Мама!

Ещё один страшно весёлый эпизод из жизни в общежитии мне запомнился. Однажды вечером мы с Юлей укладывались спать: выключили свет, легли и о чём-то ещё переговаривались.

Вдруг слышим, что у нас под дверью кто-то дышит. Дышит сильным прерывистым дыханием, как маньяк из фильма ужасов. Мы притихли, стали прислушиваться. Сначала думали, что мальчишки разыгрывают, но как-то совсем не похоже… Наступала полная тишина, а потом снова и снова мы слышали это страшное дыхание: никто не скребется, не стучится, просто страшно дышит под дверь.
 
Мы встали, включили свет, а открыть дверь и выглянуть – страшно! Стали сразу всплывать в памяти картинки из фильмов ужасов. На наши вопросы дышащий не отвечал, а продолжал так же страшно дышать. Юля говорит:
– Я не буду открывать дверь! Я лучше всю ночь спать не буду.

А я не могу всю ночь бояться! Открыла дверь… а там сидит пёс-фокстерьер, смотрит на меня и говорит (говорит!):
– Мама!
Я тоже:
 – Мама!
И дверь захлопнула.

Смотрим с Юлькой друг на друга и не понимаем, как реагировать. Тут постучали нам в дверь, мы открыли, а это пришла вахтёрша, потому что услышала, что я закричала. Я ей рассказала про говорящую собаку, а она мне говорит: «Да это моя собачка! Я её научила говорить слово “мама”».

Не надо бояться «до утра». Иначе утром проснёшься, а вопросы останутся. Надо идти на страх, а не прятаться от него.

Столько приключений было в Красноярске! Приехала я туда летом, а 1 января уехала оттуда навсегда. Всего я прожила там полгода. Но впечатлениями и опытом общения с людьми (и положительным, и отрицательным) я зарядилась надолго. Это были первые самостоятельные полгода взрослой жизни в большом городе. Без мамы и папы, когда рассчитывать можно было только на себя. Мобильного телефона, чтобы позвонить и поплакаться близким людям, не было. Сейчас, когда у меня самой взрослые дети, я не представляю, как можно отпустить ребёнка в семнадцать лет! Одну в чужой город, без денег, не имея возможности быть на связи… Но тогда была другая жизнь и другие реалии.

Закончилась моя общажная жизнь потому, что главврача нашего «накрыли» – кто и за что, не знаю. Но явно он занимался чем-то непонятным и незаконным. Хотя в то время многие именно таковым и занимались. Главврач сгинул вместе со своим семейством, прихватив из общего холодильника, который стоял в холле, Юлькины консервы, мясо и варенье, которые ей привезли родители из деревни, чем сильно Юлю расстроил. А нас всех, кто заселял восьмой этаж, попросили съехать за время новогодних праздников. Ребята разъехались кто куда, а я не видела смысла оставаться дальше в Красноярске. Искать новую работу и жильё? Ну уж нет. Решила, что до лета поживу у родителей, а летом поеду поступать в Иркутск. Раз уж в приёмной комиссии меня туда послали. Любовь любовью, но мне учиться тоже надо.