Загадки Острова Сокровищ в вопросах и ответах 6

Здравствуйте, мои уважаемые читатели! Сегодня наше центральное событие - открытое столкновение доктора Ливси с Капитаном, из которого мы многое узнаем и о Ливси, и о Капитане, кое-что очень вероятное - о его прошлом, и любопытные вещи - о матросских ножах 18 века, об ошибке, совершенной Стивенсоном, и разберём до конца известный нам отрывок из песни "15 человек на сундук мертвеца". И это ещё не всё!


ВОПРОС 75: "Как-то вечером к больному пришёл доктор Ливси. Он... наскоро съел обед, которым угостила его моя мать, и спустился в общую комнату, поджидая, когда приведут его лошадь. Лошадь осталась в деревушке..." (перевод Чуковского). Почему вечером Ливси угощают обедом, а не ужином, что такое "общая комната" и есть ли ещё какие-то тонкости в оригинале этого перевода?

ОТВЕТ 75: В оригинале этот отрывок выглядит так: "Dr. Livesey came late one afternoon to see the patient, took a bit of dinner from my mother, and went into the parlour to smoke a pipe until his horse should come down from the hamlet..."
Слова "вечер" здесь нет, вместо этого описательное "late one afternoon" - "поздно после полудня" (полдень - 12.00). Видимо, Ливси приехал ранним вечером, когда ещё светло, но основные работы уже закончились.

Took a bit of dinner from my mother совсем не значит "...наскоро съел обед, которым угостила его моя мать". Britannica Dictionary определяет dinner как the main meal of the day, «основной приём пищи в течение дня». В условиях гостиниц типа «Адмирала Бенбоу» (см. вопрос 22) для завтрака, обеда и ужина существовали отдельные меню - то есть блюда, который к этому времени готовил повар (в "...Бенбоу" им была мать Джима). В данном случае имеется в виду, что Ливси заказал себе еду - точнее, немного еды (a bit), возможно, какое-нибудь дежурное блюдо из обеденного меню «Адмирала Бенбоу». И мать Джима его им не угостила, а просто подала (возможно, Ливси сам, на правах старого знакомого - см. вопрос 24 - зашёл на кухню и взял еду оттуда).

Под "общей комнатой"(parlour) здесь имеется в виду общий для посетителей и постояльцев зал паба при гостинице. Перевод Чуковского тоже возможен, но лишь для небольших жилых помещений (например, квартир).

Слово "hamlet" Чуковский перевёл абсолютно правильно. Britannica Dictionary даёт для hamlet отдельное определение, small village («маленькая деревня»). Чем принципиально отличался hamlet – это не просто маленькая деревня, а деревня, в отличие от village лишённая какой-либо общественной инфраструктуры (церковь, почта, школа, гостиница и пр.) и при этом (в отличие от borough, «местечка») не имеющая каких-либо особых зафиксированных прав (например, по выборам от неё депутата в парламент). Возможно, наиболее правильным русским аналогом будет слово "выселки".

ВОПРОС 76: Кого послал доктор Ливси за лошадью?

ОТВЕТ 76: Действительно, кого? Ведь весь персонал "Бенбоу" состоял из Джима Хокинса и его родителей, причём отец был слишком болен, Джим и его мать тоже не могли отлучиться. Либо это ошибка Стивенсона, либо Ливси отправил туда за плату кого-то из посетителей паба, либо лошадь Ливси должны были подать (в "Бенбоу" не было конюшни) к заранее определённому сроку. Последнее кажется наиболее достоверным, судя по тому, как эта ситуация описывается в оригинале: until his horse should come down from the hamlet - "до того, как его лошадь следовало бы вернуть из деревушки".


ВОПРОС 77: В переводе Чуковского внешность доктора Ливси описывается так: "...изящный, щёгольски одетый доктор в белоснежном парике, черноглазый, учтивый...". Насколько это совпадает с оригиналом?

ОТВЕТ 77: В оригинале доктор Ливси описывается так: "...the neat, bright doctor, with his powder as white as snow, and his bright, black eyes and pleasant manners...". В русских словарях в конце значений neat действительно есть слово "изящный", однако Britannica Dictionary на первое место ставит "чистый и аккуратный", а "изящный (graceful) не упоминает вообще.

