Ох уж эти женщины. Развод на обдумывание

                Глава 1.               
     На будильнике светятся зелёным цветом цифры 6:00. Второе сентября. Я лежу в своей постели уже час. Я не хочу спать. Я не хочу вставать. Я со вчерашнего дня в отпуске. Целый месяц мне предстоит провести без похода на работу. Я лежу и смотрю в потолок. Я просто обдумываю наши с женой отношения. Дочь вышла замуж и переехала жить к мужу. У него есть своя квартира. Однокомнатная, но не съёмная, как у многих молодых пар. И не совместное житьё с родителями одного из супругов. Вроде бы всё прекрасно, можно пожить и для себя с женой. Но не тут то и было, уже полгода мы очень мало общаемся между собой, спим в разных комнатах, каждый в своей постели. Словно именно наша дочь являлась стержнем нашей семьи. А теперь стержень вынули, и семья рассыпалась. Каждый сам по себе.
     Нет, мы не ругаемся. В молодости мы часто ругались и спустя полчаса бежали друг к другу мириться. Сейчас словно холодное равнодушие с обеих сторон. И не понять почему это случилось с нами. Довольно рассуждать мне на эту тему. Возможно всё вернётся в свою колею, просто нужно вытерпеть этот идиотский период и не сорваться на пустяках.
     7:00. Я встаю, надеваю халат и тапочки, застилаю постель и иду в ванную на утренние водные процедуры. Всё идёт согласно старому, давно заведённому мной порядку. Только с той разницей, что мне не нужно сегодня идти на работу.
     Я выхожу из ванной и прохожу на кухню. Наливаю в чайник воду и ставлю кипятить. Тем временем я достаю из сушилки два блюдца и две фарфоровые кружки. Достаю из холодильника масло, сыр, ветчину, вытаскиваю из хлебницы хлеб, режу его на куски и тщательно намазываю пару кусков хлеба тонким слоем масла, укладываю сверху нарезанные тонко два кусочка сыра и кладу их на одно блюдце. Это жене.
     Теперь я накладываю толстыми кусками масло на один кусок хлеба. На другой кусок кладу толстый кусок ветчины. Кладу на другое блюдце. Это мне. Так давно заведено в нашей семье. Кто встал первым – готовит завтрак. Жена любит, когда масло лишь едва намазано на хлеб и тонкие ломтики сыра. Я же в понедельник накладываю толстые куски масла и до следующего понедельника мне это масло на дух не нужно. Все остальные дни недели по утрам я ем бутерброды с ветчиной или колбасой. Сыр я ем редко, может раз в месяц.
     Чайник закипает и отключается. Я насыпаю в кружки кофе, сахар, заливаю кипятком и добавляю в одну кружку сливки, которые достаю из холодильника. Это жене. Я всю свою жизнь пью чёрный кофе. Не люблю издеваться над ним всякими добавками кроме одной чайной ложки сахара. Я беру с блюдца бутерброды, другой рукой поднимаю со стола кружку, подхожу к окну и смотрю вниз во двор.
     Я делаю глоток кофе, затем откусываю от бутерброда и жую, поглядывая вниз. Во дворе народ спешит по своим делам. Кто-то на работу, кто-то в школу, малышню родители тащут в ясли. Я вспоминаю как я сказал жене накануне первого сентября, когда дочь уже закончила учёбу в институте:
     - Ты помнишь, какой завтра будет день? – Она подумала и ответила: - первое сентября. А что?
     - Запомни этой сегодняшний день. Сегодня впервые за долгие годы нам ничего не нужно дочери для её учёбы.
     Входит жена. Она уже совершила утренний моцион в ванной и зашла позавтракать. Её кофе уже тёплый, но именно тёплый она и любить пить. И я это давно знаю. Она садится за стол. Спиной я ощущаю её нервное напряжение. Я продолжаю пить кофе и доедаю бутерброд.
     - Доброе утро, Коля, – произносит она.
     - Доброе утро, Марина, - отвечаю я и допиваю свой кофе.
     - Нам нужно серьёзно поговорить, - говорит она. – Нам уже давно нужно серьёзно поговорить. Коля, перестань глядеть в окно, сядь за стол и посмотри на меня.
     Я поворачиваюсь, подхожу к столу, ставлю кружку на стол, отодвигаю табурет, сажусь и смотрю на жену:
     - О чём? – спрашиваю я её.
     - О нашей дальнейшей жизни вместе. Или отдельно, каждый своей жизнью. Так дальше не может продолжаться. С этим что- то нужно делать и немедленно, - она смотрит мне в глаза.
     - С чем с этим, и что делать? И тогда нужно добавить - кто виноват? – я пытаюсь перевести всё в шутку. Но она даже не улыбнулась. Она даже взгляд не отвела.
     - Наша семейная жизнь зашла в тупик. Мы живём словно чужие люди, Коля. Я долго думала и решила подать на развод. Мне кажется, что моё место в твоём сердце заняла другая, помоложе меня. А что, сейчас это модно. Вырастили детей и разбежались в разные стороны. Сколько таких случаев показывают по телевизору.
     - То-то и оно, что по телевизору показывают всякую ерунду и сплошное шоу, а люди за чистую монету всё воспринимают и тащут эту киношную сиропную ерунду в свою жизнь. А может лучше жить своей жизнью, а не киношной, выдуманной и снятой для развлечения? Ты вот насмотрелась этого всего и тебя на развод потянуло. Может это не у меня молодая любовница на твоём воображении появилась, а ты нашла помоложе и амбициознее? – срываюсь я. Затем делаю медленно несколько вдохов- выдохов и успокаиваюсь. Характер у меня резко – вспыльчивый, но быстро отходчивый. Затем спокойно говорю жене:
     - Я понимаю, со мной жить нелегко. Я тоже сейчас в каком-то идиотском состоянии. Ты вот завела сейчас разговор про развод. Ты надеешься, что я сейчас тебе и выложу, что я давно согласен на него. Ты спокойно соберёшься и пойдёшь на работу, по пути объясняя подругам, какой я козёл и сволочь. Так?
     - Во-первых, я на работе взяла отгул именно для нашего с тобой серьёзного разговора. Чтобы это было не на бегу, а просто спокойный разговор по душам. Во-вторых, я тебя никогда не считала ни сволочью, ни козлом, ни кем-то ещё из этой серии. В-третьих, у меня никого нет, ни моложе, ни амбициознее. Просто я устала так жить, поэтому хочу развод. – она тоже спокойна. – Мне постоянно кажется, что ты хотел развода со свадьбы, может это и глупо, но мне так кажется.
     - Бывали моменты, что я хотел тебя убить, но развестись с тобой никогда не хотел, – снова пробую я шутить. Но она этой шутке даже не улыбнулась. Внезапно мне в голову приходит идея выхода из этого тупика. Я делаю вдох, выдыхаю, и спокойно говорю Марине:
     - Ты хочешь развод? Хорошо. Давай не будем торопиться с этим. Не так-то просто кинуть псу под хвост наши совместно прожитые годы. Давай сделаем так. Я сейчас соберу чемодан и уеду куда-нибудь на этот месяц, или пару недель. Найду пристанище на это время. Можно бы на даче пожить, но это дача твоих родителей. Напрошусь в гости к друзьям или сниму номер в гостинице. Это всё сейчас неважно. За это время и я разберусь со своими чувствами, и ты со своими. А вот когда я обратно сюда приду, тогда и будем говорить о разводе. Если ты уйдешь из этой квартиры, то значит твоё решение развестись - твёрдое. Мы разводимся. Думаю, что это будет лучший вариант, - я встаю, беру свою кружку и блюдце, споласкиваю их в раковине под струёй воды, ставлю в сушилку и иду собирать чемодан. Марина остаётся на кухне.
     Переодевшись и собрав чемодан, я подхожу к входной двери. Я смотрю в сторону кухни. Я не знаю, что нужно говорить в таких случаях. Я не смотрю женские сериалы. Я вижу, что Марина опустила голову на положенные на стол руки и тихо плачет. Немного потоптавшись с чемоданом у порога, открываю дверь и выхожу в подъезд. Я достаю ключи и закрываю дверь. Затем спускаюсь по ступенькам вниз и выхожу на улицу.

                Глава 2.
     Я иду по улице с чемоданом в руке и пытаюсь обдумать свои дальнейшие действия. Звонить друзьям с просьбой приютить на месяц я не хочу. Начнут сочувствовать и давать советы. В гостиницу мне тоже нельзя. Мало ли кто увидит меня там или на выходе. Ни к чему мне сплетни. Не то чтобы я боюсь чужого мнения на свой счёт, мне на это, как говорит моя дочь, фиолетово. Просто было бы здорово уехать на это время куда-нибудь подальше, желательно в тихое место, чтобы всё обдумать.
     Мой взгляд упирается в афишу турагентства на витрине торгово- развлекательного центра. На ней загорелая девица приглашает желающих в путешествия. А что, может это вполне нормально будет для меня. Я смотрю на часы. До открытия этого турагентства ещё девять минут. Подожду. Мне же целый месяц некуда спешить.
   
     Я вхожу в агентство (хм, раньше такое заведение называли конторой). За офисным столом сидит блондинка лет тридцати, скорее уж крашенная, чем натуральная. Она с удивлением смотрит на меня. Действительно, я имею довольно смешной вид, заявившись сюда с самого открытия и со своим чемоданом.
     - Здравствуйте, - говорит она. – Чем могу я быть вам полезна.
     - Здравствуйте, - отвечаю я. – Всем можете быть мне полезны. Я бы хотел отправиться в любое туристическое путешествие прямо сейчас. Я даже чемодан уже собрал для этой цели.
     Я подхожу к столу, ставлю свой чемодан возле стула для посетителей, снимаю шляпу и сажусь на этот стул. Затем кладу ногу на ногу и кладу на них шляпу. Блондинка смотрит за моими манипуляциями, не проронив ни слова.
     - Мне нужен любой маршрут, но именно сегодня. На срок не более месяца. Есть ли у вас что-либо подходящее? – Говорю я, глядя блондинке в глаза. Её ошарашенный вид сменяется на деловой. Она достаёт журнал из стола, открывает его и водит пальцем по страницам.
     - У вас есть загранпаспорт? – спрашивает она, отрывая свой взгляд от журнала и взглянув на меня. Я отрицательно мотаю головой. – Понятно, – она снова утыкается в журнал и водит пальцем по страницам. - Тогда есть несколько маршрутов по России, но самый ранний только через четыре дня. Будете ждать? -  она смотрит на меня.
     - Да ждать мне некогда и нечего, – говорю я с досадой. – а в других агентствах может быть что-нибудь подобное? Хотя, вы же конкуренты.
     - Что, так сильно всё достало, что готовы бежать хоть куда? – участливо спрашивает блондинка. Я согласно киваю головой:
     – Не поверите. Очень достало. Готов в деревню, в глушь, лишь бы отсюда побыстрее.
     Блондинка с пониманием смотрит на моё грустное лицо, затем, немного подумав, произносит:
     - А как вы относитесь к домам отдыха у озера? У меня подруга работает администратором в одном таком, могу поинтересоваться свободными местами. Вы можете там переждать эти несколько дней. Как вам такой вариант?
     - А что, неплохая мысль. А что, если там нет свободных мест? – спрашиваю я.
     - А я сейчас и узнаю у подружки об этом. Звоним ей, или как? – спрашивает она меня. Я согласно киваю головой. Какая разница, где жить эти дни. Главное – исчезнуть из города. Может у озера и отдохну лучше, чем в турпоходе. Блондинка берёт со стола свой телефон, ищет номер подружки, набирает и подносит телефон к уху. Слышны гудки, затем щелчок соединения.
     - Алло, Катя, привет, дорогая, извини, что так рано тебе звоню. А, ты на работе, понятно. Слушай, родная, у меня просьба к тебе есть личного характера. У вас в доме отдыха есть свободные места, чтобы уже сегодня заселиться? – пауза. – Что, сегодня один уехал и номер освободил? Даже однокомнатный? – она смотрит на меня и, прикрыв телефон ладонью, шепчет: - Однокомнатный номер подойдёт, или вам с соседями нужен?
     - Подойдёт, - я тоже перехожу на шёпот. – Сейчас мне как раз и нужен однокомнатный.
     - Однокомнатный ему подойдёт. Ты забронируй этот номер для него, пожалуйста. Он придет и рассчитается с тобой. Чем?  Шоколадкой. Что, какой он из себя? – блондинка окидывает меня взглядом. – Симпатичный. С юмором. Тогда шоколадки мало? Ну вот приедет и решите это на месте. – Блондинка заливисто смеётся. Затем становится серьёзной. – Туда к вам каким автобусом добраться можно? Диктуй, я запишу. – она берёт ручку и что-то пишет на листке. – Записала. Спасибо, дорогая, целую в обе щёчки. Как-нибудь мы с Пашкой время выберем, да к вам в гости нагрянем. С нас вино и шампанское. С вас сауна и бассейн. Ну ладно, пока. – Блондинка отключила телефон, посмотрела на меня, затем придвинула листок бумаги.
     - Здесь я записала вам телефон нашего агентства, название дома отдыха с одноместным номером и телефон, и номера автобусов, которыми можно туда добраться с автовокзала.  Я была в такой ситуации, когда хоть в петлю головой, поэтому я вас и понимаю. Счастливо отдохнуть. Надумаете через четыре дня сменить маршрут – звоните.
     - Огромное вам спасибо за заботу обо мне, которую вы могли и не делать. Желаю вам всего наилучшего, - я надеваю шляпу на голову, встаю, беру свой чемодан и иду на выход.

*                *                *

     - Один билет до дома отдыха " Ромашка", - говорю я кассиру на автовокзале. – Желательно на ближайший рейс.
     - На транзитный рейс вас устроит? – спрашивает кассир. -  Через десять минут посадка. Автобус заедет к дому отдыха, а затем он отправится дальше. - Я согласно киваю головой. Кассир заполняет мой билет, я оплачиваю, и иду в зал ожидания.
     Я со своим чемоданом словно из прошлого. Сейчас большинство не несут в руке чемодан, а катят на колёсиках. Что тут поделать, я лет пятнадцать никуда с чемоданом не ездил.
     - Объявляется посадка на рейс…………..- раздаётся голос из громкоговорителя. Я смотрю на свой билет, проверяя номер рейса и маршрут. Мой автобус ждёт меня на платформе №4. Ну вот и начинается моя «холостяцкая жизнь». Я иду к выходу из автовокзала на посадочную платформу.


