Действие сценическое. Анализ, причинная теория

Действенный анализ и причинная теория

1. Вступление. Два способа исследования одного театрального процесса

Действенный анализ и причинная теория Кретова обращены к действию, но не обязательно исследуют один и тот же его предмет.

Действенный анализ позволяет режиссёру обнаружить драматическую организацию произведения: события, обстоятельства, отношения персонажей, борьбу, направленность действия и закономерности его развития.

Причинная теория Кретова ставит вопрос о действительном осуществлении сценического действия актёром.

На первый взгляд различие несущественно. Ведь действенный анализ уже предполагает причинно-следственные отношения. Более того, именно причинность позволяет обнаружить необходимость одного события для возникновения другого.

Зачем тогда самостоятельная причинная теория?

Ответ следует искать не в отсутствии причинности у действенного анализа, а в различии предметов, относительно которых она устанавливается.

Действенный анализ исследует причинную организацию драматического действия. Причинная теория Кретова исследует причинное становление действия сценического.

Однако это предварительная формула.

Она требует существенного уточнения: действенный анализ не ограничивается литературным разбором, а причинная теория не может существовать вне драматического материала.

Следовательно, необходимо определить не только различие, но и характер их сопряжения.

2. Действенный анализ уже является причинным

Было бы методологической ошибкой противопоставлять действенный анализ причинной теории по принципу:

действенный анализ описывает события;

причинная теория устанавливает причины.

Такое противопоставление неверно.

Действенный анализ исследует не простую последовательность происшествий.

Он стремится обнаружить необходимость их возникновения и взаимосвязь.

Почему персонаж совершает поступок?

Что изменило предлагаемые обстоятельства?

Какое событие породило новое отношение?

Почему прежнее действие больше не может продолжаться в прежней драматической ситуации?

Эти вопросы уже имеют причинный характер.

Поэтому причинная теория Кретова не может претендовать на открытие причинности как таковой в режиссёрском искусстве.

Её самостоятельность должна быть установлена иначе.

Причинная теория не вводит причинность туда, где её не было. Она выделяет иной предмет причинного исследования.

Именно это положение позволяет избежать искусственного конфликта с методом действенного анализа.

3. Различие предметов: действие персонажа и действие актёра

Юрий Кретов предлагает различать три понятия:

Драматическое действие — причинно-следственная взаимосвязь персонажей в предлагаемых обстоятельствах.

Сценическое действие — способ существования актёра в образе действия персонажа играемой роли, который организует, подсматривает, раскрывает и дополняет режиссёр.

Театральное действие — выражение адресации смысла с целью усмотрения его зрителем.

Эти определения позволяют увидеть проблему, которая не разрешается одним установлением драматических событий.

В драматическом действии персонаж добивается результата.

В сценическом действии актёр осуществляет действие в образе персонажа.

В театральном действии происходящее становится носителем адресованного смысла.

Но актёр не превращается фактически в персонажа.

Его сценическое существование не тождественно жизненному существованию изображаемого лица.

Следовательно, между драматическим действием и его сценическим осуществлением возникает особое отношение.

Именно оно требует исследования.

Причинная необходимость действия персонажа ещё не является достаточным объяснением причинного возникновения способа действия актёра.

4. Что устанавливает действенный анализ

Рассмотрим простую драматическую ситуацию.

Персонаж стремится получить согласие партнёра.

Партнёр отказывает.

Отказ становится событием, изменяющим условия борьбы.

Персонаж вынужден искать другой способ достижения результата.

Действенный анализ может установить:

какого результата добивается персонаж;

что препятствует его достижению;

какое событие изменяет обстоятельства;

почему возникает необходимость дальнейшей борьбы;

какое действие должно последовать.

Но даже безупречное определение этих отношений ещё не объясняет, каким образом актёр действительно переходит от одного сценического «как» к другому.

Режиссёр может сказать:

«После отказа ты должен изменить способ воздействия».

Это указание драматургически обосновано.

