Производственная сказка на ночь

Жила-была одна компания, которая нарушала все рыночные правила найма. Лучших не искали, лучшие и так справятся. Искали тех, кому рынок вынес приговор. Кого уволили по статье, с судимостями и зависимостями, а также молодые для пенсии, старые для популярности у работодателей, молодые специалисты без опыта, которых как котят на улицу после выпуска. Рынок сказал этим людям «нет». А здесь им всем говорят «да». Находят в каждом хорошего работника, да так, что компании, что отвергли когда-то этих самых людей, потом локти кусают, а поздно: не идут к ним обратно, не верят уже рынку, который так больно ударил, вот и достаются им хвастуны, красиво себя преподносящие.

Текучка только за счёт утраты трудоспособности и смерти в основном, как-никак берут возрастных, а у мужчин пенсионный возраст вплотную приближается к средней продолжительности жизни, да и у зависимых здоровье слабее. Кого-то переводили в другие организации по рекомендации, а такого, что нашёл предложение зарплаты побольше и ушёл, не было. Догадайтесь, почему. Правильно, потому, что не хотят рисковать, не хотят после того, что было, после отбраковки и предательства, опять идти туда, где натягивают улыбку и пишут огромный разбег между зарплатой и премией. Любителей экономического риска гораздо меньше, чем кажется.

К пострадавшим от рыночного произвола подход особый. Нет увольнения в качестве наказания, не существует, отсутствует. Если работник совершил ошибку, ему бывает стыдно, он считает себя ужасным и неисправимым, бывают такие случаи, человек заполняет заявление на увольнение, но ежу понятно, что он не получил выгодное предложение, а уходит просто в никуда. Это не свобода, а отчаяние. Ошибся новичок или уволенный по статье, сорвался зависимый - ему не дают поверить, что он плохой. Файл с заявлением удаляется, а на следующий день опять ждут на работе. В качестве наказания лишают премии, заставляют отработать пропущенное время или вешают на доску позора описание нарушения. На доску позора те, кто просто ошибся, не попадают, для этой доски нужна сознательная наглость.

Соцпакет там размером с мешок цемента. Бесплатно кормят в столовой, дают талоны на проезд в общественном транспорте, Ясли и детский сад для детей, а для заболевших детей - спецгруппы, так что никаких бесконечных больничных. Если думаете, что эта компания дотационная, не угадали. Она прибыльная. За счёт низкой текучки и понтов удаётся существенно сэкономить. Интерьеры напоминают советские, мода полностью игнорируется. Ремонт - когда что-то сломалось, заменяют только негодное технически, на такое же немодное. Нет раздутого эйчар-отдела, кадровики, которые по сути делопроизводители. Не закупаются программы для рекрутинга.

Обманывает ли эта компания в вакансиях? Обязательно. Вообще ни в одной вакансии не пишут правду. Для каждой должности придумывают максимально некрасивое название и зарплату сильно занижают. К примеру, написать честно «инженер-эколог, 70000 - 90000 руб» неприлично, пишут «мусорщик, 45000 руб». Правда вскрывается только на собеседовании. С начальством, не с кадровиком: «Это не их подчинённые, а наши. Не им с ними работать». Дурацких вопросов вроде продажи ручки и любимого цвета нет в принципе, строго по делу: условия труда, график... Размещают вакансии только на бесплатных ресурсах, проверяют только вручную: «А вдруг кто-то опечатался? Автоматический отказ добьёт того, кто отчаялся».

И не раз спрашивали: «А почему так?» И получали неизменный ответ: «А что, разве те, кто пришёл, пришли бы на настоящее название и цифру? Нет, конечно». Отчаявшиеся соискатели решили бы, что их всё равно не выберут, что они проиграют модным и опытным. А тут вакансии попадают в настройки фильтров, какие выставляют именно те, кто уже получил много-много отказов. Названия некрасивые, зарплаты маленькие, а требования настоящие. Читает такой человек и думает: «Ищут дворника с высшим образованием и не могут найти. Думаю, не первый месяц уже ищут, может, меня возьмут, раз никто не хочет, помогу компании».

И вот однажды эта компания поглотила другую, модную, банкрота. Там директор за границу убежал, а зарплаты задерживали за три месяца. И за эти долги был продан весь внешний лоск, эти расходы отрезали, как гангрену. Аренда модного офиса в бизнес-центре сменилась состоянием в предприятии советского типа. Все работники получили задержанную зарплату в полном объёме вместе с неустойкой, без премии, правда, на последнем издыхании никому её не назначали. Было самое начало сентября, новый год по учебной системе, в поглотившей компании были уверены, что новеньким точно понравится.

