54 этажа ада. Рассказ седьмой. Ночной сторож

Йоханнесбург, 2008 год

За двадцать минут без видеонаблюдения Мозесу предложили пять тысяч рандов. Это были почти две его месячные зарплаты, и, хотя он сразу понял, что деньги предлагают не за красивые глаза, отказаться оказалось значительно труднее, чем он предполагал.

Женщина, пришедшая к нему в сторожку около одиннадцати вечера, выглядела вполне прилично. На вид лет тридцать пять, короткие тёмные волосы, дорогая кожаная сумочка и лёгкий плащ, совершенно не подходивший к холодной зимней ночи Йоханнесбурга.

Она представилась госпожой Петерсен и объяснила, что ей необходимо вывезти из одной квартиры старый металлический шкаф с документами, принадлежавшими её покойному мужу.

– А почему ночью? – спросил Мозес.
– Потому что днём там работают строители, а мне совершенно не хочется объяснять посторонним людям, что находится в шкафу.

Понте-Сити в то время постепенно приводили в порядок после многих лет запустения. На некоторых этажах уже отремонтировали квартиры и установили новые двери, тогда как другие по-прежнему стояли полупустыми, с разбитыми окнами, оголёнными проводами и строительным мусором в коридорах.

Мозес работал здесь третий год и прекрасно знал, что при желании из здания можно вывезти почти всё, от холодильника до автомобиля по частям, если договориться с нужными людьми.
– И какую камеру нужно отключить? – поинтересовался он.
– Семнадцатую. Ту, что смотрит на служебный выход подземной парковки.

Мозес насторожился.
Женщина слишком хорошо знала расположение оборудования.
– Откуда вам известно про камеры?
– Мне подсказали.
– Кто?
Она улыбнулась.
– Человек, который сказал, что вы умеете хранить секреты.

Госпожа Петерсен достала из сумочки конверт и положила на стол.
Внутри лежали пять тысяч рандов.
– С двух до двух двадцати. Всего двадцать минут, и больше мы никогда друг друга не увидим.

Мозес посмотрел на деньги, затем на мониторы, показывавшие пустующие коридоры, лифты и въезды на парковку.
– Если узнают, меня уволят.
– Не узнают.
Он помолчал ещё немного.
Потом забрал конверт.

Около половины второго ночи в башню вошёл высокий мужчина лет сорока пяти, в сером костюме и с небольшим чёрным портфелем.

Он представился Дэниелом Махлангу и попросил разрешения подняться на двадцать шестой этаж.
– К кому? – спросил Мозес.
– К госпоже Петерсен. Квартира 2614.
Сторож поднял голову.
– Вы её знаете?
– Да.

Мужчина говорил раздражённо и постоянно поглядывал на часы. Пока Мозес проверял документы, посетитель несколько раз пытался кому-то дозвониться, но каждый раз слышал короткие гудки.

– Женщины, – наконец пробормотал он. – Сначала устраивают скандал, потом перестают отвечать на звонки.

Мозес записал его имя в журнал, выдал временный пропуск и открыл турникет.
– Лифты справа.

Махлангу направился к кабинам, но через несколько шагов обернулся.
– Послушайте, если я через полчаса не вернусь, вы можете вызвать мне такси?
– Конечно.
– Благодарю.
Он исчез за дверями лифта.

В тот момент Мозес ещё не подозревал, что оказался последним человеком, который видел Дэниела Махлангу живым.

Ровно в два часа сторож открыл программу видеонаблюдения, нашёл семнадцатую камеру и отключил запись.
На мониторе появилось чёрное поле.
Остальные камеры продолжали работать.

Мозес налил себе кофе, достал из кармана газету и попытался сосредоточиться на футбольных результатах, но взгляд постоянно возвращался к часам.

В 02:07 на одной из камер появился грузовой лифт, спускавшийся с верхних этажей.
Внутри находились двое мужчин в рабочих комбинезонах. Они перевозили большой деревянный ящик на колёсной тележке, накрытой серым брезентом.
Мозес не придал этому значения.

В здании постоянно что-то ремонтировали, а строители часто работали ночью, особенно если требовалось вывозить мусор из пустующих квартир.

