Волос

Твой волос застрял у меня где-то в гортани.
Не знаю, вот тяну его, тяну и чувствую,
что меня сейчас стошнит.
Я пытаюсь его вытащить,
но он как будто запутался внутри.
Я до этого другие волосы вытаскивал,
и было всё складно,
максимум кашлял.
А тут вот так.
Я бегу по библиотеке с открытым ртом
и тоненьким длинным чёрным волосом,
выпирающим наружу.
Чисто два мелких спрута торчат изо рта.
И душат.
С каждой секундой всё больше.
Ищу тебя в помощь.
А ты непонятно где.
Спускаюсь с Ленинки на -1 этаж с желанием поскорее нырнуть в уборную
и тупо там попробовать избавиться от волоса.
Проблеваться.
Не знаю, двумя пальцами; тремя; рукой в рот,
но чтобы он уже наконец-то вылетел.
Уж очень он сильно связался в узел внутри.
Ты нежданно влетаешь в мужскую уборную
и начинаешь крушить стуком кабинки.
Ищешь меня.
Приятно.
— Шестая, Аполь, Шестая!
Угадала.
Зашла.
А я уже задыхаюсь.
Краснею. Синею.
Ты топчешь мои ноги своими ботфортами и
открываешь мне рот.
Видишь свой волос.
Хватаешь двумя пальцами язык
и убираешь его метко.
Я замолчал, но мне больно.
Дальше проходишь и находишь узел.
Слегка смакиваешь пальцы коньяком,
что был у тебя в кармане куртки,
и вновь погружаешься внутрь.
Ой.
Нашла.
А я тебя не видел пару суток
и уже успел соскучиться.
Помечтать.
Как ты?
Как дела?
Почему оказалась там?
Как так быстро успела прибежать в библиотеку?
Ловким движением ты как-то распутываешь этот волос
и тянешь его из гортани.
Секунда,
двадцать,
тридцать,
шестьдесят.
Вытащила.
Смотришь мне прело в глаза.
А я, собственно, тоже.
Ну как помню.
Пробегает слеза от тебя.
Аккуратно собираешь волос, как чеки упаковываешь.
Собираешь…
Как всегда любила их собирать,
когда я водил тебя по фастфудам,
и они выкатывались из рук какого-то мигранта.
По сантиметру в ширину и дальше не важно,
какая длина у этого белого листка с чёрными буквами и цифрами.
А потом берёшь и смываешь его в унитаз.
Убегаешь.
 
А я лежу в кабинке и не могу.