Сложнее с эпитетом bright - на фоне деревенских посетителей доктор действительно выделялся, но Britannica среди переносных значений этого слова выделяет "способный всё схватывать на лету".

Никакого "парика" в оригинале не упоминается, однако говорится: his powder as white as snow (его пудра была белая как снег). Умелое использование дорогой косметики было в 18 веке одним из показателей высокого статуса, то есть первая часть высказывания говорит о докторе как об образцово выглядевшем джентльмене высокого (для провинции, разумеется) статуса. О щегольстве доктора здесь, как видим, ни слова.

С цветом глаз Чуковский не ошибся, но...his bright, black eyes оригинала гораздо глубже - "яркие, чёрные глаза" с учётом двойного значения bright может переводиться и как "проницательные чёрные глаза".

Pleasant manners (буквально "приятные манеры") может быть в принципе тождественно учтивости, но учтивость - это только одно качество, а здесь говорится об их комплексе. С учётом контекста это, видимо, правильнее перевести как "манеры настоящего джентльмена".

Кстати, парик, скорее всего, в гардеробе доктора был, но об этом мы узнаем позднее.


ВОПРОС 78: Описывая доктора Ливси, Джим противопоставляет его Капитану: "Особенно отличался он от нашего вороньего пугала, неряшливого, мрачного, грузного пирата, который надрызгался рому..." (перевод Чуковского). Насколько это сравнение в переводе равнозначно данному Стивенсоном?

ОТВЕТ 78: В оригинале мы читаем следующее: that filthy, heavy, bleared scarecrow of a pirate of ours, sitting far gone in rum. Это соответствует переводу Чуковского (за тем исключением, что эпитет "воронье (пугало)" Джим не употребляет. Но из-за многозначности английской лексики в оригинале есть и не переводимый на русский контекст, "второе дно".

Filthy – это в первую очередь «грязный, немытый». Но у всех, кто знаком с европейскими традициями 18 века (хотя бы по "Парфюмеру" Зюскинда) наверняка возникнет вопрос - а был ли Ливси образцом гигиены в нашем понимании? В эпоху, когда для создания достойного ароматического образа считался важным естественный запах тела, многие аристократы и вообще джентльмены мылись редко (как и женщины). Здесь в первую очередь имеется в виду отсутствие косметики (а ведь Капитан формально тоже имел высокий статус) и неухоженность одежды в сравнении с чистым и аккуратным внешним видом Ливси.

Heavy – «массивный, тяжёлый», возможен перевод и «грузный». Однако в данном случае подразумевается тип сложения, характерного для человека, годами занимавшегося тяжёлым физическим трудом. Для настоящего офицера и джентльмена такая жизнь, конечно, была нонсенсом.   

Bleared – от blear, «затуманивать, тускнеть». Это указание на отсутствие ярких цветов в одежде и внешности Капитана. Дешёвые и качественные красители, косметика, парфюм – это изобретения XIX века. Практически, этим эпитетом рассказчик подчёркивает, что Капитан выглядел как дешёвое быдло, несмотря на свой формально высокий статус.

Наконец, sitting far gone in rum (см. также вопрос 74) означает не просто "надрызгался рому", а "был в последней стадии опьянения ромом". Думаю, "надрызгался" здесь слишком слабый для характеристики этого состояния глагол. Русский язык богат на образные выражения, красноречиво отражающие "последнюю стадию опьянения - очевидно, любой читатель и без посторонней помощи вспомнит их мгновенно с десяток.


ВОПРОС 79: В разбираемом эпизоде Капитан полностью исполняет один из куплетов песни "15 человек на сундук мертвеца..."

"Fifteen men on the dead man's chest—
Yo-ho-ho, and a bottle of rum!
Drink and the devil had done for the rest—
Yo-ho-ho, and a bottle of rum!"

Что он означает полностью?

ОТВЕТ 79: Первую половину мы подробнейше разобрали в одной из предыдущих статей (вопросы 27 - 31). Там же мной было сказано, что русский перевод этого куплета стал стандартом не только в переводах и экранизациях Стивенсона, но и в массовом сознании, поэтому и переводить по-новой, и приводить стандартный перевод, известный всем от мала до велика, не имеет смысла. Поэтому мы не будем приводить его полностью при разборе последних строк куплета.