В 02:11 грузовой лифт остановился на втором подземном уровне.
Рабочие выкатили тележку в коридор и исчезли из поля зрения камеры.
Дальше начинался участок, который контролировала отключённая семнадцатая камера.

В 02:20 Мозес восстановил запись.

Несколько минут он сидел неподвижно, прислушиваясь к звукам ночного здания, а затем убрал конверт с деньгами в металлический шкаф под столом.

Около трёх часов к нему подошёл второй охранник, вернувшийся после обхода.
– Всё спокойно?
– Да.
– На двадцать шестом опять кто-то мебель таскает. Слышал шум, но когда поднялся, никого уже не было.

Мозес пожал плечами.
– Строители.
– Наверное.

Они выпили кофе, обсудили предстоящий футбольный матч, и остаток смены прошёл совершенно спокойно.

На следующее утро в Понте-Сити приехала полиция.
Дэниел Махлангу не вернулся домой.
Его сестра, работавшая медицинской сестрой в городской больнице, сообщила об исчезновении после того, как брат не явился на утреннюю встречу и перестал отвечать на телефонные звонки.

По её словам, Дэниел накануне вечером собирался встретиться со своей бывшей женой, с которой уже несколько месяцев находился в тяжёлом бракоразводном процессе.
Жену звали Эвелин Петерсен.

Мозес почувствовал, как у него неприятно заныло под ложечкой.
Полицейский, изучавший журнал посетителей, указал на запись.
– Вы его пропустили?
– Да.
– Во сколько?
– В час тридцать две.
– А когда он вышел?
Мозес посмотрел на журнал.
Отметки о выходе не было.
– Не знаю. Возможно, воспользовался другим выходом.
– Покажите видеозаписи.

У сторожа похолодели руки.
Он прекрасно понимал, что двадцатиминутный провал в записи вызовет вопросы, но решил ничего не объяснять, пока его не спросят.
Полицейские просматривали изображения почти час.
На записи было хорошо видно, как Дэниел Махлангу вошёл в вестибюль, предъявил документ и направился к лифтам.
Через некоторое время камера на двадцать шестом этаже зафиксировала его выход из кабины.
Мужчина прошёл по коридору и остановился возле квартиры 2614.
Дверь открылась.
Он вошёл.
Больше на записях Дэниел не появлялся.

Квартиру вскрыли около полудня.
Внутри обнаружили пустые комнаты, несколько старых матрасов, разбитый шкаф и строительные мешки, сложенные возле стены.
На кухне стояли две чашки с остатками кофе.
В ванной нашли мужскую куртку, влажное полотенце и разбитый мобильный телефон.
Крови не было.

Никаких следов борьбы полицейские поначалу тоже не заметили, потом обнаружили, что дверь одной из комнат оказалась сорвана с петель, а возле окна валялись осколки разбитого зеркала.
Эвелин Петерсен, которую вызвали для объяснений, утверждала, что действительно договаривалась встретиться с бывшим мужем, но в последний момент передумала.

По её словам, Дэниел постоянно угрожал ей, требовал денег и не желал соглашаться на развод.
– Я испугалась и не пришла, – объяснила она. – Возможно, он разозлился и куда-то уехал.

Следователь спросил, откуда у неё ключи от квартиры.
Эвелин ответила, что помещение принадлежало её знакомому, разрешившему воспользоваться им для встречи.
Знакомого звали Арнольд Крюгер.
Он занимался строительными работами в Понте-Сити.
Мозес узнал эту фамилию.
Именно Крюгер отвечал за ремонт служебных помещений и установку новых камер наблюдения.

Вечером сторож остался после смены и снова открыл архив видеозаписей.
Теперь он понимал, что женщина заплатила ему не за вывоз старого шкафа.
Деньги предназначались для того, чтобы скрыть исчезновение человека.
Однако одна деталь не давала ему покоя.
На записи с грузового лифта в 02:07 рабочие перевозили большой деревянный ящик, накрытый брезентом.
Мозес увеличил изображение.

