Действие сценическое. Теория... определённости

Причинная теория Кретова в своей предметной определённости

1. Вступление. Причинность ещё не определяет предмет причинной теории

Причинная теория Кретова возникает не из необходимости ещё раз объяснить, что действие имеет причины. Причинность обнаруживается в жизненном поведении, драматическом действии, актёрском исполнении и театральном восприятии.

Но присутствие причинности во всех этих отношениях не делает их предметом одной и той же теории.

Чтобы причинная теория сценического действия приобрела самостоятельность, необходимо установить, причинность чего именно она исследует.

Это вопрос предметной определённости.

Если теория объясняет причинно-следственные отношения персонажей, она остаётся в пределах драматического действия.

Если объясняет общие механизмы человеческого поведения, она выходит за пределы специфически сценического.

Если исследует способы достижения выразительности, она рискует раствориться в актёрской методике.

Если объясняет возникновение смысла у зрителя, она обращается уже к театральному действию.

Следовательно, предмет причинной теории Кретова должен быть определён не через причинность вообще, а через особую действительность сценического действия.

Причинная теория Кретова в своей предметной определённости — это исследование условий, отношений и закономерностей действительного причинного становления сценического действия актёра в образе действия персонажа.

Но такое определение пока предварительно. Оно требует установления границ предмета, его внутренней организации и условий проверки.

2. Предмет не совпадает с объектом исследования

Первое необходимое различение — объект и предмет.

Объектом исследования является сценическое действие.

Но само сценическое действие может исследоваться с разных сторон.

Его можно рассматривать как художественную форму.

Как психофизический процесс.

Как способ актёрского существования.

Как отношение к драматическому материалу.

Как средство театральной адресации смысла.

Каждое исследование выделяет собственный предмет.

Следовательно, назвать объект ещё не означает определить предмет теории.

Причинная теория выделяет в сценическом действии не всё его содержание, а определённое отношение:

Как из существующих условий действия действительно возникает его следующее состояние?

Иначе говоря, предметом является причинная обусловленность возникновения, продолжения, преобразования и завершения сценического действия.

Здесь важно слово «действительно».

Речь не только о том, почему действие должно возникнуть согласно драматургии.

И не только о том, как актёр должен его исполнить.

Речь о причинной организации самого осуществления.

Таким образом:

Объект причинной теории — действие сценическое. Предмет — причинное становление этого действия в его специфически сценическом существовании.

3. Почему определение действия вообще недостаточно

Кретов неоднократно обращает внимание на проблему определения сценического действия через действие вообще.

В статье «Действие сценическое как таковое» он рассматривает определение Товстоногова, представленное в книге «Беседы о профессии», и ставит вопрос о том, почему заявляется сценическое действие, а определяется действие как единый психофизический процесс достижения цели.

Проблема заключается не в отрицании психофизического единства.

И не в отрицании целенаправленности.

Эти признаки действительно принадлежат сценическому действию.

Но они не являются исключительно сценическими.

Человек действует психофизически и вне театра.

Стремится к результату.

Преодолевает препятствия.

Изменяет способы воздействия.

Следовательно, перечисление общих признаков действия ещё не устанавливает его сценическую специфику.

Определение, одинаково применимое к сценическому и несценическому действию, не может само по себе служить достаточным основанием предметной самостоятельности причинной теории сценического действия.

Именно поэтому Кретов обращается к различению способов существования действия.

4. Специфически сценическое как условие предметной определённости

В авторских текстах Кретова сценическое действие определяется как способ существования актёра в образе действия персонажа играемой роли.

В другом определении оно представлено как намеренный синтетический конструкт, выражаемый психофизикой актёра и предназначенный к исполнению в театре.

Эти положения указывают на несколько существенных обстоятельств.

Носителем сценического действия является актёр.

Действие осуществляется в образе действия персонажа.

Оно имеет намеренную организацию.

Оно выражается действительной психофизикой.

Оно принадлежит театральному способу существования.

Следовательно, причинная теория должна объяснять не действие вообще, а причинное осуществление именно такого действия.

Это означает, что её предмет нельзя получить простым переносом общей причинности поведения в театральную ситуацию.

Необходимо установить, что происходит с причинной организацией действия, когда актёр действует в образе персонажа, сохраняя собственную действительность.