Алина устроилась хостес полгода назад. На вакансию, где 45 - 150 тысяч рублей, молодой коллектив и тому подобное. Конечно, ей платили по нижней границе, даже когда она сильно перевыполняла план, пардон, KPI. Было обидно, зато Алине нравилось выставлять фото в модном интерьере, фото с пропуском, где были сплошные англицизмы. А ещё нравилось каждое утро по будням надевать невидимые колготки, узкую юбку и белую блузку, которую стирают только руками в дважды профильтрованной воде, обуваться в туфли с узкими носами и каблуками в форме мизинца и рисовать на своём лице модное лицо. Прямо как в фильме «Дьявол носит Prada».

А тут в первый рабочий день дали новый график: два через два, потому как объём посетителей намного больше. Сразу же потребовали смыть макияж: «Человеку не надо себя дорисовывать, это унижение чести и достоинства и дискриминация по половому признаку». Выдали форму: сине-голубой комплект, как у работников метро или железной дороги, скорее как у рабочих, чем как в офисе, с упором на практичность, в том числе обувь.
- А свободный стиль по пятницам? - спросила Алина.
- Во-первых, пятница в сменном графике не имеет смысла, во-вторых, вас должно быть видно посетителям. Да и не устанете, это от делового стиля устают, он неудобный, а у нас всё удобное.

Здесь за столом не стоят, а сидят, стоять считается бессмысленно и вредно даже. Тут дежурят одновременно трое. Большинство коллег Алины - женщины старше пятидесяти. Илона вот только из её ровесниц, тоже перевели, но она в другую смену будет. Дали подписать новый договор: оклад 70000, вместе с премией 90000. А что за должность? «Дежурная в приёмной»?!
- Я что, старуха?! - возмутилась Алина.
- В русском языке есть слова, понятные всем. Людям куда проще обратиться к дежурной в приёмной, чем к хостес на ресепшен.
Да уж, таким пропуском не похвастаться и не выставить фото.

Фотозоны не было нигде. Как отчитаться о переводе? Разве что окна пластиковые, а в остальном - совок совком, явно господствует принцип «работает - не трогай». Как в муниципальной школе или сельской поликлинике. Крашеные стены, старая мебель - где уж тут похвастаться? Бывшие однокурсники сейчас такое постят... Москва-Сити, заграница разная, переговоры, деловые костюмы... Сидит дежурная в приёмной за ЭВМ, кадровики вместо эйчаров переоформили, советские тётки вместо молодёжи до сорока лет. Спрашивают уже, как дела на новом месте. Старшие-то довольны, им главное, чтоб зарплата хорошая была и не обижал никто, моду они не понимают.

Алина с Илоной вместе пошли в столовую. Где вилки, ножи, скатерти? Обратились на раздачу:
- У нас только ложки.
- Правильно.
- А гречку едят вилкой!
- Это не обязательно. Вилок нет из соображений гигиены и экономии.
- Из-за алкашей и бывших сидельцев нарушают этикет!
- В школе и в армии тоже нет вилок. Успокойтесь.

Илона и Алина спросили:
- А курсы какие-нибудь есть? Английский там, фитнес...
- Английский для переводчиков и переговорщиков. Если к вам приходит иностранец, вызываете переводчика. Вам разве не сказали? Это куда лучше, чем недообученные будут пытаться установить контакт и понять тонкости.
- Я про курсы для себя, саморазвитие.
- Работодатель обеспечивает только связанные с производством. А свободное время работник организует сам.
- Что, и тимбилдингов нет, что ли? Пицца по пятницам, фитнес-выходные там.
- Свободное время работников не занимаем. У людей семьи, хозяйство, дела разные, да просто дома посидеть и никуда не идти, оставить работу на работе.

Английский преподают переводчикам не модные из британских или американских колледжей с розовыми волосами, а производственные преподаватели, специализируются именно на трудовом процессе, на производствах, учат в рамках рабочего времени. Говорят, что приятно учить работников, они точно дойдут до конца, у них не пропадёт новогодняя мотивация, не захочется вернуть старую жизнь, не затянет осенняя хандра, их не надо заинтересовывать, трудовая деятельность ведущая у взрослых в отличие от саморазвитий после работы, которые на самом деле жизнь-то не меняют вообще, лишь искусственно дают задрать нос.

