Ночные гости. Часть первая

 
Сей незаконченный рассказ принадлежит некоему Эдуарду Кондратьеву, впоследствии пропавшему без вести.


И вот я оказался перед фамильным имением. Это был целый замок, двухэтажный дом с башенкой в три этажа с одной стороны и одноэтажной пристройкой с другой. Внутри замка, на первом этаже располагалась гостиная, с диваном, печью и большим книжным шкафом напротив дивана. Рядом с диваном стоял стол с лампой и стул. Шкаф был забит книгами на разные тематики. Там были как художественная литература, так и научная, а так же ряд книг по мистике и эзотерике. Над шкафом висела картина, на ней изображалась женщина, испуганно вглядывающаяся, должно быть, в темноту со свечой в руке перед собой. Лицо женщины на картине было тревожным.  Так же в гостиной находились ковры с изображением охотников и собак преследующих кабанов и оленей, и два больших, от пола до потолка в стене зеркала, расположенных друг против друга по обе стороны от дивана. Далее, в гостиной в метре от зеркала того, что слева, находилась лестница,  ведущая на второй этаж. Справа находилась дверь ведущая в башенку. Напротив дивана, возле книжного шкафа была еще одна дверь на кухню и столовую. Второй этаж представлял собой ряд комнат для гостей. Внутри башенки была винтовая лестница ведущая в помещение на третьем этаже, где располагалась обсерватория с телескопом, книгами по астрономии а так же звёздной и лунной картами на столе. В помещении находились большие окна, которые открывались и куда можно было направить телескоп. Следует сказать, что все помещения замка были покрыты пылью, что говорило о многолетней необитаемости. Пристройка не имела сообщения с внутренними покоями замка, дверь в нее находилась с наружи и там находились газонокосилка, лопаты, грабли, коса и прочий садовый инвентарь. Огороженный железным забором сад зарос травой, что еще раз указывало на многолетнее отсутствие хозяина.
 Особняк принадлежал моему деду Герасиму. Я был здесь пятилетним мальчишкой, когда мы с матерью некоторое время жили тут. Это было сорок лет назад, мне сейчас сорок пять. Воспоминания об этом доме и о дедушке Герасиме весьма смутные и отрывочные. Помню лишь как дедушка водил меня к ближайшей железнодорожной станции смотреть поезда. Я любил смотреть поезда, хоть и боялся их грохота и громкого гудения. А еще помню такой момент, как я взял с полки книгу про войну, с фотографиями каких то генералов, а дед подошел ко мне, показывал на полководцев и рассказывал об их подвигах и победах. И больше я ничего не помню. С дедушкой больше не виделся. По словам матери, дед Герасим был чудаковат и нелюдим.
 Спустя сорок лет я получил известие, что мой дед Герасим много лет назад пропал без вести. Так как много лет не было никаких сведений о месте его пребывания, он был объявлен умершим. В любом случае я не думаю, что он жив, иначе деду Герасиму сейчас было бы девяносто, как минимум. А так как я его единственный наследник, его особняк теперь принадлежал мне.
 Я старый холостяк, чья молодость далеко позади и у которого не сложилась завести семью, решил вторую половину своей жизни прожить в фамильном замке, предаваясь духовным удовольствиям, чтению (благо у деда была большая библиотека) и занятию эзотерикой и астрономией. Я всегда испытывал интерес к астрономии, и вот теперь у меня есть своя обсерватория и телескоп. Я очень интересовался тайнами космоса и жизнью во вселенной.   
 Первым делом я привел в порядок дом и участок. Скосил траву и избавился от пыли внутри дома. Стояла осень. Возникла необходимость запастись на зиму дровами. Хотя в доме было электричество и можно было воспользоваться электрической печкой, в морозы она не спасет. Лишь дровяная печь в гостиной, с приходом холодов могла создать тепло. И несколько дней я был занят тем, что возил из лесу дрова. Некоторые неудобства заключались в том, что не было водопровода в замке и колодец был на улице, как, впрочем, и туалет. Приходилось носить воду домой с колодца и бегать во двор.
 Ночевал я в одной из комнат второго этажа. Но когда наступила зима и стало холодно, я перебрался в гостиную. Растопив печь и согрев помещение я почувствовал себя уютно. Я ложился спать в натопленной гостиной, на диване. И здесь начались кое какие странности.  Однажды ночью я услышал шаги, будто кто то прошел по гостиной. Я проснулся и вгляделся в темноту. За моим диваном располагалось единственное в гостиной окно, сквозь которое тусклый свет прибывающей луны освящал середину комнаты. Части комнаты находящиеся слева и справа от проникающего сквозь окно тусклого лунного света тонули во мраке.
 - Кто здесь? - дрожащим от страха голосом робко спросил я.
 Мне ответила тишина. Но я явно слышал как кто то прошел мимо меня. Скрипнул пол и шаги были слышны отчетливо.
 - Кто здесь? - спросил я еще раз.