Лиц почти не было видно, мужчины стояли спиной к камере, но на левом рукаве одного из них отчётливо различалась эмблема строительной компании Крюгера.
Сторож несколько раз просмотрел запись.
Затем нашёл более ранние кадры.
В 01:48 те же двое рабочих поднимались на двадцать шестой этаж с пустой тележкой.
В 02:07 они спускались обратно.
Теперь на тележке стоял большой деревянный ящик.
Мозес снова увеличил изображение.
И заметил кое-что странное.
Из-под нижнего края брезента торчал кусок серой ткани.
Точно такой же, как брюки Дэниела Махлангу.
Он долго всматривался в изображение, пытаясь убедить себя, что это простое совпадение.
Затем увидел руку.
Она появилась всего на секунду, когда тележка дёрнулась при остановке лифта. Между деревянными досками и брезентом высунулись несколько пальцев, которые тут же исчезли.
Мозес откинулся на спинку стула.
Ящик перевозили не с мебелью.
В нём находился человек.
И, судя по движению руки, в тот момент он был ещё жив.

Мозес не пошёл в полицию.
Сначала он решил поговорить с Крюгером, поскольку тот мог объяснить происходящее и, возможно, даже вернуть деньги, которые сторож теперь считал крайне неудачно заработанными.
Однако на следующее утро выяснилось, что строительная бригада закончила работы и покинула здание.
Крюгер на телефонные звонки не отвечал.
Мозес обратился к одному из рабочих, которого иногда видел возле служебного лифта. Тот долго отнекивался, но после нескольких вопросов признался, что ночью действительно вывозили большой деревянный ящик.
– Куда?
– На склад.
– Какой склад?
Рабочий назвал адрес старого промышленного здания в районе Джеппестаун.
– А что там было?
Мужчина посмотрел на Мозеса.
– Мне сказали, оборудование.
– Ты видел содержимое?
– Нет.

Промышленный склад находился в заброшенном квартале, среди старых фабричных корпусов и пустующих мастерских.
Мозес приехал туда ближе к вечеру, оставил машину за соседним зданием и некоторое время наблюдал за воротами.
За высоким бетонным забором стояло несколько грузовиков.
Возле входа курили двое мужчин.
Один из них носил рабочий комбинезон с эмблемой компании Крюгера.

Мозес узнал его по записи из грузового лифта.
Он подождал, пока мужчины уйдут внутрь, затем обошёл территорию и обнаружил небольшую калитку возле старой трансформаторной будки.
Замок оказался сломан.
За калиткой начинался узкий проход между складами.

Мозес осторожно прошёл вдоль стены и заглянул в грязное окно.
Внутри стояли ящики, автомобильные покрышки, несколько металлических шкафов и большой деревянный контейнер, похожий на тот, который он видел на видеозаписи.
Рядом находились двое мужчин.
Они о чём-то спорили.
– Я говорил, что надо было закончить всё сразу, – раздражённо произнёс один.
– Крюгер сказал ждать.
– Сколько можно ждать? Он уже второй день там сидит.

Мозес замер.
Значит, Дэниел мог быть ещё жив.
Он осторожно отступил от окна, достал мобильный телефон и набрал номер полиции.
Однако едва он успел назвать адрес, как за спиной раздался голос:
– Телефон убери.
Мозес медленно обернулся.
Перед ним стоял высокий мужчина в строительном комбинезоне.
В руке он держал пистолет.

Внутри склада Мозеса привязали к металлическому стулу.
Крюгер приехал примерно через час.

Он оказался невысоким, седоватым мужчиной лет пятидесяти, одетым в чистую белую рубашку и дорогие брюки. Внешне он ничем не напоминал человека, способного организовать похищение, и разговаривал с пленником почти дружелюбно.
– Мозес, Мозес... Зачем же вы полезли не в своё дело?
Сторож молчал.
– Вам заплатили хорошие деньги. Нужно было просто выключить камеру и забыть обо всём.
– Где Махлангу?
Крюгер вздохнул.
– Упрямый человек. Совсем как вы.
– Он жив?
– Пока да.

Мозес посмотрел на деревянный контейнер.
Крюгер заметил его взгляд.
– Не беспокойтесь, там его уже нет.
Он придвинул стул и сел напротив.

– Дэниел Махлангу совершил одну неприятную ошибку. Несколько месяцев назад ему доверили документы, которые не должны были попадать к посторонним людям. Вместо того чтобы спокойно заниматься своей работой, он решил использовать их для шантажа.
– Какие документы?
– Финансовые.
– И ради них вы его похитили?
Крюгер улыбнулся.
– Ради них некоторые люди готовы заплатить значительно больше пяти тысяч рандов.
Он наклонился ближе.