Американская улыбка в приёмной, как все догадались, не допускается. Старшая по смене объясняла это очень просто: «Неестественное выражение лица выглядит жутко. Когда работают и просто разговаривают, смотрят просто расслабленно. А оскал - словно какая-то агрессия. И вот представьте: у посетителя проблемы, ему трудно, а тут его слушают с улыбкой. Это может злить. Словно над ним смеются. Было дело, в модных компаниях на это жаловались, думали, что дежурные напились. Да и просто мышцы перенапрягаются, зубы сохнут и портятся».

Рейтинг достижений? «Ага, чтобы все друг друга обгоняли и подрезали, чтобы было выгодно не помочь коллеге, а затопить, чтобы оторваться побольше, чтобы не дышал в спину никто? Каждого награждают и наказывают именно самого. А то в других местах нанимают навылет, и вместо труда соревнования по подсиживанию». Алина вспомнила, как однажды её так наняли, как тогда все слишком хорошо работали, начали придираться и выживать, её коллега-ровесница держалась до последнего на маленьком окладе и плакала, когда всё-таки заставили уволиться. Вспомнила, как её подставляли и сама пыталась кого-то подставить.

Да, это вообще не то, куда хотели Илона и Алина. Они хотели новый модный офис. А коллеги-ровесники из поглотившей организации их вообще не понимали, они-то были счастливы здесь работать, пришли после отчаяния уже, после множества отказов, кто-то в банке умолял продлить каникулы, у кого-то долги по коммунальным платежам. Алина с Илоной не хотели понимать, считали их не своими. Решили пожаловаться в трудовую инспекцию. А на что? Сформулировать получилось только размыто и невнятно про плохие условия.

Проверяющие из трудовой инспекции всё просмотрели, измерили и сделали заключение:
- Нарушений нет.
- Как? Всё же такое древнее и некрасивое!
- Знаете, у нас тут не шоу «Модный приговор»! Мы оцениваем условия по правилам охраны труда, а не по трендам. А вы подождите, мода циклична.
Алина с Илоной уже не знали, что и делать. Угрозы слить чёрную бухгалтерию вызвали у начальства лишь дружный смех, потому как её отродясь не водилось

На следующий день осень решила заявить о себе громко: температура рухнула до значений середины октября, полил дождь с ледяным ветром, атмосферное давление выкрутило стрелку барометра далеко влево. Илоне не хотелось вставать. Она сегодня не в ресурсе. Что ж, решила устроить зелёный день. Утренний сон продолжился, выключенный телефон не мог разбудить, а рядом никого не было: Илона снимала квартиру по современной моде. Разбудил звонок в дверь. Курьер? Не заказывала ведь ничего. Может, адресом ошиблись? Мама с папой ведь не могли ничего узнать. Но за дверь стоял Андрей с каким-то напарником, которого Илона не знала, оба в форме. Это сон?

Но видение не рассеивалось. Пришлось открывать.
- Значит, всё в порядке? Просто будильник не прозвенел? Ну, бывает. Бери вещи, иди с нами в машину, к одиннадцати на месте будешь. Ну, три часа в выходной отработаешь или как-нибудь раскидаешь, там решим.
- Я никуда не пойду сегодня! У меня выходной.
- Смену перепутала, значит. Тоже бывает. Десять минут на сборы и выходи.
- Десять минут? Вы шутите? Я ведь женщина.
- Так мы не будем смотреть, как одеваешься.

Оказывается, коллеги знали, что Илона живёт одна, вот и переживали, вдруг случилось что, выехали по адресу. Но ресурс в голове Илоны не появился. В сумке была коробка вина, что оно креплёное, Илона забыла. Нежелательный сон решила скрыть в туалете, получилось не чуть-чуть подремать, а прямо-таки задрыхнуть. Коллеги вытащили и отправили в комнату отдыха. Вечером был разговор с начальницей:
- Сегодня Лена была вообще одна. Света заболела, а ты пьяная спишь. Что это такое?
- У меня стресс, кредиты, деньги нужны.
- Но ты понимаешь, что на работе не пьют? Это недопустимо и даже опасно.
- Да.
- Сегодня Лена работала одна за троих. Знаешь, как это? Сегодня у тебя пропала целая смена, поэтому ты её отработаешь вместо выходного.
- Да, - буркнула Илона. Её не интересовала ситуация на работе вообще.
- А то придётся вешать эту ситуацию на доску позора. За наглость. Пусть этот раз будет последним.

На следующий день Илона пришла на работу в половине восьмого, ждать и искать не пришлось. У начальницы выходной, Лена не кричит. Настроение плохое, охота выпить. Организм ведь привык? А, пусть! Теперь Илона знала, что вино креплёное. Уютный сон на том же унитазе снова грубо оборвали. Что было дальше, Илона не помнила, не помнила, как вообще оказалась дома и проснулась утром в своей постели. Хотелось... Да непонятно, чего хотелось. За окном собиралось взойти солнце, самочувствие на погоду точно не свалить.