Но возникает вопрос:

Откуда в действии актёра возникает необходимость изменения?

Из причинного присвоения отказа?

Из нового воздействия партнёра?

Из обнаруженной недостаточности прежнего «как»?

Или из знания актёра, что после данной реплики необходимо выполнить установленную партитуру?

Именно здесь появляется самостоятельная задача причинной теории.

5. Драматическая необходимость и сценическое причинение

Необходимо различить два вида обоснования.

Первое:

Почему персонаж должен действовать иначе?

Второе:

Почему актёр действительно начинает действовать иначе именно в данных сценических условиях?

Оба вопроса относятся к одному спектаклю.

Но ответы на них могут не совпадать.

Драматургическая необходимость может быть установлена до начала репетиции.

Причинная организация сценического действия обнаруживается в его осуществлении.

Это не означает, что сценическое действие должно быть непредсказуемым.

Оно может иметь точную партитуру.

Но причинная теория должна отличать повторение установленной формы от её действительного причинного осуществления.

Следовательно:

Действенный анализ устанавливает необходимость перехода в драматическом действии. Причинная теория исследует происхождение перехода в действии сценическом.

Здесь слово «происхождение» принципиально.

Речь не только о том, каким оказалось новое «как».

Речь о том, почему оно возникло.

6. Событие как место пересечения двух исследований

Событие является одним из важнейших понятий действенного анализа.

Оно позволяет определить изменение драматической ситуации.

Но причинная теория требует уточнить его статус.

Событие может быть большим в драматургии и малым по непосредственной причинной действенности.

Может иметь запаздывающее присвоение.

Может изменить причинный режим без заметного изменения формы.

Может вызвать передел.

Может завершить действие.

А может не получить причинного участия в конкретном сценическом процессе.

Следовательно, событие имеет как минимум два различных отношения.

Драматургическое отношение: что произошло и какое место происшедшее занимает в развитии драматического действия?

Причинно-сценическое отношение: что именно происшедшее стало причинять в действии актёра?

Эти отношения нельзя отождествлять.

Но их нельзя и полностью разрывать.

Именно через событие драматургическая определённость может приобретать сценическую причинную действенность.

Поэтому событие становится не только элементом анализа, но и предметом причинной проверки.

7. От установленного события к проверяемой гипотезе

Предположим, режиссёр определил событие:

«Персонаж узнаёт о предательстве».

Далее устанавливается его драматическое значение.

Известие разрушает прежние отношения.

Возникает необходимость другого способа борьбы.

Однако причинная теория должна поставить вопрос:

Каким образом это событие стало действующим условием сценического продолжения?

Здесь возникает методологический переход.

В действенном анализе событие устанавливается как элемент драматической структуры.

В причинном исследовании его предполагаемая сценическая действенность становится гипотезой.

Гипотеза может подтвердиться.

Может потребовать уточнения.

Может оказаться неверной относительно данного действия.

Например, выяснится, что передел вызван не самим известием, а последующим поведением партнёра.

Или что известие было присвоено раньше, чем возникло заметное изменение.

Или что прежнее действие завершилось, а новое возникло на другом причинном основании.

Следовательно:

Причинная теория не должна автоматически подтверждать результаты действенного анализа. Она должна исследовать условия их сценической действенности.

8. «Что» и «как»: недостаточность простого противопоставления

Можно предложить короткую формулу:

действенный анализ определяет «что»;

причинная теория исследует «как».

Но эта формула недостаточна.

Действенный анализ также исследует способы действия персонажей.

А причинная теория не может объяснять сценическое «как» без установления того, что происходит.

Следовательно, различие глубже.

Действенный анализ определяет действие через драматическую обусловленность.

Причинная теория исследует сценическое действие через причинную историю его осуществления.

В одном случае вопрос заключается в том, почему определённое действие необходимо в драматической организации.

В другом — почему конкретное сценическое состояние возникает из предшествующих условий.

Поэтому точнее сказать:

Действенный анализ раскрывает драматическую обусловленность действия. Причинная теория исследует причинную генеалогию его сценического осуществления.