Drink and the devil had done for the rest—
Yo-ho-ho, and a bottle of rum!"

Здесь мы сталкиваемся с первым противоречием - в русском стандартном переводе использовано будущее время ("Пей, и дьявол доведёт до конца..."), однако в оригинале - Past Perfect, "предпрошедшее", время, описывающие события, происходящие до определенного момента в прошлом. Сочетание императива и прошедшего перфекта - это для английского языка полная грамматическая бессмыслица. Однако если предположить, что и в первых, и в последних двух строках есть отсутствующие, но подразумеваемые члены предложения (в русском синтаксисе это массовое явление, в английском - большая редкость, но встречается, особенно в песнях), всё становится на свои места.

Временной порядок тогда следующий:
Предпрошедшее - the devil had done for the rest
Прошедшее (с подразумеваемым сказуемым)"Fifteen men on the dead man's chest—
Настоящее (с подразумеваемым местоимением I/You/We/They или существительным во множественном числе) drink

Надо заметить, что союз and ("и") играет здесь особую функцию обусловленности. Семантически то, что некто пьёт, обусловлено тем, что когда-то дьявол сделал нечто. Но что он сделал?    

Итак 1. the devil had done for the rest - дьявол сделал все, чтобы некая часть (команды?) отсутствовала.
2. Пятнадцать человек (оставшихся к тому времени живыми) перерезали друг друга за крупный куш (сундук мертвеца).
3. Некто (очевидно, ставший в результате единственным обладателем объекта всеобщей резни), пьёт за те события, о которых говорится в песне ранее - то, что привело его к богатству.

Разумеется, возможны и другие реконструкции. Например, drink в разговорном языке 
может выполнять значение герундия drinking, подразумевая пьянство. И в этом случае речь может идти о вербовке на флот, классическим методом которой было спаивание подходящих кандидатов с тем, чтобы они подписали вербовочный контракт: Drink(ing) and the devil had done for the rest, где the devil - эвфемизм для вербовщика. "Пьянство и вербовщик позаботились обо всём, и конечно, бутылка рома" (под которую и был подписан контракт). То есть в песне поётся о событиях прошлых времен (что обыденно для фольклора) - "Fifteen men on the dead man's chest", которые были обусловлены событиями ещё более давними - "Drink(ing) and the devil had done for the rest".

Заметим, что у "дьявола" в таком толковании были и "черти" - вербовочная команда. "Дьявол" вербовал, после чего вербовочная команда либо просто выносила подписавшего контракт на корабль, либо мешала ему сбежать из трактира (если ему удавалось отбиться от вербовщика).


ВОПРОС 80: Начало открытого конфликта Капитана и Ливси в переводе Чуковского описывается так: "Капитан... заорал, сопровождая свои слова непристойной бранью: "Эй, там, на палубе, молчать!" Здесь переводчик допустил принципиальную ошибку, повлиявшую на дальнейшее понимание хода конфликта. В чём она заключалась?
 
ОТВЕТ 80: Обратимся к оригиналу: "The captain...broke out with a villainous, low oath, "Silence, there, between decks!" - в моём переводе, "Капитан... разразился грубым, вульгарным оскорблением: "«Молчание, там, между палубами!» То есть не надо было никаких дополнительных непристойностей - оскорбительны уже были эти слова.

Надо отметить, что, когда Капитан это говорил, он прекрасно знал, кто находится внизу - он и Ливси находились в прямой видимости. И Капитан сказал не: "на палубе", он произнёс "между палубами", уже этим (см. также вопросы 40-41) нанеся грубейшее оскорбление Ливси. Между палубами - это койко-места низшего состава экипажа, матросов. Таким образом, он приравнял джентльмена, к тому же доктора (см. вопрос 20) Ливси, к низшим в отношении социального статуса людям - практически, назвал его (хотя и не обращаясь прямо) быдлом. И это уже было поводом для дуэли.

ВОПРОС 81:После слов Капитана Ливси повёл себя следующим образом (согласно переводу Чуковского):

"Вы ко мне обращаетесь, сэр?"
Старый невежа сказал, что к нему, и при этом выругался снова.
"В таком случае, сэр, я скажу вам одно" - ответил доктор. "Если вы не перестанете пьянствовать, вы скоро избавите мир от одного из самых гнусных мерзавцев!"
Капитан пришёл в неистовую ярость".

