Ещё одна пятница - фрагмент

Западная Сибирь. Где-то на Крайнем Севере

Начало 2010-х годов


Проектировочное бюро, пятница, стрелка часов приближается к полудню. Статысячный город в котором они работают некоторые люди называют Газпрём-Сити, нудивительно, что в интересах приснопамятного Газпрома здесь работает всё или почти всё. В том числе это бюро, проектирующее новые объекты газодобычи, переработки, или просто маршруты газопроводов. В углу за своим компьютером сидит Андрюха Егоров, которого шеф называет "полностью аналоговым человеком". В дождливую погоду Егоров носит старомодный зонт-трость с дубовой ручкой, а время смотрит на не менее старомодных карманных часах 19 века. И так время наконец дошло до обеденного перерыва, примерно три пятых коллектива отправилось в столовую на первом этаже, остальные разогревают пищу на микроволновке. Егоров уже разогрел свою пиццу, и теперь он перезагружает компьютер. У него сегодня последний день перед отпуском, немудрено, что шефу в определённой степени интересно в каком состоянии Егоров оставит свои проекты.

- Андрюша, как там скоты и их могилы?
- Иван Иваныч, всё путём. Я получил официальные отписки от ветслужбы, что скотов и их могил на объектах нет. Всё сегодня закончу.


Это Егоров придумал называть скотомогильники "скотами и их могилами". Наследие совка в том числе в этих самых скотомогильниках, где в силу примитивности технологий хоронили умершую из-за вспышек заболеваний скотину. Сегодня вопрос утилизации туш павших животных полностью решается при помощи крематоров (или инсинераторов), и землю трупами больной скотины можно не поганить.

Официальная бумага об отсутствии "скотов и их могил" на проектируемых объектах - абсолютно обязательный элемент в проектной документации. Беда лишь в том, что госветслужба сверяется со своими картами, где обозначены лишь ОФИЦИАЛЬНЫЕ скотомогильники. А правда жизни в том, что говоря официальным языком, хозяйствующие субъекты госветслужбу крепко недолюбливают. Крепко недолюбливают, фермеры могут продавать больных бруцеллёзом коров налево, как это называют ветеринары, неизвестным лицам без сопроводительных документов. И неофициальные скотомогильники могут существовать точно таким же образом. Скажем, у ненцев начался падёж оленей по неизвестной причине. Кто-то всерьёз считает, что они поставят об этом в известность официальную ветеринарию? Как бы не так! Не поставят в известность, а тихо-мирно прикопают тушки там, где удобно. И не только ненцы, разумеется. И это может обнаружиться в самый интересный момент, например при подготовительных работах перед самым началом бурения.

Но такие вещи - уже не проблема проектировочных бюро. Справка от государства есть, она прикладывается к проекту, а дальше, что называется, не взыщите. В самом деле, не будут же они устраивать детективные расследования нет ли неофициальных "скотов и их могил" на объекте. Ведь такие штуки могут быть вообще семейным секретом, известным лишь узкому кругу ограниченных лиц. Для Егорова и шефа важно то, что у них есть официальные документы без которых проект просто не примут. Эти справки в силу законодательства часто получаются в последнюю очередь, так что у начальника развеялись последние сомнения, что Андрюха оставит что-то недоделанным.

- Андрюша, я тебе сто раз говорил, что тебе пора купить нормальный комп.
- Меня и этот устраивает. Я же всё делаю, правильно?


Для нормального начальника аргумент "я же всё делаю" это та точка в которой следует остановиться. Шеф догадывается - Егоров любитель всяческого ретро, и платформа 2005-2006 годов, к тому же купленная за личные деньги Андрюхи появилась здесь не просто так. Старая платформа, старый "квадратный" (не широкоэкранный) монитор. С точки зрения шефа Егоров работает в условиях прокрустова ложа, что по правде говоря не настолько далеко от истины.

Егоров загрузил старую операционную систему, он надевает наушники и готовится продолжать виртуальные приключения заключённого на чужой планете. Эта компьютерная игра была выпущена в далёком 1998-м, она до сих пор неплохо смотрится, очень нравится Андрюхе, и он перепроходит её время от времени. Шеф не большой игроман, но прекрасно догадывается, что с тех пор шутеры (стрелялки от первого лица) ушли далеко вперёд. То во что играет Егоров для него каменный век и начальник, процедив что-то в духе "какая древность", ушёл обедать в ресторан. Может себе позволить и Андрюха, по правде говоря, тоже. В долларовом эквиваленте Егоров зарабатывает около 4000 "вечнозелёных". Это и плата за работу почти на полярном круге, и просто бонус за близость к "национальному достоянию". Понятное дело, что шеф зарабатывает куда больше, так что не удивительно, что он может позволять себе обедать в ресторане каждый будний день.