Здесь «что» и «как» не разделены механически.

Они принадлежат различным, но сопряжённым исследовательским отношениям.

9. Роль как узел сопряжения

В статье «Действие сценическое. Театр» Кретов предлагает важное положение:

«Роль есть узел, организующий тождество действия сценического с действием драматическим».

Это утверждение позволяет преодолеть опасность полного разрыва двух действий.

Если драматическое и сценическое действие только различать, можно прийти к ложному выводу, что они существуют независимо.

Но роль организует их сопряжение.

Режиссёрский замысел встречается с актёрским способом существования.

Драматическая определённость получает возможность сценического осуществления.

При этом слово «тождество» требует осторожного истолкования.

Речь не обязательно идёт об абсолютном совпадении драматического и сценического действия по всем признакам.

В других текстах Кретов специально подчёркивает различие их мерностей и смысловых отношений.

Следовательно, роль можно рассматривать как место, где различающиеся действия приобретают определённое единство, не утрачивая своей специфики.

Роль не уничтожает различия драматического и сценического действия. Она организует возможность их сопряжения.

Причинная теория исследует, как это сопряжение действительно осуществляется.

10. Режиссёр между анализом и причинным исследованием

Режиссёр занимает особое положение.

Он исследует драматический материал.

Определяет события.

Устанавливает смысловые отношения.

Формирует замысел.

Но затем сталкивается с актёром как носителем сценического действия.

Именно здесь возникает необходимость перейти от драматургического определения к исследованию сценического осуществления.

Режиссёр может заранее знать, что должно произойти.

Но он не может считать это знание достаточным объяснением того, как актёр осуществит действие.

Поэтому режиссёрская функция имеет две стороны.

Аналитическая: обнаружить драматическую организацию и художественную необходимость.

Причинно-исследовательская: установить, каким образом эта необходимость становится действующей в актёрском процессе.

Однако эти стороны не обязательно соответствуют двум последовательным этапам репетиции.

Режиссёр может возвращаться от сценического осуществления к драматическому анализу.

Обнаруженное актёром причинное различие способно уточнить понимание события.

Следовательно, отношение действенного анализа и причинной теории не является исключительно однонаправленным.

11. Обратное влияние причинной теории на действенный анализ

Это обстоятельство имеет особое значение.

Предположим, режиссёр определил событие как решающее.

Но в репетиции выясняется, что предполагаемая причинная зависимость не возникает.

Возможны различные объяснения.

Актёр ещё не обнаружил необходимого отношения.

Партнёрское воздействие недостаточно определено.

Режиссёрская гипотеза о событии требует уточнения.

Или драматургически значимое происшествие не является непосредственной причиной данного сценического передела.

Следовательно, причинная проверка может не только подтверждать действенный анализ.

Она способна возвращать исследователя к нему.

Возникает движение:

Драматический анализ ; причинная гипотеза ; сценическая проверка ; уточнение драматического анализа.

Но и эта схема не должна превращаться в обязательную последовательность.

Её значение заключается в признании обратной связи.

Причинная теория может уточнять результаты действенного анализа, не подменяя его собственного предмета.

12. Представление и восприятие

В статье «Действие сценическое — в чём суть?» Кретов предлагает различать сценическое и несценическое действие через соотношение представления и восприятия.

В сценическом действии, согласно его формулировке, доминирует представление, тогда как восприятие регулирует поведение действующего.

В несценическом действии доминирует восприятие, а представление может выступать регулятивным фактором.

Это положение позволяет глубже определить различие действенного анализа и причинной теории.

Драматургический анализ устанавливает обстоятельства, которые должны стать содержанием актёрского представления.

Но сценическое действие не может существовать только в представлении.

Актёр воспринимает партнёра.

Обнаруживает изменения.

Осуществляет действие телесно.

Получает последствия.

Следовательно, необходимо исследовать не только содержание представляемого, но и его действительное сопряжение с восприятием.