– Проблема в том, что Дэниел отказывается говорить, где спрятал бумаги. Мы уже два дня объясняем ему, насколько это серьёзно, но он всё ещё надеется, что кто-нибудь придёт на помощь.

Мозес почувствовал, как по спине пробежал холод.
– Его сестра обратилась в полицию.
– Знаю.
– Вас ищут.
– Тоже знаю.
Крюгер поднялся.
– Поэтому нам необходимо заканчивать.
Он повернулся к охраннику.
– Приведи его.

Дэниела ввели через несколько минут.
Мозес с трудом узнал мужчину, которого пропустил через турникет двумя ночами раньше.
Лицо было распухшим от побоев, на щеке виднелся глубокий порез, а руки связаны за спиной. Он едва держался на ногах, и двум охранникам приходилось поддерживать его с обеих сторон.
Увидев Мозеса, Дэниел остановился.
– Ты...
Сторож отвёл взгляд.
– Знакомы? – поинтересовался Крюгер.
– Он меня пропустил, – прохрипел Дэниел. – В ту ночь.
Крюгер довольно улыбнулся.
– Вот видите, как тесен мир.
Он подошёл к пленнику.
– Дэниел, я устал повторять одно и то же. Где документы?
– Я уже сказал.
– Ты сказал, что уничтожил их. Но я тебе не верю.
Дэниел сплюнул кровь на бетонный пол.
– Тогда это твои проблемы.
Крюгер несколько секунд смотрел на него, затем неожиданно ударил по лицу.
Махлангу упал.

Один из охранников поднял его и снова усадил на стул.
Мозес заметил, что руки Крюгера дрожат.
Похоже, отсутствие документов пугало его гораздо сильнее, чем возможность полицейского расследования.
– Ещё один шанс, – произнёс строитель. – Где бумаги?
Дэниел медленно поднял голову.
– У тебя перед носом.
Крюгер нахмурился.
– Что?
– Всё это время.
Мужчина посмотрел на Мозеса.
И неожиданно рассмеялся.

Крюгер схватил Дэниела за воротник.
– Что ты имеешь в виду?!
Тот с трудом выпрямился.
– Я пришёл в Понте-Сити не для того, чтобы встречаться с Эвелин.
Крюгер замер.
– Я знал, что она меня подставляет. Она слишком плохо умеет врать.
Мозес почувствовал, как сердце забилось быстрее.
– Тогда зачем вы пришли? – спросил он.
Дэниел посмотрел на него.
– Потому что мне нужно было передать кое-что человеку, которого она не знает.
Крюгер медленно повернул голову к сторожу.
– Какому человеку?
Махлангу не ответил.

Но Мозес вдруг вспомнил маленький чёрный портфель, который посетитель держал при себе, когда проходил через турникет.
И ещё одну деталь.
Перед тем как отправиться к лифтам, Дэниел поставил портфель возле стойки охраны и попросил сторожа присмотреть за ним несколько минут, пока он поднимется наверх.
Мозес тогда машинально убрал вещь под стол.
Позднее, после приезда полиции, он совершенно забыл о ней.
Портфель так и остался в сторожке.

Крюгер понял всё по выражению лица Мозеса.
Он медленно улыбнулся.
– Значит, бумаги у вас?
Сторож молчал.
– Прекрасно. Вот теперь у нас наконец появился повод договориться.
Он приказал одному из охранников развязать Мозесу руки и протянул мобильный телефон.
– Позвоните коллеге. Пусть найдёт портфель и привезёт сюда.
Мозес взял телефон.

Некоторое время он смотрел на экран, пытаясь придумать выход, но затем набрал номер ночной смены.
Трубку снял молодой охранник по имени Самуэль.
– Алло?
– Сам, это Мозес. Послушай внимательно.
Крюгер стоял рядом, внимательно наблюдая за разговором.
– Под моим столом лежит чёрный портфель. Его оставил один посетитель. Найди его.
– Нашёл. А что с ним делать?
Мозес посмотрел на Крюгера.
– Отвези по адресу, который я сейчас продиктую.
Он назвал улицу и номер склада.
Самуэль повторил адрес.
– Хорошо. Скоро буду.
Мозес положил трубку.
Крюгер удовлетворённо кивнул.
– Вот и замечательно. А вы боялись, что всё закончится плохо.