     Я подхожу к багажному отделению автобуса, чтобы положить туда свой чемодан. Какая-то женщина возится со своим новомодным чемоданом, пытаясь сложить ручку. Что-то не получается. Я молча беру у неё чемодан и пытаюсь сложить ручку. Похоже, что трубки слегка заклинили. Я с силой загоняю ручку и укладываю его в багажник.
     - Спасибо. Я бы, наверно, сама не справилась. – говорит женщина и уходит к входной двери автобуса. Я укладываю свой чемодан в багажник и направляюсь следом. Водитель автобуса закрывает багажник. Все пассажиры уже занимают свои места в автобусе.
     Я прохожу по салону автобуса в поиске своего места. Найдя его, я усаживаюсь в кресло и пристёгиваюсь ремнями. Очередное нововведение в действии. Это я про ремни.
     - Ещё раз спасибо за помощь. – обращается ко мне женщина, сидящая рядом со мной, но у окна. Я окидываю её взглядом. Женщина лет 35 – 40, шатенка с карими глазами, довольно неплохая фигура. Это та самая женщина, которой я помог с чемоданом. Там, у багажника, я и не разглядел её, занятый своими мыслями.
     - Пожалуйста. Там просто или пыль или песок попали между трубок, вот и клинит. По-хорошему бы нужно было разобрать их и прочистить, но этим пусть ваш муж займётся на досуге. Приедете домой и расскажите ему о проблеме, - отвечаю я.
     - Я не замужем. Поэтому и проблему буду решать сама, - произносит женщина. – Меня зовут Галина, можно без отчества, не на светском приёме. Как-то неудобно быть инкогнито с вами. Нас же познакомил мой чемодан. – она улыбается.
     - Николай. Согласен без отчества и можно даже на «ты», если позволите, - шутливо отвечаю я.
     Автобус медленно отъезжает от посадочной площадки. Затем мы едем по городу некоторое время. И вот автобус выезжает за город на трассу и увеличивает скорость. Всё это время Галина смотрела в окно, пока мы не выехали на трассу. Сейчас она поворачивает своё лицо ко мне и спрашивает:
     - А вы местный, Николай, или приезжий?
     - Всё зависит от ситуации. Вот в городе я был местный житель, а в том месте, куда приеду, я буду приезжим, - шутливо отвечаю я, тоже слегка повернув голову в её сторону.
     - А я вот и в этом городе была приезжей, и там, куда приеду, буду приезжей. Вот такое у меня пока постоянство в этом. - Говорит Галина, улыбнувшись, – а ваш город довольно красив и интересен. Я заметила это из окна автобуса.
     - Он красив и интересен не только из окна автобуса. Сибирский городок, каких здесь немало, но со своими достопримечательностями. А вы, то есть, ты, Галина, откуда будешь, если не тайна? – задаю я ей вопрос.
     - Не тайна, из Екатеринбурга, бывшего Свердловска, бывшего Екатеринбурга, - отвечает Галина.
     - И что же занесло тебя в наши края, из столичного города, да в провинцию? У вас там тоже очень красивые места, бывал в молодости я в ваших краях. Командировка по службе, или иное? – мне становится интересно.
     - Да что-то надоели мне турпоездки за границу. Хочется свою страну посмотреть. Ощутить её величие не только на карте. Мы с подружкой раньше вместе путешествовали, были на Байкале, в Карелии, в Крыму, по Уралу поездили вдоволь, во многих местах побывали, а тут вот не сложилось. На работе у неё аврал. Не отпустили. А мне она посоветовали сюда приехать отдохнуть, полюбоваться красотами. Она сама из этих мест родом, вот и направила меня сюда в какой-то дом отдыха "Ромашка". Маршрут мне весь составила и написала, как сюда добраться. И телефон этого дома отдыха в мой телефон внесла, чтобы я номер забронировала. Там говорит и природа хорошая, и озеро красивое.  И всё очень красиво именно осенью, когда природа красит всё разными цветами, словно желает, чтобы человек всё это запомнил до следующего сезона. Вот я и взяла путёвку на десять дней с полным пансионом. Вы там не бывали? – она смотрит на меня внимательно, ожидая ответ.
     - Не бывал, не доводилось пока. Но вот сейчас я именно туда и направляюсь. Тоже посоветовали. В одном агентстве, даже место забронировали, - отвечаю я, вспомнив Светлану из того агентства, что попыталась сделать добро для совсем незнакомого ей человека.
     - Как интересно то всё сложилось. Наверно это Судьба нас свела, - смеётся Галина.
     - Уверяю тебя, что в эту "Ромашку" здесь не только мы одни едем. На вокзале было много народу на посадку. Конечно, они и дальше могут ехать, но и до дома отдыха тоже хватает народа. Кстати. Это какой-то верх идиотизма – назвать дом отдыха у озера "Ромашкой". Не "Лилией" или "Лотосом", а степным цветком "Ромашка". Не находишь?
     - Да как-то я не обратила внимания на это. А сейчас, да, нелепо звучит. Но таких нелепостей везде на каждом шагу полно. Я встречала в степи гостиницу с названием "Буревестник". Каково? Морская птица в степи. – Галина смеётся.
     - Мы вот проезжали по моему городу мимо ветлечебницы. Ты обратила внимание на её название? – Спрашиваю я Галину.
     - Не видела. Неужели "Айболит"? По всем канонам подходит именно он. Многие ошибочно считают его педиатром, детским врачом, и вешают его изображение на детские поликлиники, - неуверенно отвечает Галина.
     - "Артемида", - говорю я. – богиня охоты. Совсем не подходящее название.
     - Но ведь она ещё и покровительница всего живого. Вроде так. – Галина неуверенна.
     - Верно, но это уже во вторую очередь, которую большинство людей и не знает, - продолжаю я. - А ещё из этой серии. Мне приятель прислал из командировки вывеску одного винного магазина: "Диоген" – лучшие вина от производителей". И рядом рисунок древнего грека, выглядывающего из бочки. Иногда складывается у меня ощущение, что троечники, а уж скорее двоечники пришли в бизнес. Денег куча, а знаний нет. Ну, если ты богатый, но тупой, то найми умного, заплати за его знания, чтобы не позориться на весь мир. Я, конечно, понимаю, что Диоген мог жить и винной бочке, и, лёжа в бочке под винными парами, мог часами философствовать. Но почему про Диониса то не вспомнили? Это же он бог виноградарства и виноделия. – мы весело смеёмся.
     - А у нас, в Екатеринбурге, есть вывеска – вверху надпись - автоэвакуатор, внизу номер телефона. А посреди вывески название фирмы.  Но вот название у этой фирмочки совсем не к месту. Как думаешь, какое название можно было придумать для автоэвакуатора? – Галина смотрит на меня и хитро улыбается.
     - Даже не знаю. "Спаситель ", "дед Мазай", да мало ли как. – недоумеваю я.
     -"Камикадзе", я нисколько не шучу. Именно так называется фирма. А я просто представляю себе такую картину: водитель с лентой смертника на голове, а именно так и переводится камикадзе, стиснув зубы, мчит сломанную машину на СТО. – Мы снова смеёмся.
     - Вообще-то "камикадзе" переводится не как смертник, а что-то связанное с ветром. А, вспомнил, так назвали тайфун, который погубил монгольский флот. Что-то – ветер Бога, божественный ветер. Мне про это приходилось читать. Но твоя версия мне тоже нравится. Да и назвать фирму автоэвакуатора - "Божественный ветер", тоже несерьёзно, – говорю я Галине, смеясь.



     Автобус быстро едет по трассе и везёт нас в дом отдыха. За окном мелькают столбы с указателями километража, отсчитывающие всё увеличивающееся расстояние до моего города. Я оглядываю салон автобуса. Некоторые пассажиры спят или дремлют, кто-то слушает в наушниках радио, книгу или песни, кто-то смотрит в окно. Мы с Галиной весело болтаем на разные темы.

                Глава 3.
      Автобус сворачивает с трассы, проезжает пару километров и останавливается у шестиэтажного здания и вывеской "Ромашка " над центральным входом. Всё. Мы на месте. Мы выходим из автобуса и собираемся возле багажного отделения автобуса, чтобы забрать свои чемоданы. Нас всех, приехавших сюда, шесть человек. Мы оглядываемся по сторонам. Мы здесь впервые. В общем, пока впечатляет. Из автобуса выходит водитель и открывает багажник. Все разбирают свой багаж и устремляются ко входу в здание. Водитель возвращается в автобус, и автобус, сделав плавный разворот, уезжает обратно на трассу. Ему ещё предстоит долгий путь. А я снова вожусь с ручкой чемодана Галины, изображая джентльмена. Наконец я выдвигаю ручку чемодана, и мы тоже устремляемся ко входу в дом отдыха.


     Мы входим в холл здания. Прямо перед нами стойка администратора, сейчас модно называть это" ресепшен". Рядом со входом расположился уголок отдыха для отдыхающих. Там на мягком диване сидит парочка и оживлённо беседуют. Там же и стойка с импровизированным буфетом, где молодая девушка продаёт кофе и другие напитки. Так же можно купить и сладости для кофе или свежую, я надеюсь, выпечку.
     Галина, увидев этот буфет, останавливается и говорит:
     - Я не сдвинусь с места, пока не выпью сейчас кофе. Всё остальное – потом, после кофе. Как насчёт кофе, Николай? – она смотрит на меня внимательно.
     - Спасибо, нет. Я уже утром выпил свой кофе. Я его пью только один раз в день. – Я умолчал, какой осадок у меня с сегодняшнего утреннего кофе в душе. Галина, поставив свой чемодан у дивана, отправляется пить кофе. Я прохожу на ресепшен.


     За стойкой стоит молодая женщина лет тридцати, может немного больше, высокая, брюнетка с голубыми глазами. На груди фирменного костюма красуется бейджик с именем. «Катерина». По всей видимости это и есть та самая Катя, к которой меня направила Светлана.
     - Здравствуйте, Катерина. Кстати, почему Катерина, а не Екатерина? Сразу возникает в моей памяти имя царицы Российской империи – Екатерина Великая, – говорю я и смотрю ей в глаза.
     - А это нужно у моих родителей спрашивать, почему меня так записали при рождении. Наверно сразу было видно при рождении, что царица из меня не выйдет, только администратор этого дома отдыха, - отвечает она шутливо. – Вы к нам по путёвке или сами номер бронировали? Я так поняла, что вы с супругой приехали, с той, что сейчас кофе пьёт?
     - Я приехал вместе с той женщиной, что сейчас пьёт кофе, но она мне совсем не супруга. Попутчик. А меня к вам направила ваша подруга, Светлана. Она вам утром звонила. Она мне сказала, что для меня есть одноместный номер, сегодня он освободился, – проясняю я ситуацию. – И у меня даже есть особый пароль для встречи с вами. – Я кладу перед ней на стойку шоколадку, купленную мной для этой цели на вокзале.
     - А, Светланка. Понятно. Да, номер я придержала до вашего приезда. Там уже прибрали. Будем оформляться? - Катерина забирает шоколад и вопросительно смотрит на меня.
     - Будем. А куда подевались люди, что вместе с нами приехали, не секрет? – спрашиваю я, доставая свой паспорт и протягивая ей.
     - Уже оформились. Нас здесь двое. Когда подъезжает автобус, то мы вдвоём работаем. Так быстрее оформить. А так по одной. У нас кроме оформления ещё работы полно. Да и у них же путёвки, там оформлять быстрее. – говорит Катерина, взяв мой паспорт, и начинает процедуру оформления. Я же мысленно возвращаюсь к событиям утра.


     - Николай, вы слышите меня? – я возвращаюсь в реальность. – Вот ваш паспорт, ваш браслет от номера, на нём цифры от вашего номера, первая цифра – это этаж. Наденьте на руку, так удобнее. Столовая находится на втором этаже. Расписание работы столовой у вас в номере на стене у входа в номер, не опаздывайте. Вот ваш номер стола и талон на питание в столовой. Я положу его в ваш паспорт. Столы у нас на 6 персон, так что если желаете беседовать за столом, то собеседников хватит. Я оформила вас пока на двое суток, захотите продолжить отдых – приходите, оформим продление. Расчётный час – 12.00 по местному времени. Вопросы есть?
     - Есть. Откуда вы узнали моё имя? - задаю я глупый вопрос.
     - Из вашего паспорта, - отвечает она с улыбкой. - Рассчитываться будете картой, наличными?
     - Картой. – Я прикладываю карту к считывателю. Катерина отрывает чек и подаёт мне. Затем она делает мне приглашающий жест в сторону лифта.
     - Добро пожаловать в наш дом отдыха. Желаю вам приятного отдыха здесь. – произносит она с уже дежурной улыбкой. Я беру свой чемодан и направляюсь к лифту.


     Я нажимаю кнопку вызова лифта. Где-то вверху начинается жужжание. Я оборачиваюсь. Галина допила кофе и спешит к администратору оформляться. Катерина смотрит в мою сторону. Я улыбаюсь ей и подмигиваю. За спиной лифт открывает свои двери, я вхожу и нажимаю кнопку нужного мне этажа.
     Я смотрю на себя в зеркало в лифте. Да, вполне нормальный мужчина. Рост 178, блондин с голубыми глазами, фигура не вполне спортивная, но без пивного живота. На мне не спортивный костюм и не джинсовый. Я не спортсмен и не золотоискатель. Обычный гражданский костюм, состоящий из брюк, жилетки и пиджака. На моей голове шляпа, под ней уже заметная лысина. Для 48 лет это вполне нормально. Хотя, многие и в 90 лет имеют полный набор волос на голове. В общем обычный мужчина, мимо которого можно пройти и не обратить никакого внимания на улице. А что до моего внутреннего мира, то кому он нужен то на улице, мой внутренний мир. На меня и в молодости девушки не вешались. В общем, далеко не Ален Делон. Отворачиваюсь от зеркала.
     Лифт останавливается, двери открываются, и я выхожу. Иду по коридору и ищу свой номер. Ага, вот он. Я открываю дверь и вхожу.


Номер как номер. Комната. В ней кровать, небольшой стол, графин и два стакана на столе, два стула, отдельно туалет и душ. Сойдёт на четыре дня. Да, ещё есть небольшой балкончик с видом на озеро. Выхожу и смотрю по сторонам. Вид красивый. Деревья избавляются от монотонной летней зелени. Осень раскрашивает всё в разные цвета. Озеро большое. На дальней стороне озера виден посёлок. Думаю, что по утрам над озером туман клубится. Завтра увижу, прав я или нет. На нашей стороне озера возле импровизированного причала болтаются на воде лодка и пара педальных катамаранов. Тоже для отдыхающих. Не исключено, что за отдельную плату. Узнаем потом. До обеда ещё есть время, и я решаю принять душ с дороги.