Снова получилось не опоздать. Только заняла рабочее место - увидела, как коллеги смотрят на стену и смеются. Доска позора, точно. «Илона дважды в рабочее время напилась и уснула в туалете, вынудив напарницу справляться в одиночку с огромным потоком посетителей, из-за чего той пришлось задержаться до одиннадцати часов вечера и ночевать на работе, поскольку транспорт не ходил уже. Илоне назначается две штрафные смены, а пострадавшей - два выходных. Илона, стыдно подводить напарницу». Лены не было, это другая смена, за столом сидели три другие дежурные, одна из них - Алина.

Вера, самая старшая, посмотрела на Илону:
- Молодец, пришла отрабатывать.
- У меня у самого так было, - понимающе сказал Андрей. - Ничего, справишься. Хочешь, расскажу, как это бывает? Хорошо, что ты сюда попала, здесь искру зависимости мигом потушат. Если с самыми тяжёлыми справляются, с начинающей легче намного.
- Я не алкашка! - взорвалась Илона.
- Конечно, не алкашка, - согласилась Вера. - И не будешь ей. Здесь никому не дают упасть, ты ещё примером станешь, образованная, с потенциалом.

Травли не было. Но смех был. В то же время точно нельзя было сказать про злорадство.
- Может, дома что-то случилось? - предположил Коля, ровесник Илоны из другого лагеря.
- А может, на спор перебрала, - поддержала его Полина из того же лагеря.
Кому-то было не смешно, а страшно: если человек пьёт уже на работе, предыдущие стадии развития алкоголизма уже пройдены. Пройдены особые случаи и даже выходные, спирт захватил уже не свободное время, а то, где пить совсем-совсем нельзя, зависимость уже не ждёт ни минуты. Илона была в ужасе, не думая, кстати, что в модной компании это тоже стало бы известно, ничуть не меньше, но закончилось бы не обсуждениями, а увольнением по статье. Кстати, Илона узнала, что премии её не лишили из-за трудного материального положения.

Во вторую штрафную смену Илона обрушилась на Алину:
- Что ржёшь?
- Извини, я не над тобой... просто уснуть в туалете... очень смешно, - она едва могла говорить.
- Смешно? Тебе здесь что, нравится?
- Нет.
- И что?
- Увольняться будем, вот что.

Но заполненные формы отклонили, сказали, что сейчас идёт реорганизация и адаптация, решение об увольнении поспешное и необъективное. Рассчитывая непонятно на что, они написали бумажные заявления и пошли уже не в кадры, а к начальству. Начальница посмотрела на них добрыми глазами, разорвала заявления и положила в черновики для записей: «Сейчас нельзя увольняться. У вас опыт работы - меньше года. Рынок очень жестокий, он за отказы налоги не платит, можно годами бегать по собеседованиям, на такие должности с опытом от года только ищут, ваши резюме будут автоматически отсеиваться, не доходя до живых людей. Вот наработаете опыт, тогда и предложения будете получать. А пока - это в никуда».

В новый крестовый поход на следующей пошли, вооружившись справками о депрессии от психотерапевта в двух экземплярах:
- Нам нельзя здесь работать, у нас депрессия от этого всего.
- Конечно, будет депрессия. Ваша любимая компания рухнула, зарплату не платили три месяца... Я сама пережила очень страшное увольнение в девяностых, я вас понимаю. У меня тогда ещё мужа убили, шесть детей... До сих пор слово «увольнение» вызывает страх. Может, вы чего-то боитесь, поэтому решили уйти? Не бойтесь, тут всё спокойно, я врагу не пожелаю того, что прошла сама тогда.
- Но у нас выгорание. Мы не можем здесь работать. Новая обстановка - триггер, его надо убрать.
- Если тяжёлую степень подтвердят, откроете больничный лист, полечитесь. А при более лёгкой степени работать как раз необходимо, нужен режим, чтобы тебя ждали каждое утро. А поиск работы - куда худший триггер, уж поверьте, это так.
Илона и Алина переглянулись: начальница старше их родителей, но с ними согласилась, а модные боссы слышать не хотели. Но результат оказался вообще не тот: начальница депрессию признала, но вывод сделала противоположный.

Тем временем Алина зашла в отдел кадров:
- Мне нужно уволиться. У меня бабушка болеет, надо ухаживать, не смогу работать.
- Будем пересматривать график. Или длительный отпуск с сохранением рабочего места.
- Как?
- А так, чтобы уставшему потом от ухода и решения проблем не пришлось долго искать работу.
Не прокатило.

