Все реже и реже на святой руси соловушки поют!

Культура рождается в провинции,
вырождается в столицах
и в этой форме возвращается в провинцию.

Шапки долой, буду говорить о судьбе Святой Руси! Что же сделала с ней сатанинская власть, именуемая в просторечье советской. Какими посулами ее охмурил лукавый, что она так взъелась на свой родной народ, что погнала его с родимых мест из изб своих дедов в неизвестность, рассеяв селян по всем сторонам света. А виноваты все так называемые преходящие «божки» обанкротившейся в последствии коммунистической религии. Ненавидели они Святую Русь с ее священными дубами и волшебными берёзовыми рощами.
Древние говорили, если хочешь лишить какой-то народ будущего, оторви его от корней, и он исчезнет из истории без следа. Что еще не так давно, по космическим меркам, представляла собой Святая Русь? Это был край, усеянный деревнями и селами, в которых жили, ну может быть и не так уж счастливые люди, но на родине хорошо, даже если кругом тебя все не очень здорово. Вот так жили селяне не тужили и вдруг наступил роковой октябрь 1917 года.
Тут и посыпались на село всякие напасти. У одних хлеб отняли насущный, на прокорм сатанинской оравы, у других - лошадей реквизировали, крестьянских кормилиц. Но это во время войны, она все спишет. Тем не менее несчастья на этом отнюдь не кончились. Минуло десять лет и на деревню обрушилась беда по страшнее - коллективизация. Одних крестьян насильно изгнали с насиженных мест туда, куда и ворон костей не носил. Другие сами бежали в города, теряя тем самым культурную связь с родной землей, а ведь именно она дает человеку духовную, а может даже и физическую силу.
Да, эпоха 1930-х годов – время рассеяния русского народа, впрочем, и не только русского, но и других не минула горькая чаша сия. Рассеялся народ российский по городам старым и новым. А город, он что, рвет безжалостно все связи с прошлым. Конечно, первые такие деревенские переселенцы как-то еще помнили о своей родине, хотя все меньше и меньше, город нивелировал и обезличивал всех. А их подросшие дети уже были попросту Иванами родства не помнящими. Что они видели кроме асфальта и железобетона. Разве вырастут среди городских джунглей новые Есенины.
Но деревня еще, хоть и дышала на ладан, все же как-то существовала и несла свою миссию памяти народной. Большой урон нанесла селам Отечественная война, только это было несчастье еще переживаемое. Самое страшное произошло потом. Так, один из кандидатов в «божки» Никитка Хрущев, человек не ясной национальности и вообще без роду племени, не выступил в начале 1950-х годов с инициативой о признании деревень в Средней полосе России, особенно это коснулось Нечерноземья, неперспективными. Сотни лет жили люди на земле прадедов и вдруг выяснилось, что они не имеют исторической перспективы. Вот это номер и у людей сразу опустились руки.
Но справедливости ради стоит отметить, что тогдашний «божок» счел такую сельскую доктрину несколько преждевременной и дело отложили, но ненадолго. Вскоре этот кандидат в небожители взгромоздился на советский Олимп и тут понеслось, стоит отметить неслось вплоть до 1980-х годов. Пока власть предержащие не одумались. Однако черное дело было уже сделано, дать обратный ход свершившемуся оказалось невозможным. Сатана потирал от удовольствия руки.
Теперь на месте когда-то многолюдных весей стояли черные избы с провалившимися крышами. Люди, вынужденные уйти из родных мест, подчас были не в состоянии перевести свои родные дома на новое поселение, да часто этого сделать и не давали, и попросту бросали их на произвол судьбы, которой уже распоряжались дождь со снегом и ветром. Конечно, власти все оправдывали государственной выгодой, мол лучше один агрогородок, нежели несколько разбросанных мелких колхозов, читай деревень. Но только гладко было на бумаге у чиновников, а вот на деле многие селяне не желали трудиться в этих сельскохозяйственных фабриках, а убегали куда подальше в большие и малые города, там устраивая свою новую жизнь. Духовные корни их без родной земли быстро засыхали и отмирали, это были уже совсем другие люди.
Тут необходимо остановиться и посмотреть на проблему в исторической ретроспективе. Процесс урбанизации начался далеко не в России, еще в XV-ом веке, например, в Британии крестьян тоже выживали из своих родных мест. Так называемая эпоха огораживания, длившаяся несколько столетий. Безземельные крестьяне пополняли население английских городов, а точнее нищих бродяг. Эстафету вскоре подхватила и остальная Европа, но вот только там это движение не носило характера откровенного насилия, а проходило более-менее плавно.
Замечено, что Россия отстает от Запада в разных областях жизни, где-то на пятьдесят-двести лет. В первой половине ХХ-го столетия советские «божки» решили догнать Европу, применив для этого самые античеловечные способы. Увы, простые люди часто бессильны против принуждения властей, потому что разобщены и не организованы, а плоды его не заставляют себя долго ждать. Вот и бредут селяне, понурив головы, на места своего нового безрадостного жития, таща с собой свои убогие пожитки.
Но это еще не все. Так, растущие тогда города как Европы, так и России были по сути мононациональными. Однако во второй половине прошлого века они на глазах стали превращаться в мультинациональные. В них хлынули эмигранты из бывших колоний за длинным франком или маркой. Сперва это было не очень заметно, но потом их поток достиг таких масштабов, что ситуация приняла, буквально, катастрофический характер. И сделать с этим стало ничего нельзя. Думаю, не вызовет удивления, если очень скоро последнего парижанина-француза покажут по телевизору, как в свое время единственного оставшегося дикаря с острова Тасмания возили по Лондону в клетке на потеху любопытной толпе.
Между тем на Святой Руси дело обстоит несколько иначе. Так исторически сложилось у нас долгое время было мало больших мегаполисов таких как Петербург или Москва с Киевом. Они уж тогда несли тенденцию, правда еще слабозаметную, в сторону мультинациональности. Тогда эти города пополнялись в основном русскими людьми из провинции. Но времена то идут, и идут быстро, даже с ускорением. И вот уже Москва -стопроцентный мультинациональный мегаполис. Может быть в других мегаполисах помельче дело обстоит иначе, отнюдь они повторяют судьбу своей столицы, на которую, кстати, и равняются.
Нельзя сказать, что власти не обращают на это внимания, да обращают, только вот бюрократическими методами проблема эта не решаемая в принципе. А на кого властям потом придется опираться – сказать сегодня пока невозможно, ну время покажет, а процессы эти, увы, необратимые.
Да, Русь Святая стремительно урбанизируется. Все меньше и меньше остается на ее земле живых деревень и сел. Причем, чем дальше от Первопрестольной, тем пустынней становится русская земля. Рядом с мегаполисом еще теплится жизнь, но не отнюдь сельская, а только летне-дачная. Уж не поют больше в брошенных весях голосистые соловушки, не перед кем петь, они ведь тоже нуждаются в благодарных слушателях. Так, глядишь и совсем улетят эти голосистые пичужки куда-нибудь подальше за сине море тешить слух тамошних аборигенов и более никогда не вернутся.
Как видим большие города высосали, как гигантские пиявки, всю кровь народную и все продолжают и продолжают алчно высасывать. Есть такое футуристическое предсказание, что очень скоро, быстрее даже чем мы думаем, Русь будет представлять собой разбросанные по ее огромной территории несколько десятков мегаполисов, в которых будет еще шевелиться какая-то жизнь, а за их пригородами будет лежать безжизненная пустыня, постепенно зарастающая густой тайгой. А потомки наши будут с удивлением взирать на руины почерневших изб среди лесов, где дикие звери устроят себе логова, и удивленно вопрошать друг друга, что это такое за диво, что за народ тут жил и куда он исчез.
Западная Европа умирает, но эта змея еще может смертельно ужалить, навязав свои чуждые нам принципы. Замечено, что человек, рубящий сук на котором он сидит, не отдает себе отчета о последствиях такого занятия, которые его очень скоро постигнут. Увлечение вольное или невольное урбанизмом приведет к тому, что сук под незадачливым дровосеком рухнет, и не факт, что он себе при этом не сломает шею. Интересно, о чем он будет думать покудова не шмякнется о землю? Наверное, так и не поймет своей ошибки.
Следует отметить еще один удручающий факт в жизни больших городов. Замечено, мегаполис чем больше, тем активней требует подпитки человеческими ресурсами. Он не способствует рождаемости в своих границах, поэтому самообеспечить естественным путем прирост своего населения, он практически не может. Не секрет, очень много горожан – одинокие люди, не оставившие после себя потомства, ни о каких многодетных семьях можно тут не заикаться. Когда они уйдут в иной мир их заменят новые пришельцы. В нашем случае - это жители близлежащих стран, которые катастрофическая урбанизация еще не посетила в полной мере.
Но эти эмигранты тоже обречены на вымирание. Жилье дорого, ютятся в грязных и тесных общагах, какие уж тут многочисленные семьи. Не те условия для продолжения рода. Безжалостный Молох перемелет их, и не только их, и выбросит, как отработанный шлак в отвал. «Morituri te salutant», как говорится.
А теперь вопрос. Когда эти города вымрут, высосав кровь и силы из ближних и дальних своих источников? История мира знает не мало таких печальных примеров, когда великие для своего времени мегаполисы достигнув апогея в своем развитии кто медленно, а кто и стремительно, уходили в небытие. Теперь они - поле для работы археологов. Что же история ни чему не учит человечество.
В заключение посмотрим на мировую обстановку с урбанизацией. Наверное, не будет ошибкой, что многие индустриальные и постиндустриальные страны больны этой смертельной «раковой» болезнью. И метастазы разрастаются все больше и больше губя все новые и новые народы. Если наша цивилизация не найдет эффективный баланс между городом и селом, то через определенное время она может оказаться на грани краха и вымирания. И тогда мечтать о завоевании, так манящего сегодня, дальнего космоса будет просто некому. Люди состарятся, а смены им не будет.
А что же Святая Русь? Будущее ее, к сожалению, безотрадно.  Она сойдет в своей истории в небытие, может и памяти о ней совсем не останется в информационных анналах будущих землян. Ну ни она первая, ни она последняя на планете. Хотя ее судьба может и стать теми граблями, на которые постараются не наступить наши далекие потомки.
Евгений ИВАНОВ