*                *                *

     Я вхожу в столовую, немного опоздав, и ищу мой стол, за которым я буду столоваться здесь некоторое время. Ага, вот он. Посреди стола воткнута спица с номером. Мне смешно, я словно на светском рауте в правительстве. Вот только смокинга нет на мне. Я решил надеть спортивный костюм. После обеда хочу прогуляться к озеру и полюбоваться местными красотами не только с балкона своего номера.
     За столом сидят пятеро. Буду шестым. Три женщины и два мужчины. Подхожу к столу и здороваюсь:
     - Здравствуйте. Меня зовут Николай. Можно без отчества. Или здесь другие правила? – затем отодвигаю стул и сажусь за стол. Жду официанта с дежурным блюдом для вновь прибывшего. Все отрываются от поедания пищи и здороваются в ответ.
     - Здравствуйте. Я Сергей, полностью согласен с вами, что отчества нам здесь ни к чему. Можем даже на «ты» перейти, если нет возражений. Теперь нас поровну, трое мужчин и три женщины, - широко улыбаясь, здоровается мужчина лет сорока, брюнет с красивым лицом и фигурой, на противоположном конце стола.
     - Здравствуйте, Николай. Меня зовут Оля, - здоровается моя соседка справа, блондинка, отрываясь от салата. – А это моя лучшая подруга, Лена. – она показывает вилкой на сидящую рядом женщину, брюнетку. Та приветливо кивает головой, энергично пережёвывая пищу. Обеим подругам тоже не более сорока. Хотя я могу и ошибаться. Не такой уж я и специалист в определении женского возраста. Я поворачиваю голову влево. Мужчина и женщина лет 60 – 65.
     - Иван Трофимович, - представляется мужчина, кивает головой и продолжает есть ложкой второе блюдо. Вилка с ножом лежат рядом, но это им игнорируется.
     - А я Варвара Макаровна, - представляется мне женщина, сидящая рядом с этим мужчиной и приветливо глядя на меня. Затем она также утыкается в тарелку и ест. «Деревня на выезде, - приходит мне почему-то на ум. – накопили на семейную путёвку и приехали». Нет, я не имею ничего против деревенских жителей. Просто мы всегда будем разные. Как в деревне отличают городского жителя, так и в городе отличают деревенского. Есть какие-то неуловимые черты. И дело не в том, что едят одной ложкой всё подряд, таких и в городе хватает. И не в том, что здесь они желают, чтобы их звали – величали, а не называли просто по имени, как в родной деревне. И даже не в том, что в руки въелась многолетняя пыль, которую уж не отмыть ничем. Сейчас все блага цивилизации можно получить и в свой деревенский дом. И даже не в образовании и культуре поведения, сейчас эти грани давно стёрлись.  И даже не в необычных отчествах, которые тоже встречаются и в городе. Нет у меня этому факту собственного объяснения. Проверим. Всё равно официанта ждать.
     - А вы издалека приехали, Варвара Макаровна, не гостайна? – спрашиваю я женщину. Та неловко вытирает губы и отвечает:
     - Да мы живём здесь неподалёку в селе…... Вот дети нам денег дали к нашим накопленным, и сказали сюда съездить, отдохнуть на пару недель. А они за скотиной пока присмотрят. Сказали, что мол заслужили мы с дедом этот отдых. Вот мы и приехали. Уже неделю здесь живём. Благодать то какая тут. – она осекается под взглядом мужа и продолжает есть. Значит я угадал про деревню.
     - Я с соседней области, тоже решил приехать по путёвке. Позавчера вселился сюда. Друг был здесь прошлой осенью, ему понравилось.  Вот и я решил сюда съездить в этом году. – Сказал Сергей. – А сам с каких мест будешь. Николай?
     - Я живу в городе, что здесь неподалёку. Тоже по направлению. Меня одна женщина из агентства направила сюда. Сказала, что здесь здорово. Решил проверить её слова.
     - А мы с Леной из Саратова, мы здесь уже неделю живём, - говорит Оля, допивая сок из стакана. Судя по всему, в их маленькой женской кампании верховодит она. Хотя, я могу и ошибаться. Может Лена живёт по пословице, что во время еды не говорят.
     Подходит официант. Я даю ему талон питания, он уходит. Затем возвращается с подносом, на котором тарелки с едой. Он расставляет их передо мною на столе и удаляется. Я принимаюсь за обед. Чета стариков закончила есть и отправляется на выход.
     - Чем думаете заниматься после обеда, Николай? - обращается ко мне Оля, вытирая руки салфеткой.
     - Пока ещё даже не думал об этом, - отвечаю я ей, принимаясь за салат. – Может схожу к озеру, просто подышу воздухом. А что, для меня есть другие варианты на этот счёт? – я поворачиваю к ней голову.
     - У меня есть предложение, - раздаётся голос Сергея. – есть предложение всем нам прогуляться вдоль озера до ужина. Как вам такое предложение? – он внимательно смотрит на нашу реакцию.
     - Неплохая идея. Я, пожалуй, соглашусь на такое предложением, - говорит Оля. - А ты как, Лена? – она поворачивается к подруге. Та неопределённо пожимает плечами и отвечает:
     - Можно и прогуляться. Хоть какое развлечение будет. Ладно. Пошли в номер, в порядок себя приведём и оденемся для прогулки.
     - Во сколько встречаемся и где, мальчики? – спрашивает Оля.
     - Давайте через полчаса в холле возле администрации. Подойдёт? – предлагает Сергей.
     - Хорошо. Только если мы немного опоздаем, то не уходите без нас. Женщинам свойственно опаздывать на назначенные им свидания. - Оля говорит игривым голосом. Подружки встают и уходят. Сергей быстро пересаживается ближе ко мне на стул Оли.
     - Слушай, Николай, ты сюда зачем приехал? Отдохнуть? Вот и отдыхай, - начинает он разговор. – Ты приехал от скуки, рутины, семьи и прочего отдохнуть? Так чего ломаешься то? Тебе предлагают прогуляться с симпатичными женщинами, а ты думать собрался. А вдруг чего и получится у тебя с кем-нибудь из них. Выбирай. Мне без разницы, с кем здесь время в койке скоротать, выбор за тобой. Мне лично больше Ленка нравится, тихая такая. А в тихом озере такие черти иногда водятся, что мама не горюй.  Но выбор за тобой.
     - А тебе то это зачем? Вроде кольцо на руке. Что, дома не хватает, что здесь это ищешь?
     - Да, я женат. Но моей любви на всех хватит, я не жадный. Да и будет, что в старости вспомнить. Вспомнить будет приятно, а рассказать кому – будет стыдно. – Сергей заразительно хохочет.
     - А если будет по-другому? Пришла старость, а память ушла. И даже нечего вспомнить, такой вариант не просчитал? – в моём голосе полно сарказма.
     - Жизнь, Коля, даётся один раз, прожить её нужно по максимуму.  Жизнь - здесь, и сейчас. Ну так что насчёт прогулки? – он смотрит мне в глаза. – Ну хоть помоги мне разбить этих подружек, возьми одну на себя, пока я другой лапшу на уши буду накидывать.
     - Ты же видел, у них, у обоих, кольца замужних женщин на пальце.
     - Ну так значит у их мужей будет возможность поносить рога. Хотя, может там рогов уже – головы не хватит. – Сергей громко смеётся. – Да и кольцо сейчас ничего не значит. Как мне одна такая сказала: «Кольцо на пальце – оберег от приставаний мужчины не по нраву, а если мужчина по нраву, то кольцо этому не помеха». Ну так что? Меньше слов, больше тела? – он смеётся своей шутке. – Да и про мужскую солидарность не забывай.
     - Я подумаю, но не обещаю, - отвечаю я, допивая сок. Мы встаём и идём к выходу из столовой. В поле моего зрения попадает женщина, сидящая за столом у окна и машущая мне рукой.  Я вглядываюсь. Галина. Попутчица из автобуса. Уже переоделась тоже в спортивный костюм и обедает. Я тоже приветливо машу рукой в ответ.
     - Кто такая, знакомая твоя? Ничего так женщина, симпатичная. Так ты из-за неё бузишь?  - замечает Сергей. – Может с ней собрался замутить? Так скажи, я отстану, не буду мешать тебе.
     - Мы просто приехали одним автобусом сюда и всё. – Мне уже всё это становится неприятно. – Хорошо, я постараюсь надумать прогуляться с вами вдоль озера. А сейчас я хочу к себе в номер. Извини, устал с дороги, хочу отдохнуть хоть полчаса.
     Я прохожу к лифту, чтобы подняться на свой этаж.


                *                *                *
   
     В номере я ложусь на кровать и размышляю о «мужской солидарности». Странное это понятие. Да и «женская солидарность» не лучше. Почему-то, когда нужно скрыть свой грех, свои ошибки и прочее, люди стараются навязать эту «солидарность по признаку пола» другим людям. Вот и сейчас. Почему я должен из-за какой-то мнимой «мужской солидарности» помогать в амурных, точнее уж сексуальных делах, этому Сергею, с которым я знаком то несколько минут?  Что за идиотская привычка вешать свои проблемы на других людей. Мою проблему вот никто не решит за меня кроме меня самого.
     Но тут мне в голову приходит другая мысль. Я ведь и сам собирался прогуляться вдоль озера. Почему бы не сделать это в кампании? Всё-таки не нужно думать об отношениях с женой постоянно. Уже и так голова от дум болит. Могу и вечером подумать об этом. Или на прогулке.  Решено. Я встаю с кровати и направляюсь ко входной двери.


     В холле меня уже ждали. Женщины надели спортивные костюмы, которые подчёркивали их аппетитные формы. На головах у них были бейсболки. У Оли бейсболка с блёстками была надета козырьком вбок, и придавала ей озорной вид.  У Лены бейсболка была надета козырьком назад. Сергей тоже был в спортивном костюме и шляпе рыболова или садовода. И его костюм тоже подчёркивал его мускулистую фигуру красавца – атлета. Эта троица могла сниматься в рекламе спорта или пропаганды активного отдыха. В общем на их фоне я выглядел довольно случайной фигурой.
     - А мы уже собрались уходить, Николай. Думали, что ты решил отказаться от прогулки, - сказала Оля.
     - Как вы могли подумать такое, девушки. Мужик сказал – мужик сделал. Вот так мы и живём, - проговорил Сергей и украдкой мне подмигнул. Я решаю пока помолчать.
     Мы выходим из здания и направляемся к лестнице, сооружённой для спуска к озеру.
      Сергей изображает из себя галантного кавалера, предлагая Лене согнутую в локте руку для опоры. Та его игнорирует и спускается, держась рукой за перила. Оля же охотно берёт под руку Сергея и смеётся. Они стараются синхронно спускаться по ступенькам. Я иду последним, также опираясь рукой на перила лестницы. Лестница невысокая и спуск не занимает у нас много времени.
     - У нас два направления для прогулки. Какое из них выберем, дамы, направо или налево? – улыбаясь спрашивает Сергей. Девушки переглядываются, смотрят на меня, затем Оля, смеясь, отвечает за всех:
     - Идём налево, нужно же с чего-то начинать наш путь, - она увлекает вперёд Сергея, держа его под руку. Мы с Леной идём следом, каждый сам по себе. Я не предложил ей руку. Она не взяла меня под руку. Мы словно посторонние, вынужденные просто идти рядом. Хотя, так оно и есть на самом деле. Сколько мы знакомы? Совсем чуть-чуть. Наверно я зря согласился на совместную прогулку. Чёрт бы подрал этого Сергея с его просьбой. Шёл бы сейчас один и просто наслаждался отдыхом. А вот теперь придётся развлекать спутницу. С чего же начать?
     - Вы с детства подруги, или по работе? - глупо начинаю я разговор. Какая мне разница от этого? Что это для меня меняет?
     - Мы подруги с детства, - отвечает Лена. – Мы даже соседи по лестничной площадке, и даже наши квартиры рядом. Просто наши родители получили квартиры от завода в одной пятиэтажке. Они подружились, и мы с Олей тоже подружились.
     - Понятно. Дружба по соседству, - словно констатирую я.
     - Считаете, что это плохо? – она поворачивает ко мне голову и смотрит в глаза.
     - Нет, не плохо. Просто дружба между людьми возникает по разным причинам. Вместе в один садик ходили, вместе учились, вместе жили, вместе работали, вместе отдыхали, и так далее, ну а потом, наверное, вместе в одном доме престарелых находятся, - говорю я с улыбкой.
     - Как-то пессимистично сказано, даже несмотря на вашу улыбку, - произносил Лена, переводя взгляд на идущих впереди Сергея и Олю. Те весело смеются над чем-то.
     - Извини, давай сменим эту тему. Вон, смотри лодка плывёт, - я киваю в сторону лодки, плывущей по озеру, вглядываясь в пассажиров, - а в ней, если я не ошибаюсь, наши соседи по столу.
     - И правда они. Вот молодцы. Всегда вместе, даже на отдыхе. Как это романтично и красиво. Хотелось бы и мне также плыть, - мечтательно произносит Лена, рассматривая пассажиров в лодке. Мы останавливаемся и смотрим на озеро.
     - Извини, также не получится. Лодка здесь, по всей видимости, одна. Могу лишь только предложить прогулку на любом из катамаранов, - отвечаю я.
     - Какая уж может быть романтика на катамаране? Катамаран мне напоминает семейную жизнь. Для того чтобы двигаться вперёд, нужно обоим крутить педали. Стоит одному начать филонить, сразу становится тяжело другому. Не находишь? – Лена снова поворачивает своё лицо ко мне.
     - Мне как-то эта мысль и не приходила в голову. Сравнить жизнь с катамараном. А ведь, в сущности, всё правильно сказано, оба супруга должны крутить педали жизни, - отвечаю я, смотря ей в глаза.
     - Да и ты интересную мысли высказал – «крутить педали жизни». Я такого раньше не слышала, - Лена отворачивается и снова смотрит на стариков в лодке.
     - Я тоже не слышал, просто не уследил за своим языком, - шучу я.
     - Когда я говорила про лодку, то я имела в виду совсем другое. Я бы также хотела сидеть в старости в одной лодке с человеком, с которым прожила всю свою жизнь. Он бы грёб не спеша вёслами и направлял движение лодки, и я была бы уверена, что он, как и всегда, знает куда и как плыть, и я твёрдо уверена в том, что он не утопит меня, а кинется спасать, если лодка случайно опрокинется. – В голосе Лены прозвучала непонятная мне грусть.
     - Да, это было бы здорово, я согласен. Но для этого нужно сначала найти такого человека, затем прожить с ним всю жизнь, не сильно заморачиваясь на досадные мелочи жизни и слепо веря этому человеку. А вот потом можно кататься на лодке, и ловить восхищённые взгляды случайных прохожих, - говорю я, рассматривая пассажиров в лодке. – Ну что, продолжим прогулку?
     - Да, продолжим. А то мы отстали от наших спутников. – Мы медленно идём дальше. Я вижу, как Оля снова заливисто смеётся над чем-то. Сергей что-то ей рассказывает, жестикулируя свободной рукой. У них всё просто и понятно. Лена о чём-то усиленно думает. Внезапно она резко спрашивает меня:
     - А ты, Николай, женат или нет? Просто я обратила внимание на твою руку без обручального кольца. Многие не носят обручальное кольцо, особенно мужчины, - она смотрит на меня слегка склонив свою голову, продолжая медленно идти.
     - Да, я женат, и очень давно, недавно моя дочь вышла замуж. У меня нет секретов. Кольцо не ношу, не люблю украшения. Как видишь, у меня нет цепочки ни золотой, ни серебряной на шее. У меня нет серьги в ухе, я не король и не гей. – Я перехожу снова на шутливый тон. Как-то уж слишком серьёзно идёт наш разговор.
     - Понятно. А ты свою жену любишь? – вновь задаёт вопрос Лена. Она словно пытается меня поймать на лжи, вглядываясь в мои глаза. Господи, второй раз за этот день мне задают вопрос про любовь. Похоже, что все женщины помешаны на этом слове.
     - Я не понимаю этого слова. Совсем. Попробуй иначе сформулировать, что это такое в твоём понимании, тогда я, возможно, и отвечу на этот твой вопрос, - отвечаю я и вижу, как её большие глаза становятся просто огромными. Она останавливается, я тоже.
     - Ты не понимаешь, что такое любовь? Да быть того не может. Любовь – это же…, - я смотрю, как она начинает жестикулировать обеими руками, задирает голову в небо и опускает её обратно. Она пытается объяснить может мне, а может самой себе, что означает для неё это слово. Я наблюдаю за ней и улыбаюсь. Вот-вот, именно это я и имел в виду, когда говорю, что не понимаю это слово. Лена, так и не найдя ничего в голове для объяснения, резко на выдохе произносит: - любовь это всё. Это Вселенная.
     - Я так и понял. Куда мне, простому смертному, спорить со Вселенной. А попроще у тебя объяснение есть? – Она раскраснелась от избытка чувств и прекрасно сейчас выглядит. Гораздо лучше, чем она была в начале нашего разговора. Мне смешно, но я старательно прячу улыбку. Я уже понимаю, что она сейчас спросит, и она это спрашивает:
     - Ты вот женился по любви или по расчёту? – она снова всматривается мне в глаза.
     - Жениться можно по любви, по расчёту, по «залёту». Это всем понятно. А я вот женился просто потому, что решил прожить свою жизнь именно с одной женщиной из всех, и которая стала моей женой. Я так и сказал ей – «я хочу, чтобы ты стала моей женой, потому что иначе я не хочу». Можно считать это признанием в любви?  - мне уже всё это становится интересно. Лена смешно морщит лоб, что-то подсчитывает там, в уме, на счётах, и взвешивает на своих весах, и говорит:
     - Думаю, да. Ты же не женился на её богатом приданом, и я думаю, что она же не была беременна перед свадьбой, так?
     - Так. Приданого за ней было только то, что на ней. Да и у меня не больше. Дочь родилась почти через два года после свадьбы. Значит любовь, по-твоему, это когда просто отпадают другие аргументы? Всё так просто? – я негромко смеюсь. – Значит меня Вселенная толкнула на брак с женой. Что ж, спасибо ей. Это я про Вселенную.
     - Ладно, проехали. Сфотографируй меня на память об этом озере, - Лена делает несколько шагов к воде и поворачивается, приняв элегантную, если можно выглядеть элегантно в спортивном костюме, позу, раскинув руки в стороны. Она выглядит словно на плакате «Добро пожаловать в наш дом отдыха».
     - Давай свой телефон, сфотографирую, - отвечаю я и протягиваю ей руку.
     - Да какая разница, потом мне перекинешь и все дела. Или ты боишься, что твоя жена увидит «аморалку с документалкой» в твоём телефоне? – подкалывает она меня.
     - Не увидит. Мы не лазим по карманам друг друга, сумочкам, телефонам и прочим. Так приучены. Я просто не понимаю, зачем эти сложности, если есть твой телефон. – Я спокоен, как тот удав. Лена подходит ко мне, достаёт из кармана свой телефон, вручает его мне и снова занимает стойку у воды. Я делаю несколько фото. Лена возвращается и забирает свой телефон. Она быстро просматривает сделанные мной фото, какие-то удаляет, затем водворяет свой телефон обратно в карман. Мы продолжаем наш путь.
     - Если хочешь, то я тебя тоже могу сфотографировать. На память об озере, о доме отдыха, - предлагает Лена.
     - Не хочу. Мне нравятся фото профессиональных фотографов. Там есть что-то необъяснимое и прекрасное. А наши фото выглядят, словно они действительно «аморалка с документалкой».
     - А ты всегда такой честный, или это напускное? – спрашивает Лена.
     - Стараюсь быть всегда честным, особенно с женщинами. Там иначе нельзя. Либо честно ответить, либо промолчать. А если начать лгать, то эту ложь нужно обязательно запомнить и держать в уме, иначе тебя на ней и подловят. А мне это лень. Следовательно моя честность от моей же лени. – Я невесело смеюсь. Лена присоединяется к моему смеху. Услышав наш смех, идущие уже далеко впереди Сергей и Оля оборачиваются назад, смотрят на нас, затем поворачиваются и идут дальше.
     - Можно мне взять тебя под руку, - обращается Лена ко мне. – Что-то тяжеловато идти стало по земле.
     - Конечно. Извини, что не предложил тебе это раньше, - я сгибаю правую руку в локте, Лена ухватывается за него и мы продолжаем путь. У меня такое ощущение, словно мы стали немного ближе, чем вначале пути.
     - Конечно. Извини, что не предложил тебе это раньше, - я сгибаю правую руку в локте, Лена ухватывается за него и мы продолжаем путь. У меня такое ощущение, словно мы стали немного ближе, чем были в начале пути.


