Бессмертные чувства. Рассказ 4. Праздник для всей

Через час семья Альмашевых добралась до села, где жили Брусовы. Они могли бы прибыть за сорок минут до них, но мёрзлые погодные условия задержали их. На снеговую улицу лошади было трудно забраться с таким грузом. С неё было проще скатиться, что и делали некоторые юные сорвиголовы, пока машин не было.
И тогда же Илья Тимофеевич продолжил путь по прямой. Сворачивать на переулок вдобавок было не вариантом, служа такой же горкой для местных детишек. Александра лежала мягко головой на плече Глеба, упиваясь умиротворением, ощущая чувство поддержки. Неподалеку от них сидели Альбина и Регина. Мать и дочь сидели врознь друг от друга. Женщина изучала глазами неведомую область. Девушка – подросток равнодушно томилась, скучая по дому и подругам.
- Вот там за водоёмом напротив Тагадам. – Сказал молодой человек, кивнув в сторону замёршей неестественной воды, проезжая мимо фермы.
- Как же мы оказались близки. – Саша внимательно его слушала.
Ей нравилось, когда он всё объяснял.
- Как же судьбы переплелись. – Добавила вежливо его мать, пытаясь поддержать разговор.
Сестра же промолчала, отведя взгляд в сторону, вздохнув негромко.
- Глеб, когда учился в школе, с лёту и размахом называл, где находится любые города и страны. Он обожал географию. – Добавил домашний «извозчик».
- Ты такой умный у нас, Глебчик. – Рыжеволосая девушка, не снимая головы с его плеча, подняла глаза на него, улыбаясь.
- Мне есть в кого. – Он нежно обнимал её за плечико, прижимая к себе.
 Без промедления телега повернула направо, проезжая стороной запущенный дом и магазин напротив. Семейство видело, как ребятишки шли с санями на горки в центре и играли рядом снежки. Кто – то слепил снеговика у стены.
Взобравшись на среднюю улицу по чистой дороге, старший Альмашев обернул кобылу вновь по правую руку, приближаясь к дому сватов. По проспекту их встречали соседние дома и ближайшая торговая точка.
- «Боже... Я так боюсь... Как в первый раз. Но это, же мой дом... Я так долго не видела его. Всё не было возможности приехать» - Подумала Александра, прижавшись ближе к мужу.
- «Нам так и не довелось больше пообщаться со сватьей на свадьбе. Мне она показалась... Угрюмой. Прямо, как я» - Размышляла Альбина, выглядывая ограду семьи снохи.
В это время Алевтина Николаевна занималась готовкой на кухне, доканчивая последние блюда. Лада помогала матери, накрывая на стол. Агап между тем собирал дрова на растопку, выйдя с Инной за дом. Она непринужденно вышагивала по снегу в тёплых валенках. Они ещё не знали, что родители вот – вот с минуты на минуты подскочат к ним. Эмилия Захаровна была у себя дома, сказав, что чуть позже подойдёт.
Немного спустя, слыша недалёкое ржание лошадки, приближаясь к крыльцу, мужчина увидел, как к забору подъехала повозка, а из неё к калитке подскочила его старшая дочь. Держа в охапку поленья, едва не уронив, он замер, видя улыбку и слёзы его Саши.
- Сашенька... Доченька приехала. – Опустив на деревянные полы сушняк, старший Брусов подступил к ней, разводя большие руки для неё.
- Папочка! Господи! Папа, я приехала! – Со слезами на лице девушка ринулась к нему, обнимая.
Иннушка стояла позади него и смотрела с лёгкой озадаченностью на плачущую от радости девушку. Увидев маленькую дочь, она медленно подошла к ней, опускаясь на корточки,  глядя слёзно на неё, не веря своим глазам, что видит её.
- Инна... Инночка моя, мама здесь. – Вытерев солёные капли, Александра легонько обняла её.
Девочка с удивлением смотрела на неё, и ныне не умея говорить.
Вслед во двор вошёл и Глеб с родителями и сестрой. Сват приветливо обнял Илью, тот опустился к нему, обхватывая его. Альбина следом обнимала Агапа, улыбаясь оживлённо. Юноша вдогонку пожал руку тестю. А затем молодой отец приблизился к Инне, сияя улыбкой во все зубы, наклонившись к малютке. Отчего малышка непринужденно улыбнулась, потянувшись крохотными ручонками в варежках к нему.
