Эльвира. гл11

Бойся желаний своих, ибо они исполняются

Девушка-консультант окончательно теряет остатки профессиональной сдержанности и бурно кончает. В примерочной становится жарко. Ты лижешь мой анус, обильно смачивая его слюной. Продавщица лежит подо мной и ласкает мою киску. От избытка ощущений я запрокидываю голову назад, проваливаясь в этот дурман.
   — М-м-м... Да... Вот так!
Я полностью отдаю контроль над своим телом вам двоим. Внутри всё натягивается струной, завязываясь в раскалённый узел. Эта запредельная игра на глазах у посторонней девушки запускает новый круг помутнения рассудка, и я уже балансирую на грани сокрушительного финала. Судорожно выгибаясь в твоих руках, насаживаюсь на член всем весом, а из моей груди вырывается отчаянный вой, который ты едва успеваешь заглушить своей ладонью. Несколько последних, максимально глубоких толчков и в попу заливается горячий эякулят. Твоё тело каменеет, пока нас обоих сотрясают единые конвульсии оргазма. Брюнетка испуганно застывает на коленях от моего утробного воя. Глядя на наши переплетённые, покрытые испариной тела в отражении запотевших зеркал, она взволнованно дышит, сжимая подол бордового платья. Прохлада кондиционеров медленно возвращается в куб, остужая нашу разгорячённую кожу. Ты убираешь ладонь от моих искусанных губ, позволяя мне сделать жадный вдох, и я безвольно повисаю на твоих руках, чувствуя себя абсолютно опустошённой и бесконечно благодарной за такое приключение. Ты бережно, но властно поправляешь на мне уже измятый, но еще не купленный наряд, пока я опираюсь о твое широкое плечо. Продавщица встаёт с колен, не смея поднять на нас глаз от испытанного восторга. Мы покупаем то платье и ещё два. Ты достаешь из бумажника несколько крупных купюр и небрежным, хозяйским жестом оставляешь смущённой, но абсолютно счастливой девушке щедрые чаевые.
На самом выходе из магазина ты вдруг приостанавливаешься и неожиданно произносишь:
   - У меня планы на следующий уикенд: в субботу нас ждут на закрытом благотворительном ужине в загородном ресторане.
Внутри всё переворачивается — я чуть не подпрыгиваю от нахлынувшей радости. Я очень хочу пойти с тобой в этом платье, чтобы все видели, какая у тебя девочка. Чтобы мужчины смотрели на мои пышные налитые груди, почти вываливающиеся из декольте, и облизывались, зная, что трогать меня можешь только ты. Чтобы женщины завидовали и шептались за спиной, а я буду танцевать для тебя, виляя задницей в крошечных стрингах. Потом уведу в туалет, где ты вы*бешь меня во все дырки, пока гости будут гадать, что за звуки доносятся из кабинки. Я специально буду громко стонать, чтобы все слышали, чья я сучка.
Ты уверенно заводишь мотор, и мы отправляемся обратно в особняк. Я знаю, что как только ворота дома закроются за нами, новые правила вступят в полную, безраздельную силу, и это принесет нам немало безумных минут.
Две недели ожидания пролетели незаметно. Вечер субботы окутывает особняк прохладными сумерками, запуская отсчёт долгожданного уикенда. На улице угасает замечательный солнечный день, уступая место неоновым огням города, куда мы должны отправиться с минуты на минуту. Это наш первый официальный «выход в свет» после затяжного молчания. Я стою перед огромным зеркалом в спальне, завершая образ своей новой, но тайной для всех остальных роли. Облегающее трикотажное платье цвета бордо идеально сидит по фигуре, подчёркивая изгибы бёдер и упругую грудь. Ткань ласкает кожу, но стоит мне повернуться, как зеркало отражает глубокий, вызывающий вырез на спине, полностью оголяющий тело до самой поясницы — безмолвное напоминание о том раскалённом приключении, которое произошло в одёжном бутике. Память на мгновение возвращает мне лёгкий аромат примерочной и пьянящий, сладкий вкус той девушки с дерзкими глазами, чьи прикосновения под твоим жёстким напором выбили из меня остатки разума. На моих ногах — новые туфли на шпильках, заставляющие меня держать спину идеально прямой. Под платьем, только тончайшие кружевные стринги и лифчик. Я готова явиться миру как твоё безупречное украшение, скрывая под дорогим трикотажем свою ранимую натуру. В комнату заходишь ты, уже полностью одетый в дорогой тёмный костюм, идеально подчёркивающий ширину плеч, на ходу уверенно застёгивая запонку на левом рукаве. Я поворачиваюсь к тебе лицом, удерживая идеальную осанку на высоких каблуках, слегка встряхивая распущенные волосы. Мои губы трогает едва заметная улыбка послушной «сабы».