     Я вижу небольшую беседку на берегу озера, вижу, что Сергей и Оля остановились возле неё и поджидают нас с Леной. Мы, не торопясь, подходим к ним и разглядываем беседку.
     Обычная беседка. Скорее всего её здесь поставили для таких же отдыхающих, что и мы. Поставили недавно, деревянные детали ещё не выгорели на солнце.
     - А что, дамы, может искупаемся? – предлагает Сергей. – Жара стоит уже неделю, вода в озере должна быть тёплая.
     - Нет, мы купальники не надели, купание же не входило в программу прогулки, - отвечает за обеих женщин Оля, - если вот только Николай тебя поддержит. Как на это смотришь, Николай? – она смотрит на меня с хитрой улыбкой.
     - Спокойно смотрю и сразу предупреждаю, что я в воду не полезу. Я не умею плавать.
     - Как не умеешь? – изумлён Сергей, да и остальные также удивлены, словно я сказал что-то фантастическое.
     - Обыкновенно. Не умею и всё. В детстве чуть не утонул, когда учился. С тех пор плавания в моей жизни нет. Боюсь я воды, – я прохожу внутрь беседки и сажусь на скамейку. Женщины тоже входят в беседку и тоже садятся.
     - Ну, как хотите, а я хочу искупаться, - Сергей скидывает с себя спортивный костюм и вешает на поручни беседки. Затем спускается к воде, спокойно входит в воду по пояс, а затем, оттолкнувшись ногами от дна, плывёт на середину озера, размахивая руками. Мы смотрим на его заплыв. Красиво плывёт.
     Немного погодя, Сергей поворачивается и плывёт обратно. Доплыв до мелкого места, он встаёт на ноги и бредёт к берегу, поправляя купальные трусы. Выйдя на берег, он проходит к беседке и останавливается, раскинув руки в стороны, подставляя солнечным лучам своё тело, чтобы обсохнуть. Да и не только лучам, а и восхищённым взглядам женщин тоже. Со стороны хорошо видно, что ему очень приятно, что окружающие оценили его мускулистое загорелое тело.
     Я осматриваю озеро, сидя на скамейке в беседке. Тот, кто придумал поставить беседку именно здесь, обладал несомненно хорошим вкусом. Вид из беседки потрясающий. Да и вид отсюда дома отдыха на фоне озера был тоже красив. Вот не понимаю я, почему нет таких фотографий в рекламе этого дома отдыха. Хотя, я же не видел все их рекламные ролики и фото. Возможно, что всё это уже есть. И даже есть виды, которые я с трудом отыщу здесь. Всё-таки профессиональный художник не зря ест свой хлеб.
     - Ну что, возвращаемся обратно? – обращается ко всем Лена. – Пока дойдём, пока переоденемся, и ужин начнётся.
     - А что так рано? – спрашивает её Сергей. – Можно подумать, что нас кто-то там ждёт.
     - Лично меня там ждёт ванна. На улице жара и в костюме жарко, – Лена снимает куртку и, обернув вокруг себя, связывает рукава узлом на поясе, превратив куртку в подобие юбки. В футболке с картой России на груди она тоже смотрится превосходно.
     - Так сними его, и я ведь всем вам предлагал искупнуться в озере. Благодать то какая. – Сергей подходит к беседке, снимает свой костюм с поручня и надевает на себя. Затем вытряхивает песок из сланцев и надевает их на ноги.
     - Тебе же ясно сказали. Мы не взяли купальники. Иначе я бы тоже в озере искупалась, – вступает в разговор Оля. Она тоже поступает со своей курткой, как Лена. На её футболке рисунок орла, раскинувшего крылья. Вынув расчёску из кармана штанов, она тщательно расчёсывает свои густые волосы и прячет расчёску обратно в карман. – Ну что, все готовы? Тогда в путь.

     Мы возвращаемся обратно в дом отдыха. Снова идём парами, Сергей с Олей впереди, я с Леной сзади. Лена держит меня под руку. Несколько минут Лена молчит, затем обращается ко мне:
     - Я узнала о тебе немного. Хочешь я расскажу теперь тебе о себе, тоже немного?
     - Если пожелаешь. Только не рассказывай о всей своей родне, я просто запутаюсь в именах и степенях родства. Особого интереса в этом для меня нет, - отвечаю я.
     - А тебя не считают занудой окружающие? – полушутя спрашивает Лена.
     - А в чём моё занудство? Разве я призываю слепо следовать чему- либо? Нет. Просто честно высказался. Мне вот никогда не нравится, когда в гостях мне тычут в лицо альбомы с фотографиями лиц, которых я не знаю и зачастую никогда не увижу в своей жизни. Сидишь, тупо лупишь глазами и думаешь, когда же всё это закончится, - я спокоен, я и правда так считаю.
     - Ты прав. Мне такое тоже не нравится, – мы делаем несколько шагов молча. – И всё же, думаю, что тебе будет интересно узнать обо мне немного больше, чем просто моё имя. Рассказ будет коротким, без особых подробностей. – Я храню молчание, шагая в такт её шагам. – Я тоже была замужем. Была. Как ты там недавно сказал - по «залёту» вышла замуж. Сейчас я, можно сказать, «разведёнка с прицепом». Уже три года. У меня есть сын 12 лет. Оказалось, что привязать к себе мужчину ребёнком нельзя. Всё это лишь временно будет работать.
     Моя подруга, вот эта вот Оля, всё норовит меня познакомить с кем-нибудь из мужчин. Такая уж у неё добрая душа по отношению ко мне. Вот, собственно, и весь рассказ. Такая уж краткая у меня автобиография получилась, – Лена улыбается виноватой улыбкой, которую я вижу краем глаза. Я не знаю, что говорят в таких случаях женщинам. Пожалеть её? Думаю, что Лене моей жалости и не нужно. Но и молча идти нельзя. Я перевожу разговор на другое:
     - А Оля тоже разведена, или замужем? – глупо, но лучшего вопроса я не придумал.
     - У тебя же нет особого интереса к окружающим, или я пробудила в тебе этот интерес? – смеясь, отвечает Лена. – Оля замужем.  Она и её нынешний муж были свидетелями на нашей с бывшим мужем свадьбе. Просто ей повезло больше, чем мне. Муж её любит и за ним она, как за каменной стеной. Есть сын и дочь, погодки по возрасту, и всё у них хорошо. Вот и ещё про одного человека за нашим столом ты знаешь теперь. А как тебе кажется, кто такой Сергей? Что ты можешь сказать про него? А потом я тебе скажу своё мнение. Посмотрим, что у нас получится.
     - Думаю, что Сергей скорее всего спортсмен. Фигура выдаёт. Работает возможно тренером где-то. Скорее всего женат, я видел незагорелую полоску на пальце. Про детей не могу сказать, это по внешнему виду не определить. Весёлый, вон Оля смеётся всю дорогу. Больше ничего на ум не приходит, – ну не буду же я ей замыслы Сергея рассказывать. Опять эта «мужская солидарность» вмешалась.
     - И я также рассуждала, увидев его. И мне тоже добавить больше нечего, - говорит Лена.
   

     На озере уже нет никого. Видимо старики уже накатались вдоволь на лодке. Лодка стоит у берега, рядом с водными катамаранами. Катамараны здесь не в чести.
     - Может на катамаране поплаваем? – предлагаю я спутнице. – Покрутим, как ты выразилась, педали жизни.
     - Стоп. Ты же сказал, что боишься воды. Или ты нам соврал? – Лена смотрит мне в глаза.
     - Я боюсь плыть в воде, это верно. Но я не говорил, что боюсь плыть на лодке, или чём-то похожим. Я прекрасно понимаю, что даже если лодка перевернётся, то я смогу доплыть до берега, держась за неё. В этом случае у меня с моим страхом будет временный компромисс, - отвечаю я с улыбкой, смотря ей тоже в глаза.
     - В следующий раз, возможно, и поплаваем, сейчас уже поздновато начинать, - отвечает Лена, отводя взгляд от меня.
     Мы поднимаемся по лестнице на площадь перед домом отдыха. Ну вот и всё, теперь ногам будет идти легче по асфальту, чем по усыпанной галькой земле. Всё-таки цивилизация есть благо.
     Мы входим в холл. Лена спешит к подружке, а ко мне подходит Сергей.
     - Ну как дела на любовном фронте, Николай? – спрашивает он меня. – Надеюсь ты сделал выбор, или пусть сами женщины решат этот вопрос? Какой твой будет ответ? Мне, повторю ещё раз, без разницы, орла за крылья подержать у Оли, или по России прокатиться у Лены с Востока на Запад. – Сергей снова смеётся, считая свою шутку остроумной.
     - Я на данный момент выбираю ванну в своём номере. А то на ужине конём буду пахнуть. Жарко сегодня, однако, – отвечаю я с деланой улыбкой, и направляюсь к лифту.

                Глава 4.
     Пришло время ужина. Я выхожу из номера, подхожу к лифту, нажимаю кнопку вызова и жду. Лифт опускается на мой этаж и открываются двери. Вхожу и спускаюсь до 2 этажа. При выходе из лифта, вижу Галину, прихорашивающуюся перед большим зеркалом на стене.
     - Добрый вечер, Галина. Как отдыхается здесь? – она поворачивается ко мне.
     - Пока всё в начальной стадии. Скажем так, что начало акклиматизации уже положено, - с улыбкой отвечает она. – а у тебя как дела движутся?
     - Неторопливо. Вот гулял с компанией вдоль озера, дышал свежим воздухом, - отвечаю я.
     - А я вот в номере немного подремала после обеда. Наверно сказалась жара и долгий путь сюда. А ещё с соседкой по комнате поболтали, так, обо всём и ни о чём конкретно.
     Мы входим в столовую не спеша. Мой столик виден отсюда прекрасно. Я вижу, как Сергей, сидящий лицом ко мне, с любопытством рассматривает нас со своего места за столом. Мы шутовски раскланиваемся с Галиной и расходимся к своим столам.
     - Добрый вечер всем и приятного всем аппетита, - обращаюсь я ко всем сидящим за столом. Все здороваются в ответ. Я сажусь за стол и приступаю к ужину. Я не хочу отвечать ни на чьи вопросы, вступать в разговоры. Я просто хочу побыстрее вернуться в свой номер и, полюбовавшись вечерним озером и приняв ванну, просто лечь спать. Устал за сегодняшний день. Поэтому я быстро заканчиваю с ужином и, попрощавшись со всеми, отправляюсь в свой номер.



     В номере я выношу стул на балкон, сажусь на него, уперев колени в ограждение, и опускаю свой подбородок на свои сложенные руки на перилах балкона. Мне хорошо и спокойно. Природа сейчас действует на меня умиротворённо. Я смотрю, как меняется картина озера по мере заката Солнца. Так проходит почти час.
     От созерцания меня отвлекает стук в дверь. Кому я там мог понадобиться? Нет, не буду открывать, каждый имеет право на одиночество. Стук повторяется. Идите прочь. Мне лень вставать или отвечать. Всё завтра. Сейчас существует лишь природа и я, созерцатель этой природы. Стук прекращается. Вот и славно. Ещё полчаса и можно ванну принять.


