Почему фашисты любят нападать первыми

    Почему фашисты (http://proza.ru/2025/10/20/740) любят нападать первыми? Потому, что они хотят нападать. И нападать они хотят больше всех. И потому они будут хотеть нападать независимо от того, хотят на них напасть или нет. И тогда если они не начнут, то войны вообще не будет. А им нужно, чтобы была. Потому, что им нужно завоевать. А чтобы завоёвывать, нужна война. Вот и остаётся нападать первыми.
    Единственная проблема фашистов только в том, что напасть бывает выгодно, а вот считаться виновником войны нет. И тогда фашистам нужно напасть и кричать, что первыми напали на них, и что весь сыр-бор только из-за этого. И будут натягивать сову на глобус, извиваться ужом, лезть на стену, но доказывать, что напали на них. Если же такое никак не пропихнуть – ни под каким соусом, тогда они будут кричать, что враг собирался напасть, а они его упредили, и ударили первыми (называется превентивный удар). И что если бы он не собирался, то они бы сами никогда и ни за что, но вот он очень-очень серьёзно собирался, и… не оставил им выбора.
    Кстати, именно так они и кричали, когда нападали – перед тем, как напасть, их всех застроили, и зачитали инфу о том, что противник собирается нападать, и что если не они его, то он их, так что у них как бы не остаётся выбора. И они должны ударить первыми в целях защиты. И что поэтому они нападают первыми, но это как бы не нападение. Это как бы «защита» и это надо «понимать». Ну а кто не хочет «понимать», того… (ну вы поняли).
    Чтобы полноценно понять суть этого несоответствия, нужно повнимательнее разобрать, что такое граница. Зачем вообще нужна граница? Знаете? Молодцы. А вот фашист не знает (ну т.е. он может думать, что знает, но одной вещи он не знает, и знать в не хочет принципе). Он не знает, что одно из назначений границы – определение, кто агрессор. Кто её перейдёт, тот он и есть. Почему? Да потому, что кто действительно не собирается нападать, тому её и переходить не нужно. А вот тому, кто собирается, без этого ну никак. И чего бы он не кричал, чего бы он не придумывал, ему её всё равно в конечном итоге нужно перейти. Поэтому к вот именно тому моменту, кто её переходит, в этом вопросе особое внимание.
    Агрессор может кричать, что враг собирается нападать, провоцировать, но, если противник на провокации не поведётся, серьёзного предлога перейти границу не появится. А ему надо перейти. Поэтому переходить придётся по-любому. А потом задним числом оправдываться, что, понимаете ли, то-сё-5-10… в общем, превентивный удар!
    Для людей, у которых ясно в головах (и для которых мир не пустое слово), предельно ясно и понятно, на какие моменты важно обратить особое внимание. А для фашиста нет. У него свои приоритеты. У него самое главное «а если не мы их сегодня, то они завтра нас…», и точка. И больше ничего знать он не хочет. Потому, что если он будет знать всё остальное, то появится столько вопросов, на которые он в жизни не найдёт состоятельного ответа.
    Например, если под таким предлогом можно нападать, то тогда любой желающий напасть сможет нападать на любого, кого захочет завоевать? И достаточно просто будет объявить, что «превентивный удар», и завоёвывать, кого хочешь (ну так получается?) И во что тогда превратится мир, если все будут себе такое позволять? Если хочешь действительно нападать первым и претендовать на правоту, то ты должен привести такие основания, которые не любой может, а только тот, у кого действительно не остаётся выбора. Вот ты найди такие оправдания, которые сам бы принял, если бы аналогичное кто-то творил в отношении твоей родины, тогда и используй их. И тогда они будут (возможно) что-то значить. А если без этого, то это просто слова, которые ни для кого ничего не значат, кроме нападающих.
    Вот только фашисту до таких вопросов, как увязшему в грязи танку до стерильности скальпеля в операционной палате. Не нужно, не интересно, и непонятно, зачем должно быть интересно. У него есть просто желание завоевать, и есть оправдание «а если не мы их, то они нас», а критиковать это оправдание у него желания нет. Потому, что ему это не интересно. Поэтому он его не критикует, и чужую критику слушать не собирается (на это у них вообще гестапо есть, чтобы все критики были заткнуты). И потому о его недостаточной обоснованности он и не знает. А когда не знает, он не видит проблем, если проблем нет, то значит, всё как бы нормально? Поэтому него просто «а если не мы их, то они нас», и такое сермяжное выражение лица «…а что ещё должно быть надо-то??»
    Это удобно. Собрался завоёвывать – достаточно просто поверить (а для кого-то просто даже и вид сделать, что поверил) в то, что враг собирался первым. И всё. Можешь идти брать всё, что хочешь. Вот только считается у фашиста это только тогда, когда ему самому это нужно. Если такое окажется нужно другим в отношении него, то это у него уже будет каким-то образом называться «Это другое!»