Самуэль приехал через сорок минут.
Ворота склада открыли, и молодой охранник въехал во двор на старом белом автомобиле.
Он вышел, держа в руке чёрный портфель.
Крюгер направился к нему, но остановился, заметив, что вслед за автомобилем во двор медленно въезжает ещё одна машина.
Затем третья.
На крышах замигали синие огни.
Крюгер резко обернулся к Мозесу.
– Что ты сделал?!
Сторож ничего не ответил.
Он только посмотрел на молодого охранника, который уже поднял руки и отступил от машины.

Полицейские выходили из автомобилей с оружием наготове.
Один из них громко приказал всем оставаться на местах.
Крюгер бросился к боковой двери склада, но там его встретили ещё двое вооружённых сотрудников.
Через несколько минут всё было закончено.

Позднее Мозес объяснил следователю, что Самуэль был его младшим братом.
Они вместе работали в Понте-Сити, хотя находились в разных сменах, и много лет назад договорились о простом условном сигнале на случай опасности.
Если один из них просил другого привезти документы или деньги, не назвав при этом привычного семейного прозвища, это означало, что разговор происходит под принуждением.
Самуэль правильно понял сообщение, связался с полицией и приехал на склад уже под наблюдением оперативной группы.

Дэниела Махлангу доставили в больницу.
В чёрном портфеле действительно находились бухгалтерские документы, подтверждавшие крупные финансовые махинации строительной компании, занимавшейся реконструкцией Понте-Сити.

Эвелин Петерсен задержали через несколько дней.
По версии следствия, именно она заманила бывшего мужа в пустующую квартиру и помогла организовать похищение.
Крюгеру предъявили обвинения в незаконном лишении свободы, нападении и организации похищения.
Мозеса уволили.
Когда руководство узнало, что он за деньги отключил камеру наблюдения, никаких объяснений слушать уже не стали.

Спустя три месяца, когда история почти забылась, Мозес получил письмо от Дэниела.
Тот благодарил его за помощь и сообщал, что после лечения собирается уехать из Йоханнесбурга.
В конце письма находилась короткая приписка:
«Есть одна вещь, которую я так и не понял. Если Эвелин действительно работала с Крюгером, зачем она сначала заплатила вам за отключение камеры, а потом сама сообщила полиции о моём исчезновении?»
Мозес перечитал письмо несколько раз.
Этот вопрос беспокоил и его самого.
Он достал старую записную книжку и нашёл номер телефона, который госпожа Петерсен оставила ему в ночь их первой встречи.
Номер давно не отвечал.
Однако Мозес вспомнил ещё одну деталь.
Когда женщина пришла договариваться об отключении камеры, она сказала, что ей необходимо вывезти из здания металлический шкаф с документами покойного мужа.

Но Дэниел был жив.
И в тот момент она прекрасно об этом знала.
Мозес медленно опустил письмо.
Внезапно ему стало ясно, что Эвелин могла рассказывать не о Дэниеле.
У неё действительно был покойный муж.
Первый.
О котором она ни разу не упоминала полиции.
А металлический шкаф, возможно, вовсе не был выдумкой.

Через несколько дней Мозес попытался связаться со следователем, занимавшимся делом Крюгера.
Но тот сообщил, что расследование завершено, обвиняемые ожидают суда, а никаких новых документов у него нет.
– Не занимайтесь ерундой, мистер Мозес, – сказал полицейский. – Вам и так повезло, что вы остались живы.
Мозес положил трубку.

На следующий день он купил газету и случайно наткнулся на короткую заметку о строительных работах в одном из старых районов Йоханнесбурга.
При сносе заброшенного промышленного здания рабочие обнаружили человеческие останки, замурованные в бетонной стене.
Полиция пока не установила личность погибшего.
Мозес долго смотрел на фотографию здания.
Он узнал его сразу.
Это был тот самый склад, на котором держали Дэниела Махлангу.
Только теперь сторож вспомнил, что за одной из стен помещения, где его привязывали к стулу, всё время слышался глухой стук.
Тогда он машинально подумал, что это работают строители.
Хотя, возможно, так оно и было.