***

Пять с половиной часов спустя
 
Рабочий день закончился Егоров выходит из офисного здания не здороваясь с охраной, которую, по правде говоря, приветствуют все остальные. У Андрюхи есть секрет - он психически больной человек. Но так, тихо помешанный. Говоря совсем конкретно у него шизоидное расстройство личности плюс фобии неизвестного генеза. С такими "делами" он стоит на учёте в психдиспансере, и прознав про этот факт шеф сказал ему просто - конечно он его с работы не погонит, тем более, что это заболевание практически не заметно. Но знай он, что кандидат на трудоустройство "на учёте" никогда бы его не взял. Ведь мало ли что? У людей предубеждение относительно людей "на учёте", немудрено, что никакая мать за Егорова свою дочь не выдаст.

С такими диагнозами Андрюхе надо пить таблетки и не задумываться об алкоголе ВООБЩЕ. Но он таки задумывается как минимум каждую пятницу. В двух кварталах от работы есть хороший алкомаркет, где "полностью аналоговый человек" может прикупить бутылку по своим вкусам.

Можно сказать скучно примерно следующим образом, что алкогольное опъянение - штука субъективная. Если человек пьёт под плотную закуску и сопровождает распитие алкоголя игрой на компьютере во что-то активное, то приятного расслабления  даже "освоив" бутылку хереса от "Массандры" он может не почувствовать вообще. Конечно же Егорово это знает, так что его пятничное возлияние сопровождается сугубо расслабляющими вещами. В силу своего основного диагноза Егоров - человек до крайности ригидный. Если ему что-то пришло в голову, то он своим привычкам никогда не изменит. А его привычки таковы, что он берёт максимально крепкое сухое или полусухое вино, которое при этом не должно быть креплёным.

Если ставить вопрос таким образом, то человеку нужно обращать на вина изготовленные южнее 45-й парралели. В основном Италия, реже юг Франции, совсем редко - Испания. В любом алкомаркете нет никаких проблем найти красное вино с крепостью 15% или чуть больше. Ригидность Егорова пошла дальше - он берёт вина только из того региона, куда ездит сам. Так что его выбор сужается до винодельческого региона Лангедок-Руссильон, как правило это вина из купажа GSM, сиречь Гренаш, Сира, Мурведр. Это сочетание сортов присутствует на рынке не одно десятилетие, и производители вина постоянно эксперементируют с этими винами. Но одно остаётся неизменным - сделав глоток такого вина человеку кажется, что в вине все возможные восточные пряности. То есть вино субъективно воспринимается пряным. С такими заработками Андрюха может позволить себе дорогие, выдержанные в дубе не меньше года вина, дополнительно обогащённые дубовыми танинами. Дома у Егорова есть винный шкаф полностью заполненный крепким выдержанным GSM. Периодически он продаёт винный шкаф, покупает новый, более вместительный, но вино в винный шкаф только добавляется, никогда от туда не берётся. Вот такая ригидность - винный шкаф Андрюхи стал едва ли не самой крупной вещью на кухне, а он всё ещё берёт по две бутылки - одну, так сказать, для текущего потребления, а вторую "про запас" на какой-то абстрактный так и не наступающий чёрный день.

Заболевание Егорова выражается ещё и в том, что он фиксируется на текущем негативе. Если происходит что-то неприятное, то он считает, что вся его жизнь через задницу. А если что-то позитивное, то это так, мимолётное. Но врачи уже очень давно сказали ему - "Вам Андрей Петрович надо ценить то, что имеете". На дворе конец августа, сегодня последний по настоящему тёплый день в году. Уже завтра температура не превысит +17, а дальше природа начнёт быстро умирать. Уже в середине сентября возможен мокрый снег, а к началу октября он (снег) может "прописаться" в городе и на постоянной основе. Прогноз погоды Андрюха видел, так что он, всё таки припомнив слова врачей, сбавляет ход, чтобы порадоваться теплу в последний раз в году.

***

Начальник Егорова не просто так называет его полностью аналоговым человеком. Дело не только и не столько в старом компьютере на работе, вся жизнь Егорова проходит под знаком ретро. В зале настенные часы с маятником и с кукушкой, сердцем аудиосистемы являются проигрыватель винила и кассетная дека. А кроме того ламповый усилитель, разумеется. Кто-то может сказать, что это придурь. Но народ в городе с северными то зарплатами может позволить себе придурь, а чаще всего и не одну. Мощная полноприводная немецкая машина, недвижимость где-нибудь на черноморском побережье. С учётом внимательности (точнее её полного отсутствия) у Егорова машину ему водить нельзя, ну просто совсем. Так что и придурь у него другая. Шкафы в зале заполнены грамластинками, можно сказать и иначе, что если музыкального альбома нет на виниле, то для Андрюхи его не существует.