     Я лежу в ванной в относительно горячей воде. Ванная метра полтора длиной, поэтому вода скрывает меня не полностью. Я думаю о прошедшем дне. И о женщинах тоже. Почему-то мне приходит на ум моя прошлогодняя встреча с бывшей однокурсницей Надей в кафе. Я тогда был в командировке в соседнем городе.
     Я зашёл в это кафе переждать дождь, но взглянув на лицо подошедшего официанта, я понял, что просто так здесь мне посидеть не удастся. Я заказал кофе и сидел, поглядывая в окно на спешащих людей с раскрытыми зонтиками по своим делам. По глупости свой зонт я оставил дома.
     - Привет, Коля, как дела? - раздалось за спиной. Я обернулся. Надя. Надежда. Первая красавица на нашем курсе в институте. Мы все поголовно были в неё влюблены. И не только наш курс. Возле неё постоянно была кампания парней. Ещё бы. Умница, красавица, из хорошей семьи, с большими связями её родителей. Такой шанс для своего красивого будущего с перспективами никто не хотел упускать. Я тоже её боготворил, но безнадёжно. Мне интересна была она сама, а не её родители со связями. Но ей я в этом плане был не интересен. В лучшем случае она меня хоть узнавала на фоне окружавших её Аполлонов и Гераклов нашего института. И то, отличала просто потому, что сидели мы рядом на лекциях и учились в одной группе. И очень часто мы с ней беседовали на разные темы, словно брат с сестрой. Другого она во мне и не видела.
     - Здравствуй, Надя. Да всё пока нормально. Живу, работаю. Женат. Есть дочь, уже взрослая. Вернулся обратно в свой город, когда тот завод, куда мне было распределение, закрыли, а затем разграбили эти «новые русские». А ты как? Где работаешь? Как семья? – отвечаю я на вопрос, попутно задавая свои вопросы. Надя обходит стол, выдвигает стул и садится напротив меня, положив руки на столик. Мы смотрим друг на друга. Мы давно не виделись. С тех самых пор, когда закончили учиться и разъехались по своим направлениям по стране. И вот нас случайно свела Судьба в этом городе, в этом кафе. Если бы не этот дождь, то я в это кафе бы и не вошёл.
     - Сколько же мы не виделись, Коля? Лет двадцать, больше?
     - Если точнее, то почти двадцать пять.
     - Да уж, как время то летит. Ещё вчера мы были почти детьми, а сейчас уже почти старики, - с грустью говорит она.
     - Ну ты не наговаривай на себя лишнего, ты и сейчас чудесно выглядишь, - я говорю правду, она и вправду прекрасно выглядит. Но лишь для своего нынешнего возраста.
     - А, - она машет рукой. - За деньги сейчас с женщиной такое могут сотворить, что диву даёшься. А ты вон и без всего этого выглядишь молодцом. Вот только очков нет на тебе. Ты же раньше очки носил. Коррекцию сделал или линзы носишь?
     - Линзы. Неужели ты помнишь такие мелочи про меня, - я удивлён.
     - А как такое забудешь? Там, в институте, у моих ног можно сказать толпа лежала поклонников, а ты – ноль внимания. Щупленький очкарик, что постоянно сидел рядом со мной на лекциях, объяснял мне непонятые мной лекции, который вёл со мной непринуждённые разговоры на любые темы, и при этом не собирался ни замуж звать, ни в постель. Даже обидно мне было тогда. – Надя улыбается. - Отвечаю на твои вопросы, Коля. Я бессемейная. Не сложилось у меня с семьёй. Как курица всё копалась в кандидатах, да не выбрала себе мужа. Всё казалось мне, что есть более достойный, чтобы семью создать. Пробовала и пожить с мужчинами, не помогло. Видели они лишь блага от брака со мною, а не меня саму. Детей нет. Зачем мне воспитывать ребёнка без отца? Делать из мальчика подобие мужчины, которого сама желаешь видеть в нём? Глупо.
     Про работу могу сказать одно. Это кафе – моё. Последнее наследство от родителей для своей непутёвой дочери. Дела идут нормально. Прибыль очень маленькая, да есть.
     Вот смотрю я на тебя, Коля, и думаю, какая же я дура была тогда. Искала счастья по сторонам, а оно рядом было, не углядела я его. Я хоть нравилась тогда тебе? – я вижу в её глазах искреннее желание получить ответ на свой вопрос.
     - Мне многие женщины нравятся, и тогда нравились и сейчас. На том простом основании, что они женщины. Просто так. Просто потому, что они есть на этом свете. Нравилась ли ты мне тогда? Нет. Я боготворил тебя всей душой. Но тайно. Со временем я вырвал тебя из своего сердца. С кровью вырвал из сердца и рад этому, – честно отвечаю я. Я давно уже понял, что с женщинами всегда нужно быть честным. Или молчать.
     - А если ты меня боготворил, то почему ничего не предпринял, чтобы завоевать меня, тогда? - она смотрит мне прямо в глаза. Я выдерживаю её взгляд и спокойно отвечаю:
     - А кто я был тогда для тебя? Сама говоришь, что щуплый очкарик, пусть и отличник. Девушки на таких обращают своё внимание во вторую, нет, даже в третью очередь. Как в пословице – на безрыбье и рак считается рыбой. И более того, я не хотел стоять последним в очереди, чтобы просто удостоиться твоего внимания.
     - Ну ладно, Коля, что было, то было. Или не было. Желаю тебе счастливой семейной жизни. Я пошла к себе в кабинет, работа ждёт. За кофе можешь не платить, за счёт заведения. Я скажу официанту. – Надя встаёт из-за столика.
     - Спасибо, Надя, но меня не разорит оплата за кофе. Я тебе, Надя, тоже желаю всего хорошего и в жизни, и в работе, - говорю я ей на прощание.


     Странное воспоминание. Ну да ладно. Я осторожно вылезаю из ванной, вытираюсь полотенцем, вытаскиваю пробку из ванной, чтобы слить воду, и направляюсь в кровать. Всё, пора спать.

                Глава 5.

     - Как твой сокамерник, на мешает своим храпом, спокойно спит? – спрашивает меня Сергей за завтраком. – Мой вот храпит безбожно.
      - Кто-кто, сокамерник? – Я отрываюсь от поглощения завтрака и смотрю на него недоумённо. – А, я понял твой юмор. Нет, у меня одиночная камера. Кроме меня там храпеть некому.
      - Одиночная камера, это хорошо, - в его голосе я чувствую неподдельный интерес.
     - А где наши пожилые фермеры? Почему их нет с нами, спят ещё? – интересуюсь я у всех, допивая какао и ставя стакан на стол.
     - К ним ночью сын приехал и забрал их домой, – отвечает Оля с грустью. – Там у них кто-то умер из родственников.
     - Понятно, - я встаю из-за стола и направляюсь на выход.
     - Ты куда так кинулся, словно тебя где-то ждут? – окликнул меня Сергей. – А что насчёт планов на сегодняшний день? – Я оборачиваюсь и улыбаюсь всем. Затем отвечаю на вопрос:
     - Обсудим это позже. Сейчас же я очень хочу выпить кофе. Привычка у меня есть такая – пить кофе утром.
     Но Сергей не унимается. Он старается сделать всё, чтобы я вернулся обратно за стол. Ему, видимо, очень не хочется остаться наедине с Леной и Олей, которые уже тоже допивают какао. И он произносит банальность:
     - Неужели ты раб своих привычек? Не похоже это на тебя.
     - Все мы рабы чего-либо, - философски отвечаю я, ещё раз улыбаюсь и ухожу. Я действительно хочу сейчас кофе.



     В холле у стойки буфета стоял мужчина. Продавщица придвинула ему кофе, выпечку, и он, расплатившись, отошёл к дивану. Там он сел на диван и стал смотреть новости по включенному телевизору, отпивая глотками кофе и откусывая от булочки. Я подошёл к стойке.
     - Доброе утро, что-нибудь желаете? – спрашивает меня продавщица и смотрит в ожидании заказа. Я смотрю на её бейджик на белом фартуке с именем «Нина» и говорю:
     - Доброе утро, Нина. Вы просто мой спаситель в такую рань. Я бы хотел кофе, чёрный, без всяких над ним новомодных издевательств. Такое возможно?
     - Любой каприз за ваши деньги, - она улыбается. -  Можно и просто чёрный. Выпечку брать будете? – Нина показывает на булочки на подносе. – Свежие, недавно испечённые.
     - Нет. Просто кофе. А откуда у вас свежая выпечка, если не секрет? И почему в такую рань вы уже работаете?
     - Да какой там секрет. Мама печёт утром немного и к вечеру. Отдыхающие с удовольствием берут, да и заработок в семью. Трудно сейчас с работой, кто как выживает. – Нина проворно готовит мне кофе. - Поэтому я и стараюсь пораньше начать работать. Некоторые отдыхающие вместо завтрака в столовой ко мне приходят.
     - Так вы сами от себя работаете, а я думал, что вы в штате этого заведения, – я удивлён. – И что, можно на этом буфете хорошо зарабатывать?
     - Да нет, конечно. Этот буфет не сильно прибыльный. Налоги, аренда здесь места. Можно сказать, что просто помогает ноздри над водой держать. А вот мой папа и муж на вахту ездят. За счёт этого и дом строим просторный и всё остальное.
     Нина наливает мне чёрный кофе из кофемашины в чашку, ставит её на блюдце, кладёт на блюдце сахар в пакетике.
     - Ваш кофе, желаю вам хорошего дня, - говорит она, и называет стоимость заказа.
     - Спасибо. Желаю вам тоже хорошего дня и всего хорошего, - я оплачиваю, забираю всё и располагаюсь на мягком диване. Также, как и тот мужчина, я смотрю новости.
     Немного погодя появляется Катерина с тряпочкой и пульверизатором в руках. Она распыляет воду над растениями и протирает у некоторых листья.
     - Здравствуйте, Катерина. Я так понимаю, что вы очень любите цветы. Такая забота с вашей стороны о них, - интересуюсь я, – или это просто ввели вам в обязанности?
     - Здравствуйте. И то, и другое. В мои обязанности входит уход за этими растениями. Но я и сама люблю их. Поэтому мне это не в тягость, - отвечает она, не отрываясь от своего занятия.
     - Понятно. Желаю вам хорошего дня, - я допиваю кофе, встаю, отношу блюдце с чашкой на стойку буфета и иду на выход.
     - Спасибо. Вам тоже хорошего дня, - слышу я ответ Татьяны.


     Выйдя из здания, я направляюсь к озеру по вчерашнему маршруту. Спустившись по ступенькам лестницы, я подхожу к качающимся на воде лодке и катамаранам. В лодке сидит рыбак в плаще с капюшоном на голове. Решил, наверное, утреннюю зорьку на рыбалке провести. Хотя, какая тут уж зорька. Интересно, а что за рыба в этом озере живёт? А почему бы мне этого рыбака не спросить?
     - Ну как клёв, хороший?  - задаю я вопрос рыбаку. Он поворачивается:
     - Ага, ты уже третий клюнул. – Это оказывается рыбачка, а не рыбак.
     - Извините, что помешал, удаляюсь, – говорю я и иду направо от лестницы. Рыбачка отворачивается к своим удочкам.
     - Николай, здравствуй, - слышу я женский голос. Я оборачиваюсь и вижу Галину на верху лестницы.
     - Здравствуй, Галина. Решила прогуляться после завтрака? – любопытничаю я.
     - Можно и так сказать, - она спускается по ступенькам и подходит. – А ты просто гуляешь или по делу?
     - Не понял твой вопрос. Как это понять – гулять по делу? – я с улыбкой смотрю на неё.
     - Ну вот, ввёл в конфуз девушку, – Галина тоже улыбается. – Ситуация банальная. Наши женщины за столом сказали, что если пойти в ту сторону от лестницы, куда сейчас ты направился, то там встретишь Древо Желания. Поэтому я и решила сегодня туда сходить. Женщины уже там были, второй раз идти туда отказались, поэтому я пошла одна, да вот тебя повстречала. Ты тоже решил его посмотреть? Вот я и предлагаю тебе пройти туда вместе и посмотреть на это Древо. Не возражаешь? – она берёт меня под руку, и мы начинаем прогулку. Шаг у нас одинаковый, поэтому мне не приходится подстраиваться под её шаг.
     - А что, за вашим столом только женщины? – спрашиваю я её.
     - К моему великому сожалению, да. Не понимаю я, куда смотрит администрация. Шесть женщин разного возраста за одним столом. И все со своими тараканами в голове. А как у тебя? Хотя, я видела. У вас поровну и мужчин и женщин. Вот это правильный и здоровый подход к отдыху. Нельзя превращать отдых в сплетни и воспоминания о прошлом. А полезные эмоции в виде общения мужчин и женщин должны везде приветствоваться, – отвечает она.
     - Никогда об этом не задумывался, - говорю я. Я действительно никогда не думал об этом.
     - Всё очень просто. Мужчин в стране меньше, чем женщин. Мужчины реже едут в такие места, как это. Им проще поехать на рыбалку, на охоту, в баню к друзьям. Поэтому в таких местах, как эта «Ромашка», и полно женщин. А мужчин мало. Кстати, сегодня вечером ты сможешь в этом убедиться. Ты в курсе, что сегодня будут танцы, ну или по новомодному - дискотека? – увидев мой изумлённый взгляд, она понимает, что это для меня новость. – Здесь каждый второй день подобное мероприятие. Меня мои соседки уже просветили на этот счёт. Что, тебе даже сосед об этом не рассказал? – она смотрит на меня недоверчиво.
     - Я в одиночной камере, у меня нет сокамерника, - смиренно отвечаю я.
     - Тебе уже голову напекло, или я что-то не знаю? – Галина смотрит на меня с интересом.
     - Извини, Галина, я думал, что только я не знаю этот жаргон. Поясню. Сегодня мой сосед по столу задал мне вопрос. Мол, не мешает ли мне мой сокамерник своим храпом. Я сначала не понял, как и ты, о чём речь, а затем включился в эту милую игру. Даже пошутил в том же духе, мол, храпеть некому, я в одиночной камере, - объясняю я.
     - Теперь понятно, - она смеётся. – Я запомню это на будущее. Представляю, как онемеет моя соседка по комнате, когда я её назову сокамерницей.
     Мы продолжаем наш путь. Я оглядываю озеро с этой стороны, деревья, которые уже начинают готовиться к зимнему сезону.  Красиво. Именно как у Пушкина – ….«пышное природы увяданье»…Лучше и не скажешь.
     - А ты уже куда-нибудь ходил на прогулку здесь? – Галина обращается ко мне.
     - Я же тебе уже рассказывал, что вчера гулял с компанией вдоль озера. Сходил с ними налево.
     - Точно, говорил. А я забыла. Ну память девичья у меня, ничего не поделать, – шутливо сетует она. Затем с улыбкой спрашивает, - а что значит сходить здесь налево в твоём понимании?
     - Ты к озеру как попала? Спустилась по лестнице. А куда мы с тобой затем повернули? Направо.  А вчера мы компанией повернули налево от лестницы. Я понятно объяснил? – я отвечаю тоже с улыбкой.
     - Понятно. Значит завтра мне нужно будет тоже сходить налево, если уж сейчас мы идём направо. Или сегодня, после обеда. Ты чем занят после обеда, компанию не составишь мне? – она смотрит мне в глаза. Мы останавливаемся.
     - Не знаю. Второй раз идти скучно, всё уже известно заранее, - отвечаю я, выдерживая её взгляд. – Но если не будет других планов, то можно и прогуляться. Ещё раз налево сходить. – Мы смеёмся. Затем продолжаем нашу прогулку.
     - А как тебе твои соседи по столу? Нормальные? – задаёт вопрос Галина.
     - Обычные. Пожилая семейная пара. Сегодня ночью они уехали, кто-то там у них из родни умер. Спортсмен из соседней области, старающийся отдохнуть здесь по максимуму. Две подружки из Саратова. Приехали отдохнуть от суеты семейной жизни, – перечисляю я своих соседей по столу. - И я, направленный сюда одной душевной женщиной из туристического агентства.
     - А у меня вообще какой-то кошмар.  Я тебе уже говорила. Две подружки – старушки, которые постоянно что-то всем рассказывают о своей прошлой жизни, постоянно обращаясь друг к другу со словами «а помнишь?»  Третья, вышла недавно на пенсию и постоянно хвастает, что её зовут обратно работать. Четвёртая, что сидит напротив меня, постоянно с кислым выражением лица, недовольна, что ей здесь не оказывают королевские почести. И, наконец, последняя, знает всё про всех и все сплетни выкладывает нам за столом. Уже надоели мне. Хочу перебраться за другой стол, пока не чокнулась с ними совсем. Нужно поговорить с администрацией этого заведения. Слушай, Николай, а что, если мне за твой стол переселиться? Ты же говоришь, что двое уехали у вас, – я согласно киваю головой. – Эту идею нужно серьёзно обдумать.
     - И окажется, что равновесие за нашим столом будет нарушено, - шучу я. Увидев непонимающий взгляд Галины, я поясняю. – Так Сергей - спортсмен выразился. Мол женщин и мужчин за нашим столом поровну. Хотя, ты же недавно говорила, что мужчин здесь меньше. Вот и будет правдоподобная картина этого.


     Древом Желания был назван какой-то старый высохший карагач. Я не силён в квалификации деревьев. Скорее всего кто-то просто привязал лоскут материи на ветку, а потом это вошло в какой-то языческий ритуал и стало местной достопримечательностью. Галина находит место для своего лоскута ткани, который принесла с собой, и привязывает его к ветке дерева. Затем она замирает на несколько секунд и смотрит в небо, словно ищет там что-то. Я разглядываю дерево, почти сплошь увешанное лоскутками ткани. Многие лоскутки на ветках уже выцвели и растрепались от времени. Я не удивлюсь, если эти лоскутки кто-то продаёт отдыхающим. Галина переводит взгляд на меня.
     - А ты что, Николай, стоишь? Нет никаких желаний, или лоскутка? – спрашивает меня она.
     - На данный момент так и есть. Ни того, ни другого, - отвечаю я. – Да и не нужно мне выдуманного кем-то непонятного обряда по привязыванию лент, швыряния монет в воду и прочей чепухи. Не верю я во всё это. Ну что, возвращаемся обратно?
     - Да, давай возвращаться, - Галина обводит дерево взглядом, берёт меня снова под руку, и мы идём обратно.


