Зубная фея

К Потапычу пришла зубная фея. Ночью.
Только пришла совершенно голая. Никакой одежды, ни символов, ни знаков различия. Волосы растрёпанные, глаза блестят, нос торчит, ну а всё остальное... ну голое совсем! Только соски почему-то заклеены изолентой крест-накрест.
— Где твой зуб? — спросила она.
Потапыч, подтягивая трусы, захлебнулся от чувств, не зная, как реагировать на происходящее.
— А вы кто?.. Почему?.. Почему... такая?! Ваш па-па-аспорт, — бормотал он, понимая, что несёт полную чушь. В голове кувыркались из угла в угол мысли: как вошла, кто она — уж точно не водопроводчица, да и к чему ночью водопроводчицы? Голая! Дверь заперта, откуда, да и зачем, наконец, она тут?!
— Где твой зуб? — повторила она. — Ты положил его под подушку? Как велела тебе мама.
— М-мама? Какая мама? Её уже давно нет... Вы кто, гражданка?
— Фея, мальчик. И пришла за твоим зубом, где он?
— Фея?! Какого чёрта? Вы у соседей были, что ли? — показывая пальцем вверх, вспомнил он шумное застолье, что доносилось вечером с третьего этажа.
— Так, — официальным тоном продолжила она: — Беззубый Иван Потапыч, Безуглый переулок, дом 5, квартира 3... — и как бы про себя: — Говорила я им, что вызов подозрительный.
— Короче, зуб где? Давай! Смета уже подписана, вот, — в воздухе появляется бумажка с печатью.
— Так это... Вы ведь к детям приходите. Разве не так?
— К детям в платьях приходят, а тут, — она обвела себя руками, сделав вид, что покраснела, — Ну, немного сценарий напутала, — вижу, что не мальчик. И поскольку зуб последний, обрати внимание на призовую сумму. Наша фирма теперь полностью с тобой в расчёте. Контракт закрыт. Зуб где?
— Я его выбросил.
— Ага, вижу, — залезая в помойное ведро, — нашла. — Гадость какая! Ты его никогда не чистил! И с такой дрянью всё время приходится возиться. Тьфу!
— А голая вы зачем? И это вот синее крест-накрест зачем?
— Голая, это бонус от фирмы, так положено при последнем зубе. А изоленты другого цвета не было. И не подумай чего лишнего! — бодро покачав бёдрами, она шлёпнула по линолеуму ножкой и растворилась в воздухе.
Потапыч, как был в трусах, так и сел на стул, тупо разглядывая зажатую в руке сторублёвку. Потом медленно встал, открыл холодильник, достал бутылку, налил полный стакан и, не поморщившись, выпил, не закусывая.
Утром пришли гномы.