Книга 2. Батор и волшебный лук. Глава 10

Глава 10. Ключ

Путь до голубых озёр был неблизкий. Батор хотел отвести Боро на водопой, но вспомнил о засухе и о том, что реки и ручьи ушли под землю. В горле пересохло от одной мысли о воде, а Боро, будто чувствуя его тревогу, тихо фыркнул.
— Иван, скажи, есть у вас в бочках вода?
— Слава богу, ещё вчера вечером воды натаскал в баки.
— Можно коня напоить?
— Конечно. Идём, я налью воды в корыто.
Иван вытер руки о фартук и вышел из кузницы. Он взял огромный ковш и наполнил до краёв лежавшее у бочки корыто. Вода плеснулась через край, зазвенела о дерево и тут же впиталась в сухую землю.
— Спасибо, хэндаа, — поблагодарил Батор хозяина, и в голосе его прозвучала искренняя теплота.
— Дай бог, вода скоро вернётся в русло. Хоть бы дождь пошёл, — посмотрев на небо, где не было ни облака, вздохнул Иван. Его плечи чуть ссутулились, будто тяжесть засухи легла и на него. — Доброго пути, друг Батор.
— Спасибо за всё. Ещё свидимся! — крикнул, удаляясь, Батор, и эхо его голоса на мгновение повисло в тихом воздухе, а потом растаяло.
Солнце медленно клонилось к западу, отбрасывая длинные тени. Путники уходили всё дальше от дома, и с каждым шагом деревня Поперечная становилась лишь пятнышком позади.   

Под копытами Боро клубилась пыль, оседая на сапогах Батора серым налётом. Горячий ветерок словно поглаживал раскрасневшиеся щёки всадника, но не приносил прохлады — только запах сухой травы и далёких степей.
Батор скакал и всё время проверял, на месте ли серебряный брусок. Пальцы невольно касались внутреннего кармана дэгэла, убеждаясь, что холодный металл по-прежнему там. «А вдруг это и правда ключ?» — шептала мысль, не давая покоя.

Щебёнка на тракте была хорошо утрамбована после капитальных работ перед приездом высокого гостя. Ни кочек, ни ям ещё не образовалось, благодаря чему лошадь могла набрать скорость и двигаться уверенно. Они скакали мимо зеленеющих рощ, разноцветных лугов, вдоль горных цепей, покрытых лесом. Вершины гор уже тронул багрянец заката, и казалось, что деревья поменяли цвет.
А Батор всё не мог забыть фразу Ивана о ключе, открывающем круглую дверь на поверхности озера. «Что это за ключ? Где его найти?» — размышлял он, и каждое слово Ивана звучало в голове, как загадка, которую нужно разгадать любой ценой.
После внушительной дистанции Батор остановил коня для небольшого отдыха в роще у дороги. Он распряг коня, а сам примостился у старой сосны на чуть влажную траву. В бурдюке оставалась вода. Он отпил немного сам, чувствуя, как живительная влага скользит по горлу, и напоил Боро из ладошки. Конь пил осторожно, будто берег каждую каплю.
— Пей, Боро, скоро прибудем к озёрам, там и напьёмся вдоволь. А пока надо немного поспать, — сам себя уговаривал Батор, хотя сон не шёл. Усталость тянула веки вниз, но тревога гнала дремоту прочь.
Мальчик проснулся на закате. Алое небо, словно зарево, освещало долину и дорогу, на которой не было ни души. Все люди уже добрались до своих мест — в такое позднее время никто не задерживался в пути.

Батор подозвал Боро, и они поспешили дальше по сопкам на поиски Кораллового Царства. Трава цеплялась за сапоги, камни поскрипывали под ногами, а впереди всё выше поднимались холмы, будто стража, охраняющая тайну.
И вдруг среди холмов, в низине, при свете луны их взору открылся вид на огромную гладь трёх озёр, отделённых друг от друга песчаными берегами. Лунная дорожка покачивалась, будто лилась из одного озера в другое, маня и обещая ответы.
— Вот мы и доехали, — с волнением произнёс Батор. — Нам несказанно повезло, что сегодня полнолуние. Надо найти тот большой камень, у которого спрятана лодка. Как думаешь, Боро, получится?
Боро кивнул, и понёс Батора к берегу среднего озера.
Они прошли через камыши. Стебли шуршали, цеплялись за одежду, а ноги Боро то и дело проваливались в мокрый песок, увязая в нём, как в мягкой ловушке. И наконец они увидели ряд кустарников, а недалеко от них — каменную глыбу, похожую на копну сена.
— Вот он! — обрадовался Батор. Сердце застучало так громко, что, казалось, его слышал даже Боро. Он спрыгнул с коня. Ноги чуть подкосились от усталости, но он не обратил на это внимания и побежал к кустам. И правда, там лежала лодка, ещё совсем новенькая, а под ней — вёсла, гладкие: так постарался Ваня.
Волны сначала тихо плескались у берега, но ветер крепчал, и ледяные брызги долетали уже до сапог Батора, оседая на коже мелкими холодными каплями. А потом поднялся шторм, и озеро превратилось в бушующее море, будто желая испугать прибывших.
— Водный Владыка недоволен нашим присутствием здесь, Боро. Но мы не отступим, правда?
Боро громко заржал, поднялся на дыбы, а затем ударил копытом по мокрому песку, словно принимая вызов.
Батор перевернул лодку, кинул в неё вёсла и потащил к воде. Волны били в борт, швыряя лодку, как щепку, и холодная вода обжигала руки, мешая сжимать вёсла сильнее. Он что есть мочи налёг на вёсла. Несколько раз его выбрасывало к берегу, и каждый раз он стискивал зубы, не позволяя себе даже моргнуть, и снова рвался сквозь волны.
И вот удача: лодка перекатилась через самую высокую волну и поплыла вглубь озера. Батор не забыл наставления бабушки Тумэна о том, что кричать у воды нельзя — вода ещё больше растревожится. Он собрал все силы, и лодка поплыла по лунной дорожке прямо к центру, будто сама дорога звала его вперёд.
Неожиданно Батор почувствовал, что потерял управление: лодку закрутило в водовороте, и он увидел, что находится посередине огромного металлического блюдца, гладкого, словно отлитого из единого куска серебра. Поверхность его была холодной и ровной, без единой царапины, и отражала лунный свет так, что казалось, будто он стоит на лезвии ножа.
«Это и есть дверь в Коралловое Царство, — мелькнуло в голове у мальчика. — А как её открыть?»
В этот момент его рука стукнулась о твёрдую поверхность плитки, хранившейся в правом кармане. Металл отозвался глухим стуком, будто подал голос.
— Может, и правда, серебряный брусок — это и есть ключ? — прошептал Батор, и собственный голос показался ему слишком громким в этой звенящей тишине.
Он засунул руку во внутренний карман и вытащил плитку. Сердце застучало в груди ещё сильнее, отдаваясь в висках. «А вдруг это ловушка? Вдруг, вставив брусок, я навек закрою путь домой? Батор вспомнил слова отца: «Сказанное слово и сделанное дело назад не возьмёшь». Но если я не открою дверь, как я найду Саран?»   — пронеслась мысль. Нельзя было сомневаться.
Батор выпрыгнул из качающейся лодки и, к своему удивлению, не пошёл на дно, а остался стоять на гладкой поверхности озера — в самой середине блюдца. Вода не тянула вниз; она словно застыла под ногами. Он нагнулся и обнаружил под ногами прямоугольное отверстие такого же размера, как короткое ребро его бруска. Края отверстия были идеально ровными, будто вырезанными невидимым лезвием.
Лунный свет скользил по гладкой поверхности, и на мгновение ему показалось, что из глубины отверстия послышался голос Саран. Не раздумывая больше ни секунды, вставил брусок и резко повернул его.
И, о чудо, блюдце перевернулось с низким гулом, похожим на вздох земли, и он оказался на лестнице, уходящей вниз, — как и описывал Иван. Ступени были сложены из ракушек, а между ними мерцали вкрапления светящихся камней, будто яркие звёзды.
— Да, получилось! — выдохнул Батор, и радость смешалась с облегчением. Он засунул брусок в карман и стал осторожано спускаться вниз по скользким ступенькам, чувствуя, как воздух становится прохладнее, а тишина — глубже.
— Вот это чудеса! А где же Саран? — прошептал он, и голос его растворился в этом странном полумраке.
Не успел он подумать, как увидел огромный коралловый храм, возвышающийся на скалах. Его стены переливались всеми оттенками розового и алого, будто впитали в себя весь закат. К нему тут же подплыли золотые рыбки, их чешуя сверкала, как бриллианты на солнце, и повели его внутрь дворца.
Он оказался в огромном зале с золотыми стенами и балконами из горного хрусталя. Свет здесь был не солнечным и не лунным — он словно рождался из самих камней, мягкий и холодный одновременно. Под аркой в глубине зала, на троне из жемчуга, восседал Водный Владыка — огромный прозрачный водопад, покрытый блестящей бронзовой чешуёй, с коралловой короной, усыпанной янтарём, изумрудами и алмазами. Вода вокруг него бурлила, но не проливалась — она держалась, как живая, повинуясь его воле.
— Зачем ты потревожил мой сон, мальчишка? — голос прозвучал, как гром, прокатившийся над озером, и от него задрожали даже стены.
— Я пришёл за Саран. Где она? — не показывая страха, обратился он к хозяину храма, и голос его прозвучал твёрже, чем он сам ожидал.
Вода вокруг трона вскипела, и пена обволокла чешую Владыки, превращая его в призрачную фигуру.
— Вы взяли то, что принадлежит мне! — прогремел его голос, и капли воды взлетели в воздух, застыв на мгновение, прежде чем упасть обратно. — Пока не вернёте всё на место, не будет вам ни воды, ни дочери табунщика!
Водопад забурлил так, что белая пена обволокла всю его чешую, а из глубины зала потянуло ледяным холодом.
— Схватить непрошеного гостя и бросить его в самую глубокую пещеру! — прогремел приказ, и зал наполнился шумом, похожим на стук каменных глыб.
Караси-стражники, огромные и быстрые, схватили Батора и понесли его в бездонную холодную глубь.