     - А во что ты сам веришь, Николай? – задаёт мне вопрос Галина. – Есть для тебя что-то такое, чему ты можешь доверить свои желания, мечты и надеяться на их исполнения? Некоторые просят или Бога, или Аллаха, или кого-то там другого. Кого лично ты просишь в таком случае? – она поворачивает голову ко мне, ожидая ответ. Я смотрю на неё, затем отвечаю:
     - Так уж сложилось, что меня вырастили безбожником. Нет, не атеистом. Атеизм - тоже вера. Именно безбожником. Но мне совесть не позволит оскорбить любую веру, если только по незнанию их обычаев. Прошу я Бога в очень трудную минуту, я же православный, меня родители в детстве крестили. А по мелочам решаю всё просто. Подкидываю монету вверх, загадав желание. Мне неважно, какой стороной она упадёт на землю. В тот момент, пока она вращается в воздухе, я уже ясно понимаю, на что я надеюсь, чтобы принять решение.
     - Интересный способ решать проблемы, - в её голосе сквозит удивление. – Нужно будет как-нибудь попробовать этот метод.
     - Можешь начать пробовать уже сейчас, если есть желание, - я останавливаюсь, Галина тоже. Я достаю из кармана спортивной куртки монету и протягиваю ей. – Загадываешь желание, орёл – одно, решка – другое, щелчком отправляешь вверх как можно выше и прислушиваешься к себе. Попробуй.
     Галина сначала думает, крутя монету пальцами, затем долго пытается уложить на пальцах и щёлкнуть монету, чтобы она полетела. Наконец монета летит, а Галина стоит с закрытыми глазами. Я подбираю монету и протягиваю ей на ладони. Она открывает глаза и смотрит на монету. По её лицу не понять, устроил её результат или нет.
     - Откуда у тебя пятак советских времён? – спрашивает она.
     - Из далёкого детства. Мне его дед подарил на счастье. Вот и берегу. Счастье же нужно беречь, – с улыбкой отвечаю я, возвращая монету обратно в карман. – Идём дальше?
     - Да, идём. – Галина снова берёт меня под руку, и мы продолжаем путь. – И все-таки без монеты не обойтись в этой жизни. Получается так? Если её не в воду бросить, так в воздух нужно подкинуть. Да и трудно без них в жизни приходится.
     - Если ты про деньги, то да, большую часть проблем в жизни можно решить именно деньгами.
     - А любовь тоже можно купить или продать? – спрашивает она. Господи, снова вылезла эта любовь. Все женщины точно на этом зациклены.
     - Не знаю. Я не пробовал делать ни то, ни другое, - уклончиво отвечаю я, стараясь свернуть с этой скользкой темы. – Из моей жизни могу привести для примера два случая с деньгами. Одному человеку нужно было много денег на операцию, но когда собрали нужную сумму, то операция была уже не нужна, он умер.
     В другом случае тромб оторвался и попал под клапан сердца. Человек умер и все деньги мира ему бы не помогли в тот момент. Поэтому я и считаю, что большую часть проблем можно решить именно деньгами, но не все. Но не будем о грустном, Галина. Мы уже почти дошли до лестницы и скоро будет обед. Так что жизнь продолжается. Выше нос, Галина.
     Я не вижу никого в лодке. Видимо рыбачка уже ушла. Лодка и катамараны сиротливо покачиваются на воде. Галина с интересом оглядывает их, но ничего не говорит.

                Глава 6.

     Зря я пришёл на обед раньше времени. Сергей тоже пришёл пораньше и сейчас сидит рядом со мной и ведёт допрос, словно он следователь, а я подозреваемый:
     - Я тебя видел после завтрака снова с той эффектной женщиной, вон с того стола, - он кивает в сторону стола Галины. – Там у тебя серьёзно, или решил на два фронта поработать? – в его глазах любопытство и нетерпение. - А с Ленкой как у тебя дела? Скоро перейдёте к этюду в постельных тонах, не секрет? У меня вроде с Ольгой всё срастается.
     - На какой вопрос отвечать мне в первую очередь? – интересуюсь я с усмешкой. – Тебе не кажется, что ты суёшь свой нос в чужие дела? Вот мне твои дела совсем не интересны. Не обижайся, просто привыкни к мысли, что мы здесь не друзья, а просто отдыхаем несколько дней вместе, не больше. И к этим женщинам я отношусь, как к просто отдыхающим, не более, - я оглядываюсь по сторонам и вижу в дверном проёме столовой наших соседок по столу. - Кстати, пересядь на своё место, наши женщины уже подходят. Можешь даже стулья им подвинуть, разыгрывая галантного кавалера.
     Сергей оглядывается, затем пересаживается на своё место за столом. Женщины подходят к столу, желают нам приятного аппетита, мы желаем им того же. Они садятся за стол, и мы начинаем обедать.
     - О чём тут шептались, мальчики, не тайна? – спрашивает Оля, закончив есть борщ.
     - Да мы просто обсуждали маршрут путешествия после обеда, верно, Николай? – отвечает Сергей за обоих, орудуя ложкой. Я молча киваю головой и перехожу ко второму блюду.  Лена тоже молчит, задумчиво ковыряя борщ ложкой.
     - И что это за маршрут? Нам уже любопытно, верно, Лена? – Оля поворачивает голову к Лене, ожидая поддержки. Лена, как и я, тоже молча кивает. Сергей же, воспользовавшись случаем, подмигивает мне глазом, словно прося помощи у меня.
     - Вчера мы прогулялись в одну сторону озера, а сегодня мы вам предлагаем прогуляться в другую. Можете даже надеть купальники, вдруг в той стороне вода будет теплее, искупаемся, – Сергей добродушно смеётся. Женщины переходят ко второму блюду. Лена обращается ко мне, проглотив кусок гуляша:
     - А чем сегодняшняя прогулка будут отличаться от вчерашней?
     - Скорее всего ничем особенным, но возьмите с собой какие-нибудь лоскутки ткани, ленточки, они пригодятся вам. Думаю, что их где-то здесь продают для таких случаев, отвечаю я ей.
     - А то, что вечером будет дискотека, все в курсе? – обращается ко всем Сергей. – Так что, дамы, ещё одно развлечение ожидает нас после ужина.
     - Да уж, и купание, и танцы, и всё в один день, богатая у нас программа на сегодня, – шутливо замечает Оля. - Кстати, Николай, а куда ты пропал после завтрака? Почему бросил нас на произвол судьбы? – она капризно надула губы.
     - Ходил на разведку маршрута, - коротко отвечаю я. – Всё проверено, мин там нет.
     - Неплохой миноискатель был у тебя с тобой, - говорит Оля, озорно подмигивая мне. – Видела я с балкона нашего номера тебя с ним.
     - Для разминирования все средства хороши, - отвечаю я, смеясь.
     - Ну что, дамы и господа, через полчаса после обеда на старом месте встречаемся, или как? – интересуется Сергей у всех.  Все согласно кивают, заканчивая обед.

*                *                *

     Мы снова идём парами. Правда на этот раз мы с Леной впереди, а Сергей с Олей сзади, метрах в десяти. Так решила Оля.
     - Тебе, как разведчику этого пути, я вручаю другой миноискатель. А если за твоё отсутствие враг новых мин понаставил? А у тебя другой миноискатель есть, более молодой и современной конструкции, - дурачась и смеясь, вручила мне Оля свою подружку перед прогулкой. Все сняли куртки от спортивных костюмов и повязали рукавами на поясе. Все в тех же футболках, что и вчера. У Сергея всё та же волчья морда на футболке, у Оли тот же орёл, у Лены карта России. Я в той же синей футболке без картин и надписей. Просто я люблю однотонное.
     Лена берёт меня под руку, и мы идём в сторону карагача с ленточками. Мне приходит в голову неожиданная мысль. Когда мы сегодня ходили к карагачу с Галиной, то я не подстраивался под её шаг. И с женой я никогда не подстраивался под её шаг. Значит у нас шаг одинаковый. А вот с Леной я подстраиваюсь под её шаг. Господи, какой ерундой моя голова занята.
     Сзади слышен смех Оли и Сергея. Похоже, что штурм крепости у Сергея идёт полным ходом. Или осада ведётся усиленными темпами, можно и так понимать действия Сергея. Лена о чём-то думает, затем внезапно поворачивает слегка голову ко мне.
     - А ты кем работаешь, не страшная тайна от всех? - спрашивает она меня. - Ты расскажешь о себе, я о себе, так и узнаем друг о друге больше.
     - Я работаю ассенизатором, - коротко отвечаю я, и смотрю на произведённый мной эффект. Глаза Лены округляются, она смотрит непонимающе.
     - Ты так шутишь, или это непонятный мне розыгрыш? – спрашивает она.
     - А разве есть разница, где и кем человек работает? У нас в стране до сих пор любой труд почётен. Или от меня пахнет канализацией? Ну тогда ты можешь убрать свою руку с моего локтя, я не обижусь, – шутливо говорю я Лене.
     - Безусловно, любой труд почётен. Но мне кажется, что ты меня просто разыгрываешь, - отвечает она.
     - Я тебя не разыгрываю. Это меня жизнь разыграла как карту из колоды. Могу рассказать и подробнее, есть желание слушать? – спрашиваю я Лену, она кивает головой соглашаясь.
     - Я учился в своем городе, том, что здесь неподалёку, в институте. После его окончания я получил направление на один небольшой завод, где я от начальника участка за несколько лет стал главным инженером. Может благодаря тому, что там быстро начальство на пенсии уходили, может благодаря своему уму и знаниям, которое я получил в институте. Красный диплом тоже не каждый получает.
     А потом пришла перестройка и развал страны. Мой завод закрыли и продали новые русские хозяева жизни. Весь коллектив завода получил пинка без выходного пособия, и кто на пенсию вышел, кто в другие места пошёл работать. Я приехал обратно в свой родной город. А здесь моим знаниям и прочему не нашли лучшего применения, чем предоставить мне место мастера участка на очистных сооружениях города. Так что я из тех, кто делает свой город чище. Вот такая более подробная история с тем же окончанием получается. – Я замолкаю. Мне действительно жаль, что со мной сыграла жизнь такую злую шутку. Получается, что одна жизнь была в прошлом, а другая, сегодняшняя, никак с той не связана.
     - А мы с Олей на заводе работаем. Мы токари-станочницы. Нас туда родители привели в цех, где они работали. Зарплата нормальная, нам с сыном хватает, даже без алиментов живём нормально. Получается, что у нас трудовая династия на заводе, - Лена воодушевлённо рассказывает о делах на работе. А мне приходит в голову крамольная мысль. «Трудовая династия». Это у врачей, учителей, военных есть династия. А про «трудовую династию» рабочих придумали хитрецы от правительства, чтобы не было иным так мучительно обидно.
     На мой взгляд, если бабушка всю жизнь работала уборщицей, затем мама всю жизнь работает уборщицей, а теперь внучка работает уборщицей, то это не трудовая династия, это значит, что выше уборщицы в этой фамилии никто и не продвинулся. В силу разных причин. Устаивает зарплата, устраивает график, скудоумие.
     И Лена, также, как мать, будет работать на заводе всю свою жизнь. И, как и все эти станочники, будет выполнять 3-5 операций на станке, не более. И так будет каждый день, каждый месяц, каждый год. Это словно лошадь, что всю жизнь ходит по кругу, пока не сдохнет на очередном витке. А в утешение таким людям придумали хитрое название – «трудовая династия». Мы ничем не хуже других, семейное дело. Сколько же таких «трудовых династий» было на том заводе, где я работал.»
     - Ты меня совсем не слушаешь, - говорит Лена, возвращая меня в реальность.
     - Почему ты так подумала? – отвечаю я. – Я тебя очень внимательно слушаю. Просто перебивать не хочу. Извини, Лена, а твой сын, когда вырастет, тоже пойдёт в твой цех токарем?
     - Ой, да ему ещё рано об этом думать, - Лена смеётся и машет свободной рукой, затем произносит. – Ну, если понадобится, то место ему мы с мамой в цеху найдём. Ой, смотри, а что там пестреет на дереве, вон, неподалёку?
     - Подходит финал нашего послеобеденного путешествия, - отвечаю я.
     Мы подходим к карагачу. Лента Галины ярко выделяется на фоне остальных уже потускневших и растрёпанных ленточек. Лена с любопытством обходит карагач вокруг. Подходят Сергей и Оля. Они тоже рассматривают карагач.
     - Вы ленточки принесли с собой? – спрашиваю я спутников. – Кстати, вы ленточки где-то купили или сами сделали?
     - Да мы что, совсем безрукие, по-твоему? Да для любой женщины просто большое желание – порвать кого-то или что-то на куски, - шутливо говорит Оля, затем она достаёт из кармана штанов костюма несколько разноцветных полосок. – Разбирайте, кому какая нравится.
     Все разбирают ленточки. Оля видит, что я не взял ленту.
     - А ты что, Николай, не желаешь ленточку привязать? Что, совсем нет никаких желаний у тебя? – интересуется она, озорно глядя на меня.
     - Совсем никаких, - подтверждаю я. Не буду же я им говорить, что есть у меня одно желание про мою семью, но привязыванием к ветке ленточки его не исполнить. – Не верю я в это совсем.
     - Ну как хочешь, а мы привяжем, а вдруг получится и исполнится, - говорит Оля и вся компания начинает привязывать ленточки на свободные места, отыскивая их с трудом на ветвях карагача.
     Ну вот и всё сделано, слабый ветерок шевелит ленточки, словно дерево с нами прощается.
     - А теперь купаться, - заявляет Сергей, скидывая с ног сланцы. – Надеюсь, что сегодня все купальники надели? – он всматривается в лица женщин.
     - Стоп. Только не здесь. Давайте немного отойдём в сторону, а там купайтесь на здоровье, - говорю я всем.
     - Боишься, что дерево обидится, да, Николай? – язвит Сергей.
     - Вы только что загадали желания и привязали ленточки, а теперь вы хотите голышом побегать перед деревом, чтобы побыстрее сбылось? – язвлю я в ответ. – Может будем хоть немного уважать чужих богов? А вода здесь везде одинаковая – мокрая.
     - Ты прав, - соглашается Сергей. – Дамы, пройдём дальше.
     Мы отходим от дерева на достаточное расстояние и начинаем раздеваться. Троица, скинув костюмы, с визгом бегут в озеро и начинают купание, я же просто снимаю футболку и подставляю солнечным лучам спину.
     Я могу смело любоваться телами женщин и Сергея, не боясь быть наглецом. А полюбоваться есть чем. Женщины в той поре, как налитое яблоко, а не подростковая угловатая фигура. Ну а Сергея, с его накачанной фигурой, я уже видел в прошлый раз. Да, чудо на чуде. Женщины на фоне осеннего солнечного дня, прекрасная картина. Жаль, что я не художник и не фотограф. И ещё я представляю, как здесь может быть красиво зимой. Озеро превратится в большой каток, где местные ребятишки будут кататься на коньках. Все деревья будут в снегу. И карагач этот будет приветливо махать ленточками, который привязали на него всюду люди, надеясь на чудо от него. Странное ощущение. Почему-то мне всегда летом приходит на ум зима, а зимой наоборот.
     Наконец вся троица выходит из воды, поправляя купальное бельё. Они останавливаются, раскинув руки, и обсыхают. Солнце греет ещё по-летнему, но более ласково. Немного погодя, Оля подходит к одежде и начинает одеваться.
     - Ну всё, одеваемся и в обратный путь, - говорит она всем. Она надевает футболку и штаны, куртку снова завязывает вокруг пояса рукавами. Затем она достаёт расчёску из кармана штанов и расчёсывает свои волосы.
     - А почему так быстро, мы же ещё не обсохли толком? – спрашивает Сергей, торопливо одеваясь.
     - По дороге обсохнем, - отвечает Оля, ещё раз расчесав свои длинные волосы и убрав расчёску в карман штанов. – Никто не простынет, жарко же.
     Мы надеваем одежду и отправляемся в обратный путь. Мы с Леной снова впереди, и я снова подстраиваюсь под её шаг. Сергей с Леной сзади, также метрах в десяти. Мы проходим мимо карагача и шутливо машем ему руками.


     Лена о чём-то напряжённо думает, я тоже пока молчу. Интересная женщина эта Лена. Постоянно серьёзная. В отличии от подруги, живущей более весело, судя по её смеху за моей спиной. Они словно уравновешивают друг друга.
     - А как ты думаешь, почему люди изменяют, и когда они начинают изменять? – задаёт мне вопрос Лена и смотрит на меня. Мы продолжаем идти, и я пытаюсь сообразить, зачем мне задан этот вопрос. Я старше их не более чем на 10 лет, неужели она думает, что я настолько мудрый, что на все вопросы у меня есть ответы? Глупости. Но нужно же отвечать. Она ждёт ответ, судя по её внимательному взгляду на меня.
     - Люди изменяют потому, что хотят изменить, и изменяют тогда, когда хотят изменить, - я произношу это с юмором. Но мой ответ её не устраивает.
     - Слишком уж философски и сухо сказал. А подробности будут? – она тоже шутит.
     - Если ты захочешь слушать, то я могу выложить тебе просто своё мнение. Можешь даже меня обвинить потом в занудстве, но слишком уж серьёзные вопросы ты задаёшь. Ответить без занудства нельзя. Я так понимаю, что измена подруги, рассказавшей твой личный секрет другим, здесь и не подразумевался. Тебя интересует семейные измены, так? – Лена кивает головой в знак согласия.
     - Да, именно семейные. Когда один из супругов изменил, – Лена отворачивает голову и смотрит вперёд. Если ей нужен мой совет, то здесь она ошиблась. Мне бы в своей семье сейчас разобраться. Хотя, возможно, что у меня уже и семьи то нет. Приеду к пустым комнатам домой. Но отвечать то нужно.
     - Можно долго и нудно перечислять причины измены. Супруг плохой: пьёт, бьёт изменяет, вот решила отомстить. Супруг хороший: не пьёт, не бьёт, верен как пёс, но захотелось других эмоций.
     Но давай упростим задачу. Вот такой пример. Мы вместе работаем на твоём заводе в твоём городе. Обычный служебный роман. Я, женатый мужчина, втайне от своей жены, приглашаю тебя, замужнюю женщину, втайне от твоего мужа, в кино, театр, выставку или что-то другое. Скажи мне только честно, зачем ты соглашаешься на это? Ты настолько наивная, что не соображаешь, куда это может тебя завести? – я смотрю на Лену с улыбкой. Она слегка краснеет. Даже этот стыдливый румянец ей к лицу.
     - А если это просто по-дружески? – защищается она. – Что здесь преступного, скажи?
     - Так вот и начинаются оправдания своего поступка. Следовательно измена начинается с первого твоего шага. Сделанного тобой вполне осознанно. И ты сама выбираешь, идти со мной или нет. Это ответ на твой первый вопрос – почему люди изменяют.
     Но ведь ты можешь отказать мне. А вот тому Сергею можешь и дать своё согласие. Может он просто больше нравится тебе, чем я, хотя он также женат, как и я. Это ответ на вопрос – когда изменяют. Когда находят именно того человека, с кем хотят изменить. С мужчинами такая же история, но с добавленными вариациями. То якобы лишний билет ему предложат, то выпечку домашнюю, лично испечённую.
     - И много женщин лично тебе пирожки и билеты предлагали, вот только честно скажи? – шутливо спрашивает Лена и смотрит мне в глаза.
     - Я из тех мужчин, которые с детства никогда не котировались в глазах женщин. Это честно. Всем интересен так называемый условный Сергей, спортивного телосложения, и с которым всегда весело. Да и я сам повода старался никому не давать. У меня дома есть всё то, ради чего иные бегут к другим, – я внезапно вспоминаю, что мои проблемы в семье никому не интересны. – Ну хватит уже серьёзных разговоров. Давай лучше анекдоты рассказывать.
     - Хорошо, только ты первый начинай, - соглашается Лена. И мы рассказываем друг другу вполне приличные анекдоты, смеясь над каждой шуткой и острым словом. Так мы доходим до дверей в Дом отдыха, входим внутрь и расстаёмся, расходясь по своим комнатам.

                Глава 7.
     - Всем приятного аппетита и хорошего вечера, - говорю я, и усаживаюсь за стол ужинать.
     - Опаздываете, Николай, заставляете нас ждать ваше появление к ужину, - ехидно замечает Оля, бойко орудуя вилкой, - или вы снова где-то мины обезвреживали?
     - Просто задержался в номере, с другом по телефону болтал, - бессовестно лгу я. Я уже понял, что рано приходить не стоит. Лишние разговоры ни о чём меня не интересуют.
     - Ну что, на танцы сегодня идём? – задаёт вопрос всем Сергей.
     - Так это же входило в план на сегодня, значит идём, - отвечает за всех Оля, - и без всяких отказов. Мужчин, как я убедилась, здесь мало, а с теми, с кем бы хотелось танцевать, ещё меньше. Так что, уважаемые мужчины, уважительной причиной не прийти на танцы может считаться только ваша собственная смерть.
     - А нам новых отдыхающих так и не подсадили за стол, - говорит Лена ни к кому не обращаясь.
     - Скорее всего у стариков всё ещё оплаченное время идёт. Как закончится, так и появятся здесь новые люди, - отвечаю я Лене, вспомнив наш разговор с Галиной по поводу её переселения за наш стол. Видно, не получилось у неё с переселением. А может она ещё и не говорила с администрацией. Женщины заканчивают ужин и уходят. Сергей тоже не задерживается.
     - Приятного аппетита, обманщик, - слышу я за спиной голос Галины. Затем она садится на свободный стул и продолжает. – Бедная девушка полдня ждала принца на белом коне, который увезёт её налево, и не дождалась.
     - Вообще-то я говорил, если не будет других планов, - отвечаю я, прожевав. – Но твои планы нарушили мои сотрапезники по столу. И там же предложено было два времени для похода. Завтра утром тоже упоминалось. Так что, как насчёт похода налево завтра утром? Где встречаемся? – я смотрю на неё с улыбкой.
     - Поверю ещё раз на слово. Значит завтра после завтрака сразу и пойдём налево на сытый желудок. Договорились? – поддерживает она мою шутку. Вот что хорошо с Галиной, то это её открытость и юмор. С ней всё просто.
     - Нет, сразу после кофе. У меня есть старая привычка, пить кофе по утрам, - говорю я твёрдо.
     - Да без проблем. Мы можем выпить кофе после завтрака вместе, можем выпить кофе с выпечкой вместо завтрака. Как желаете? – смеётся она. – Или вам обязательно нужна по утрам овсянка, сэр?
     - Не обязательно. Но лучше мы после завтрака зайдём в буфет, выпьем кофе, чтобы окончательно проснуться и в путь, - шучу я в ответ. – а то после сегодняшних танцев я буду очень голоден утром.
     - Точно. Сегодня же будут танцы. Тебя уже приглашал кто-нибудь на танец? – интересуется она.
     - Я так понял, что меня и спрашивать не будут, это как бы само собой подразумевается за моим столом, - смиренно отвечаю я, попивая сок.
     - Так нужно с тебя снять эти оковы рабства. Поэтому я первая приглашаю тебя на танец. Согласен? - она снова смеётся. – Женщины сейчас эмансипированы, не ждут от мужчин приглашения, сами на это способны.
     - А мне это больше нравится. Когда смолоду получаешь отказ за отказом, то это уже будет разумный подход для меня, когда я хоть кому-то понравился. Но в большинстве случаев я выступаю в роли рака, что на безрыбье будет рыбой, - ещё более смиренно говорю я.
     - Да ладно тебе прибедняться, рак на безрыбье. Я побежала прихорашиваться. Ты тоже побрейся лишний раз, а то колоться будешь, - Галина уходит. Я допиваю сок и тоже ухожу в свой номер.

                *                *                *
     Я вхожу в зал для танцев. Я так и не привыкну к новому названию – дискотека. Дискотека для меня лишь куча дисков на полке. Как библиотека – куча книг на полках. А вот танцы, танцплощадка всегда возвращают меня в молодость.
     Здесь тоже всё по-новому, никаких ребят или девчат с музыкальными инструментами на сцене, да и сцены нет. Всё во власти вон того паренька, который колдует за пультом в дальнем углу зала. Не удивлюсь, что за отдельную плату он может исполнить любой заказ на музыку. Галина права, женщин здесь гораздо больше, чем мужчин. Не удивлюсь, если увижу пары, где женщина будет танцевать с женщиной.
     Быстрый танец подходит к завершению. Я вижу Галину, пробирающуюся ко мне. Ну что ж, пора выполнить обещанное. Галина выглядит прекрасно. Да и все люди вокруг выглядят прекрасно. Время для приготовления к танцам прошло не зря.
     - Мне был обещан танец, ты не передумал? – спрашивает Галина.
     - Да у меня бы совести не хватило отказать такой прекрасной даме, - отшучиваюсь я.
     - Тогда в путь, вон уже и музыка начинается, - она берёт меня за руку, и мы проходим вглубь мимо танцующих пар. Галина кладёт мне руки на плечи, я кладу свои руки ей на талию, и мы медленно танцуем медленный танец.
     - А ты хорошо танцуешь, Николай. Где учился этому? – интересуется она.
     - Сестра учила. Она надевала туфли со шпильками, чтобы быть выше, ну а мне приходилось успевать убирать свои ноги раньше, чем она наступала своими ногами на это место. – Я говорю правду, именно так сестра училась танцевать и меня этому обучала.
     - Очень походит на «метод кнута», – смеётся Галина.
     - Скорее уж просто на мне оттачивала своё мастерство. И у неё всё получилось. Она много наград получила на соревнованиях по танцам, а я лишь научился просто вовремя убирать свои ноги. А ещё она учила не смотреть по сторонам во время танцев, это считается неприличным, – я смотрю Галине в глаза.
     - Правильно. Терпеть не могу, когда танцую с кем-нибудь, а он смотрит по сторонам, ища очередного партнёра для следующего танца. Словно я просто площадка для лучшего обзора танцующих. И ещё при этом повесит подбородок мне на плечо, чтобы я не видела этого. – Галина тоже смотрит мне в глаза. – В танце важно всё. И особенно глаза, в которых можно многое прочесть. Если ты умеешь читать в глазах.
   

     Танец заканчивается. Мы отходим к стене. Начинается быстрый танец. Галина зовёт меня танцевать, но я отказываюсь. Она уходит вглубь и начинает там одна танцевать. Возле неё пара мужчин также танцуют. Но куда им до Галины. Такое ощущение, что каждая клеточка её тела сосредоточена на танце. Это своеобразное погружение в танец, когда в этом мире есть только ты и музыка вокруг тебя.
     Ко мне подходит Сергей. На его лице довольная улыбка человека, у которого всё идёт по плану и всё под его контролем.
     - Ты где пропадаешь, Николай, мы тебя заждались. Я что, должен здесь за двоих отдуваться, танцуя с нашими дамами по очереди? – говорит он с укоризной. – Как дела у тебя на любовном фронте? Виден секс в конце тоннеля или ещё нет?
     - Ты от этого только выиграл. Не поверю, что это тебе в тягость, - отвечаю я с усмешкой, пропуская без ответа вторую часть его тирады.
     - Что есть, то есть, слегка пощупал наших соседок в танце. Это что-то с чем-то. Они меня обе заводят до потери чувств, - соглашается Сергей, не поняв моей издёвки.
     - Смотри чтобы ты отсюда в сумасшедший дом не уехал, заведённый ты наш, - снова шучу я. – А где ты их оставил?
     - Да вон коктейли пьют у бара, - он кивает головой, указывая направление. – Коктейль – лучший друг мужчины в уламывании женщин. Вроде слабенький, но безотказно действующий. Ты извини, Николай, но теперь у тебя выбора уже нет. Тебе досталась Ленка. Оля вроде со мною мутит конкретно.
     У меня есть просьба к тебе, Николай. Ты или с Ленкой в твоём номере кувыркайтесь, ты же один там. Или мне браслет от номера дай, а вы с Ленкой будете в их номере. Как решать то будем проблему? – он смотрит на меня выжидающе. Пока я соображаю, оторопев от неожиданности, что ему ответить, подходят Лена с Олей. Обе нарядились, навели макияж. Женщина, подготовленная к празднику и неподготовленная – совсем разные женщины. Вот и эти также другие. Они словно с картинки журнала мод. Да ещё от выпитого коктейля глаза поблёскивают.
     - Так, Николай, ты снова опоздал, а следовательно, будешь наказан нами. Мерой наказания мы выбираем танец с каждой из нас, - весело заявляет Оля. – приговор вынесен и обжалованию не подлежит.
     - Слушаюсь, госпожа судья. Я всё сделаю, чтобы загладить свою вину, - шутливо соглашаюсь я. Все смеются. Серьёзность Лены, похоже, растворилась в бокале коктейля. Она слегка раскраснелась от выпитого и словно стала более свободной во всём.
   

     Танец закончился. Я вижу, как Галина разговаривает с теми двумя мужчинами, что танцевали рядом с ней. Судя по её улыбающемуся лицу, разговор там вполне мирный, так что моё вмешательство не требуется. Хотя, какое мне дело до всего этого. Я никто этой Галине, как и она мне. А разыгрывать из себя джентльмена нет желания. Я уж скорее рыцарь. У меня тоже только одна дама в сердце – моя жена.
     Начинается медленный танец.
     - Пора отрабатывать наказание, Николай, - со смехом говорит Оля, и увлекает меня на танец. Она кладёт мне руки на плечи и сцепляет за затылком. В результате я так тесно к ней прижался, что ощущаю любое движение её тела в танце. Я обнимаю её за талию, не сцепляя руки.
     - А ты в курсе, Николай, что ты очень нравишься моей подруге? Можно даже сказать, что она влюбилась в тебя, – спрашивает меня Оля, смотря мне в глаза. И снова да ладом. Снова мне будут говорить про любовь. Но я не подаю виду, что меня это уже раздражает.
     - Мне очень жаль, я не старался понравиться никому. Я приехал на отдых, не более того, - начинаю я говорить.
     - Понятно. А она хотела тебе романтик устроить, столик в нашем номере накрыла. Она хорошая девочка, просто муж козлом оказался. Так бывает. Ты уж не будь козлом, отзовись девочке добром, - перебивает меня Оля.
     Вот это номер, от смеха клоун помер. Без меня меня женили. Вот как мне расхлебать эту кашу, которую я не замешивал, более миролюбиво и не обидно? А, лучше уж правда, какая она есть.
     - Послушай, Оля. Буквально сегодня мы с Леной говорили на тему измен. Я высказал свою точку зрения. Меня не нужно подкармливать пирожками, - Оля непонимающе смотрит на меня. – Я не буду делать шаг ей навстречу. Мне не нужны лишние проблемы и чьи-то разочарования. Пусть всё просто идёт своим чередом, без этого вот всего.
     - Поняла, - Оля улыбается и говорит с сарказмом, - ты, как честный и любящий муж, будешь дома перед женой стучать себя в грудь кулаком и кричать, что чужие царицы соблазняли тебя здесь, но ты им не поддался, да?
     - Может мне даже некому это будет сказать, - отвечаю я с грустью. – Моя жена предложила развод, вот я и уехал из дома. Вот так вот, вот такие дела у меня дома. Может я приеду, а дом совершенно пустой. И даже кошке я не смогу рассказать о своей верности. У нас нет ни кошки, ни собаки. Ну и хватит об этом. Танец уже заканчивается. Не буду портить вам здесь настроение.
     Я провожаю Олю до стены, где нас ожидают Сергей с Леной. Вижу у них в глазах немой вопрос. Похоже это просто сговор, где все знают всё, кроме меня. И все будут иметь свою выгоду от этого сговора.
     - Что-то голова заболела от музыки, пойду таблетку приму, - говорю я всем и поворачиваюсь, чтобы уйти.
     - Ты ещё вернёшься? – спрашивает меня Сергей вдогонку. Я неопределённо пожимаю плечами и иду на выход.