Подали в суд. В суде были в шоке, не знали, то ли смеяться, то ли плакать. Где это видано, где это слыхано: работники подают в суд за крайне грамотное распределение ресурсов в компании, за отсутствие наказания за дисциплинарный проступок и снисхождение по болезни. Судья была 1965 года рождения, как и начальница, вела процесс с серьёзным лицом и постановила: в иске отказать. Справки о депрессии начальство сохранило и приложило к делу. Суд признал, что в состоянии депрессии увольнение категорически не допускается, а в сочетании с прогрессирующим алкоголизмом так и вообще будет катастрофа для человека, поэтому в интересах работника сохранить рабочее место. При тяжёлой степени депрессии даётся нетрудоспособность, а при более лёгкой обязательно нужен рабочий режим. Применять дисциплинарные наказания по трудовому законодательству - право, но не обязанность работодателя. Использованы санкции по внутреннему положению: временное изменение рабочего графика и порицание без занесения в личное дело.

Родители незадачливых подруг чуть не кланялись в ноги начальнице и судье. А доченькам запретили модный съём квартиры, велели жить с семьёй, пригрозили, что иначе оформят зарплату на себя, Илона-то начинающая алкоголичка. А начальница, когда спрашивали, отвечала, что в случае проигрыша пошла бы судиться дальше. А в более высоких инстанциях чаще судьи возрастные, молодых крайне мало. Илоне с Алиной снова пришлось идти на смену с утра. Никто над ними не смеялся, словно смеялись только по команде на доске позора. Но скорее потому, что уснуть в туалете - это смешно, а потерять хорошее место - печально. Тут не раз видели разные конфликты и попытки уйти в никуда.

На всех новостных порталах появился репортаж: «Парадоксальный трудовой спор. Впервые в истории не работник требует признать увольнение ничтожным, а работодатель настаивает, что работник находился в стрессовом состоянии и не мог оценить последствия решения». История оказалась резонансной, каждый материал собирал сотни комментариев. Журналистам всех мастей настоящее раздолье: никто не умер, никаких ограничений на подробности, участники истории сами всё рассказывают. Все эфиры заполняют этим, все полосы газет, блогеры строчат статьи и снимают видео. Никто не остался равнодушным, даже дети обсуждают.

Под одной из первых новостей был комментарий: «Я правильно прочитал? Перечитывал не раз. Получается, компания бьётся за плохих работников, одна из них по сути алкоголичка, потому что на рынке они не нужны? История из параллельной вселенной». Другой комментарий: «Даже премии не лишили за пьянку! Библейский уровень милосердия. Современная притча». «А можно туда устроиться, вакансии там есть? Я как раз оттуда, где улыбаются из вежливости и скачут в мешках для сближения после рабочего дня за фактические сорок тысяч в месяц». «Начальство согласилось с зумерами, признало их выгорание и триггеры. А им опять не так».

На сайтах отзывов разное писали, были и сторонники Илоны и Алины. «Не рекомендую. Мебель старая, начальница неадекватная, заставляют носить форму, 1 из 5». «У начальницы ПТСР на тему увольнения, она думает, что у всех так. Хотя, если любите очень скучные смены, вам подойдёт». «Не удивлён, что девчонки проиграли. Бумер бумера видит издалека». «3 из 5, как в советском фильме, «Служебный роман», только с запретом на гламур, и начальница не старая дева». «Триггеры по-бумерски выглядят именно так, суровые бумерские триггеры лечатся трудотерапией».

Шло время. Пришла зима, стало темнеть до четырёх часов дня, потом вечером и утром стало светло, растаял снег, куртка уступила место кофте, зацвело. Потом стало чуть раньше темнеть вечерами, умолкли кукушки. Цветы сменились плодами, трава разрослась, вечера стали холоднее. Открылись школы, пришли низкие осенние облака, деревья оголились, всё темнее утром и вечером, появились на улице новогодние ёлки. Илона и Алина отметили год на новой работе. А потом ещё год. За это время слышали и читали, как другие на модных работах вместо премии бегают в мешках. Как попадают под сокращение: «ты же молодой, перебьёшься».

Разное, в общем. Коллеги, которые не дышат в спину, уже перестали казаться скучными. Алина с Илоной сами не заметили, как им уже захотелось новеньким что-то объяснить, сами рассказывали, как начальство поможет решить конфликт в трудной ситуации, бывало, и семьи от распада спасали, руководители спасали от развода. Жизнь шла вперёд, и уже для новой поглощённой компании обе подруги считались старожилами.