Сценическая специфика должна принадлежать самому предмету причинной теории, а не добавляться к общей теории действия как внешнее условие.

5. Философский парадокс предмета

В философеме Кретова содержится принципиальное положение:

«Действие же сценическое выключено из осуществления, но процессуально проживаемо».

На первый взгляд здесь возникает противоречие.

Если действие выключено из осуществления, как оно может действительно происходить?

Но противоречие становится исследовательски продуктивным, если различить осуществление изображаемого жизненного деяния и действительность актёрского сценического процесса.

Актёр, изображающий убийство, не совершает фактического убийства.

Актёр, играющий потерю близкого человека, не обязан переживать такую потерю как событие собственной жизни.

Тем не менее сценическое действие действительно осуществляется.

Оно имеет телесность.

Продолжительность.

Партнёрские последствия.

Причинные переходы.

Следовательно, в рабочей интерпретации философемы можно сформулировать:

Изображаемое жизненное деяние остаётся предполагаемым, тогда как сценический процесс его осуществления является действительным.

Именно эта двойственность задаёт философское основание предметной определённости причинной теории.

Она должна объяснять действительную причинность сценического действия, не превращая предполагаемый мир роли в фактическую жизнь актёра.

6. Причинность предполагаемого и действительность причинения

Теперь возникает центральная проблема.

Как предполагаемое обстоятельство может стать причиной действительного действия?

Предположим, персонаж узнаёт о предательстве.

В предполагаемом мире роли это событие меняет отношения персонажей.

Но в фактической жизни актёра предательства может не быть.

Тем не менее известие способно причинно участвовать в сценическом действии.

Следовательно, причинная теория должна различать содержание предполагаемого события и действительные условия его причинного участия.

Недостаточно сказать:

«Актёр вообразил событие, поэтому оно стало причиной».

Воображение само по себе не доказывает причинной действенности.

Необходимо установить, каким образом представляемое содержание вошло в организацию дальнейшего действия.

Отсюда возникает предметный вопрос:

При каких условиях предполагаемое различие приобретает действительную причинную действенность в сценическом процессе?

Это не вопрос общей психологии воображения.

И не вопрос фактической истинности драматического события.

Это вопрос специфического причинного осуществления сценического действия.

7. Представление и восприятие в предмете причинной теории

В статье «Действие сценическое — в чём суть?» Кретов исследует различие сценического и несценического действия через категории представления и восприятия.

Он связывает сценическое действие с доминантой представления, а несценическое — с доминантой восприятия, не исключая участия обоих начал.

Это положение особенно важно для причинной теории.

Актёр действует в предполагаемых обстоятельствах.

Но одновременно воспринимает действительного партнёра.

Получает последствия воздействия.

Реагирует на изменяющиеся условия.

Следовательно, сценическое действие не может быть объяснено ни одним представлением, ни одним восприятием.

Необходимо исследовать их причинное сопряжение.

Однако доминанта представления не должна пониматься как причинная независимость от партнёра.

Иначе сценическое действие превратится в воспроизведение заранее организованного внутреннего содержания.

Но и восприятие партнёра не должно уничтожать предполагаемую определённость роли.

Поэтому:

Предмет причинной теории включает исследование того, как доминанта представления сохраняется при действительной причинной зависимости сценического действия от воспринимаемых условий.

Это один из вопросов, по которым сценическая причинность может быть отличена от причинности повседневного поведения.

8. Намерение и неполученный результат

Кретов определяет действие как намерение, реализующее себя в результате.

Это определение вводит в исследование особое отношение.

Действие не является простой последовательностью движений.

Оно направлено к результату.

Но результат ещё не получен.

Следовательно, настоящее действие организуется отношением к тому, чего пока нет в осуществлённой действительности.

В развиваемой причинной модели это отношение обозначается через неполученный результат.

Но здесь необходимо избежать ошибки.

Будущий результат не может физически причинять настоящее из будущего.

Причинно действенным является настоящее намерение, в котором результат представлен как ещё не полученный.

Следовательно, предмет причинной теории включает исследование того, как направленность к неполученному результату участвует в организации текущего действия.

Неполученный результат не является будущей причиной. Он является содержанием настоящей направленности, причинно организующей действие.

