Голая комната

Небольшая голая комната. Лишь две низкие несуразные кровати, что идеальными прямоугольниками впивались в угол стены, словно прибитые. Напротив сидели два человека. Парень и девушка. Молодой человек ненадолго отвлекся на окно. В него заглядывали пальмы. И режущий солнечный свет, злой и прямолинейный падал священным текстом между ними, и словно солфетка для воспитанного обеда покрывал им ноги. Ходили люли за окном. Что-то делали. Как невесомые пустые тени. Как мимолетные облака, что рассыпались в забвенную тишину, как только покидали поле зрения. Они ползали по стенам. Нетронутые его вниманием. Он смотрел на девушку. Покатые плечи, словно на ее красивый плечах кто-то невидимый сидел вдавливая их к груди. Он смотрел на ее волосы, что вялыми коконами липли на голове. Смотрел на ее щеки, подрумяненные загаром. На ее большие голубые глаза, что пестрыми пятнами обращали на себя все внимание. Он курил. Дым выдуваемый им превращался в тени на бежевой стене. У этой тени была фигура изящного гладкого морского конька, волосы пышно кружились мечтой. Внимательный, пробегающий мимо взгляд, что словно охватывает разом весь мир, всю вселенную. Эта тень крутилась, то влево, то вправо, одновременно и пафосно и кротко демонстрируя волоса. И глаза у этой тени были голубые глаза. Те самые пятно, что в данном случае выглядели как дорогой брилиант на стали, ради которого и покупают всю прилигающую сталь. Сигарета кончалась. Тень исчезала. А девушка на кровати сверлила его взлядом. Сколько-то пытаясь бороться, он смотрел на нее. Но потом снова закуривал. Тень появлялась, а с ней и музыка. Она ублажала его своим присутсвием. Неизвестно сколько они так сидели, неизвестно сколько бы они еще так просилели, если бы в какой-то момент он не встал на ноги. Виновато бы не попращался с девушкой на кровати и не вышел бы на улицу, к противному солнцу. Четко решив, что ему надо найти эту тень воплоти. Асфальт обжигал. Где-то шумело, обозначая свое низкое присутствие море. Но он видел только асфальт, тело его понурилось, волосы потянулись вниз, как любая материя тянется к черной дыре. Ехали какие-то машины. Везли разговоры людей. Но они были искуственны. Он ходил по этому месту. Ему казалось, что здесь пусто. Никого и ничего нет. Но зудящее воспоминание о тени противилось этому осознанию. Он шел по ею вытоптанной дорожке. Шел как животное, по запаху, не совсем понимая, что найдет. И вдруг он увидел два глаза, нарисованный на асфальте, они улыбались, смеялись ему. Он чувствовал, что эти глаза смотрят так только на него. Они горели так по-девичьи, так скромно, они ждали его, готовы были принять. Ему показалось, что этот глаз словно крышка. Приоткрытая крышка. Он шагнул в него.

Он не успел осознать, что шагнул в канализационный люк, который был лишь стилизован художниками под голубые глаза. Он провалился внутрь. На асфальте появилась тень с покатыми плечами, со слипшимися волосами. Она закрыла крышку люка.