*                *                *

     В номере я снова лежу в ванной и снова размышляю. На этот раз о своей жене. Как мы тогда с ней познакомились. Может это и стоило снимать в кино, но лучше не нужно. Такие скоропалительные решения всегда осуждались.
     Старый Новый год всегда праздновали. Может просто потому, что была тайная надежда у всех, что если на Новый год желание не исполнилось, то уж на Старый Новый год исполнится обязательно. Он не был официальным праздником, выпадал редко на выходные, но праздничный вечер был обязательно. В тот год он выпал на субботу. Я взял отпуск на работе и приехал домой на новогодние праздники.
     Моя сестра очень хотела сходить на встречу такого Старого Нового года, но мать была непреклонна.
     - И даже не думай. Не хватало мне, чтобы я дочь несовершеннолетнюю одну отправила на какую-то лыжную базу встречать Старый Новый год. Ну и что с того, что тебе через месяц будет восемнадцать? Глупости и в сорок лет творят. И что с того, что там будут все знакомые студенты и даже некоторые преподаватели? И что с того, что у одного студента там папа директор этой базы и вам разрешили? Там будет много парней, а ты одна. Что, не одна будешь, а почти половина собравшихся там будут девочки? Некоторые даже дружат давно? А вот у тебя лично никого нет, и защитить тебя в случае чего там некому. Не пущу и всё. Или вон Кольку с собой бери. Пусть и за тобой там присмотрит и может сам найдёт кого себе. Уже почти 25 лет парню, а жениться всё не на ком. И не урод, и голова и руки на месте, а всё холостой. То его девчонки избегали, мол очкарик худой, теперь же ему не каждая угодна. Нужна одна и на всю жизнь. Да где ж такую найти то, если дома сидеть будет? – мать выговорилась, затем спокойно добавила, - либо с ним иди договаривайся, либо дома оставайся.
     Уговаривать меня долго не пришлось. Сестра знала, что делать, чтобы я согласился. Всё было давно обкатано годами совместной жизни под одной родительской крышей. Поэтому, стоило лишь ей показаться в дверях моей комнаты со слезами на глазах, так я сразу дал согласие. Куда ж деваться, родная сестра, родная кровь. Сестра сходу повисла на мне, поцеловала в обе щеки и умчалась готовиться к празднику в свою комнату.


     А дальше было празднование Старого Нового года в незнакомой мне компании. Я сразу обратил внимание на одну девушку. Она не была похоже на студентку, была немного старше. Так мне показалось. Я осторожно поинтересовался у сестры, кто это.
     - Марина Сергеевна, куратор моей группы. Хорошая тётка, компанейская, - ответила сестра. – А что, заинтересовала? Ну так не теряйся, братуха, она не замужем.
     - Сама ты тётка, ей ненамного больше лет, чем тебе, - смущённо ответил я. Да, заинтересовала. Может впервые я что-то почувствовал в сердце после разлуки с Надеждой, бывшей моей сокурсницей, которую я когда-то боготворил, но понимал всю бесполезность моих мечтаний. А вот теперь я увидел ту, без которой мне уже и жить неохота. Вот словно меня молнией шарахнуло по голове.


     - А теперь доставайте ваши желания, которые вы дома записали на бумажках, и опустите их в эту вазу, - сказала Марина Сергеевна, держа керамическую вазу в руках, и обходя стол, за которым мы все расселись, ожидая начала празднования. – Затем мы их сожжём и будем ждать исполнения наших желаний. И не забываем, что через пятнадцать минут год сменится на новый, уже по старому стилю, поторопитесь.
     Все стали сбрасывать свои бумажки в вазу. Марина Сергеевна подошла ко мне.
     - А вы что медлите? – она протянула мне вазу.
     - Да я даже не знал об этом, мне сестра ничего не сказала про это, - забубнил я, затем сделал пару вдохов- выдохов и спросил:
     - А можно мне устно сказать своё желание? Разница то ведь небольшая, – Марина Сергеевна кивнула, соглашаясь.
     - Я хочу, чтобы ты стала моей женой, потому что иначе я не хочу, - выпалил я. Толпа одобрительно загудела. Кто-то одобрительно засвистел, поддерживая меня.
     - Если я правильно поняла, то это было предложение мне руки и сердца? – смеясь спрашивает меня Марина Сергеевна. – А можно мне подумать, ну хотя бы до утра? Мне впервые делает предложение незнакомец таким оригинальным образом.
     - Соглашайтесь, Марина Сергеевна, мой брат хороший, - громко говорит моя сестра со своего места за столом. – Вот проведёте сегодня с ним ночь и сами в этом убедитесь.
     Все дружно смеются, моя сестра краснеет от своей нелепой фразы, которую можно понять по-разному.
     Да, именно так всё и началось у нас с женой. Я плохо помню, что было в ту ночь. Нет, я не был пьян от бокала шампанского, здесь было совсем иное. Я танцевал с Мариной, мы всей кампанией водили хоровод вокруг ёлки, причём я крепко держал её руку в своей. Я отогревал своим дыханием её замёрзшие ладони, обхватив своими. Мы смеялись, катаясь с горки. Ночь была просто великолепная и сказочная.
     А утром я попросил Марину ответить на моё предложение. Она дала согласие. И счастливее меня тогда никого не было. И все эти годы я не жалел о своём выборе. Интересно, а она не пожалела?


     Мне приходит мысль позвонить жене сейчас. Нет, не буду. У нас есть целый месяц на размышления. Я вылезаю из ванны, вытираюсь полотенцем и ныряю под одеяло. Я так и не привык спать одетым, только голый, чтобы всё тело отдыхало.
     Стук в двери. Не хочу я никого видеть сейчас, я хочу просто спать. Ещё стук. Затем тишина. Вот и славно, желаю всем спокойной ночи.

                Глава 8.
     Утро начинается с шума дождя за окном. Дождь барабанит в окно, словно просит впустить его внутрь. Именно этот дождь и разбудил меня. Я встаю и прохожу в ванную совершить свой утренний моцион. Спать мне уже не хочется.
     Приведя себя в порядок, я подхожу к окну и смотрю на озеро. Дождь уже закончился. Небольшой ветерок поднимает рябь на глади озера. Я перевожу взгляд в небо. Тучи закрыли всё небо и, похоже, не скоро освободят место солнцу. Я смотрю по сторонам.
     Ко входу подъехал автомобиль. Я вижу, как из него вылезла женщина, взяла в руки закрытый лоток и вошла внутрь здания. Стоп. Это же буфетчица Нина приехала.  Что делать, позавтракать, а затем спуститься к ней за кофе? Да, ещё же с Галиной у нас был уговор сегодня налево сходить. Хм. Может она с теми двумя с дискотеки решит пойти. Кто её знает, может она просто меня не поставила в известность об этом, я же рано вчера ушёл с этой дискотеки. Да и кто я такой для неё, чтобы меня ставить в известность? Так, попутчик, не более. Ну так что, пойти на завтрак или в буфет лучше сразу идти? Что-то мне очень кофе захотелось. Ладно, начну с кофе, а там посмотрим. Я надеваю спортивный костюм и выхожу из номера.


     - Здравствуйте, Нина. Вы уже работаете или мне нужно ещё немного подождать? – интересуюсь я у буфетчицы, подойдя к стойке.
     - Я пока ещё не разложила товар, но если вам только кофе, то могу его вам сделать. Как первому клиенту – раньше времени открытия буфета, - весело говорит Нина.
     - Очень хорошо, только мне, пожалуйста, чёрный кофе, - делаю я заказ.
     - Я запомнила. Без всяких новомодных издевательств над ним, - с улыбкой отвечает она. Она начинает проворно работать, раскладывая выпечку и включив кофемашину.
     - Не пойму, или вы светитесь от счастья, или просто в хмурое утро это более отчётливо видно. Рассказывайте, что с вами стряслось, может миллион выиграли? – шутливо спрашиваю я.
     - Муж сегодня приедет с вахты, вот и радость у меня на душе. Два месяца был там.  Мама уже хлопочет по дому, чтобы встретить папу и его. Я тоже сейчас продам всю выпечку и домой. Страсть как соскучилась по мужу. Нет, я понимаю, нужно зарабатывать, поэтому они и ездят так далеко. А вот мне здесь без него такая тоска иной раз нападёт, что согласна хоть сама к нему на вахту ехать, чтобы поближе к нему быть.
     - Зато на ссоры и ревность меньше у вас времени, это тоже плюс, - продолжаю я шутить.
     - Ой, да какие там ссоры, - Нина машет рукой. -  Мы же только поругаемся, так через пять минут бежим мириться, и неважно, кто виноват больше. Я к нему хоть на край света поеду, если будет нужно. Кто больше любит, тот первым шаг навстречу делает. А что до ревности, то в малых дозах она даже полезна. Я вот сразу чувствую себя более нужной своему мужу, когда он слегка меня ревнует. Сразу приходит понимание, что я для него не пустое место, не такая, как все остальные, а единственная. Но только слегка, без этих глупых ссор и мордобития на этом фоне. - Нина наливает мне кофе, и смотрит на меня. – Сдобу будете брать?
     - Нет, только кофе. Спасибо, - я рассчитываюсь, беру кофе, отхожу к дивану и сажусь. В голове бродят какие-то странные мысли, выстраиваясь в разные фигуры. Я делаю глоток кофе и выстраиваю свои мысли в порядок. Ещё глоток. Если следовать логике, то я просто убежал как мальчишка. От жены, от наших общих проблем, навесив всё на её плечи. Просто струсил и удрал. А всего -то мне нужно было сделать шаг жене навстречу. И решать наши проблемы вместе, а не закрываться в себе. А может и наша непонятная размолвка именно оттого, что я просто привык, что моя жена всегда рядом, поэтому и воспринимаю её как обыденность. Я не знаю, ревнует ли меня жена, я никогда её не ревновал. Почему-то всегда считал, что если она выбрала меня, то и волноваться мне не о чём. Для меня любовь это выбор, выбор одного человека и надолго, а не эти розовые слюни на экране.
     А если для жены любовь это чувства, а не выбор? А если она тоже согласна ехать за мной хоть на край света, а я, дурашка, даже не показал, что она мне по-прежнему нужна, слегка бы приревновал её показушно. Женщины эмоциональны. Может именно этой эмоции ей и не хватает от меня – что она по-прежнему нужна мне, что она единственная для меня по-прежнему. Как там недавно сказала Нина – кто больше любит, тот первым шаг навстречу делает? Ну что ж, будем делать этот шаг. Я встаю, допиваю кофе, подхожу к стойке и ставлю чашку на стойку.
     - Спасибо за кофе, Нина, да за совет добрый, - говорю я.
     - На здоровье. А вот советы я не даю, неблагодарное это дело, - отвечает Нина.
     - Тем не менее, именно вы мне дали совет в своих словах. Всего вам хорошего, - я поворачиваюсь, достаю пятак, кладу на сложенные вместе большой и указательный пальцы, загадываю желание и подкидываю его щелчком большого пальца вверх. Пятак крутится, летя вверх, затем он начинает падать. Я подхватываю монету и кладу в карман. Выбор был сделан, когда монета была в воздухе.  Я принял решение и иду к стойке администратора. Я решаю уехать домой. Пусть я буду видеть, как выносятся вещи, пусть жена кричит на меня. Я не хочу, чтобы она вот так вот просто исчезла из моей жизни незаметно. Мы ещё можем поговорить о нас. Мне по-прежнему нужна моя жена. Может это и есть та самая любовь, когда тебе нужен только этот человек и никто другой. Может я только сейчас это понял.
   

     За стойкой Катерина заполняет какие-то документы.
     - Здравствуйте, Катерина, я пришел выписываться. Я срочно уезжаю домой. Обстоятельства так сложились. Сейчас соберу чемодан и на автобус. Кому я свой номер должен сдать перед отъездом? – интересуюсь я. Катерина смотрит на меня изумлённо. Я её понимаю, человек в такую рань заявился с таким заявлением.
     - А вам что, не понравилось у нас? Вроде бы все довольны всегда. У вас что-то случилось, какие-то сложности? – спрашивает она и начинает оформлять мои документы. – А номер никому не нужно сдавать, мы клиентам верим. Да и кому нужен сувенир из нашего Дома отдыха в виде полотенца, у нас есть и красивее, - она кивает головой на кучу красивых сувениров в шкатулке в виде небольших наборов фотографий Дома отдыха с разных мест. Я беру один на память и рассматриваю. Да, вот это делал настоящий фотограф – художник.
     - Мне у вас всё очень понравилось. Тихо и спокойно здесь. Всё просто замечательно. Мне просто нужно срочно домой. А в будущем, может мы с женой к вам приедем отдохнуть. Я очень на это надеюсь, - убедительно отвечаю я.


     Я открываю дверь квартиры и вхожу. Ставлю чемодан у вешалки, снимаю шляпу и кладу на полку, снимаю туфли и надеваю тапочки. Прислушиваюсь к тишине в квартире. Неужели всё? Я сажусь на маленький стул в прихожей и тупо разглядываю закрытую дверь на кухню. Сейчас эта дверь напоминает мне наши отношения с женой. Это закрытая дверь, отгородившая нас друг от друга, и мы сами закрыли её по своей глупости. Интересно, где жена, на работе или на даче у родителей? Или действительно ушла от меня, решив нашу проблему по-своему, по-женски? Ладно, это всё потом. Сейчас я хочу выпить чай. Затем ванна, отдых от отдыха, но сначала чай. Я встаю и подхожу к двери. Но я не успеваю открыть её, дверь со стороны кухни открывает жена.
     - Ты? – она удивлённо смотрит на меня. – А чего так рано, ты же через месяц собирался вернуться?
     - Так получилось. Надоело в гостях, дома лучше, - я натянуто улыбаюсь ей.  – А ты чего здесь и за закрытой дверью?
     - Да я здесь немного начадила, когда завтрак готовила. Вот решила проветрить кухню. Открыла окно, а дверь закрыла, чтобы сквозняка не было. Ну проходи, я твой любимый чай с мятой заварила недавно. Не знаю почему, но словно кто-то подсказал, что ты можешь приехать. – она отступает в сторону, пропуская меня на кухню.
     Я возвращаюсь в прихожую и беру пакет с пирожными, которые купил по пути домой в кулинарном магазине. Затем я прохожу на кухню, достаю из посудного шкафа блюдо, ставлю его на стол и выкладываю на него пирожные из пакета. Жена села стул и с любопытством наблюдает за мной.
     - А я по дороге сюда купил твои любимые эклеры, свежие. Не знаю, зачем купил, я же эклеры не люблю. Да и не знал я, что ты ещё здесь. Как-то машинально всё получилось. Но получается, что пригодились. Давай пить чай вместе, как раньше пили вдвоём. - предлагаю я жене.


     Мы сидим на кухне и молча пьём чай. Я с мятой, жена с бергамотом. Мы молчим не потому, что нам нечего сказать друг другу. Просто мы давно даже молча понимаем друг друга. Я смотрю своей жене в глаза и молча, глазами, спрашиваю её: «Ты приняла решение о разводе?» Она также глазами отвечает: «Да, а ты?» Я снова отвечаю взглядом, немного поводя головой отрицательно: «Судя по тому, что ты не собрала свои вещи, ты решила остаться. Я рад этому твоему решению. Значит у нас ещё есть что-то, что удерживает нас вместе. А про себя я уже говорил тебе, что иногда я готов тебя убить за твои выходки, но развестись с тобой я не хочу». Она смеётся глазами и на миг прикрывает их. Это означает: «Да, я знаю об этом». Вот и всё. Всё очень просто. И не нужно ничего усложнять. Как там сказала Лена о катамаране? Что катамаран чем-то похож на совместную жизнь? Что его нужно толкать вместе, дружно крутя педали, и не филонить, чтобы он плыл как нужно и куда нужно? Ну что ж я готов, где здесь педали?

17 декабря 2025г.