Это различение необходимо для строгого понимания намеренности.

9. Причинная генеалогия сценического «как»

Теперь можно выделить непосредственный предмет исследования.

Актёр осуществляет действие определённым способом.

Но описание этого способа ещё не объясняет его возникновения.

Можно установить, что актёр просит.

Угрожает.

Убеждает.

Скрывает.

Добивается признания.

Но причинная теория должна спросить:

Почему именно это «как» возникло в данных условиях?

Какие различия стали действующими?

Что определило достаточность выбранного способа?

Какие последствия его поддерживают?

Что делает его недостаточным?

Почему возникает необходимость преобразования?

Следовательно, причинная теория исследует не только существование определённого «как», но и его причинную генеалогию.

Предметная определённость причинной теории обнаруживается в переходе от описания сценического способа действия к объяснению причин его действительного возникновения.

Именно этот переход отличает причинное исследование от морфологического.

10. Морфология и причинное становление

Морфология сценического действия описывает его формы и различия.

Причинная теория исследует происхождение этих форм.

Одно и то же внешнее действие может иметь разные причинные основания.

Актёр может произнести одну и ту же реплику с одинаковой интонацией.

Но в одном случае она возникает как продолжение действительного партнёрского отношения.

В другом — как воспроизведение установленной партитуры.

При этом нельзя автоматически объявлять повторяемую форму штампом.

Форма может быть устойчивой, сохраняя действительную причинную организацию.

Следовательно, морфологическое тождество не доказывает причинного тождества.

И наоборот, морфологическое различие не обязательно означает возникновение другого действия.

Отсюда:

Причинная теория исследует не только то, чем состояния сценического действия отличаются, но и то, почему одно состояние возникает из другого.

В этом состоит её отличие от описания сценической формы.

11. Событие как предмет причинной проверки

Действенный анализ устанавливает события драматического действия.

Но причинная теория должна исследовать их сценическую действенность.

Событие может быть драматургически необходимым.

Может иметь большую амплитуду.

Может определять развитие конфликта.

Но это ещё не доказывает его причинного участия в конкретном сценическом процессе.

Следовательно, возникает методологическое требование:

Драматургическая значительность события не должна приниматься за доказательство его сценической причинной действенности.

Причинная теория должна устанавливать, какое различие событие внесло в условия действия.

Получило ли оно возможность причинного участия.

Было ли действительно присвоено.

Какие последствия возникли.

Изменилось ли прежнее «как».

Но событие не следует объявлять единственным источником сценической причинности.

Сценическое действие может продолжаться и преобразовываться через партнёрские последствия, не совпадающие с самостоятельными драматическими событиями.

Следовательно, событие является важным, но не исчерпывающим предмет причинного исследования.

12. Роль как узел сопряжения

В статье «Действие сценическое. Театр» Кретов пишет:

«Роль есть узел, организующий тождество действия сценического с действием драматическим».

Это положение позволяет установить отношение причинной теории к драматическому действию.

Причинная теория не должна разрывать сценическое и драматическое действие.

Но не должна и отождествлять их.

Драматическое действие устанавливает причинно-следственную организацию персонажей в предлагаемых обстоятельствах.

Сценическое действие осуществляется актёром в образе действия персонажа.

Роль организует их сопряжение.

Следовательно, предмет причинной теории включает исследование действительного осуществления этого сопряжения.

Но роль не является причиной каждого отдельного изменения.

И событие не является единственным местом соединения двух действий.

Поэтому необходимо различать организацию сопряжения и конкретные причинные отношения внутри него.

Роль задаёт организацию принадлежности сценического действия драматическому. Причинная теория исследует, каким образом эта принадлежность действительно осуществляется и преобразуется.

13. Причинное право и причинное присвоение

Для исследования перехода от драматической определённости к сценической действенности в рабочей модели используются понятия причинного права и причинного присвоения.

Причинное право обозначает возможность определённого различия участвовать в причинной организации действия.

Причинное присвоение — его действительное участие в дальнейшем причинении.

Но эти понятия требуют строгого ограничения.

Причинное право не является распоряжением режиссёра.

Причинное присвоение не тождественно эмоциональной реакции.

Они не должны превращаться в обозначения, которыми можно объяснить любое наблюдение.

Например, если актёр изменил поведение, это ещё не доказывает присвоения определённого события.