Но реалии, как водятся, немного сложнее. Егоров - в прошлом компьютерный игроман, он обожает музыку из игр своего детства и юности. А эта музыка не то, что на виниле, она и на компакт-дисках часто выходила предельно мизерными тиражами. И тут в образ аналогового человека органично вписались кассеты на которые Андрюха записывает музыку из своих любимых игрушек. Запись и воспроизведение кассеты сопровождается игрой пик-метров, это другие по своему интересные впечатления. Так что зайдя домой хозяин квартиры отправляет бутылку с вином в холодильник, мраморную говядину к вину - на сковороду, а сам идёт в зал и достаёт сразу тройку 90-минутных кассет, которые скрасят его вечер.

С таким образом жизни "полностью аналогового человека" у Адрюхи есть график планово-предупредительных ремонтов...в смысле график профилактических мероприятий. Карманным часам швейцарского производства нужно периодически делать репассаж, лампы в усилителе нужно менять, и.т.д. и.т.п. Не всё это делается в городе, и периодически тяжелые и габаритные вещи нужно отправлять поездом в Тюмень, чтобы ими там занялись. Всё это делает жизнь, можно сказать, постоянно чем то заполненной.

Даже без детей и активных домашних животных винил это непрактично хотя бы в том, что максимум раз в 25 минут пластинку надо перевернуть или вовсе сменить на новую. Кому-то этот процесс нравится, Андрюхе за 5 лет бытия "полностью аналоговым человеком" он кажется всё более и более обременительным. Егорову всё больше хочется практичности. А с кассетами всё просто - вставил, нажал кнопку воспроизведения, и музыка уже льётся из колонок английского производства.

Но Егоров живёт не один. Вот шум в ванной прекратился, в зале появился ещё один человек. Не он, ведь это она. Знакомьтесь - Аминат Магомедовна Егорова, Андрюшина жена. В знак вечернего приветствия она положила Андрюхе руки на плечи.


На работе и дома её зовут просто Амина, без последней Т. Амина - кумычка, говоря языком 90-х её можно назвать "лицом кавказской национальности". Как у шизоида вообще появилась супруга, тем более такая? Всё просто, Амина - участковый врослый психиатр, в прошлом его лечащий врач. Что называется, он смотрел на неё, она это заметила и в один прекрасный вечер она к нему перебралась. Но не просто так - ведь неё в точности те же диагнозы. F60.12 и F40.8. Амина - такая же тихо помешанная, и в Андрюхе она, говоря проще, видела и видит до сих пор товарища по несчастью.

Жизнь супругов наполнена страхом. Страхом потеря контроля над собой. Они боятся высоты, боятся машин на дороге, боятся маленьких детей, небольших животных. Даже боятся друг друга. Боятся минутного помрачнения рассудка, ведь даже минуты не надо, чтобы всадить супругу нож в спину. Так что ножи дома практически тупые, а окна, для пущего спокойствия, заколочены на полную неоткрываемость при том, что они живут всего на втором этаже. Они даже пьют одинаковые конечно же рецептурные таблетки в одинаковых дозировках.

Диагнозы им поставили примерно в одно и тоже время - за год до поступления в институт. Амина родилась и выросла в бедной семье в Махачкале, настолько бедной, что её можно назвать русским словом бесприданница. Так что мать отправила её на заработки, на Севера, лет эдак на пять. А ведь в отличие от Дагестана здесь Свабоода. После работы можно прихватить стяжку из четырех банок пива или вовсе бутылку белого и никто тебя не осудит, ведь в большинстве своём люди пьют напитки куда покрепче. "Лет пять" затянулись, Амина домой не возвращалась. А пару лет назад он заявила шокированной матери, что "Мама, я пью вино и живу с русским". И в этом неизвестно что хуже. То ли вроде как ментально чуждый человек другой веры, то ли абсолютный харам. Сейчас отношения Амины с матерью полностью разорваны, но пройдёт пару-тройку лет и они начнут налаживаться. А что за русский? Он тебя не бьёт? И с вином, конечно, хуже. Мол, ты хоть не напиваешься как свинья?

Употребление алкоголя для таких как Андрюха и Амина это типичное деструктивное поведение. Антидепрессанты худо-бедно прибивают тревожность. Мыслей о том, что вот я щас выбегу на дорогу и меня собъёт Камаз значительно меньше, и подъём на высоту даётся проще. А бутылка вина в пятницу это как всё слить в унитаз. Но вино это можно сравнить с мощным наркозом, временно убирающим всю тревожность вообще. К тому же это делает теплее вечера этих двух эмоционально холодных людей.