Об обсценности...
Человеку нужна пища и вода - без них он погибнет. Есть и пить можно несколькими способами:
- найти еду в мусорном баке, напиться из лужи;
- купить продукты и приготовить обычную, без изысков еду и заварить чай или сварить компот;
- пойти в ресторан и заказать изысканные блюда, запив их вином Шато-Латур.
Выбор способа обычно диктуют возможности и обстоятельства жизни. На войне или будучи бомжом человек чтобы выжить часто использует первый способ и это воспринимается естественным. Наиболее распространен способ два, а третий способ обычно является элитным маркером. Так вот, если человек имеет возможности питаться вторым или третьим способом, предпочитает первый? Наверное это не естественный способ поддержать свое существование, а некая манифестация? Особенно забавно (по размышлению), а то и противно (по ощущениям) что он это делает демонстративно - с гордым видом лезет в мусорный бак, достает объедки и поглощает их запивая грязной водой. При этом он ожидает от окружающих как минимум нейтрального отношения, а часто и требует от них присоединиться к своей трапезе. Если окружающие не присоединяются, то они признаются как минимум снобами или того хуже, “паршивыми интеллигентишками”, оторвавшимися от “народа”.
Собственно, если заменить пищу на общение, предложенная метафора вполне объясняет отвращение к использованию мата в повседневной жизни. Данная лексика ведь характеризуется очень узким кругом терминов, описывающих телесный низ в сексуальном контексте. Будучи антагонистами общепринятой культурной традиции эти термины несут большой эмоциональный заряд, уместный в экстремальных условиях. Ограниченность количества терминов уместна только в однозначных контекстах - в бою или ситуациях, требующих быстрого реагирования, эмоционального заряда или, наоборот, разрядки.
И да, что же манифестируется? Наверное, у подростков независимость, у взрослых мужчин - крутость, а у женщин, думается тоже независимость … от мужчин - путем экспроприации их маркера крутости.
Свидетельство о публикации №226101300118