Если не изменил, нельзя автоматически объявлять присвоение скрытым.

Следовательно:

Понятия причинного права и присвоения имеют методологическую ценность только тогда, когда позволяют различать возможное и действительное причинное участие.

Иначе они становятся словами, заменяющими исследование.

14. Причинное требование и передел

Следующий уровень предметной определённости связан с преобразованием действия.

Существующее «как» может сохранять достаточность.

Но изменившиеся условия способны сделать его недостаточным.

Тогда возникает причинное требование.

Однако причинное требование ещё не является переделом.

Передел означает действительное возникновение нового способа действия в результате преобразования прежней причинной организации.

Следовательно, необходимо различать:

недостаточность прежнего «как»;

возникновение требования к изменению;

действительное осуществление преобразования.

Это различение позволяет избежать отождествления драматургической необходимости и сценического передела.

Причинная теория должна объяснять не только почему прежнее «как» перестало быть достаточным, но и каким образом новое «как» действительно возникло.

Именно здесь она обнаруживает собственную исследовательскую задачу.

15. Причинная циркуляция

Сценическое действие не является односторонним осуществлением намерения.

Актёр воздействует на партнёра.

Возникает последствие.

Последствие изменяет условия дальнейшего действия.

Новое действие производит новые последствия.

Так возникает причинная циркуляция.

Но её нельзя понимать как механическое возвращение прежнего состояния.

Возвращается изменённое условие продолжения.

Следовательно, причинная теория должна исследовать, как последствия действия становятся причинами следующих состояний.

Однако не всякое последующее состояние автоматически является следствием первоначального воздействия.

Партнёр может внести самостоятельное различие.

Может возникнуть новое обстоятельство.

Может измениться сама направленность действия.

Поэтому предмет причинной теории включает установление границ причинной принадлежности.

Причинная циркуляция должна объяснять происхождение следующего состояния, а не просто обозначать повторяемость взаимодействия.

16. Причинный режим

Если причинная циркуляция исследует последовательность причинных переходов, то понятие причинного режима позволяет поставить вопрос об их относительно устойчивой организации.

Какие различия способны стать причинами?

Какие условия сохраняют достаточность прежнего способа?

Какие изменения вызывают требование?

Что определяет возможность продолжения?

Причинный режим обозначает не отдельную причину, а организацию условий причинения.

Но здесь необходимо избежать расширительного употребления.

Не всякое изменение действия является сменой режима.

И не всякое событие преобразует причинный режим.

Следовательно, предмет причинной теории включает не только отдельные причинные зависимости, но и устойчивые условия их возникновения.

Причинная теория исследует причины сценических переходов и организацию условий, при которых такие переходы становятся возможными.

Это положение расширяет предмет за пределы анализа отдельных событий.

17. Инвариант и тождество действия

Если сценическое действие изменяется, необходимо установить, сохраняется ли его процессуальное тождество.

До события существовало определённое «как».

После события возникло другое.

Но является ли это продолжением того же действия?

Или прежнее действие завершилось?

Здесь возникает проблема инварианта.

Инвариант не должен сводиться к неизменности внешней формы.

Но его нельзя заранее отождествлять и с общей драматической целью.

Необходимо установить условия, при которых различные состояния принадлежат одному причинному процессу.

Следовательно, инвариант является не готовым ответом, а самостоятельной теоретической проблемой.

Причинная теория должна объяснять не только возникновение различий, но и сохранение тождества действия через эти различия.

Без этого передел невозможно строго отличить от завершения одного действия и возникновения другого.

18. Предметная граница с действенным анализом

Теперь необходимо установить границу с действенным анализом.

Действенный анализ уже содержит причинное исследование.

Он устанавливает взаимосвязь событий, обстоятельств и действий персонажей.

Поэтому было бы неверно утверждать, что причинная теория впервые вводит причинность в режиссёрскую работу.

Различие заключается в предметной направленности.

Действенный анализ раскрывает драматическую обусловленность действия.

Причинная теория Кретова исследует причинное становление его сценического осуществления.

Но эти предметы не должны быть полностью изолированы.

Драматическая обусловленность участвует в организации роли.

Сценическое осуществление может уточнять режиссёрское понимание драматического события.