- Иди к папе, Инна. – Альмашев младший взял на руки дочку, смотря на неё ласково.
Саша стёрла последнюю слезу, глядя на них со счастьем. Регина немедленно подошла к брату, смотря с теплом на племянницу. Инна улыбнулась ей в ответ, коснувшись ладошкой её пышных кудрявых волос. Вернувшаяся мать, не желая того, почувствовала в груди укол ревности. Она видела, как ликующе её Иннушка встретила папу и тётю, но только не её.
- «Прости меня, Инна... Прости меня, милая. Мама не хотела тебя бросать» - Но девушка продолжила улыбаться от благополучия.
Впоследствии все зашли в дом, оказавшись на пороге небольшого зала. Где их уже ждали Лада и Алевтина. Женщина подскочила с дивана, подбегая к дочери – студентке. Она обняла её, не сдержав слёз.
- Сашенька... Доченька...
- Здравствуй, мама. – Девушка была с неё почти одного роста.
- Саша! – Светловолосая девушка – подросток рванула к старшей сестре, прильнув к ней сбоку.
У всех трёх Брусовых женщин лились по щекам слёзы.
- Лада... Ладочка, как ты выросла. – Александра притянула её рукой к себе, нежно поцеловав в лоб.
Затем Алевтина обнимала сватов. А в конце крепко обвила огрубелыми  руками зятя. И в этот миг Альбина увидела, что в этом доме её сына любят.  Илья, аккуратно положив руку на её плечо, говоря жестом, чтобы она расслабилась. Лада несмело протянула руку к Регине. Темноволосая девушка робко пожала её. Они нерешительно поздоровались друг с другом, знакомясь. Брусовой казалось, что та на вид была горда, совсем не подозревая об её застенчивости.
Агап вторично притянул к себе старшую дочь, заметив её затаившуюся напряжённость, тем самым говоря, что папа здесь. А Иннушка сидела возле печки, поглаживая большого кота Ваську, лежавшего на боку, греясь.
В ближайшее время, собравшись все вместе, большая семья сидела за столом. На столе показался домашний холодец. Свинина с хреном. Маринованные огурцы. Капуста квашенная. Малосольные грибы. Картофельное пюре.  Оливье, селёдка под шубой. Нарезка из колбасы и сыра. Красная икра. Всё это приготовили Алевтина и Лада. Хозяйка желала каждому угодить.
Сначала ужинали молодые, проголодавшись. Агап с Ильёй хозяйничали на улице. Альмашев загнал лошадь в его ограду. Алевтина сидела на кухне с Альбиной, беседуя друг с другом. Сватья упомянула мальчика на фотографии. И поэтому Николаевна закрыла дверь внутрь дома, чтобы дети ничего не слышали.
- Это случилось в девяносто шестом году. Саше тогда было десять лет. А... Володе только пятнадцать. Моего мальчика погубила чахотка. Дважды... Бог наградил меня болью, а я... Дарю её дочери. – Исповедалась Алевтина, опустив голову.
Карие глаза Альбины заблестели, когда она смотрела на родственницу. Ей было тяжело, что либо - сказать, не умела никогда говорить о своих чувствах. И касания были чужды Альмашевой. Но чувствовала боль сватьи, как свою, и прекрасно могла её понять. 
- Просто не хватает сил её терпеть... Одной. – Сказала женщина с короткими волосами.
- Вроде бы и не одна... Но... Так не хватает своего... Женского понимания. – Брусова подняла влажные синие глаза на неё.
В то же самое время, молодые люди сидели за столом и трапезничали. Лада прижималась к старшей сестре, обнимая её. Регина сидела рядом с Глебом. Иннушке есть не хотелось, она лежала в спальне животом на полу и рисовала цветными карандашами на белой бумаге.
- Мама с папой снова ругаются... Но не при Инне. – Поделилась светловолосая девушка.
- Не слушай их, Ладочка. Они устали просто, не принимай их ссору близко к сердцу. – Александра нежно поглаживала её по голове.