Почему от этих слов Капитан пришёл в бешенство?
 
ОТВЕТ 81: Чтобы понять истинную суть поведения Ливси, нужно обратиться к оригиналу, поскольку там всё завязано на непереводимом подтексте.
Вот текст оригинала:

"Were you addressing me, sir?" says the doctor; and when the ruffian had told him, with another oath, that this was so, "I have only one thing to say to you, sir," replies the doctor, "that if you keep on drinking rum, the world will soon be quit of a very dirty scoundrel!"
The old fellow's fury was awful.

Выше (см. вопрос 80) уже было сказано, что слова Капитана были крайне оскорбительны, но при этом он ни к кому прямо не обращался - оскорбление было косвенным, и недостаточным поводом для дуэли. Поэтому Ливси предварительно обращается к Капитану за уточнением: "Were you addressing me, sir?" - "Вы адресовались ко мне, сэр?". Ливси желает узнать, затрагивало ли оскорбление его честь, или нет. Нужно обратить внимание и на подчёркнуто правильный английский, и на оборот "addressing me", что можно понимать и как "это был вызов на дуэль (адрес) мне?" Капитан в грубой форме подтвердил это, "и при этом выругался снова" - with another oath. Это можно перевести и так, но, учитывая, какие слова Капитана Стивенсоном названы oath выше (см. вопрос 80), то речь здесь идёт скорее не о ругательстве, а об оскорблении чести Ливси, видимо, уже прямом.

Ливси на это ответил: "I have only one thing to say to you, sir, that if you keep on drinking rum, the world will soon be quit of a very dirty scoundrel!"

Ещё раз обратим внимание на исключительно, подчёркнуто правильную речь Ливси. В предыдущем предложении он употребил Past Progressive - то есть по сути он спрашивал не только об оскорблении, но и обо всём оскорбительном поведении Капитана в конкретный отрезок времени, связанный с появлением Ливси в гостиной паба. Здесь же он переходит на столь же правильный и изысканный английский в простом настоящем и будущем, завершая свои слова грубым оскорблением - заметьте, выраженным косвенным образом, впрямую Капитану выражение very dirty scoundrel Ливси не адресует, но всем понятно, о ком идёт речь.

То есть речь Ливси в семантической последовательности выглядит так. Сначала он спрашивает его не о конкретном настоящем, а по конкретном прошлом, таким образом давая повод и для примирения, и для обострения конфликта. И это - первая стадия вызова на дуэль: правильно ли был Капитан понят, и не желает ли он примириться (сказать, что его неправильно поняли, наконец - извиниться).

Капитан идёт на обострение конфликта. Он подтверждает, что это было оскорбление, обращённое и к Ливси, и добавляет некое новое оскорбление в адрес Ливси. Это - вторая стадия вызова на дуэль.

Поэтому Ливси переходит на настоящее время (замечу, что это Simple - о времени вообще, а не Progressive, как в предыдущей фразе, которое касается конкретного настоящего). Такой тонкой грамматикой Ливси даёт понять, что настоящий разговор с Капитаном он начинает лишь сейчас. Далее употребляется вежливый модальный оборот have to, имеющий оттенок рекомендательности, а не строгой обязательности действия, затем идёт Future Simple - вновь неконкретная временная конструкция, и в конце - косвенное оскорбление. Со всеми тонкостями фраза Ливси переводится так: "Мне следует только одно сказать вам, сэр, что если вы продолжите постоянно употреблять ром,мир избавиться от очень недостойно выглядящего и недостойного называться джентльменом человека!"

Таким образом, Ливси в итоге пришёл к тезису, что Капитан не выглядит как джентльмен, не ведёт себя как джентльмен и джентльменом не является. Следовательно, поскольку дуэль возможна только между джентльменами, вызов Капитану он отправить не может, поскольку Капитан - не джентльмен, а быдло. Ещё раз заметим - Ливси нанёс оскорбление косвенно, и касалось оно не личных качеств Капитана, а его социального статуса в обществе. Ставился под сомнение весь тот личный образ, над созданием которого Капитан так потрудился в местном комьюнити. Оттого Капитан и пришёл в бешенство (The old fellow's fury was awful.).