Следовательно, отношение двух исследований является сопряжённым.

Причинная теория не отменяет действенный анализ.

Она ставит самостоятельный вопрос, который не разрешается одним установлением драматической необходимости.

Почему установленная драматическая необходимость действительно становится — или не становится — причиной сценического продолжения?

19. Предметная граница с актёрской методикой

Причинная теория может использоваться в репетиционной работе.

Но её нельзя определять только через практические приёмы.

Методика отвечает на вопрос:

Что следует делать для организации сценического действия?

Причинная теория отвечает на другой:

Какие причинные отношения действительно обеспечивают его возникновение и продолжение?

Различие принципиально.

Режиссёр может использовать упражнения.

Изменять обстоятельства.

Уточнять партнёрские задачи.

Организовывать импровизацию.

Но эффективность приёма ещё не является объяснением причинной организации действия.

И наоборот, причинное объяснение не обязательно содержит готовый практический приём.

Следовательно:

Причинная теория может обосновывать методику, но не должна отождествляться с ней.

Иначе предмет теории будет подменён совокупностью способов режиссёрского воздействия.

20. Предметная граница с психологией

Сценическое действие осуществляется актёром, поэтому причинная теория неизбежно соприкасается с психологией.

Но она не должна растворяться в общей психологии поведения.

Эмоции, внимание, память, представление и восприятие могут участвовать в причинной организации действия.

Однако описание этих процессов ещё не объясняет специфически сценическое существование.

Например, страх может быть исследован психологически.

Но причинная теория сценического действия должна выяснить, какую роль представленный страх играет в осуществлении определённого действия актёра в образе персонажа.

Именно предметное отношение к роли, намерению и сценическому осуществлению отличает исследование.

Причинная теория не является психологией актёра вообще. Она исследует причинную организацию сценического действия, в которой психологические процессы могут выступать условиями и средствами осуществления.

Это ограничение необходимо для сохранения самостоятельности предмета.

21. Предметная граница с театральным действием

Кретов различает сценическое и театральное действие.

Театральное действие связано с адресацией смысла и его усмотрением зрителем.

Следовательно, причинная теория сценического действия не должна автоматически считать художественный смысл доказательством причинной состоятельности исполнения.

Зритель может обнаружить значительный смысл в выразительной форме.

Но это ещё не устанавливает её причинную генеалогию.

И наоборот, причинно осуществлённое сценическое действие не обязательно обеспечивает успешную адресацию смысла.

Поэтому необходимо различать:

причинную действительность сценического действия;

художественную организацию спектакля;

театральное усмотрение смысла.

Они могут быть связаны, но не тождественны.

Предмет причинной теории ограничен сценическим причинением, хотя его результаты имеют значение для организации театрального действия.

Это не уменьшает художественной значимости теории.

Напротив, определяет границы её объяснительной ответственности.

22. Телесность как условие действительности предмета

Причинное становление сценического действия не существует вне актёра.

Оно осуществляется телесно.

Но телесность нельзя свести к набору наблюдаемых движений.

Изменение голоса, мимики, жеста или положения тела может сопровождать причинное преобразование.

Однако само по себе оно не доказывает его.

Поэтому необходимо различать телесную форму и причинное происхождение формы.

При этом нельзя допускать противоположной ошибки.

Если причинная теория объясняет любое отсутствие наблюдаемых изменений ссылкой на недоступное проверке внутреннее присвоение, она теряет исследовательскую определённость.

Следовательно, телесность должна рассматриваться как действительный носитель сценического процесса, а не как универсальный внешний индикатор его причинности.

Причинная теория исследует действительное осуществление действия в телесности актёра, но не отождествляет причинность с отдельными телесными признаками.

23. Штамп как предметная проверка теории

Проблема штампа позволяет проверить объяснительную способность причинной теории.

В статье «Действие сценическое. К перформансу» Кретов различает штамп и наигрыш.

Он связывает штамп с формами, заменяющими проживаемое, а наигрыш — с непроживаемым в моменте.

При этом Кретов допускает возможность проживания формы, первоначально воспринимаемой как штамп.

Это положение не позволяет свести штамп к повторяемости.

Повторение само по себе не уничтожает сценическое действие.

Но возникает вопрос о действительности причинного процесса.

Актёр может воспроизводить установленную форму.