 И вновь тишина. Может быть вор пробрался в мой дом и притаился и мне грозит опасность. Но вот опять чьи то шаги и из неосвященной части комнаты, слева от меня вышел человек. Человек прошел мимо меня через гостиную. Он был в белой одежде, в широких, белых штанах и белой рубашке с длинными, как у Пьеро, рукавами. У человека были длинные, густые, черные волосы скрывавшие лицо. От чего он был как будто без лица и выглядел жутко. Человек прошел мимо и исчез в темноте другой части гостиной. Я дотянулся до прикроватного столика и включил лампу. Гостиная была пуста. Возможно ночной гость зашел в дверь ведущую в башню. Больше ему было скрыться не куда. Но, когда я позднее со свечкой поднялся в верхнее помещение башни, то никого там не нашел. При желтом свете свечи я увидел лишь телескоп со звездной и лунной картами. И тогда я с ужасом для себя заключил, что в доме живут привидения.
 Несколько ночей, после того случая, я вновь спал в комнате второго этажа, боясь гостиной. Когда же, наконец, я вновь осмелился лечь спать в гостиной, привидение снова посетило меня. Только на этот раз это было другое привидение. Мою комнату пересекло нечто в черном плаще. Черты лица привидения были женские. Большие раскосые глаза, черной помадой окрашенные, бантиком сложенные губы и длинные, черные волосы. На голове у привидения, из под волос высовывались маленькие рожки. Как и в прошлый раз, привидение мелькнуло в тусклом свете ночи и исчезло в темноте. Лишь женщина с картины, что над книжным шкафом, со свечей в руке, испуганно взирала на меня, как будто мы спрашивали друг друга "Что это было?". Потом я включил настольную лампу и вновь никого не нашел ни в гостиной ни в башне обсерватории, куда только ночная гостья, направляясь в ту сторону, и могла скрыться.
 Следующей ночью я решил выяснить, от куда появляются ночные гости и куда исчезают. Я решил дежурить всю ночь не выключая настольной лампы на прикроватном столике. Мне было страшно соприкасаться с потусторонним но я храбрился. С наступлением темноты я стал ждать. Долгое время ничего не происходило, из за чего я стал думать, что может привидения бояться света. И вдруг, около часа ночи, произошло нечто такое, что повергло меня в шок. Поверхность зеркала, слева от меня зарябило, как будто гладь воды в которую бросили камень.
 Тут же из зеркала вышел человек и прошел мимо меня То был странный субъект, обутый в высокие сапоги и одетый в белые лосины и, похожий на военный, фрак. На руках привидения были черные перчатки а на голове длинные до середины спины волосы. У него были страшные глаза, белки с точками вместо глазниц. Лицо субъекта было густо набелено пудрой с черной мушкой на верхней губе. Определить половую принадлежность привидения не представлялось возможным. Привидение прошло мимо меня и вошло в зеркало расположенное в стене напротив того зеркала от куда оно вышло. Вновь по стеклу прошла рябь после того как субъект в нем исчез. Я подошел к зеркалу. Рябь успела пройти и я увидел лишь свое отражение. Но вот я протянул руку чтобы коснуться стекла и... о ужас. Моя рука прошла сквозь стекло, исчезнув в зазеркальном мире, вновь создав рябь. Я выдернул руку и, заорал, осматривая кисть руки и убеждаясь, что с ней все в порядке. Успокоившись, я вновь посмотрел на свое отражение и тут... рука в перчатке вылезла из зеркала, схватила меня за ворот ночной рубашки и потянула во внутрь зеркала. Я вновь заорал, упершись руками в стены по обе стороны стекла. Рука меня какое то время тянула, я упирался. Осознав, что не осилит, рука отпустила меня и исчезла в зеркале. Зеркало зарябило но вскоре вновь стало гладким. Совать руку мне туда больше не хотелось, а уж тем более голову. В ту ночь я покинул гостиную, спрятавшись в одной из комнат замка. Уснул только под утро. На следующий день, спустившись вниз и осмелившись потрогать зеркала, я убедился, что зеркала вновь стали зеркалами, то есть стеклом, твердым на ощупь и без всякой ряби. Остались даже мои отпечатки пальцев на стекле. Видимо зеркала становятся входом и выходом в какой то иной мир только ночью. Мне пришла в голову мысль, остаться на следующую ночь в гостиной с видеокамерой, что бы заснять сверхъестественные явления которые происходят в моем доме. Я был полон решимости, обрести доказательства сверхъестественного явления и за тем обратиться в институт паранормальных явлений, с целью получить объяснения и получить помощь. В эту ночь я принял большую дозу успокоительного, чтобы не бояться и, не выключая настольной лампы, включил камеру, направив ее на зеркало, от куда до этого выходили ночные гости, то есть находящееся слева от меня. Ввиду того, что я переборщил с седатиками, в эту ночь я был заторможен и последующие события воспринимал как во сне.