ВОПРОС 82: Что такое такелажный нож (sailor's clasp-knife), который оказался у Капитана с собой?

ОТВЕТ 82: Такелажный нож, или матросский складной нож (средняя длина в раскрытом состоянии - 24 см), выдавался матросам во время плавания для работы со снастями. Фотография типичного такелажного ножа 18 века в раскрытом виде - на иллюстрации к статье. Обратите внимание на клинок ножа - его специально обламывали или обтачивали, чтобы им невозможно было наносить колотые раны во время драк между матросами (которые при длительном плавании из-за "полярного эффекта" были неизбежны).

Разумеется, Капитан на берегу мог заточить нож, придав клинку прежнюю форму, но, как мы увидим из дальнейшего, он этого не сделал. Единственное, на что был способен такелажный нож того времени в драке - наносить неглубокие резаные раны. Так что игра ножом была не более чем типичными для Капитана понтами.


ВОПРОС 83: Что о корабельном звании Капитана говорит у него наличие такелажного ножа?

ОТВЕТ 83: Штатным холодным оружием офицеров по патенту в повседневной службе был кортик (naval dirk), а также сабля во время боя. У матросов были их такелажные ножи, но перед сходом на берег их отбирали под счёт, при явлении из увольнения - выдавали вновь.  Это входило в обязанности боцмана - боцман, скорее всего, мог и присвоить себе такой "сувенир".

Нужно понимать, что статус боцмана на английском флоте отличался от того, что был  на русском, советском и российском флотах. У нас боцман относился к младшему командному составу. В Английском флоте - к так называемым уоррент-офицерам (warrant-officer, буквально – «офицер по приказу»): членам экипажа, не имевших офицерского звания (патента), но выполнявшим постоянно те или иные офицерские звания и могущим в экстренных случаях замещать офицеров. То есть это указывает на реальный статус Капитана.

(Кстати, поскольку боцманы были де-факто офицерами, хоть и без патента, им тоже выдавались кортики. Но Капитан предпочитал такелажный нож - видимо, из-за его бытового удобства и нежелания с кем-то серьёзно ссориться.)

Впрочем, там, где служил Капитан, продвижение по службе зависело не столько от мореходных познаний, сколько от боевых заслуг. Во всяком случае, до помощника капитана Капитан вполне мог дослужиться.


ВОПРОС 84: Угрожая Ливси ножом, Капитан говорит, что "пригвоздит его к стене" (Чуковский). Почти то же самое говорится и в оригинале: threatened to pin the doctor to the wall. Какая серьёзная ошибка (анахронизм) допущена здесь Стивенсоном?

ОТВЕТ 84: Во-первых, Капитан держал нож открытым, и было очевидно, что пригвоздить к чему либо он им просто неспособен, из-за отсутствия у такелажного ножа проникающего момента, а также такого непременного элемента боевого холодного оружия, как гарда (у ножей - выдающиеся вбок выступы между ручкой ножа и клинком, усиливающие силу удара и препятствующие соскальзыванию пальцев с ручки на лезвие) и собственно клинок. Столовый нож и то выглядел бы грознее!

Во-вторых, вместо глагола to nail ("пригвоздить"; nail - "гвоздь") Стивенсон употребляет иной глагол to pin ("пришпились"; pin - "булавка"). Вероятно, имеются в виду специальные шпильки для коллекций насекомых, имеющие вид креста. Центральная часть креста - острая булавка, крепящая насекомое. Две плашки, идущие в одну линию от тупого конца булавки и равные по величине, закрепляют насекомое в нудном положении. Особенно это важно для коллекций бабочек, чьи крылья должны быть постоянно раскрыты.

Такие "пришпиливающие" ножи действительно появились на английском флоте, но через много лет после событий "Острова сокровищ". С 1802 года в конструкции такелажного ножа появился новый элемент - свайка (шило) для работ с мелким такелажем. Свайка была выдвижной и располагалась примерно там же и так же, как в современных складных ножах - штопор. Выдвинутой свайкой, тем долее специально заточенной, действительно можно было и пришпилить, и пригвоздить. Но действие-то романа происходило в последней четверти века 18!


