Жил-был художник один глава 6

  Самое трудное в жизни это говорить правду, еще труднее не отрекаться от своей точки зрения даже если все вокруг будут с ней несогласны. Но как знать что эта самая правда на твоей стороне? Ведь давно уже известно что у каждого своя правда, этот факт знали ещё тысячи лет назад. Не даром же Пилат скучающим голосом спрашивал Христа,  что такое истина? Хотя как говорил Васин папа „Истина это правда возведённая в совершенство“ потому ничего и не ответил Иисус на вопрос Пилата, наверное решив что не стоит кормить свинью апельсинами, или что то в этом роде. Сотни раз судьба преподносила Васе наглядные примеры незыблемости этих прописных истин и Вася убеждаясь в этом давал себе слово быть честным человеком, хотя бы перед самим собой. Быть честным в своих убеждениях и быть честным в своих делах и поступках, как оказалось это совершенно разные вещи, в чем Вася успел убедится еще в шестом классе когда вернулся домой с огромным синяком под глазом, результат разных точек зрения на судьбу несчастного котенка которого этот урод Калегаев найдя в кустах за школой хотел то ли утопить, то ли повесить, объясняя свои намерения тем что котенку на том свете будет гораздо лучше чем в этом жестоком и несправедливом мире. Доказать Калигаеву всю ошибку его точки зрения решился только Райхель и примкнувший немного спустя к нему Вольдемар, остальные предпочли остаться немыми свидетелями, проявляя живейший интерес к драматической развязке создавшейся ситуации. Васе не удалось убедить упрямого Виталика, вескими аргументами в пользу жизни несчастного животного и он как мог свои слова поддержал физическим воздействием на Калегаева, результатом чего стало спасение котенка из рук хулигана и два здоровых синяка, по одному на каждого из друзей. Спасенного котенка Вася забрал к себе домой, пообещав создать несчастному животному все условия для нормальной жизни, но то ли котенок был неизлечимо болен, то ли слова Калегаева оказались пророческими только несчастное животное, как выразился Васька скапутилось через неделю и его пришлось хоронить в коробке из под обуви за дворовой помойкой. Да, Вася был честен с друзьями и друзей становилось все меньше  да он открыто говорил о своих убеждениях и его проклинал весь класс. Васька нередко ночами плакал в подушку и в отчаянии задавал себе вопрос - зачем все это ему нужно? Чего собственно он хочет доказать, взамен не получая ничего кроме тумаков, шишек и всеобщей неприязни? Но упрямый характер такого покладистого с виду Васьки к десятому классу начал давать свои результаты. Он был один из класса и он, как бы правильно сказать, сделался совестью класса.  Его по прежнему не любили и уже больше по заведённому негласному уговору никто не дружил с ним. Но когда надо было решать возникшую перед ребятами проблему все глаза выжидательно глядели в его сторону. И даже мнение учителя уже не всегда было решающим. В самом начале октября он записался на подготовительные курсы в медицинский университет им. Сеченова и с головой ушел в учебу. Вольдемар по прежнему продолжал работать в автосервисе, зарабатывал  неплохо и к тому времени начал пробовать масляные краски и перешел на портретную технику открыв для себя совершенно новый этап в своём творческом пути. Встречались друзья уже редко. Вася по субботам  ездил на курсы в университет, а Володя брал походный мольберт и уходил писать этюды на Зеленку. Хотя  и Зелёнки ему уже не хватало для творческих идей  и замыслов.В силу ставшей для него  привычки, он уже давно никого не ждал и не искал случайных встреч, он жаждал только покоя и уединения. Он  даже изменил маршрут прогуливаясь вдоль серого бетонного забора коим был обнесен весь яблоневый сад, что делало прогулку намного приятней и на пару часов длиннее. Тропинка вокруг сада пролегала между означенным забором с одной стороны и довольно крутым глубоким оврагом с другой стороны. На дне оврага извиваясь узким руслом протекала речка Котловка местами похожая на мелкий ручей местами шумная и норовистая издающая неприятный химический запах. Она протекала через весь овраг и потом впадала в большую подземную трубу где и пропадала на веки. В неё видимо вливали всякую дрянь, от того в ней не было рыбы, а встречалась временами всякая дрянь и на обоих берегах иногда сидели крысы величиной с таксу. Может быть из за этого она не замерзала зимой, а может из за своего буйного нрава. В погожие летние дни жители окрестных домов приходили сюда целыми семьями отдохнуть на извилистом берегу речушки, они грелись на солнышке и делали шашлык на маленьких принесенных с собой мангалах. Стоя на самом верху крутого оврага казалось что внизу расположились отдыхающие небольшой довольно живописной зоны отдыха. Поздней осенью же вся эта зона казалась одинокой и мрачной особенно если шли дожди и дул