Однако происходит ли её причинное осуществление в настоящем действии?

Если причинная теория способна исследовать это различие, она получает важную практическую применимость.

Но нельзя утверждать, что всякий штамп является доказательством отсутствия причинности.

Само воспроизведение формы тоже имеет причины.

Следовательно, требуется различать причинность воспроизведения и причинность сценического становления.

Предмет причинной теории — не отсутствие или наличие причин вообще, а специфика причинного осуществления действия сценического.

Это одно из наиболее существенных уточнений.

24. Не всякая причинность актёра является причинностью сценического действия

Актёр может изменить интонацию потому, что вспомнил режиссёрское указание.

Может переместиться потому, что увидел условный знак.

Может ускорить речь потому, что почувствовал ограничение времени.

Все эти изменения причинно обусловлены.

Но достаточно ли этого, чтобы считать их причинным становлением сценического действия?

Нет.

Иначе любая причинная связь в поведении актёра автоматически принадлежала бы предмету причинной теории.

Следовательно, необходимо установить критерий принадлежности причины именно сценическому действию.

Такой критерий не может состоять только в физическом нахождении актёра на сцене.

Причина должна быть исследована относительно действия, осуществляемого актёром в образе действия персонажа.

Это не означает, что технические условия никогда не участвуют в сценической причинности.

Они могут влиять на исполнение.

Но их участие требует определения.

Причинная теория должна различать причины поведения актёра вообще и причины становления его сценического действия.

Без этого различения предмет теории окажется неопределённо широким.

25. Предметная определённость как принцип отбора причин

Теперь можно сформулировать важнейшее следствие.

Причинная теория не обязана учитывать каждую физическую, психологическую и организационную причину, воздействующую на актёра.

Иначе её предметом станет вся действительность.

Но она не вправе произвольно исключать причины только потому, что они не предусмотрены драматургией.

Следовательно, необходим принцип отбора.

Причина принадлежит непосредственному предмету причинной теории в той мере, в какой её участие существенно для объяснения возникновения, продолжения, преобразования или завершения данного сценического действия.

Это определение не устанавливает заранее закрытый список причин.

Оно задаёт отношение причинной релевантности.

Одна и та же причина может быть существенной для одного действия и второстепенной для другого.

Поэтому предметная определённость требует не перечисления допустимых причин, а установления их принадлежности конкретному процессу.

Именно здесь причинная теория получает возможность исследовать сценическое действие без превращения в универсальную теорию всего происходящего с актёром.

26. Методологическая проверяемость

Предметная определённость требует не только определения объекта и границ.

Она требует возможности проверять причинные утверждения.

Если теория утверждает, что событие вызвало передел, необходимо установить основания этого вывода.

Если утверждает, что произошла смена причинного центра, необходимо определить признаки изменения причинной организации.

Если утверждает, что действие сохранило тождество, необходимо установить условия этого сохранения.

Но проверка не должна сводиться к поиску одного внешнего признака.

Причинное исследование может использовать сопоставление исполнений, изменение условий, анализ последовательности последствий и проверку альтернативных объяснений.

При этом отрицательный результат должен оставаться допустимым.

Теория, которая считает любое изменение подтверждением передела, а любое отсутствие изменения — подтверждением скрытого присвоения, не обеспечивает проверяемости своих утверждений.

Следовательно, предметная определённость требует различать установленную причинную зависимость и исследовательскую гипотезу.

27. Что причинная теория должна объяснять

Теперь можно выделить основные вопросы, составляющие её исследовательское поле.

Как возникает сценическое «как»?

Что поддерживает его достаточность?

Какие различия получают причинное участие?

Как предполагаемое становится причинно действенным в действительном сценическом процессе?

Как партнёрское последствие изменяет условия продолжения?

Почему возникает причинное требование?

Как осуществляется передел?

Что сохраняет тождество действия через преобразования?

При каких условиях действие завершается?

Как сценическая причинность сопрягается с драматической обусловленностью?

Эти вопросы относятся к одному предмету, поскольку исследуют действительное причинное становление сценического действия.

Но их объединение ещё не доказывает существования единого инварианта.

И не гарантирует, что все они будут объяснены одним механизмом.

Поэтому причинная теория должна сохранять открытость к различным причинным организациям.