ВОПРОС 85: В ответ на угрозы ножом Ливси говорит Капитану: "Если вы сейчас же не спрячете этот нож в карман... вы будете болтаться на виселице после первой же сессии нашего разъездного суда. <...> Я не только врач, но и судья" (Чуковский). Какую сторону английской повседневности тех лет раскрывает перед нами этот фрагмент?

ОТВЕТ 85: Речь идёт о так называемом суде ассизы (court of assize,или просто the assizes) - выездной сессии суда, проводимой одним из королевских судей в графствах. В Англии они сохранялись до 1971 года. В XVIII веке они проходили в каждом графстве дважды в год. Суд ассизы рассматривал тяжкие уголовные дела (иногда дела гражданского судопроизводства, слишком крупные по масштабам графства). Суд ассизы проходил с участием присяжных, отбиравшихся местным государственным чиновником из числа местных же землевладельцев. Формально обвиняемый мог отказаться от суда присяжных, но фактически это было невозможным. Следует знать, что презумпция виновности в Англии действовала весь XVIII век, а число квалификаций преступлений, караемых смертной казнью  (на основе королевских законов разных лет и прецедентных решений судов) в среднем в этом веке равнялось двумстам (хотя, например, по статистике за 50 лет с 1780 по 1830, из 35000 смертных приговоров в исполнение была приведена только половина).


ВОПРОС 86: Действительно ли Ливси был судьёй?

ОТВЕТ 86: Был, но с важной поправкой - I'm a magistrate «… я мировой судья…» (перевод автора статьи). Суд магистратов (суд мировых судей) – низшая судебная инстанция в Англии. В XVIII веке (как и сейчас) магистраты назначались королевским указом, и исполняли свои должности пожизненно (при этом плата им была введена только в 1792 году). Чтобы тогда стать магистратом, в сельской местности надо было быть землевладельцем (в городе – платить определённую сумму налога с недвижимости), юридическая квалификация была необязательной. Суд магистратов провоился без участия присяжных, мог назначать уголовное наказание на срок до года тюрьмы, однако суммы штрафов формально были ограниченными только судебными прецедентами. Мировой судья мог выдать ордер на арест, проводить допросы (пытки в английском уголовном процессе были отменены только в 1775 году) и, собственно, заключать в тюрьму. Немаловажно и то, что сессии магистратов в графствах были и органами административного управления, действуя в тесной спайке с местными госслужащими.


ВОПРОС 87: В этом же фрагменте упоминается слово "округ", в смысле территории, за которую отвечает Ливси как магистрат. Что на самом деле имеется в виду под этим словом?

ОТВЕТ 87: В самом общем смысле - дистрикт (district; кстати, этот термин и потребляет в оригинале Ливси). Традиционно его переводят на русский как «район», но в данном контексте дистрикт - «мельчайшая единица административного деления». В Англии XVIII века таким был церковный приход (parish), и именно здесь Ливси это имеет в виду. Однако административная система Англии не являлась и не является однородной; даже сейчас английский district в этой стране может означать и конкретную административную единицу (на русский переводимую как «округ»), так и в широком смысле обозначать все основные административно-территориальные единицы английского государства.


ВОПРОС 88: Мы уже убедились в способности доктора Ливси играть оттенками слов. Продолжает ли он свою привычку и далее?

ОТВЕТ 88: Теперь Ливси переходит на официально-деловой стиль, речь его становится очень причудливой. Выше уже мы разобрались с двусмысленностями терминов "судья" и "дистрикт", ниже - ещё несколько примеров.

Он не говорит "повесим", как в переводе Чуковского, он выражается замысловатее - you shall hang, "вас следует (по закону) будет повесить". Если анекдот "Мы вас подвергнем строгому и справедливому суду, а потом повесим" тогда уже бытовал в Англии, то не исключено, что you shall hang Ливси произносил с улыбкой.

Вместо возможного "если на вас пожалуются" - заковыристое if I catch a breath of complaint. В этом отрывке breath («дыхание») использовано как лингвистический термин - придыхание при произнесении звука. Дело в том, что в англосаксонской судебной системе судебные прецеденты могут быть весьма древние, когда и английский был другим, и произносить юридический акт так, как тогда было сформулировано, следовало  так же - слово в слово, буква в букву, придыхание в придыхание.

