Природные понятия и девушка с имплантами

(прочитать этот рассказ с иллюстрациями можно на моём Дзен-канале здесь: https://dzen.ru/a/asoLVNMa80mwSuvf)

С детских лет Римма Михайловна переживала из-за маленькой груди. Она была почти плоской и это её морально угнетало.

Немало Римма претерпела от своего малогрудия. Парни дразнили её «стоптанная кеда», отказывались с ней гулять и даже по углам на переменках лапали как-то неохотно. Одноклассницам с пышными формами в этом плане везло больше.

Бедная Римма комплексовала. Краснея со стыда, носила бюстгальтеры с пухлой подкладкой. Пробовала делать специальную гимнастику для развития молочных желез и принимать народные снадобья. Всё тщетно. Округлости лекарства не добавляли, зато превосходно вызывали расстройство желудка.

Дожив до тридцати лет, Римма поняла, что грудь уже не появится. Тогда она решилась на операцию в клинике. Процедура стоила недёшево, но чего не сделаешь ради мечты о полноценном соблазнительном бюсте? Римма взяла кредит, плюс немного подкопила, пришла в клинику и сказала:

- Господа косметологи! Свешайте мне, пожалуйста, грудь! Богатую, сферическую, матёрую! Беру две штуки сразу!

Хирурги вживили Римме импланты шестого размера и свершилось чудо. В зеркале Римма увидела уверенную в себе женщину – независимую и грудеобильную. Новый бюст был прекрасен, упруг, огромен. Сразу бросался в глаза и будил игривые мысли.

- Славно получилось! – сказал хирург. – Это не какие-нибудь убогие зизьки. Это целые цыцги! Сам бы такие носил, да мужики неправильно поймут.

Обогащённая новой грудью, Римма выписалась из больницы, накупила вместительных лифчиков и перешила все платья под соответствующий размер. Реконструкция тела влетела в копеечку, но, безусловно, стоила того. Римма ощущала себя королевой амазонок. Теперь к её ногам упадут все парни, которые жестоко дразнили её и высмеивали.

- Они будут пачками падать! – радовалась Римма, разглядывая себя. – А я буду непринуждённо перешагивать через них и говорить: «Ага, вон как запел? А помнишь, стоптанной кедой меня дразнил? Помнишь, как лапать меня брезговал, помёт хомячий?»

Однажды поздно вечером Римма шла по плохо освещённой улице, с достоинством неся сверкающий бюст. Её кошелёк был пуст, банковские счета тоже. Но впереди у неё красовалась замечательная грудь и это искупало мелкие экономические неудобства.

Увлечённая мыслями, Римма позабыла об осторожности. Ей казалось, с обретением груди в её жизни настала счастливая полоса и никакие опасности ей больше не грозят. Но из темноты выступила мужская фигура весьма расхлябанного вида.

Фигуру звали гопник Матвей по кличке Куркуль, хотя этого Римма не знала. Только увидела, что пришелец загородил ей путь, и услышала грубый голос:

- Нукес-нукес… Ара-ра, примадонна! Быстро стань бобром.

Римма не умела становиться бобром, поэтому просто остановилась, хотя грудь по инерции ещё немного протащила её вперёд.

- Удели пять минут человеку! – сказал Куркуль, цыкая зубом. – У меня совсем нет денег. Не будь корыстна, это смертный грех. Я живая душа, хочу пить, курить, есть и всё такое.

- Я тоже хочу пить и есть! – ответила Римма Михайловна. – В связи с последними событиями мой объём увеличился и запросы возросли. Моё тело надо регулярно кормить, чтобы поддерживать в нём тонус и самодостаточность.

Матвей Куркуль не любил болтовни во время грабительского промысла и грубо перебил:

- Короче, примадонна! Я злой уличный пацан, так что быстро отдай мне всё дорогое, что есть!

В карманах у Риммы было шаром покати, поэтому она выпятила на обозрение самое дорогое, что имелось в наличии – собственную новёхонькую грудь.