Причинная теория должна объяснить, каким образом представленное обстоятельство и воспринимаемое партнёрское воздействие совместно участвуют в производстве сценического «как».

Здесь возникает важная исследовательская задача.

Если доминирование представления является специфическим признаком сценического действия, то необходимо определить, как эта доминанта сохраняется при действительной причинной зависимости от воспринимаемого партнёра.

Иначе можно получить противоречие между заранее организованным представлением и открытостью сценического действия настоящему воздействию.

13. Причинная теория не должна превращать актёра в исполнителя причинной схемы

Возможна новая опасность.

Стремясь уточнить действенный анализ, причинная теория может создать настолько подробную систему причинных требований, что актёру останется лишь воспроизводить установленную причинную последовательность.

Тогда вместо прежней партитуры выразительных форм возникнет партитура причинных терминов.

Режиссёр начнёт предписывать:

здесь происходит присвоение;

здесь изменяется причинный центр;

здесь возникает требование;

здесь осуществляется передел.

Но называние этих процессов не гарантирует их действительного возникновения.

Следовательно, причинная теория должна различать собственный язык исследования и процесс актёрского осуществления.

Причинная теория объясняет действие, но не должна подменять действие исполнением объяснения.

Это ограничение принципиально.

Иначе теория, предназначенная для исследования происхождения сценического «как», сама превратится в источник заранее установленной формы.

14. Действенный анализ и причинное требование

В действенном анализе режиссёр может установить необходимость изменения способа борьбы персонажа.

Но причинное требование в сценическом действии возникает только при определённых условиях.

Прежнее «как» должно обнаружить недостаточность.

Причём эта недостаточность не может считаться установленной только потому, что драматургически предусмотрено следующее действие.

Необходимо выяснить, что именно изменилось.

Например, персонаж пытается добиться признания угрозой.

Партнёр перестаёт воспринимать угрозу как значимую.

В драматическом действии возникает необходимость другого способа борьбы.

Но в сценическом действии нужно исследовать, как партнёрское поведение делает прежнее воздействие недостаточным.

Следовательно:

Драматургическая необходимость нового способа действия и сценическое причинное требование его возникновения должны быть различены.

Именно это различение позволяет причинной теории уточнять работу режиссёра.

15. Действенный анализ и передел

Передел не следует отождествлять с переходом от одного драматического действия к другому.

Драматургический анализ может определить изменение способа борьбы.

Но причинный передел предполагает действительное преобразование сценического «как».

При этом возможны разные случаи.

Событие преобразует продолжающееся действие.

Событие завершает прежнее действие.

Событие вызывает возникновение нового действия.

Или событие становится причинно значимым, но передела пока не происходит.

Следовательно, передел не является универсальным сценическим эквивалентом драматургического события.

Не каждое событие требует передела, и не каждый передел означает смену драматического действия.

Это положение особенно важно для различения морфологии и причинной генеалогии.

Одинаковая внешняя форма может принадлежать различным причинным историям.

Различные формы могут сохранять тождество одного действия.

Поэтому причинная теория должна исследовать не только последовательность форм, но и условия их возникновения.

16. Инвариант как проблема, не разрешаемая одним событийным анализом

Если действие преобразуется, возникает вопрос его тождества.

Что позволяет считать изменяющиеся состояния продолжением одного действия?

Действенный анализ способен установить сквозную направленность и драматическую преемственность.

Но причинная теория должна исследовать процессуальную принадлежность изменений.

Здесь появляется проблема инварианта.

Инвариант нельзя свести к неизменности цели, внешней формы или эмоционального состояния.

Он должен позволять отличить преобразование продолжающегося действия от возникновения другого.

Но важно не приписывать понятию больше, чем оно пока объясняет.

Наличие общей драматической цели не обязательно доказывает тождество сценического процесса.

И наоборот, изменение ближайшей цели не всегда означает прекращение более протяжённого действия.

Поэтому инвариант требует самостоятельного определения через причинную организацию продолжения.