   — Твой вкус, как всегда, не знает промаха, дорогой. Платье сидит как вторая кожа, и под ней, как ты и пожелал, - только твой подарок.
- Это благотворительное мероприятие, там соберётся местный бомонд, включая моих бизнес-партнёров, так что будь умницей и не разочаруй меня.
***
«Пока в особняке Эльвира примеряет на себя роль идеальной и смиренной «сабы», готовясь к вечернему выходу в свет, на другом конце города, в стерильном полумраке закрытой VIP-клиники, разворачивается финал совершенно другой драмы. В трёх смежных палатах, пропахших антисептиками и обезболивающими, залечивают свои безутешные раны три приятеля-неудачника. Потеря мужского достоинства превратила недавних самоуверенных мажоров в скулящие, сломленные тени. Чтобы не получить реальный уголовный срок за то, что они сотворили с бывшей подругой, им пришлось состряпать нелепую, фантастическую историю о случайно сдетонировавшей боевой гранате. Следователи сделали вид, что верят, а пресса смакует «несчастный случай», пока сами пострадавшие каждую ночь просыпаются в холодном поту от фантомных болей между ног. В палате у Криса, бледного и подключённого к капельницам, атмосфера особенно напряженная. Его богатые, влиятельные родители стоят у окна, глядя на сына не с жалостью, а с деловым расчётом. Они прекрасно понимают: Крис уничтожен. Внуков естественным путём от него не будет никогда, но их семейный клан не может прерваться на кастрате. К счастью для них, за пару лет до этого, предвидя последствия его разгульной жизни, они заблаговременно взяли порцию спермы для крио консервации и донорства. Биологический материал цел. Осталось найти ту, кто согласится его выносить и прикрыть этот позор законным браком. Жертву находят мгновенно. Раиса, белая как полотно, сидит на стуле посреди палаты под перекрёстным взглядом будущих свёкра и свекрови.
   - Ты выйдешь за Криса, Раиса, это не обсуждается, — не терпящим возражений голосом произносит отец Криса, бросая на столик перед ней плотную папку с брачным контрактом. — Да, Крис теперь специфический муж, но ты будешь обеспечена до конца своих дней. На твой личный счёт прямо сегодня упадёт сумма с шестью нулями. Ты получишь дом, машину и полное содержание. От тебя требуется только одно: искусственное оплодотворение его замороженным материалом, рождение здорового наследника и идеальная улыбка на публике. Ты станешь спасением нашей семьи. Или... можешь отказаться и остаться нищей, но учти, что в этом городе для тебя закроются все двери.
Крис на койке отворачивается к стене, сжимая зубы от бессилия и стыда. Раиса смотрит на цифры в контракте, и её сердце начинает бешено колотиться - деньги огромные. Они буквально пахнут свободой от бедности, но цена этой свободы — брак с кастрированным инвалидом и ребёнок из пробирки. Жадность, страх и безысходность борются внутри неё, пока она медленно протягивает руку к ручке, чтобы подписать свой приговор.»
***
Я готова выполнять любую роль по твоему желанию на весь этот уикенд. Через полчаса наш автомобиль плавно притормаживает у роскошного, залитого неоновыми огнями здания ресторана. Вокруг паркуются дорогие спорткары, а у входа толпятся папарацци. Ты глушишь мотор, выходишь из машины и, обойдя её, распахиваешь мою дверь. Швейцар в ливрее вежливо склоняет голову, пока я осторожно протягиваю тебе руку и выхожу на красную дорожку под прицел фотовспышек. Короткое облегающее платье цвета багрового ночного неба с россыпью блёсток едва прикрывает задницу, а декольте такое глубокое, что мои соски почти выглядывают наружу, прячась в кружеве бюстгальтера. Мы поднимаемся по мраморной лестнице и переступаем порог банкетного зала, где в воздухе витает аромат дорогого парфюма, шампанского и больших денег. Десятки оценивающих мужских взглядов моментально приковываются к моему вызывающему декольте и длинным ногам.