Предметная определённость не требует заранее объявлять найденным универсальный механизм сценического действия. Она требует установить, какие явления и отношения подлежат объяснению.

28. Пределы причинной теории

Теперь необходимо определить, чего причинная теория не должна утверждать.

Она не должна претендовать на объяснение всего театрального искусства.

Не должна подменять драматический анализ.

Не должна превращать художественную ценность в следствие одной причинной правильности.

Не должна объявлять актёрскую методику собственной теоретической сущностью.

Не должна считать всякую психофизическую реакцию доказательством сценического причинения.

Не должна принимать драматургическую необходимость за действительное причинное осуществление.

И не должна заранее гарантировать действенность каждого события.

Эти ограничения не являются недостатками теории.

Они определяют её предметную состоятельность.

Теория становится самостоятельной не тогда, когда объясняет всё, а тогда, когда строго определяет, что именно она объясняет и на каких основаниях.

29. Причинная теория и её собственный инвариант

Если причинная теория исследует множество различных сценических действий, возникает вопрос об общем условии их принадлежности одному предмету.

Что сохраняется при различии жанров, ролей, способов исполнения, событий и театральных форм?

Нельзя заранее считать таким условием цель.

Не всякая сценическая организация может быть сведена к одинаковой структуре достижения цели.

Нельзя считать им внешнее воздействие на партнёра.

Сценическое действие может иметь сложную внутреннюю и опосредованную организацию.

Нельзя считать им событие.

Событие не является единственным условием продолжения действия.

Следовательно, инвариант предмета необходимо искать глубже.

Возможный кандидат:

Действительное причинное становление намеренного актёрского существования в образе действия персонажа при сохранении специфически сценического отношения предполагаемого и осуществляемого.

Но это пока не доказанный инвариант.

Это рабочая формулировка, требующая проверки.

Она должна выдерживать случаи устойчивой формы, передела, завершения, запаздывающего присвоения и действия без непосредственного нового драматического события.

Если хотя бы часть этих случаев оказывается необъяснимой, формулировка нуждается в уточнении.

30. Онтологическая и методологическая предметная определённость

Теперь можно различить два уровня.

Онтологическая предметная определённость отвечает на вопрос:

Что представляет собой та действительность, которую исследует причинная теория?

Ответ:

Действительное сценическое действие актёра в образе действия персонажа, осуществляемое в специфическом отношении представления, восприятия, намерения, телесности и театральной условности.

Методологическая предметная определённость отвечает на другой вопрос:

Какие отношения в этой действительности исследует причинная теория и как устанавливается их существование?

Ответ:

Причинные зависимости возникновения, продолжения, преобразования и завершения действия, устанавливаемые через исследование конкретной причинной истории.

Оба уровня необходимы.

Без онтологической определённости теория превращается в общую причинную модель поведения.

Без методологической определённости она остаётся философским утверждением о специфике сценического действия.

Следовательно:

Причинная теория Кретова приобретает самостоятельность только при сопряжении онтологического определения сценического действия с методологическим исследованием его действительной причинности.

31. Причинная теория как теория становления, а не только изменения

Здесь обнаруживается возможность наиболее существенного уточнения.

Если предмет причинной теории определить только как изменение сценического действия, возникает ограничение.

Действие может сохраняться.

Может повторяться в устойчивой форме.

Может продолжаться без заметного преобразования.

Но его действительное осуществление не прекращается.

Следовательно, причинность нельзя сводить к изменению.

Необходимо исследовать также сохранение и воспроизводство процессуальной организации.

Именно поэтому понятие становления оказывается более широким, чем понятие изменения.

Становление включает возникновение.

Продолжение.

Сохранение.

Преобразование.

Завершение.

При этом сохранение не означает отсутствие причинности.

Устойчивость действия также требует определённых условий.

Следовательно:

Причинная теория Кретова в своей предметной определённости является теорией причинного становления сценического действия, а не только теорией его преобразований.

Это положение позволяет объединить различные процессуальные случаи, не сводя их к переделу.

32. Главное методологическое следствие

Теперь можно вернуться к исходному вопросу.

Что делает причинную теорию Кретова именно теорией сценического действия?

Не обращение к причинности как таковой.

Не использование терминов «событие», «действие», «партнёр» или «результат».

