Свет в подъезде

Код: I-0-СРЕДА
Ступень 0. Осознанный старт. Объект: среда

Свет на лестнице между третьим и четвёртым этажами гас уже давно. Не сразу — сначала мигал, будто раздумывал, потом стал тусклым и еле различимым.

Вера Ивановна привыкла держаться за перила. Артём привык включать фонарик в телефоне. Они жили друг над другом и почти не пересекались: она ходила медленно, с сумками; он — быстро, всегда в наушниках.

В четверг Артем застал соседку у электрощитка. Она стояла с маленьким фонариком и смотрела на схему, приклеенную внутри дверцы. Схема выцвела так, что напоминала не план, а карту забытой страны.

— Вы электрик? — спросил Артём.

Вера Ивановна даже не вздрогнула.

— Нет.

Пауза вышла длинной.

— Просто надоело.

Он хотел пройти дальше. Уже сделал шаг. Но фонарик в её руке дрогнул, и он увидел, как дрожит свет на её пальцах.

— Я на инженерном, — сказал он неожиданно для себя. — Могу глянуть.

Вера Ивановна посмотрела на Артёма так, будто взвешивала не его слова, а собственное решение.

— Завтра, — сказала она наконец. — Я куплю лампочку.

На следующий день они открыли щиток. Внутри пахло пылью, старой изоляцией и чем-то металлически-холодным. Артём долго возился со скруткой. Вера Ивановна держала фонарик, не задавая вопросов. Только один раз спросила:

— Больно?

— Что?

— Руки не режет?

Он усмехнулся:

— Нет.

Лампочка вспыхнула не сразу. Сначала мигнула. Потом загорелась — ровно, буднично, словно ничего не произошло.

Они постояли немного.

— Ну вот, — сказала Вера Ивановна.

И ушла к себе.

Через несколько дней у двери на третьем появилась записка: «У Лидии с первого этажа дверь скрипит. В субботу в 11:00». Почерк был её.

Артём прочитал и ничего не ответил. В субботу всё же спустился.

Потом были петли, кран, лампочка на площадке, замок на почтовом ящике. Не потому, что они решили обустраивать дом. Просто однажды стало невозможно делать вид, что темнота — это норма.

Через несколько лет Вера Ивановна уехала к дочери. Артём окончил университет и снял квартиру в другом районе.

А свет на лестнице горел.