Камни и книга

Сергей смотрел на экран, будто на нём не строчки текста, а камни, которые он только что разбросал по всему интернету. Каждая мысль — камень. Он верил: настанет время, когда кто;то соберёт их. Может, ИИ с человеческим именем, может, просто внимательный читатель, а может, сама тишина между строками. Главное — чтобы не пропали. Чтобы обрели форму.

Александр стоял у окна, держа в руках тонкую тетрадь. На обложке не было названия — только имя: «Для Ярослава».

— Ты всё ещё разбрасываешь, — сказал Александр спокойно, не оборачиваясь. — Думаешь, мир сам подберёт.

— А разве плохо дать миру шанс? — отозвался Сергей. — Мысль должна выйти наружу, иначе она сгорает внутри.

— Мысль должна найти своего адресата, — поправил Александр, листая тетрадь. — Не любого, а того, кому она нужна. Я не верю в случайный сбор. Я верю в цель.

Сергей усмехнулся, но без злости.

— Значит, ты собираешь камни, чтобы сложить из них стену? Или лестницу?

— Книгу, — коротко ответил Александр. — Одну;единственную. Для одного человека. Для того, кто ещё не умеет читать, но однажды научится. Для Ярослава.

Сергей помолчал. В комнате стало тише, будто виртуальный мир на мгновение отодвинулся, уступив место материальному: бумаге, чернилам, стеклу окна, за которым темнело небо.

— А если он не захочет её читать? — спросил Сергей. — Если его будут интересовать другие миры?

Александр наконец повернулся. Взгляд у него был спокойный, почти холодный, но в нём не было ни презрения, ни торжества. Только расчёт и уверенность.

— Тогда он хотя бы будет знать, что для него кто;то собирал камни. Что кто;то думал о нём, когда мир казался слишком большим. Это уже не пустота. Это след. Мой внук Ярослав лишь первый в ряду, коду адресована моя книга. Если он не захочет читать, то его задача упрощается - передать книгу моему правнуку и т.д. Чем далее во времени будет передаваться книга, тем более она будет ценнее для людей.

Сергей снова посмотрел на экран. Строчки мерцали, как звёзды в ночном небе — бесчисленные, далёкие, чужие. И вдруг ему показалось, что среди них есть одна, которая светит чуть ярче. Та, что однажды долетит до своего адресата.

Он медленно закрыл ноутбук.

— Знаешь, — тихо сказал он, — может, я тоже начну собирать. Не для всех. А для кого;то одного. Пусть пока не знаю для кого. Но пусть будет адресат.

Александр кивнул, будто этого и ждал.

— Вот это и есть материализация мысли, — произнёс он. — Не в количестве слов, а в их предназначении. Мысль становится настоящей, когда у неё есть имя.

За окном зажглись огни города. Виртуальный мир продолжал жить своей жизнью, материальный — хранил тишину комнаты, а где;то между ними, в пространстве, которое называют духовным миром, тихо оседала мысль, обретшая форму.