Действенный анализ обнаруживает драматическую преемственность. Причинная теория должна установить условия процессуального тождества сценического действия.

Эти задачи могут пересекаться, но не совпадают полностью.

17. Драматургическая и причинная амплитуды события

Различие действенного анализа и причинной теории становится особенно наглядным при исследовании амплитуды события.

Драматургическая амплитуда характеризует значение события для развития драматической структуры.

Причинная амплитуда характеризует размах преобразований, действительно связанных с событием в конкретном действии.

Большое событие может иметь запаздывающее присвоение.

Малое событие может обладать нарастающей причинной амплитудой.

Это не противоречие.

Противоречие возникает только тогда, когда драматургическая значительность принимается за достаточное основание сценической действенности.

Например, смерть близкого человека может быть крупнейшим событием пьесы.

Но непосредственное сценическое действие персонажа может определяться необходимостью скрыть известие от партнёра.

И наоборот, почти незаметное изменение партнёрского взгляда может разрушить прежний способ воздействия.

Следовательно:

Действенный анализ и причинная теория могут устанавливать различную значительность одного и того же события, потому что исследуют разные отношения его действенности.

Это различие не должно устраняться.

Оно является результатом исследования.

18. Действенный анализ, причинная теория и зритель

Третья мерность, выделенная Кретовым, — театральное действие.

Она позволяет установить пределы первых двух.

Драматическое действие может быть правильно раскрыто.

Сценическое действие может быть причинно осуществлено.

Но смысл происходящего не обязательно станет доступным зрителю.

И наоборот, зритель может обнаружить значительный художественный смысл в исполнении, причинная организация которого остаётся спорной.

Следовательно, нельзя отождествлять:

драматургическую обоснованность;

сценическую причинную действенность;

театральную адресацию смысла.

Режиссёр должен удерживать все три отношения.

В статье «Действие сценическое и не только» Кретов подчёркивает, что театральное действие связано с усмотрением смысла зрителем.

Поэтому причинная теория не должна объявлять сценическое причинение достаточным условием художественного результата.

Причинно состоявшееся действие ещё должно быть включено в театральную организацию смысла.

В этом отношении причинная теория является необходимым исследовательским дополнением к режиссёрской работе, но не исчерпывает всей её художественной задачи.

19. Действенный анализ и причинная теория: возможна ли иерархия?

Возникает вопрос: какой из двух способов исследования является главным?

Можно утверждать, что действенный анализ первичен, поскольку он устанавливает драматический материал.

Но можно утверждать и обратное: причинная теория первична, поскольку без действительного сценического осуществления драматический анализ остаётся нереализованным.

Оба утверждения оказываются односторонними.

Действенный анализ не является простой подготовкой к причинной теории.

Он имеет самостоятельный предмет и собственную режиссёрскую необходимость.

Причинная теория также не должна становиться служебным способом подтверждения анализа.

Она исследует самостоятельную проблему сценического осуществления.

Следовательно, между ними целесообразно установить не иерархию, а предметное сопряжение.

Действенный анализ раскрывает драматическую обусловленность.

Причинная теория исследует сценическое причинение.

Режиссёрская практика соединяет эти исследования в работе над спектаклем.

Но соединение не уничтожает их различия.

20. Главная опасность действенного анализа без причинной проверки

Если действенный анализ не сопровождается исследованием сценического причинения, возникает риск подмены.

Режиссёр знает событие.

Актёр знает событие.

Определено действие.

Найдена выразительная форма.

Но причинное происхождение формы остаётся невыясненным.

В результате актёр может воспроизводить правильное поведение без действительного возникновения необходимого «как».

Это не означает, что такой результат неизбежен.

Опытный режиссёр способен практически обеспечивать причинную действенность, не используя специального теоретического языка.

Но методологическая проблема сохраняется.

Практическая успешность действенного анализа ещё не является теоретическим объяснением специфической причинности сценического действия.

Именно эту недостаточность объяснения стремится преодолеть причинная теория Кретова.

21. Главная опасность причинной теории без действенного анализа

Существует и обратная опасность.