холодный осенний ветер и если прислушаться можно было услышать ворчливые перекаты Котловки несущей свои быстрые мутные воды в самые темные глубины оврага и там уходящие глубоко под землю. Вот там то в этих неприглядных и диких местах Володя искал места для своего вдохновения. Когда jy вышел на свою обычную прогулку c переносным мольбертом за плечами была как раз такая погода, правда дождик накрапывал мелкий, но очень противный и с каждым порывом ветра капли дождя злые, похожие на мелкие холодные иголочки  покрывали всё лицо. Володя до конца застегнул молнию на куртке поднял воротник и по самые глаза натянул свою серую бейсболку. -“ Какая же должна быть дрянь в голове у тех кто всё это рисует на заборах, как вы думаете, молодой человек?”- неожиданно прокашлял за его спиной старческий трескучий голос. Дело в том что на протяжении всей прогулки серый бетонный забор был безжалостно разрисован граффити самого нахального содержания, которые в большинстве своем были просто таки омерзительным. Володя с удивлением обернулся, перед ним стоял старичок в длином до колен черном старомодном сюртуке и самом настоящем котелке украшавшем его голову, в руках он держал черную изящную трость вместо обычной стариковской палочки. “Это же сколько нужно потратить средств и времени что бы все поняли что таки имеют перед глазами пример творчества конченых идиотов. Как вы думаете юноша, или представьте что через тысячу лет археологи найдут фрагмент этого забора и что они подумают? Решат что это дополнительный зашифрованный текст к неразгаданному календарю майя?”- продолжал старик с явно выраженным одесским выговором. ”Я с вами полностью согласен”- произнес в ответ Василий, отходя немного в сторону и жестом приглашая старикана пройти вперед и следовать своей дорогой. “ Нет- нет, спасибо, я не особенно тороплюсь,”- старикан всем своим видом выражал желание пройтись рядом с молодым художником и возникшей возможностью продолжить удачно начатую беседу. Далее они шли уже рядом, старик при каждом шаге выбрасывая вперед свою трость продолжал сетовать на всеобщую распущенность и мракобесие царившее в обществе. Бетонный забор вдруг резко сворачивал вправо, а с ним поворачивала и сама тропинка, гуляющим открывалась небольшая полянка с ободранными и поломанными березами. Володя всю дорогу не переставал думать о внезапном, почти чудесном появлении старикана на своём пути его необычном одеянии и самое главное,  он мгновенно понял что этот самый старичок и есть вдохновенный объект его сегодняшней прогулки. От этого странного человека исходил запах прелых листьев и несвежего протухшего мяса, который знает каждый кто ходит на рынок и бывал там в мясном отделе. Он внимательнее присмотрелся к без перерыва говорящему ворчуну когда они на минуту остановились, старик вляпался в ком глины прилипший к его ботинку и теперь старался избавится от него вытирая башмак о корень березы торчавший у дороги. “ Поверьте мне юноша, добром это все не кончится. Вся эта гига ская толпа идиотов, именующая себя населением Земли катится в пропасть и падение это будет оглушительным.” Кусок глины наконец то отвалился от башмака и старикан выпрямился уперевшись на трость. “Войны именно они поставят свою жирную точку в том что люди называют история. Много, много еще будет войн и поверьте мне, в самое ближайшее время, больших и малых по всему миру и как вселенский парадокс последняя на планете останется вот эта земля,”- он основательно потыкал своею тростью в уже размытую дождем глиняную землю. “Наперекор всему здравому смыслу, будь он трижды проклят,” при этих словах он вытащил из кармана своего сюртука большой носовой платок и оглушительно высморкался, “да, именно эта земля останется в том пепелище и смраде который еще недавно именовался населением планеты, но это тоже не надолго.”- он закончил свой монолог и довольно крякнул. Володя уже глядел на забавного старика оценивающе с ближайшей перспективой запечатлеть незнакомца в анфас или в профиль. Слушая нескончаемый монолог  он немного замерз, промок и никак не мог найти предлог чтобы вежливо заткнуть старикана и предложить свой вариант дальнейших событий. О-о странностей в этой комичной персон нем хватало, чего стоил один только прикид, длиннополый сюртук на плечах незнакомца и неподражаемый котелок на голове, который вышел из моды уже почитай как лет сто пятьдесят назад. Хотя на вид старичку было не больше семидесяти, весь его облик говорил что этот сюртук и котелок он носил всегда, настолько естественно они сочетались друг с другом. Далее, под стать одежде был живописен и сам старикан - маленькие черные глазки лишенные ресниц, брови кстати тоже отсутствовали, не большой нос с ломавшей его горбиной, очень впалые щеки над которыми острием торчали лицевые скулы и огромный рот напоминавший кривой шрам под