Не объяснение актёрской психофизики вообще.

Не разработка репетиционной методики.

Её предметная самостоятельность возникает там, где причинность исследуется относительно специфически сценического существования актёра.

Следовательно, центральным является не вопрос:

«Какие причины вообще действуют на актёра?»

А вопрос:

«Каким образом в действительных условиях актёрского существования причинно возникает и продолжается действие сценическое?»

Именно различие этих вопросов определяет границу теории.

Причинная теория не отрицает общую причинность.

Но выделяет в ней особый предмет.

Заключение. Предмет причинной теории Кретова

Причинная теория Кретова не может быть определена только как учение о причинно-следственных связях в театре.

Такое определение слишком широко.

Причинность существует в драматическом действии, сценическом исполнении, режиссёрской работе и театральном восприятии.

Но эти отношения различны.

Поэтому первая итоговая формула:

Объект причинной теории Кретова — действие сценическое. Её предмет — действительное причинное становление этого действия в специфически сценическом способе актёрского существования.

Вторая:

Причинная теория исследует не действие вообще, а условия, при которых предполагаемая драматическая обусловленность участвует в действительном сценическом причинении.

Третья:

Причинная теория отличается от действенного анализа не наличием причинности, а предметом её исследования: от причинных отношений персонажей она переходит к причинной генеалогии сценического действия актёра.

Четвёртая:

Причинная теория отличается от актёрской методики тем, что исследует условия возникновения действия, а не только способы его организации.

Пятая:

Причинная теория должна объяснять не только передел, но и возникновение, сохранение, продолжение и завершение сценического действия.

Однако эти положения ещё не раскрывают всей глубины предметной определённости.

Существеннее другое.

Сценическое действие действительно осуществляется в условиях предполагаемого мира роли.

Следовательно, его причинность не может быть сведена ни к фактической жизни персонажа, ни к общему поведению актёра, ни к воспроизведению сценической формы.

Именно здесь возникает самостоятельный предмет.

Причинная теория Кретова исследует, как намеренное сценическое действие действительно причиняет собственное продолжение, оставаясь действием актёра в образе действия персонажа.

Это положение позволяет сформулировать предельно строгий вопрос теории:

Почему данное состояние сценического действия возникает из данных условий именно как состояние сценического действия, а не просто как поведение актёра?

Ответ на этот вопрос должен включать причинную генеалогию.

Отношение к неполученному результату.

Представление и восприятие.

Партнёрские последствия.

Телесное осуществление.

Сопряжение с драматическим действием.

Сохранение или преобразование процессуального тождества.

Но ни один из этих элементов сам по себе не исчерпывает предмет.

Их объединяет необходимость объяснить действительное причинное становление сценического действия.

Поэтому окончательная рабочая формула может быть следующей:

Причинная теория Кретова — теория условий и закономерностей действительного причинного становления сценического действия актёра в образе действия персонажа, исследующая возникновение, сохранение, преобразование и завершение этого действия в специфическом сопряжении предполагаемой драматической обусловленности с действительным актёрским осуществлением.

Однако и эта формула должна оставаться открытой для авторской проверки.

Поскольку предметная определённость теории не устанавливается одним определением.

Она подтверждается тем, что теория способна объяснять именно те явления, которые составляют её предмет, отличать их от смежных явлений и допускать проверку собственных причинных утверждений.

Предметная определённость причинной теории Кретова заключается не в расширении причинности на весь театр, а в обнаружении специфической причинности сценического действия.

Именно здесь находится основание её самостоятельности.

Не в противопоставлении действенному анализу.

Не в замене актёрской методики.

Не в универсальном объяснении театрального искусства.

А в установлении особого предмета:

действительного причинного становления действия сценического.

Теоретическое уточнение. Авторские определения действия, сценического, драматического и театрального действия, положения о представлении и восприятии, роли как узле сопряжения и философском своеобразии сценического осуществления опираются на тексты Ю. В. Кретова. Формулировка предмета причинной теории через «действительное причинное становление», а также понятия причинного права, присвоения, режима, требования, передела и инварианта представлены как развиваемая методологическая реконструкция. Их статус в окончательной системе причинной теории определяется авторским обоснованием, а не одним фактом использования в настоящем исследовании.

Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации