Этюд Аэлита. Учебная тревога

(из цикла «ироническая проза»)

Аэлита вошла в кабинет профессора босиком, держа туфли в одной руке и красный огнетушитель в другой, который прижимала к груди, как младенца. Лесли шла следом в жёлтой каске с надписью «Ответственный по этажу», сидевшей на ней набок.
— Мы живы, — объявила Аэлита и положила огнетушитель на стол, рядом с карандашом. Тот откатился к самому краю.
— Это радует, — сказал профессор. — А что угрожало?
— Учебная эвакуация, — ответила Лесли, снимая каску. — Аэлиту назначили ответственной по этажу. Она единственная не успела отказаться, когда спросили «кто хочет».
— Я прочитала инструкцию, — с достоинством сказала Аэлита. — Сорок страниц. Ночью. Я знаю, что делать при пожаре, наводнении и нашествии.
— Нашествия там нет, — уточнила Лесли.
— Есть пункт «иные чрезвычайные обстоятельства». Я его трактую широко.
Профессор сложил руки на столе.
— Что произошло?
— В одиннадцать сработала сирена, — начала Аэлита, зажмурившись от воспоминания. — Все остались сидеть, потому что знали, что это учебная. Кроме меня. Я знала, что это учебная, но решила действовать как в настоящей. Для достоверности.
— Она вскочила на стол, — вставила Лесли как очевидец. — Я сидела рядом. Она закричала: «Внимание, всем покинуть помещение, оставьте вещи!»
— Вещи не оставили, — вздохнула Аэлита. — Все взяли ноутбуки. Один человек вынес фикус.
— Главный редактор был на созвоне с заграничными партнёрами, — продолжила Лесли. — Аэлита подошла, захлопнула его ноутбук и сказала в камеру: «Простите, пожар». Редактор сказал, что партнёры решили, будто у нас правда горит, и предложили прислать помощь.
— Это было мило с их стороны, — заметила Аэлита.
Профессор приподнял бровь.
— А дальше?
— Дальше я пересчитала людей по списку, — сказала Аэлита. — В списке пятьдесят восемь. На улице оказалось шестьдесят один.
— Лишних трое, — констатировала Лесли. — Курьер и двое из соседней фирмы. Они шли за ней, потому что она кричала так убедительно, что не нашлось желающих проверить.
— Я не виновата, что у меня командный голос, — сказала Аэлита.
— Потом выяснилось, что она вывела всех не к месту сбора, а к соседнему зданию, — добавила Лесли. — Мы полчаса стояли у чужого входа. Охранник спросил, на какое мероприятие мы пришли. Мы сказали, что на пожар. Он выдал нам бейджи.
— А огнетушитель? — спросил профессор, косясь на красный баллон.
Аэлита чуть покраснела.
— По инструкции его нужно проверить на работоспособность. Я проверила на стенде с планом эвакуации.
— Она залила пеной план, — сказала Лесли. — Теперь на стенде стрелки уходят в белое облако. Все указывают на выход, но уже никто не знает, на какой именно.
— Инспектор засчитал нам лучшее время, — гордо сообщила Аэлита. — Сказал, что так быстро ещё никто не покидал здание.
— Потому что она выгоняла людей с криком, а не по инструкции, — заметила Лесли. — Он, кстати, хотел вручить ей грамоту. Потом посмотрел на стенд и передумал.
Профессор сложил пальцы домиком.
— Значит, вас можно поздравить с успехом, который стоил фикуса, стенда и нескольких партнёрских переговоров.
— Фикус вернули, — быстро уточнила Аэлита.
— Остальное в процессе, — добавила Лесли.
Из коридора вдруг раздался резкий пронзительный сигнал. Аэлита вскочила, схватила огнетушитель и метнулась к двери. Лесли надела каску, подняла воротник и скомандовала: «Всем спокойно, идём цепочкой!»
Профессор не поднял головы от книги.
— Это не тревога, — сказал он. — Это мой телефон. Будильник. Обед.
Они застыли в дверях. Аэлита опустила огнетушитель и очень тихо произнесла:
— Хорошо, что я не нажала.


Конец эпизода.