которым разместился длинный острый подбородок, все это было обтянуто дряблой кожей серо-пепельного цвета которая парадоксальным образом очень сочеталась с внешним видом старичка. И венчал все это великолепие постоянный запах тухлятины который неотступно приследовал странного незнакомца и усиливался при каждом порыве ветра. Обратил Володя внимание и на то что незнакомец ни как не реагировал н на порывы холодного ветра и на непрестанно бьющий в лицо мелкий дождь, как будто их не было вовсе. “Как интересно вы рассуждаете, начали с граффити, а завершили мировой катастрофой”- первый раз за все время произнес Владимир. Незнакомец внимательно посмотрел ему в глаза и вместо ответа медленно пожевал не разжимая серых губ. Он поднял над головой указательный палец к чему то секунду прислушался и тихо произнес -“Вы слышите? Кто то плачет, слушайте внимательно, слышите?” В наступившей тишине не было слышно ни одного постороннего звука, даже ветер затих словно тоже прислушиваясь к словам старика. Володя пожал плечами и поёжился погода все более портилась и ему уже очень хотелось домой. Старик резко повернулся и быстро зашагал к самому краю оврага, Володя машинально потащился за ним проклиная в душе себя за так не кстати проявленнную солидарность. В том месте где остановился старик овраг был особенно крут и на дне его было полно всякого бытового мусора начиная с разломанного холодильника с оторванной дверцей и заканчивая кузовом от синего, неизвестно как сюда попавшего  запорожца. Видимо эта всеядная часть оврага как бездонная пропасть принимала и пожирала всё что в неё бросали. И где то там из мрачной глубины оврага послышалось чье то сопение и возня, словно там в мрачной глубине кто то отчаянно боролся защищая свою жизнь от полчищ невидимых, но очень упрямых противников. Там между ржавой измятой бочкой и кучей битых кирпичей присыпанных известью лежал маленький черный комочек и из последних сил старался освободиться от какой то мусорной дряни видимо уже не надеясm на чью либо помощь. “Удивительно, ведь я не обращал внимания никогда на эту часть оврага.”- подумал он, начиная с огромной в два человеческих роста трубы проложенной под Нахимовским проспектом из которой с победным шумом собственно и вытекала Котловка неся свои неглубокие быстрые воды по извилистому руслу вдоль всего оврага и до того самого места где речушка ныряла под землю, а овраг резко уходил направо все было живописно и радостно. Но вот сам конец оврага, по мнению Володи, был огромен, мрачен и из глубин его веяло тоской и безысходностью. Что то безнадежно-гибельное поднималось от самого дна этого провала и поражало сердца тех кто осмеливался стоять на его краю и смотреть вниз. Эти невеселые раздумья Владимира были нарушены трескучим голосом старикана, который как пикадор подняв над головой трость, с криком “Э-э-х” вогнал её в землю между своих ботинок, повесил на неё котелок лихо скинул с плеч сюртук и отправив его туда же, звонко ударил в ладоши потёр их быстро и не глядя на Володю произнес тоном капитана пиратского фрегата попавшего наконец-то в окружение британского флота. -“Ну юноша, смотрите как это делается, запоминайте и учитесь пока я ещё жив”- после этих почти пророческих слов он отважно стал спускаться вниз по скользкой земле на полусогнутых ногах. На его беду он снова зацепился ботинком за почти незаметный корень  предательски торчащий из земли. Дальнейший спуск на самое дно оврага был проделан очень быстро стилем кувырок через голову с окончательным приземлением лбом в ту самую кучу кирпичей где уже лежала несчастная собака. Молодой талантливый художник Володя Грачёв испытал в душе то что нельзя описать ни какими словами, перед ним на дне злополучного оврага лежали рядом ненормальный старик в бессознательном виде и собака молившая о помощи. Теперь спасать надо было обоих. Он не торопясь расстегнул молнию на  куртке, оглянулся по сторонам убедившись что вокруг не будет случайных свидетелей его спасательной операции, плохая погода в этот раз была на его стороне овраг был пуст, он положил рядом теперь уже ненужный мольберт повесил куртку на болтавшийся на трости сюртук старикана и стал медленно спускаться вниз. Какие мысли в этот момент вертелись в его голове навсегда останется тайной. Через двадцать минут они уже сидели рядышком на поваленном стволе старой обугленной с обоих концов березы, коих валялось вдоль оврага в изрядном количестве, похожие на двух перемазанных с ног до головы землекопов, рядышком лежала собственно говоря виновница всей этой заварушки небольшая черная собака, в которой Володя узнал ту самую свою знакомую зарисованную рядом с солдатом и так внезапно пропавшую не известно куда. Она была тоже изрядно испачканная известкой, землей и еще чем то отвратительного ржавого цвета, похожая на маленького чертика. Она усердно вылизывала уже засохшую на боках грязь время от времени мотая головой видимо выражая неудовольствие от этого неприятного, но необходимого занятия. Что она делала в этом гиблом месте неизвестно, ясно одно - без Володиной помощи  её собачий конец настал бы очень скоро ибо задние ноги собаки застряли в большом перепутанном клубке тонкой ржавой проволоки следы которой видимо и остались на ней в виде пятен. Со старичком же было еще интересней, во - первых никакого следа от удара о кучу кирпичей на его голове не было и в помине, во - вторых он клятвенно уверял что это и было так задумано, в смысле план такой был быстро и безопасно спуститься на дно оврага и последнее, Володе было совсем не обязательно кидаться ему на помощь просто стоял бы и смотрел как работают профессионалы. И все это было сказано не смотря на то что при подъеме из оврага старик умудрился еще пару раз скатиться вниз тем же способом, что приводило Володю в полное отчаяние и вынуждало спускаться за неугомонным дедом обратно на дно. И ни разу ему в голову не приходила мысль бросить это не бдагодарное занятие, плюнуть смачно на никому не нужную собаку и ненормального старика и бежать домой помыться в ванной, согреться горячим чаем, забыть как страшный сон неудавшуюся прогулку похожую на трагикомичное происшествие коими так полна вся наша жизнь.-” Вы знаете эту собаку? У нее есть хозяин?”- спросил он, что бы хоть как то объяснить безудержный порыв старика кувыркаться в овраге спасая ни кому не известную шавку. Старик погладил собаку сухой ладошкой, -”Да я, если хотите знать давненько ищу ее. Это не простая собака, она знает дорогу в другой  мир.” Вольдемар посмотрел на странного собеседника и подумал что удар лбом о кирпичи все таки имел свои последствия, но промолчал. Старик не глядя на Васю продолжал,-”Парень тут стоял, где мы c вами сейчас сидим, стоял молча раскинув руки. Увидел меня руки опустил, поздоровался. Я гляжу на его руки, а у него одна кисть как кипятком ошпаренная, другая синяя вся, как отмороженная. Он смотрит что я вижу и руки за спину спрятал. А собака эта рядом с ним стоит и ждет чего то. Ну, неудобно мне стало на них глядеть я и пошел дальше. Завернул за забор и наблюдаю, парень снова раскинул руки на самом краю оврага и стоит так. Смотрю вроде не буйный парень, шинель на нем чистая, пилотка с большой дырой на лбу руки только растопырил в стороны и словно ищет чего то. смотрю вытаскивает из своего кармана старую кофейную банку, высыпает себе на ладонь какого то порошка и все это сыплет на собаку, и уходит. А собака вот эта самая спустилась к речушке, я думал водички попить, а она вдруг исчезает у меня на глазах.” Услышав про шинель Володя насторожился, но старик уже сменил тему и все внимание отдал собаке отряхивая ее и ласково хлопая по бокам от чего псинка радостно виляла хвостом и по собачьи благодарно улыбалась, не издавая при этом ни единого звука. -”Давно вы видели этого парня.”- спросил Вольдемар встав с березы и разминая затекшие ноги. Cтарик прижимал собаку к себе словно опасался что она снова исчезнет вдруг. -”Парня этого я встретил в самом начале мая, уж полгода прошло да и собаку тоже с тех пор не встречал и как зовут ее не знаю и чья она тоже не ведаю, а кому нужен инвалид, она же глухо-немая.”- закончил дед и как то сразу потерял интерес к Володе. Отряхнув остатки грязи с рук и почистив ладони о поваленный ствол Вольдемар взял куртку попрощался с забавным старичком и побрел домой водрузив на плечо не нужный уже мольберт. Не думал он так же и о неизбежных последствиях этого случайного знакомства когда вытаскивал на поляну и усаживал на бревно неугомонного дедка. Дед оказался бывшим профессиональным музыкантом игравшем когда то в президентском оркестре на флейте и с важностью говорил что играл в лейбгвардии оркестре его императорского величества, ныне же он на заслуженном отдыхе с не большой, но вполне достойной пенсией и известен в узких музыкальных кругах под именем Аристарх. Когда же Володя спросил про отчество то последний высокопарно заявил что у настоящего артиста нет отчества, а есть только отечество на всю жизнь. “Ну и фамилия еще”- добавил Аристарх немного погодя. Грачёв ничему уже не удивлялся решив что в  общем дальнейшее пребывание на свежем воздухе в столь приятной компании бывшего царского флейтиста и перемазанной грязью собаки вполне достаточное развлечение в один субботний день. Володя пожелав музыканту приятного вечера, почесал напоследок за ушами собачку и с легким сердцем отправился домой. Дождик закончился и на короткое время выглянуло солнышко, что было весьма к стати подумал Вольдемар, который после всех выкрутасов и акробатических упражнений случившихся в этот субботний день совершенно выбился из сил и мечтал лишь о горячей ванной и чашке горячего крепкого чая.