Горгулья попутных ветров

               

               Горгулья попутных ветров



Зашторен коридор к Луне и к Солнцу, три башни замка смотрят в темноту,
Застывший рой темнеющих «капричос» с шипящим вздохом на изогнутом хребту
Застыли старые Горгульи, как из стали, в дыханьи выдох…, тихий спазм гортани,
На лапах когти, как кастеты, а на запястьях амулеты из черного шунгита ведьминых волос,
И в пасти шесть клыков, язык, как кровосос, облизывает знамя на древке
из трех причудливых полос и надписью какого-то девиза на неизвестном
сложном языке…


Ночная мгла, болотный крик оповещенья…, о том, что кто-то скоро подойдет
Иль прилетит иль проскользнет на крышу…, задолго до того, как сон уснет,
забыв, что спать он не умеет…, особенно, когда ничто не греет
В смертельных дозах призрачного страха летает там испуганная птаха,
А окровавленная прошлой ночью плаха, молчит, целуясь с острым топором…
И вспоминает песню палача о птице, что летает щебеча,
и собирает зернышки в полях и слухи правды о страстных монастырях


Внизу стоит дубовый крест, как одинокий чей-то перст,
чтобы молиться в небо допоздна и в горле пить свою слюну до дна,
А крест такой без головы всегда…
Не предусмотрена она в архитектуре двух скрещенных бревЁн,
такой расклад не нов, а очень древен, берет начало с тех времен, когда
обыкновенность смерти, всем смертным показалась скучной
и крест придумали себя развеселя…, разнообразив смерть собственноручно
вот только оказалось…- зря!


Там темный воздух задыхался, хватал себя открытым ртом и так старался
дышать хоть тыщу лет не надышавшись, во тьме скульптур уродливых Горгулий,
чей устрашающий оскал пугал ворон и голубей и даже пчелы удирали в улей
Ужасные из камня изваянья, испробовав достаточно снегов и ураганов, и дождей…
На мордах нет ни капли покаянья из создал кто-то пострашней,
Чей ум, как скульптора, с нажимом скорлупы, похоже с Сатаною был на - Ты
И создавал Горгулий для него в угоду…


Но переменчивы мотивы Бытия, бездонны все пути разнообразий
И злу тошнит от вычурности зла и от бессмысленных чернеющих фантазий,
Где дождь и грязь - лишь порожденье обновленья,
дождь высохнет, даст каплю лепестку, который прорастёт из грязи,
а солнца луч направиться к цветку и осветит Горгулий ясноглазых,
чья суть химерности судьбы закончиться полетом ворожбы… 

Зерно цветка, упавшее с Небес, всем зло отвергнутым наперевес,
коснулось носа той Горгульи…
Порвались дыры в паутине и дыры в сите сквозняков
и задрожали кончики чернеющих хвостов…, и флаг захлюпал, как сухая марля
В старинном чердаке вдруг заскрипела дверца
и Он родился не из живота - из сердца… 


И обомлевший, добрый, новый Птах на риск и мимолетный страх
Поднял крыла, как новые знамена…
Горгулья в прошлом не поверила глазам и постаралась крикнуть, как ворона
Вдруг ощутив целебный запах солнечных лучей и, вместо перепонок и когтей,
коснулась удивленно белоснежного крыла, где пух, святой водой облитый,
отбросил все остатки тьмы и зла…


А голос Птицы прокричал прекрасный звук, как будто в Небеса вернулся Дух
Вновь обретенного святого пониманья, когда Горгулья вскрикнула без заиканья
И превратилась в распрекрасное созданье, которому Любовь благоволит!