А оцените, как это высказывание звучит грозно по сравнению с канцелярски-унылым: "И если до меня дойдёт хоть малейшая жалоба..." Чуковского - "...Если я уловлю придыхание жалобы..." (перевод автора статьи). То есть не "убьёт - тогда приходите", не "пишите жалобы в установленном порядке" (к чему сводится перевод Чуковского) - Ливси говорит, что сам активно будет не просто ждать жалоб в письменном виде, а сам вслушиваться в то, что говорится о Капитане, и искать в этих разговорах самый малейший повод ("придыхание") для привлечения Капитана к суду даже по самым стародавним прецедентам.
   

Вместо простого "юридические меры" - двусмысленное  effectual means, что  означает и "юридические", и "эффективные" (в смысле "для достижения нужного результата"). Чуковский эту двусмысленность перевёл как "решительные меры", что, в принципе, соответствует effectual means в русском официально-деловом стиле, особенно советских времён.

А вот всё высказывание с использованием effectual means звучит так обыденно внешне и так угрожающе внутренне, что его следует разобрать особо.


ВОПРОС 89: Какой угрожающий подтекст содержит завершающее речь Ливси высказывание "I'll take effectual means to have you hunted down and routed out of this. Let that suffice.", переведённое Чуковским как "...Я приму решительные меры, чтобы вас забрали и выгнали отсюда. Больше я ничего не скажу"?

ОТВЕТ 89: С effectual means мы уже разобрались, перейдём к подтексту "...вас забрали и вышвырнули отсюда".

Ливси не говорит на деле "...вас забрали", он использует выражение "to have you hunted down". И не случайно - ведь в Англии до 1829 года (реформы Роберта Пиля) не было  н и к а к о й  официальной полиции!

С одной стороны, (to) hunt down - обычная юридическая банальщина, переводимая как  «понять», «решить», «разобраться» (например, (to) hunt down a question – «разрешить вопрос»). С другой, однако, (to) hunt down - это «выследить». Вместо полиции в Англии 18 века функционировали многочисленные организации «охотников за головами» - одну из самых знаменитых, «Боу-стрит», создал и возглавлял великий английский писатель Генри Филдинг. Следовательно, настоящий смысл здесь такой - за голову Капитана суд выставляет награду, в "Бенбоу" заявляется банда головорезов и доставляет того в суд в обмен на награду от суда.

Routed out of this, переведённое Чуковским как "...выгнали отсюда", в подстексте - не менее грозно.

(To) rout out – это «поднять с постели», «обнаружить», «вытащить». Однако this в контексте места пребывания может означать не только конкретный судебный дистрикт (см. вопрос 87), магистратом которого является Ливси (административная высылка за пределы округа была одним из возможных наказаний, налагаемым судом магистратов), но (в контексте угрозы судом ассизы, см. вопрос 85) и ссылкой за пределы Англии в колонии, чему обычно сопутствовала в Англии XVIII века продажа в "контрактное рабство" перевозчику (такое наказание обычно применялось как замена смертной казни при решении судьи смягчить приговор, время от времени – для высвобождения тюрем для новых заключённых).

Отдельно следует объяснить понятие "контрактное рабство" в контексте "белой работорговли". Суть его в том, что капитаны-работорговцы покупали (в буквальном смысле слова) осуждённых на длительные строки либо отбывающих такие сроки заключённых, перевозили их на рынки рабов в английские колонии, где продавали плантаторам, которые добровольно-обязательно подписывали "контракт" на плантационную работу с запретом самостоятельного выхода за её территорию - практически становился рабом. Наиболее распространённый срок контракта - 8 лет, но на практике мог продлеваться рабовладельцем бессрочно.

И наконец, речь свою Ливси завершает не убогим "Больше я ничего не скажу", а эффектным (с учётом предшествующих двусмысленностей)судейским оборотом Let that suffice. Это - традиционная реплика, завершающая как судебные речи, так и приговор, и переводимая, "Позвольте это (считать) достаточным" ("тнат" здесь - местоимение, заменяющее слово "вышесказанное".