роса. Как разговор с берёзкой. Про него. Про любовь. Про всё.