Если причинная теория отрывается от драматического анализа, она может превратиться в общую теорию психофизического поведения.

Актёр воздействует на партнёра.

Получает последствия.

Изменяет способ действия.

Перестраивает причинную организацию.

Но подобные процессы существуют и вне театра.

Что делает их сценическими?

Ответ нельзя получить только из факта причинной циркуляции.

Необходимо учитывать предполагаемый мир роли, режиссёрский замысел, художественную организацию и театральную адресацию смысла.

Именно здесь действенный анализ обеспечивает связь причинного исследования с драматической определённостью.

Следовательно:

Без причинной проверки действенный анализ рискует принять драматургическую необходимость за сценическое осуществление. Без драматического анализа причинная теория рискует принять общую причинность поведения за специфику действия сценического.

Это симметричное ограничение позволяет точнее определить их взаимную необходимость.

22. Необходимое различение и невозможность полного разрыва

Теперь можно сформулировать центральное методологическое противоречие.

Для возникновения причинной теории необходимо различить драматическое и сценическое действие.

Но для сохранения её театрального предмета необходимо установить их сопряжение.

Если различение отсутствует, причинная теория теряет самостоятельность.

Если сопряжение отсутствует, она теряет специфически сценический предмет.

Следовательно, исследовательская задача состоит не в выборе между различием и единством.

Необходимо установить единство различающихся действий через условия их действительного сопряжения.

В этом отношении авторское положение Кретова о роли как узле приобретает особое значение.

Роль соединяет драматическую обусловленность с актёрским способом существования.

Но причинная теория должна исследовать не только факт такого соединения.

Она должна установить, как оно возникает, сохраняется и преобразуется.

23. Практическая модель сопряжения

Можно предложить следующую рабочую последовательность режиссёрского исследования.

Первое. Драматическое определение.

Что происходит между персонажами? Какое событие меняет условия борьбы? Какой результат остаётся неполученным?

Второе. Сценическая гипотеза.

Какое различие должно приобрести причинную значимость для актёра в образе действия персонажа?

Третье. Организация условий.

Какие партнёрские отношения, обстоятельства и способы восприятия позволяют этому различию участвовать в дальнейшем действии?

Четвёртое. Причинная проверка.

Стало ли различие действующей причиной? Изменились ли условия продолжения? Возникло ли причинное требование?

Пятое. Исследование преобразования.

Произошёл ли передел? Сохранилось ли тождество действия? Не возникло ли другое действие?

Шестое. Театральная проверка.

Каким образом осуществлённое действие включается в адресацию смысла зрителю?

Эта последовательность не должна превращаться в обязательный репетиционный алгоритм.

Её назначение — различать вопросы, которые в практике часто оказываются слитыми.

24. Возможная новая формула отношения двух методов

Теперь можно вернуться к исходному вопросу.

Действенный анализ и причинная теория не являются двумя конкурирующими объяснениями одного и того же.

Но нельзя утверждать и то, что причинная теория лишь проверяет уже полностью установленное действенным анализом.

Это было бы слишком узким определением.

Причинная теория исследует не только действенность события.

Она исследует причинную организацию самого сценического действия.

Событие — один из возможных источников причинного преобразования.

Но действие может изменяться вследствие партнёрских последствий, изменения доступности результата, перестройки причинного режима и иных различий.

Следовательно, формула:

«Действенный анализ определяет событие. Причинная теория проверяет его действенность»

остаётся практически значимой, но не исчерпывает отношения двух исследований.

Более полная формула:

Действенный анализ раскрывает драматическую обусловленность действия. Причинная теория Кретова исследует действительное причинное становление сценического действия в отношении к этой обусловленности.

В таком определении причинная теория получает собственный предмет, не противопоставляя себя действенному анализу.

25. Философское основание сопряжения

В предыдущем исследовании философемы Кретова было предложено положение:

Предполагаемое остаётся предполагаемым. Действие осуществляется действительно.

