Пиратские истории О

Всем привет, друзья-озорники и отважные первооткрыватели особенных приключений! С вами снова старый Пират.
Помните, как мы уплывали с острова «Наоборот», где няня Надя-носорог навела порядок в наших головах? Так вот, после того случая мы стали очень осмотрительными и осторожными. Мы дали себе обещание: никогда больше не попадать в переделки!
Но, друзья, обещание — это одно, а океан — совсем другое. И океан, как известно, обещаний не даёт. Он их только проверяет.
И вот однажды, огибая очередной островок, мы увидели странную вывеску, прибитую к пальме. На ней было написано крупными буквами: «ОСТРОВ ОХ-О-ХО». И ниже, помельче: «Осторожно! Осторожно! Осторожно!»
— Ой, — сказал юнга. — Ой-ой-ой.
— Ого, — сказал боцман. — Ого-го-го.
— О-о-о, — протянул я. — Очевидно, это очень зловещее место.
Но любопытство — оно ведь сильнее осторожности. И мы, конечно же, причалили.
Оказалось, это был волшебный остров оборотней. Только не таких, как в страшных сказках, а совсем наоборот — добрых и немного нелепых. Здесь стоило только спотыкнуться, чихнуть или зевнуть, как ты превращался в какое-нибудь животное.
И вот тут-то с нами и началось!
Сначала боцман, оступившись на камне, превратился в огромного лохматого оленя. Быть оленем, друзья, — это вам не шутки! Рога застревают в лианах, копыта скользят по камням, а есть хочется одни жёлуди (привет, буква «Ж»!).
Потом юнга, увидев боцмана-оленя, так захохотал, что сам превратился в озорного ослика. Ослик, как известно, — существо упрямое и капризное. Наш юнга сразу начал брыкаться и кричать: «Не пойду! Не хочу! Не буду!»
Штурман, пытаясь их урезонить, так разволновался, что стал орангутангом. Орангутанг, друзья, — это вам не просто обезьяна. Это обезьяна с философским взглядом и привычкой чесать затылок, размышляя о смысле жизни. Штурман тут же уселся на ветку и начал задумчиво перебирать карты, бормоча: «О-о-о, какое озарение... О-о-о, какое откровение...»
Кок Карпыч, увидев всё это, так перепугался, что стал... осой! Осой, друзья! Маленькой, жужжащей, жалящей! Он тут же начал носиться вокруг нас и грозить всем своим жалом.
А я? Ваш старый Пират? Я, к своему огорчению, превратился в особенную обезьяну с крыльями орла. Кривляющуюся, летающую обезьяну. И начал, к своему стыду, строить рожи и красть у команды бананы.
Ох-о-хо! Ох-о-хо! Ох-о-хо!
Всё наше пиратское общество охламонов (то есть балбесов на букву «о») озаботилось этой проблемой. Мы — олень, осёл, орангутанг, оса и обезьяна-орёл — собрались на берегу и начали отчаянно обсуждать, как нам обратно стать людьми.
Мы долго бродили по острову и орали друг на друга, пока случайно не оказались у оранжевого озера. Это было волшебное озеро, которое умело общаться! Озеро, которое знало все тайны на свете! Озеро, которое могло помочь!
— О-о-о! — закричали все. — Озеро! Оранжевое озеро! О!
Озеро, друзья, было невероятное. Оно было оранжевым, как спелый апельсин. Оно переливалось всеми оттенками оранжевого: от бледно-оранжевого, рассветного, до тёмно-оранжевого, закатного. Оно пахло апельсинами, облепихой и чем-то ещё... чем-то волшебным.
Мы остановились на берегу и, оробев, окунулись в воду.
И тут началось самое удивительное.
В отражении озера каждый из нас увидел не то, кем он был сейчас, а то, кем он был на самом деле. Но не только! В отражении мы увидели всех тех существ, которые жили внутри нас.
Боцман-олень увидел в себе не только оленя, но и упрямого осла, и мудрого орангутанга, и опасную осу, и озорную обезьяну. Осёл-юнга увидел то же самое. Орангутанг-штурман, оса-кок и обезьяна-капитан — все увидели в себе целый зоопарк!
И тогда озеро заговорило. Голос у него был мягкий, оранжевый, тёплый, как солнечный свет.
— О-о-о, — сказало озеро. — Оглянитесь, озорники. Оглянитесь на себя.
И мы оглянулись.
— В каждом из вас, — сказало озеро, — живёт много разных характеров. Вы можете быть глупыми и упрямыми, как ослики. Можете быть кривляками-проказниками, как обезьянки. Можете быть быстрыми и грациозными, как олени. Можете быть внезапными и опасными, как осы. Можете быть мудрыми и задумчивыми, как орангутанги.
Озеро замолчало, и оранжевая рябь пробежала по его поверхности.
— Но чтобы оставаться людьми, — продолжало озеро, — надо уметь контролировать себя. Надо помнить о своём истинном образе. О том, кто вы есть на самом деле. О том, что вы — не олень, не осёл, не обезьяна, не оса и не орангутанг. Вы — люди. И вы должны быть хозяевами своих характеров, а не их рабами.
Мы переглянулись. И тут нас озарило.
Олень-боцман понял, что его сила — не в рогах, а в добром сердце. Осёл-юнга понял, что его упрямство может быть и полезным, если направлять его на хорошие дела. Орангутанг-штурман понял, что его мудрость — не в том, чтобы чесать затылок, а в том, чтобы думать и помогать друзьям. Кок-оса понял, что его опасность — не в жале, а в умении защитить тех, кого он любит. А капитан-обезьяна (то есть я) понял, что моё озорство — не в кривляниях, а в умении поднять настроение команде.
Перед отплытием с этого острова мы собрались на берегу, посмотрели друг другу в глаза и сказали:
— Мы обещаем помнить о своём истинном образе. Мы обещаем контролировать свои характеры, а не подчиняться им. Мы обещаем быть хозяевами своих качеств, а не их рабами. Мы обещаем быть людьми!
Озеро одобрительно заплескалось, и мы снова стали собой. Нормальными пиратами. Ну, насколько пираты вообще бывают нормальными.
Вот такое приключение, друзья!
Кстати, слово «приключение» — оно на букву «П». А это значит, что очень скоро мы узнаем ещё одну превосходную пиратскую историю. Пока!