- Не волнуйся, Лада, взрослые часто ведут себя, как дети, ругаются. – Добавил молодой человек.
- У нас тоже... Мама начинает. Она так строга с папой. – Сказала Регина.
- Маме... Трудно рассказать, что у неё на душе. – Юноша погладил сестру по плечу.
В эту минуту,  Агап Родионович и Илья Тимофеевич пускали пар на улице. Брусов помог свату перегнать лошадку на ровную поверхность за домом, чтобы телега не скатывалась с горочки. Он заблаговременно до их приезда расчистил дорожку в том месте. Снега в этом году засыпало много. Тёмно – русый мужчина, зайдя в стайку Бурёнки, набрав на руки лишнего овёса, положил сено перед кобылой, желая накормить скакуна родственника.
- Ох, спасибо тебе, Родионович, выручил меня. По дороге мы не останавливались, я до этого кормил Саргаю. Но есть кобылке явно хотелось в такую снежную завируху. В жизни не видел столько много снега.
- Меня всё же удивляет, что у вас снега ни о чём. В этом есть что – то заветное. Словно нечто незримое охраняет вас от непогоды. – Агапу было известно о Тагадаме, родине Глеба, он в молодости в институте, в Калининграде, изучал инициативно разные народности.
- Это так, я ни раз, работая в поле на комбайне, ощущал чьё – то присутствие рядом. Будто бы мы не одни в этом мире, и я не думаю, что только будто бы, так на самом деле оно и есть. – Илья погладил по шее лошадь.
Тёлки были спокойны и лишь с любопытством поглядывали на новую гостью. Прямо сейчас раздались чьи – то шаги.
- Ожидали меня увидеть, господа? – Спросила Эмилия Захаровна, хрустя снегом, спускаясь к ним с огорода.
- Мама, ты так бесшумно подобралась к нам. – Улыбнулся ей Брусов.
- Здравствуйте, Эмилия Захаровна. – Учтиво поздоровался с ней Альмашев.
- Здравствуйте – здравствуйте, Илья Тимофеевич.
К пожилой женщине тут же подошёл сын, протягивая ей руку, не желая, чтобы она упала.
- Нет, Илюша, спасибо, мне не скользко. Ты знаешь меня, твёрдо держусь на ногах. – Усмехнулась мягко она.
- Пойдём родных встречать, пойдёмте все в дом греться.
 Не за горами в дом вошла троица. На кухне их встретили Алевтина и Альбина. Уже без слёз, а за кружкой тёплого чая.
- О, какие гости! – Весело произнесла тёмноволосая женщина, увидев бабушку Александры. – Здравствуйте, Эмилия Захаровна!
- Здравствуй, Альбиночка. – Эмилия тепло улыбнулась ей, приближаясь неспешно к ним.
- Мамочка, вы пришли. –  Невестка осторожно подлетела к ней.
- Завтра вас всех ждёт сюрприз, Тиночка. – Низенькая старушка шершавыми руками нежно взяла её ладони.
- Ох, мама, не нужно было тратиться...
- Перестань, милая, вы моя семья. Все.
Войдя в хату, бабушка увидела свою приезжую внучку и её молодого человека.
- Бабушка! – Саша поднялась с дивана и подступила к ней, водя её в свои объятия.
Захаровна растроганно взглянула на девушку, подняв на неё глаза, обнимая внучку в ответ.
- Сашенька, пусть Боженька всегда будет на твоей стороне. Он сбережёт тебя и не оставит. – Приговаривала праматерь.
Затем к ней подошёл Глеб. Он робко улыбнулся. Она мягко взяла его за руку.
- Дай Бог тебе улыбки без тоски, подлинной, ни о чём не печалься, не жалей. – Эмилия Захаровна аккуратно сжала кистями его ладонь.
- Спасибо вам, Эмилия Захаровна. – Он постарался наклониться, чтобы не нависать над ней.
После долгого ожидания за столом теперь сидели взрослые. Молодые ушли в спальню, к Иннушке. Девочку стали наряжать в тёплые одежды. Родители и тёти собирались на улицу с ней. На санках покатать.
Брусовы сидели друг против друга, справа от них – Эмилия Захаровна, а напротив её – Альмашевы старшие.
- Чего – то молодёжь ни о чём поела. – Заметила Алевтина.
- Видать, любители поговорить за столом. – Ответил Илья.
- Все в нас. – Добавила Альбина, улыбаясь.
- Но есть одно отличие... Они не пьют. – Сказал Агап, достав из-под стола  бутылку крепкого напитка.
- Может быть. – Игриво усмехнулась пожилая женщина, тая секрет старшей внучки.
Хозяйка дома едва  взыскательно посмотрела на супруга. Она терпеть не могла, когда он прибегал к этому. Но решила ему напомнить об этом тогда, когда дети и внучка уйдут.
Тут же из спальни вышли молодые и Инна. На ней шубка и валенки. Увидев сидящего на стуле за столом дедушку, она чарующе улыбнулась.
- Гулять пойдёшь, Иннушка? – Заметив её, обратился он к ней.
Девочка закивала головой, а после прислонилась к нему, обнимая за ногу. Он погладил её мягко по ушанке, глядя на неё со всей нежностью.
- Иннушка, ступай осторожно по досточкам. там скользко. – Сказала заботливо бабушка её.
Она жизнерадостно улыбнулась ей, положив ручки в варежках ей на колени. Саше было благоприятно, видя, как мама любит её дочь.
 Через короткое время, родители и тёти ушли с Инной на улицу. А взрослые остались за столом. Брусова посмотрела сердито на мужа, видя, как тот разливает в стопку острую воду.
- Ну, начинается... Ты опять пьёшь. Агап, ты можешь прекратить это? – Её тон повысился на него слегка.
- Тиночка, спокойно... У нас праздник, мы все вместе собрались. – Свекровь мягко накрыла её руку своей ладонью.
- Это не праздник будет, если он напьётся. – Рыжеволосая женщина сжала дрожащую руку в кулак.
- Аля, успокойся, пожалуйста... Не при Илье и Альбине только. Мама права, сейчас праздник... Мы можем все расслабиться. – Мужчина с грустью посмотрел на рассерженную жену.
Альмашевы сидели тихо, поглядывая друг на друга. Альбине было трудно выразить, что либо - насчёт этой ситуации. Илья был готов поддержать свата, но не хотел портить отношения со сватьей.
- Но не так только... Пожалуйста, не порть всем праздник. Ты сейчас напьёшься и начнёшь буянить.
- Я не буду, милая, правда, мы будем веселиться. – Агап с досадой поглядывал на неё.
-« Господи, спаси и сохрани» - В голове Эмилии крутилась мысль.
- Нет, не так только! – Алевтина чуть вскрикнула.
- Тиночка, тише, не надо кричать. – Пожилая женщина стала поглаживать её сжатый кулак.
Видя терзания любимой женщины, Брусов вылил содержимое бутылки в таз с грязной водой. Он поднялся с места и обошёл стол, опустившись на колени перед ней, склонив голову на её ноги.
- Прости... Прости меня, Аля. – Его голос дрогнул от тихого всхлипа.
Алевтина расслабила ладони. Развернувшись к нему лицом, она ласково опустила руки ему на широкую спину и голову кудрявых тёмно – русых волос, поглаживая.
В эту минуту в дом вернулась Александра. Увидев на столе недопитую стопку и отца на коленях перед матерью, она напряглась. Её плечи напружинились. Услышав скрип двери, Агап бросил взгляд в сторону вошедшей внутрь дочери. Его карие глаза смотрели со слезами и пристыженно на неё. Альбина вздохнула негромко, наблюдая за ними. Илья нежно сжал её руку под столом.
- Прости, Саша...
- Папочка, не пей, пожалуйста, не пей, прошу тебя! – Перебивая Алевтину, девушка опустилась на пол к родителю, привалившись к нему, плача.
Не произнося ни слова, виновато смотря на неё, мужчина бережно приобнял её. Мать Глеба смущённо опустила взгляд, прикрыв глаза, не зная, как помочь им. Супруг нежно обнял её, положив руку ей на плечо.
- Папочка, прошу тебя... Пообещай... Пообещай, что не будешь пить... Пообещай ради Иннушки! – Умоляла Агапа старшая дочь.
- Обещаю, доченька... Прости меня... Я не буду пить больше. – Он попытался ей утешающе улыбнуться.