Теперь можно определить место действенного анализа и причинной теории относительно этой философемы.

Действенный анализ раскрывает организацию предполагаемого драматического мира и причинные отношения персонажей.

Причинная теория исследует, каким образом эти отношения могут приобретать действительную причинную действенность в сценическом существовании актёра.

Но предполагаемое не превращается в жизненный факт.

Актёр не становится персонажем в буквальном смысле.

Сценическое действие не осуществляет изображаемое жизненное деяние как фактический поступок актёра.

Тем не менее действие действительно происходит.

Именно поэтому между драматической определённостью и сценическим осуществлением требуется самостоятельное причинное исследование.

Причинная теория объясняет не превращение вымысла в факт, а возможность действительного действия в условиях сохраняющейся театральной условности.

В этом отношении она не отменяет действенный анализ.

Она исследует то, что не может быть объяснено одним установлением драматических отношений.

Заключение. От драматической необходимости к сценической действительности

Действенный анализ и причинная теория Кретова принадлежат одному театральному процессу, но различаются предметами исследования.

Действенный анализ устанавливает драматическую организацию действия.

Причинная теория исследует происхождение, продолжение и преобразование действия сценического.

Их различие не заключается в том, что один метод лишён причинности, а другой её обнаруживает.

Причинность присутствует в обоих.

Но она относится к различным предметам.

Отсюда первое положение:

Действенный анализ устанавливает причинно-следственную организацию драматического действия. Причинная теория Кретова исследует причинную организацию сценического осуществления.

Второе:

Драматургическая необходимость события не является доказательством его сценической причинной действенности.

Третье:

Причинная теория не заменяет действенный анализ, но делает самостоятельным вопрос о происхождении сценического «как».

Четвёртое:

Роль организует сопряжение драматического и сценического действия; причинная теория исследует условия действительного осуществления этого сопряжения.

Однако наиболее существенный вывод заключается в другом.

Если действенный анализ уже устанавливает причинные отношения персонажей, то самостоятельность причинной теории Кретова не может определяться простым обращением к причинности.

Она должна определяться открытием особого предмета.

Таким предметом является действительное причинное становление сценического действия актёра в образе действия персонажа.

Поэтому причинная теория не только уточняет режиссёрскую методику.

Она ставит вопрос, который невозможно окончательно разрешить одним драматургическим анализом:

Каким образом установленная необходимость действия персонажа становится действительным способом существования актёра?

Именно здесь находится граница двух исследований.

Но эта граница одновременно является местом их сопряжения.

Следовательно, итоговая формула может быть следующей:

Действенный анализ обнаруживает необходимость действия в драматическом мире. Причинная теория Кретова исследует условия, при которых эта необходимость становится действующей в сценическом существовании актёра.

И всё же даже эта формула нуждается в последнем уточнении.

Сценическое действие не является простым результатом переноса драматической необходимости.

Оно обладает собственной причинной историей, в которой участвуют представление, восприятие, партнёр, телесность, неполученный результат и последствия самого действия.

Поэтому более строго:

Действенный анализ раскрывает драматическую обусловленность. Причинная теория Кретова раскрывает причинное становление сценического действия, в котором драматическая обусловленность получает — или не получает — действительную действенность.

В этом различии заключена не конкуренция двух методов, а возможность нового уровня режиссёрского исследования.

Действенный анализ позволяет режиссёру установить, почему действие необходимо. Причинная теория требует исследовать, почему оно действительно возникает.

Именно переход от установленной необходимости к действительному возникновению составляет центральную проблему их сопряжения.

Теоретическое уточнение. Определения драматического, сценического и театрального действия, положение о роли как узле их сопряжения, а также различение представления и восприятия опираются на авторские тексты Ю. В. Кретова. Понятия причинного права, присвоения, режима, передела и инварианта используются здесь в рамках развиваемой рабочей модели. Представленное разграничение действенного анализа и причинной теории является методологической реконструкцией, а не утверждением, будто метод действенного анализа Товстоногова не исследует причинность актёрского действия.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации