Учение о Двоице 65. Часть 7. Перевёртыщ

Раздел I: Богословие (теоретическая часть)

65. Коловрат

Часть 7: Перевёртыш Коло, всё во всём

Мы прошли через несколько традиций.
Мы видели, как викканское Колесо Года вращает восемь саббатов,
как славянский солнечный хоровод
ведёт Коляду к Яриле, Купале и Овсеню,
как египетский скарабей катит солнце
через утро, полдень, вечер и ночь.

Мы смотрели на эти круги извне -- как на карты, как на схемы,
как на праздничные календари.
Но теперь пришло время заглянуть внутрь этого круга.
Ибо Коловрат -- не только символ ...,
орнамент народных промыслов или пережиток старины.

Это -- живая схема становления Ипостасей в Тетраде,
Энтелехия Креста в Круге,
в которой каждая точка содержит все остальные
и в которой первый становится последним, а последний -- первым.

Мы подходим к тайне, которую можно назвать
Перевёртышем первого и последнего.
Это не игра ума. Это -- закон, который раскрывается,
как только мы перестаём мыслить Тетраду линейно,
как только последовательность Сначала -- Потом.

Ибо в живом движении Божественной Жизни
нет ни Сначала, ни Потом. Есть одновременность --
но одновременность не статичная, а пульсирующая,
где каждая Ипостась присутствует в каждой точке,
но в разном состоянии становления.

Солнце -- живой Коловрат

Солнце -- самый простой и самый глубокий образ Круга.
Оно восходит на востоке -- и это Начало.
Коляда. Младенец, ещё слабый, ещё не греющий, но уже обещающий.
Оно достигает зенита -- и это Продолжение. Купала.
Муж в расцвете сил, в самом сердце лета, в триумфе света.
Оно заходит на западе -- и это Конец.
Овсень. Старик, усталый, но мудрый, отдающий последнее тепло.
Оно уходит в ночь и возвращается в утренней заре --
и это Возвращение. Новое рождение, новый виток, новое утро.

Но вот что важно: в каждой из этих точек оно -- то же самое Солнце.
В полдень оно уже несёт в себе закат.
В полночь оно уже несёт в себе рассвет.
В зените -- тень, ибо свет без тени не был бы светом.
В затмении -- надежда, ибо тьма не может победить окончательно.
Солнце не перестаёт быть собой, проходя через все свои состояния.
Оно не Сначала, не Потом -- оно всегда.
Всегда то же. Всегда иное. Всегда одно.

Сезоны -- Коловрат во времени

Сезоны -- это тот же Круг, но растянутый во времени.
Весна -- это Дочь. Девочка. Девица. Невеста. Начало.
Кора. Нимфа. Чистая потенция, ещё не раскрывшаяся,
но уже полная обещания.
И это Сын...
Лето -- это Жена. Женщина. Бальзаковский возраст. Акме.
Полнота. Зрелость, Сила взвешенных решений, торжество жизни.
И это Муж...
Осень -- это Мать. Матрона. Госпожа. Донна. Миледи.
Жница. Отдача. Жертва, приносящая плод.
И это Отец...
Зима -- это Старица, Ветхая Мать. Покой. Завершение, тишина, молчание перед новым словом.
И это -- Старец...

И в каждом сезоне уже присутствует следующий.
В весне -- лето, ибо весна не была бы весной без обещания тепла.
В лете -- осень, ибо лето не было бы летом без предчувствия жатвы.
В осени -- зима, ибо осень не была бы осенью без тишины,
которая грядёт.
В зиме -- весна, ибо зима не была бы зимой
без надежды на пробуждение.

Не Сначала, а Всегда. В каждом сезоне -- все четыре,
но в разной пропорции. Весна -- это не только весна,
это весна с потенцией лета внутри!
Зима -- это не только зима, это зима с улыбкой весны внутри.

Тень и свет -- два состояния одного

Свет даёт жизнь, но и тень нужна для жизни.
Свет без тени -- выжигает. Тень без света -- умерщвляет.
Они не враги, они -- два состояния одного.
Солнце даёт в движении и то, и другое. И в этом -- его полнота.
Так и в Тетраде: Отец и Мать, Сын и Дочь, разумеется,
не добро и зло, не свет и тьма в дуалистичном смысле
войны праведности и греха мира сего.
Они -- Два состояния одного бытия,
которые переходят Друг в Друга, не переставая быть Собой.
Отец становится Сыном, Сын становится Отцом.
Мать становится Дочерью, Дочь становится Матерью.
Не в смысле Сначала и Потом,
а в смысле вечного круговращения,
где каждая Ипостась проходит через все состояния;
одно и то же Солнце на восходе, в зените и на заходе.
Отец в Сыне, и Сын в Отце. Мать в Дочери, и Дочь в Матери.
Всё во всём Единый Бог-Дух.

Магия зерна и колоса -- первый становится последним, а последний первым

Теперь мы подходим к главному.
В зерне уже присутствует колос, а в колосе -- новое зерно.
Отец-Колос умирает, чтобы родился Сын-Зерно,
но Сын уже есть в Отце, как колос в зерне.
И в колосе Отец умирает, чтобы родился Сын,
но Сын уже есть в колосе, как зерно в колосе.
Разница только в состоянии становления:
в зерне -- начало, в колосе -- завершение; но оба всегда есть.

Отец может быть и первой, и третьей Ипостасью.
В зерне Он -- первая, ибо Он -- Исток, из которого всё исходит.
В колосе Он -- третья, ибо Он -- Тот, Кто завершает,
Кто отдаёт себя, Кто умирает, чтобы жили другие.
Один и Тот же. Но в разных состояниях.

Мать может быть и второй, и четвёртой.
В зерне Она -- вторая, ибо Она — Лоно, принимающее семя.
В колосе Она -- четвёртая, ибо Она -- Та, Которая уходит,
Та, Которая завершает, Та, Которая отдаёт всё последнее, до конца.
Одна и Та же; но в разных состояниях.

Сын может быть и третьим, и первым.
В зерне Он -- третий, ибо Он -- Тот, Кто начинается,
Тот, Кто рождается. В колосе Он -- первый,
ибо Он -- новое зерно, новый Исток, новое начало.
Один и Тот же; но в разных состояниях.

Дочь может быть и четвёртой, и второй.
В зерне Она -- четвёртая, ибо Она -- Та, Которая принимает,
Та, Которая завершает цикл.
В колосе Она -- вторая, ибо Она -- новое Лоно,
новое принятие, новое начало.
Одна и Та же; но в разных состояниях.

Вот он, принцип перевёртыша в действии,
когда Первый становится Последним, а Последний -- Первым.
Но не в смысле Раньше и Позже.
А в смысле: в каждой точке -- все.
В зерне -- и Отец, и Сын, и Мать, и Дочь.
В колосе -- и Отец, и Сын, и Мать, и Дочь.
Разница только в том, Кто из Них в какой фазе:
Кто умирает и завершает Своё становление,
Кто рождается и начинает Своё становление,
Кто отдаёт, Кто принимает, Кто завершает, Кто начинает;
но всё во всём -- единый Бог.

Эстафета

В смене космических сезонов наглядно заложен
закон Священного Перевёртыша,
где смерть и жизнь непрестанно меняются местами
в ритме движения Божественной Эстафеты.

Вглядимся ещё раз в обычное Зерно: оно умирает в почве,
распадаясь в темноте -- это жертвенный финал Отца.
Но в той же самой точке и в то же мгновение
в нём начинается Сын -- невидимый, но уже живой Росток.

Вглядимся ещё раз в обычный Колос: его срезают и обмолачивают --
это смерть Отца, совершившего Свой бег.
Но в той же самой точке в Его недрах рождается Сын --
новое Семя для будущего сева.

Точно так же Мать и Дочь соприкасаются
в каждой координате бытия: угасание одной формы
мгновенно становится рассветом другой.

Здесь нет разделения -- в едином пункте передачи
эстафетной палочки Жизни
оба Начала нераздельно соприсутствуют вместе.

Вспыхивает снова явление, которое каждый наблюдал
много раз своими глазами и переживал своим бытием:
Отец есть не Кто иной, как Сын,
уже совершивший свой цикл становления,
а Сын -- это Отец, которому ещё только предстоит Им стать.

Они сжимают одну палочку для передачи на Эстафете
по Пути Жизни в Начале, в Середине и в Конце ....
В этом личностном беге Любви
Первый становится Последним, а Последний -- Первым,
навек замыкая Крест-Коловрат
в Сердце Софии Премудрости и Уме Спасителя Мира.

И в этом смысл Устремления на ристалище
верующих в Иисуса Христа,
чтоб пройти свою дистанцию, своё поприще,
пронести свой крест и принести плод в Житницу,
на поприще времени Жатвы Господа.

**