- Вот! – сказала она. – Больше ничего нет.

На бюсте у неё висел простенький кулончик. В масштабах груди он казался крохотным, словно муха, севшая на теплоход. Схватив кулон, Куркуль поднёс его к глазам и выругался.

- Туфта! Давай не бобри, матрёшка. Я такую ювелирку из любой консервной банки настригу!

- Я не про кулон! Я про ЭТО! – Римма гордо колыхнула впечатляющим бюстом. – Самая дорогая вещь! Видал, какие цыцги?

- Ты меня буферами не тряси! – сморщился Матвей. – Натурой не беру, это уже сто тридцать первая УК. А я реальный пац, на поросячьи темы не подписываюсь.

Произошла техническая заминка, во время которой Римма растолковывала Куркулю, что спелый и тяжёлый бюст – главное её богатство. Ручная работа и вообще произведение искусства.

- Нукес-нукес, ара-ра! – сказал Матвей Куркуль. – Нашла куда бабки тратить, бобриха. У моей мамки грудон не хуже был. И ваще бесплатно рос, поняла? Рос и колосился. Я на нём даже уроки делал, если стол занят был.

- А у меня не было! – сказала Римма. – Всё детство я не знала мужской ласки, никто на меня не зарился, но теперь я звезда! Правда, хорошее изделие? Ну похвали уже даму! Не мужик, что ли?

- Не тычь в меня своим изделием! – сказал Матвей. – Лучше денежков поищи, примадонна. На пузырь или на два. Мне надо срочно хлобызнуть на почве нервной почвы. Может, тебе после операции сдачу давали?

- Какую сдачу! Я ещё должна осталась, – возразила обладательница роскошных форм. – Красота требует жертв. Они сто тыщ стоят!

Столь нерациональное транжирство ввергло Матвея в смятение. Глядя на козырную грудь Риммы, он схватился за голову.

- Что ты наделала, чума? – завопил он. – Вбахать сто тыщ в какие-то цыцги? Куда я с ними? Обратилась бы ко мне, я б тебе баллон монтажной пены туда вкатил – и шикардос. Вся музыка – за двести рублей! Лучше бы ты плоскодонкой ходила, но при деньгах.

- Не огорчай меня похабно! – закричала Римма, задетая за живое. – Мало я в детстве от шпаны наслушалась? Прошу уважать мои дамские достоинства, а то как тресну своим изделием в ухо – сразу скопытишься, чернозём.

Быть бы Куркулю избитым могучими цыцгами, но на улице появился ещё один запоздалый пешеход и Матвей устремился к нему:

- Нукес-нукес, ара-ра! Стань бобром, калоша! – заорал он. – Срочно гони денег страждущему! Да смотри, принимаю сугубо наличными! Силиконовое вымя не предлагать!

- Увы и ах, я весь в долгах! – в рифму ответил пешеход. – Иду из клиники имплантов. Довольно женщины смеялись надо мной. Я обратился к медицине и теперь стал другим человеком. Хочешь покажу? Умницы-доктора прирастили мне двадцать пять полноценных…

- …сантиметров? – ахнул гопник Матвей. – Бабушке своей их покажи, бесстыдник! Тьфу на вас, жертвы пьяного хирурга и тупого скальпеля! Вовсе обобрели – против природы попёрли! Наделают себе обвесок, а я майся без денег как хочешь.

Матвей Куркуль сгинул во тьме, а прохожий озадаченно обратился к Римме:

- Чего он испугался? Доктора всего лишь имплантировали мне двадцать пять зубов. Меня зовут Гоша. Теперь я крут, рельсы перекусывать могу!

- А я эти рельсы могу с размаху плющить! – Римма для наглядности покачала бюстом. – Он тебя просто не так понял.

Они почувствовали друг в друге родственные души и дальше пошли вместе. Хотя наутро Римма Михайловна обронила:

- Ох, не то ты себе прирастил, Гоша. Не в зубах счастье…